Домики, лисички и сырки по акции

Серёже хотелось плакать. Нет, не так. Серёже хотелось рыдать. Тупые гормоны, тупой врач и тупой Игорь Гром от которого он решил забеременеть. Когда ему на последнем скрининге сказали что Ярочка к концу срока будет весом около пяти килограмм, Разумовскому стало натурально плохо. Ему никто не говорил, что от больших высоких альф рождаются такие же большие дети. Нет, Константин Игоревич, конечно, как-то в разговорах упоминал что двойняшки Игорь и Максим родились три с половиной килограмм каждый, но Серёжа этому как-то значения не придал. А потом как понял, как осознал, что для близнецов это большой вес, сразу еще больше отца Игоря зауважал. Теперь-то деваться было некуда, поэтому всё, что оставалось Серёже — это не волноваться, хорошо есть и ждать окончания срока. Кстати, о хорошо есть… Программист неспешно пошуршал в сторону кухни — ему вдруг страшно захотелось глазированных сырков. С варёной сгущенкой, те самые, любимые, со времен студенчества. Серёжа как сейчас помнит: зима, Москва, первый курс и знание о том, что вот в том магазине около общаги есть сырки по акции. Он весь день о них думал, а потому, увидев что их осталось на полке всего два, немного расстроился, ну а что ж поделать, придется довольствоваться малым. Вот он тянет руку к сыркам и вдруг сталкивается с чужой рукой. Поворачивает голову, и видит перед собой высокого и очень смурного молодого человека. Это могла быть сцена как в романтической комедии, которые в тайне любил смотреть Олег, но нет, потому что вместо того чтобы Сергею уступить, парень бурчит: “Я первый их увидел”. Он тогда чуть от возмущения не задохнулся. Вот так значит?! Это ОН их первый увидел! “А я первый за ними потянулся” - глядя незнакомцу прямо в глаза, сообщил Серёжа. Молодой человек хмурится еще больше, ему явно тоже вообще не нравится эта ситуация. “Давай тогда каждому по одному” - предлагает мирный вариант брюнет. Нет, такой вариант Серого вообще не устраивал, он хотел два своих любимых сырка и он уйдет вместе с ними. Так бы они и стояли как два дурака посреди отдела с молочкой, если бы в голову рыжему не пришел жутко ненадёжный и безумный план. “Хорошо, давай пополам” - вдруг говорит он. В момент, когда незнакомец расслабляется, Разумовский “клюет” его поцелуем в щёку, и пока тот дезориентирован, выхватывает два последних сырка и убегает в сторону кассы. Всю дорогу до общаги ему даже оборачиваться страшно, вдруг незнакомец пойдёт за ним, отобрать последнее лакомство. Но никто за ним, конечно же, не шёл. Это Серёжа узнал уже потом, когда услышал как эта история выглядела с другой стороны. Игорь, тогда, ошарашенный таким поступком незнакомого омеги, не солоно хлебавши, грустно пошёл в свою съемную квартиру. А потом еще пол вечера радовал соседа-однокурсника красными от смущения щеками. Потому что когда он услышал эту историю, смеялся с него до колик. Только Грому смешно не было, он всю ночь потом думал о рыжеволосом парнишке. По итогу всё-таки всё вышло как в фильме, потому что они еще несколько раз пересекались в одном и том же магазине. Серёжа его каждый раз пугался, пытался уйти в другой отдел, даже если ему ничего там не нужно было. А Гром, устав ловить рыжего по всему магазину, однажды зажал его в углу и сказал: “Приглашаю тебя на свидание. Меня Игорь кстати зовут”. Разумовский был настолько в шоке, что все что смог выдать, это: “Х-хорошо. Сергей, приятно познакомится”. На их первое свидание Игорь приносит Серёже целый килограмм любимых глазированных сырков с вареной сгущенкой. Так все у них и началось: вскоре Игорь окончил академию, уехал в Питер стажироваться; Серёжа, оставшийся в Москве учиться, мотался к нему на каникулах, между курсами; они вместе готовились к его экзаменам (с переменным успехом, большую часть они все же целовались); а когда Гром весь такой красивый приехал внезапно к нему на выпускной, Сергей чуть из костюма не выпрыгнул от счастья, ибо был уверен в том что у него не получится прийти из-за внезапного дежурства; потом был переезд, “Вместе”, поиск инвесторов, свадьба и прочее… Много чего было потом. И вот он тут, стоит на кухне в их собственной квартире, носит их ребенка под сердцем и ищет любимое лакомство в холодильнике. Последний сырок, не желая быть съеденным, выскальзывает из серёжиных рук и падает прямо на пол. Ну всё, вот это была последняя капля. Серёжа начинает тихо плакать и все еще желая съесть этот чертов сырок, аккуратно опускается на пол и ест уже там, ибо знает что со своим животом подняться без посторонней помощи уже не сможет. В таком положении его находит Игорь, пришедший с работы. – Серенький, ты чего тут? - Гром, сразу понимая что у мужа опять гормоны играют походу, присаживается на пол рядом с ним и обнимает за плечо. – Обещай что если я умру в родах, то ты больше ни на ком не женишься, - внезапно сквозь слезы выдает Разумовский. – О как, это что-то новенькое, - хмыкает Игорь и поправляет кепи, сползающую на лоб, - Лисёнок, ты это в честь чего помирать собрался? Всё ж хорошо. К большому сожалению Игоря, его слова не успокаивают, а лишь больше расстраивает программиста. – Это вообще всё ты и твои тупые ге-е-ены, - завывает Серёжа, – Я умру в родах, потому что плод большой и Ярочку будет воспитывать какой-то другой омега-а-а… Гром вздыхает, нет, он конечно знал что нелегко будет, вынашивать ребенка это тебе не хухры-мухры, но он кажется уже на себе все приколы беременности протестил. Сначала Серёжа начитался всяких историй про то как омег после рождения ребёнка бросают их альфы, потому что те перестали быть красивыми и жутко загнался по этому поводу. Игорь его потом долго убеждал в том что такого у них никогда не будет, и вообще Серёжа для него самый красивый на свете, особенно когда вынашивает их доченьку. Еще были странные пищевые привычки: арбуз с красным перцем чили, колбаса в прикуску с клубникой и поездка в зимний лес для того чтобы понюхать мха. Теперь вот это. – Это же хорошо даже, значит малышка будет здоровая, и вообще у нас самый лучший доктор в Питере, - мужчина осторожно вытирает слёзы с щек омеги, чмокает его в розовый от плача нос, – Серёженька, всё будет хорошо, слышишь? Я обещаю. – И что на другой омеге не женишься обещаешь? – Обещаю. Воспитаю дочь один и умру одиноким и старым. – Так-то лучше, - довольно улыбается Серёжа, – Отнесёшь меня в спальню? Игорь согласно кивает, с легкостью поднимает мужа на руки и несет своё сокровище в спальню. Конечно, и ему иногда становилось страшно за Серёжу и дочь, но если ещё и он будет волноваться и тревожится как Разумовский, то они тут вообще все на ушах стоять будут. Хорошо что за всю тревогу в этом доме отвечает Серый.

***

В самом начале девятого месяца беременности объявился Илья, он же Птица, он же заноза в пятой точке майора. Объявился он не просто так: приехал Серого навестить. Что самое удивительное - был он примерно на том же сроке что и брат, а еще молчал как партизан и не говорил от кого. Если честно, если бы Игорь верил в бога, то посчитал что забеременел Илюха от черта, ибо ну кто еще к этому пришибленному полезет-то. – Илюш, и всё-таки, кто второй папа? - аккуратно спрашивает Серёжа, пока они вместе собирают кроватку для Ярославы. – Ветром надуло, - фыркает Птица, очень увлеченный изучением инструкции. – Эвона как… Сильно он тебя обидел походу, - между делом вбрасывает Игорь и ловит на себе очень злой взгляд парня, – Понял-понял, молчу. Сергей вздыхает, ведь за брата правда обидно было и страшно очень, как же он один? Он в его силах конечно не сомневался, Птица если захочет - горы свернет, просто потому что они посмели на его пути встать, но ребёнок это совсем другое. Любит значит он этого человека, раз сразу от проблемы не избавился, и вот это больше всего Разумовского пугало. Илья вообще очень редко к людям привязывался, а тут на те. Он не сразу решается завести этот разговор, Птица гордый, может и обидится на это предложение, но и брата одного Сергей оставлять не хочет. Игорю эта затея не очень нравилась, но он понимал волнения мужа. Хоть он Илью не любил, а оставлять омегу одного в таком уязвимом положении вообще не дело. Они семья в конце концов, надо друг другу помогать. – Слушай, а может останешься у нас, пока, ну, ребёнок… - Серёжа до сих пор не знал какого пола у брата будет малыш, а потому не мог подобрать слов. – Саша, девочка будет, - наконец выдал хоть крупицу информации Птица. – Да, пока Саша не родится. И потом тоже можешь остаться, вместе веселее и легче будет. – Ещё чего, сам как-нибудь справлюсь, - бурчит парень и резко встает из-за стола, – И вообще этот вот твой терпеть меня не может. "Этот вот его", внезапно оказывается у Птицы за спиной, аккуратно усаживает его обратно за стол и сам садится рядом с братьями. – Птиц, я понимаю у нас не задались отношения с самого начала, но мы с Серёжей вообще то обсуждали это предложение, и я не против, - Гром ободряюще хлопает Птицу по плечу, – Оставайся, может и папашу Сашке хорошего найдем. Отношения у Игоря и Ильи и вправду были не очень, тот как-то сразу Грома невзлюбил, хотя он за все шесть лет отношений ни разу Серёжу не обидел, а потому и причин точить на него зуб не было. Но Птице попробуй объясни что, он зла его брату не желает, а наоборот, хочет чтоб тот всегда был счастлив. Возможно, причина его нелюбви к нему была в том, что однажды Игорь в первый год своей службы, Птицу поймал в общественном месте за распитием алкогольных напитков и посадил его в обезьянник. Справедливости ради, тогда Гром с братцем Серёжи знаком не был, да и сам Птиц был в своем боевом раскрасе а потому и не признал в нём, тогда ещё сержанте, парня родственника. И тут Илью прорывает. Он плачет тихо, беззвучно, это умение выработалось у него еще с детдома и прячет лицо в руки. Серёжа тут же бросается брата успокаивать, а Игорь сидит и не понимает за что ему хвататься. Слезы Разумовского это что-то привычное, он натура чувствительная, особенно сейчас, он знает что делать чтобы его успокоить. Плачущий Илья - это что-то из раздела фантастики, за долгие годы их знакомства он никогда не видел его таким. – Не надо мне другого, - тихо сопит Птица, утирая слезы, – Я его люблю. Птица? Любит кого-то? Ущипните кто-нибудь Игоря и Серёжу, они похоже спят и видят один и тот же сон. – Боже мой, Илья, а он-то хоть знает о ребенке? – Не-е-е-ет! Он меня бросил и умотал в командировку-у-у на Алтай… - Илья разклеивается окончательно и громко плачет, уткнувшись брату в плечо. “Вот урод” - думает про себя Игорь. Какие бы у него с Птицей отношения не были, а так поступать это действительно подло. Они кое-как успокаивают Илью и всё-таки убеждают его остаться хотя бы на полгода. Игорь, потом уже в их с Сережей спальне, между делом шутит, что вот весело будет если он с братом в один день рожать будет. И дошучиватется.

***

На братьев Разумовских еще в простой консультации для омег странно смотрели, оба на одно лицо, оба одинаково беременные. А уж доктор, который сначала вёл Серёжу, а потом еще и Илью, вообще не понимал что происходит, особенно когда приходил Игорь чтоб Серого поддержать. Илье было откровенно весело, ему нравилось, что все в больнице думали, будто у Грома гарем из омег. А вот майору не очень нравилось, и он, в свободное от работы время, посвящал поиску загадочного папаши Саши. Выходило пока негусто. Он прошерстил несколько раз страничку Ильи во Вместе, с горем пополам освоил Инстаграм (Серёжа пытался его посвятить в мир соцсетей, но все, на что Игоря хватило - это завести профиль в соцсети мужа и отвечать смайлами на все что он там ему присылает). Там уже было на что посмотреть, ибо в многочисленных историях из архива Ильи он сумел найти фотку его возлюбленного со спины и еще пару где видно его руки и кусок подбородка. Больше всего его в этой ситуации расстраивало то, что вот эта спина, руки и особенно кучерявая башка кое-кого ему напоминали. И шрам на руке у того парня был очень знакомый, прямо как у его брата в детстве. Игорь пытается ему звонить, но тот не отвечает, тогда он набирает отцу, узнать где его родственника носит. Константин сухо отвечает что Макс в командировке, где конкретно не знает, но он говорил что-то про отсутствие сети. На вопрос отца: "А зачем это ему внезапно понадобился брат?", Гром очень неправдоподобно делает вид что его срочно кто-то позвал. Объяснять всю ситуацию с Птицей ему сейчас вообще не хотелось. Со всеми своими доказательствами Игорь приходит к мужу. – Вот, смотри. Он протягивает Серёже смартфон со всеми файлами и фотками, но вместо подтверждения своим догадкам он слышит лишь: – Ого, ты освоил инстаграм? – Да блин, Серый, не об этом сейчас, видишь фотки? - смущается Гром. – Ну, вижу. Я на брата подписан, видел их до этого. Парень как парень. – А он тебе никого не напоминает? – М-м-м, подбородок на твой похож… Но это же ведь не ты? - омега мягко улыбается, не очень понимая, что от него Игорь хочет. – Вот именно - не я, а мой брат Максим, - торжествующе сообщает майор, – Мне кажется, у Птицы от него ребенок. Серёжа хмурится, внимательно всматривается в фотки, парень на них действительно чем-то похож на брата Игоря, но Илья ведь никогда бы с братом Грома встречаться не стал, особенно учитывая их схожесть. – Ну, не знаю, мало ли кудрявых людей в Москве есть. Ты же знаешь Илью, он бы не стал встречаться с человеком у которого буквально твое лицо. – А что не так с моим лицом? - немного обиженно вопрошает мужчина. Разумовский тихо смеется, Игорь такой забавный когда растерян так и хочется его по голове потрепать, как щеночка. – Всё так, самое красивое лицо на свете, просто я не так выразился. Я имел ввиду вашу с Ильей вражду, и что вряд ли бы он выбрал того, кто тебя напоминает. – Наверное ты прав, просто Макс тоже сейчас в командировке, всё сходится, вот я и подумал… - майор звучал уже не так уверенно, как вначале разговора. – Знаешь что, мне кажется ты просто заработался, надо тебе отдохнуть от работы и от нас с Ильей, - он гладит альфу по щеке и Игорь тут же прижимается к ней, желая больше ласки. Ну какой он у него нежный, Сережа сейчас запищит от умиления. – Какой же это отдых без тебя? - Гром улыбается и целует любимого в центр ладони. – Ничего не знаю, мы завтра с Ильей едем за покупками на весь день, и еще в квартиру его заскочим, посмотреть как там работа движется, а ты будешь отдыхать, понял? – Так точно капитан, буду лежать и тупить в подушку весь день! Игорь шутливо отдает честь Серёже, а сам думает, может быть муж действительно прав и ему все это кажется? И вправду ведь, мало ли в Москве людей похожих людей, да и в мире в целом. Так что он откладывает своё маленькое расследование до лучших времен.

***

В свой заслуженный выходной Игорь конечно же не отдыхает, потому что, внезапно, прямо как по его предсказанию, братья Разумовские действительно начинают рожать в один день. Сначала Серёжа внезапно понимает что начались схватки и нифига они не тренировочные, пока Илья копошится вокруг него, звонит Грому и Вениамину Самуиловичу, схватки начинаются и у него и теперь становится вообще до смеху. Игорь честно тупивший в подушку все утро, напоминает растрепанного воробья. Он только-только прорвался в палату к своей омеге, преодолев все круги ада из медсестер и санитарок. – И что, сильно катание на шаре помогает? - интересуется он у мужа. Серёжа отрицательно качает головой и тихо стонет от боли. У Игоря сердце кровью обливается, от этого зрелища, особенно от мысли о том что там в соседней палате точно так же мучается Птица, только совсем один. Гром встает со своего места, подходит к омеге и аккуратно, но с нажимом гладит того пояснице, как на курсах учили, пока не слышит расслабленное мычание. – Так лучше? – Да, спасибо, - коротко отвечает парень, – Пиздец, Игорь, у нас будет только один ребенок, я не понимаю как женщины и омеги на второго решаются. Гром хмыкает, если Серёжа матерится, значит дела совсем плохи. – Это ты сейчас так говоришь, а потом воспоминания о боли притупляются и вот уже ты со вторым ребенком. – Не-а, не будет такого, вдруг второй будет не пять, а не знаю, семь килограмм? – Ну если так рассуждать, то конечно не надо. Какое-то время они сидят в тишине, пока Игорь на автомате поглаживает мужу поясницу. Пока Разумовский внезапно не вопрошает: – А ты бы хотел второго? – Нам бы первого родить сначала, Серенький, куда нам второго? – Гром, не увиливай от вопроса, - очень сложно выглядеть грозно когда у тебя живот лезет на нос и сам ты сидишь на огромном шаре, но Серёге удается. – Хотел бы, - быстро отвечает Игорь, – Какое вообще детство без брата или сестры, да? – Ты прав, - задумчиво отвечает Разумовский, слегка морщась от очередной схватки, – Слушай, пошли к Илье, в жопу их правила, я не могу его там одного оставить. – Пошли, я сам предложить хотел. Дежурная медсестра в родблоке, смотрит на их парочку очень осуждающе, но им было откровенно плевать. Лицо Ильи увидевшего их в дверном проеме было самое счастливое на свете. В какой-то момент появляется очень громко причитающий Вениамин Самуилович и выгоняет Грома в коридор. Игорь пытается возмущатся, но под тяжелым взглядом доктора быстро сдувается. – Молодой человек, ну я вот как должен у Ильи Викторовича раскрытие смотреть? Вы ему кем приходитесь? – Никем, - пристыженно отвечает майор. – Вот и все, не мешайте мне делать свою работу, - отчеканивает он и захлопывает дверь прямо перед носом альфы. Не успевает Игорь и на лавочку присесть, как Рубинштейн вновь показывается из-за двери и кричит: – Софочка готовь родильное, на двоих! И выходит из платы бормоча под нос о том что он же просил, он же говорил, не дай бог они в один день рожать придут. – Вениамин Самуилович, а мне то что делать? – Ничего пожалуйста не делайте, сидите и ждите. – Но у нас же партнерские роды… - честное слово, Игорь сейчас заплачет, почему всё, что могло пойти не так, пошло не так? – А у меня двое братьев рожают, одновременно, не переживайте, они друг друга поддержат, - отвечает мужчина и уходит в сторону родзала, оставляя Грома в полном одиночестве. Минуты длятся как часы и пока родственники обрывают ему телефон, все о чем он думает это его бедный Сережа. Да не один, да с братом, да самый лучший акушер Питера принимает у него роды, но не волноваться он не может. И за Илью тоже ужасно страшно. Из оцепенения его вырывает внезапный крик медсестры. – Я спрашиваю, вы муж Разумовского? - девушка с ярко-рыжим каре, та самая Софочка, кажется, смотрит на Грома раздраженно. Похоже она уже не первый раз его спрашивает. – Извините, а про какого из Разумовского речь? – Сергея Викторовича, хотя вам про обоих сказать можно, - медсестра вздыхает устало, – В общем все хорошо с малышами и папами, пройдемте в палату.

***

Ярослава Сергеевна была чудо как хороша, Игорь держал малышку на руках и не мог поверить что это все на самом деле. Она была такая крошечная! Сережа бы конечно поспорил на счет этого, но на фоне Грома многие вещи были маленькими, а Ярочка так вообще. Они сидели вместе на больничной койке и рассматривали свою новорожденную малышку и не могли налюбоваться. Она свете всего пару часов, а они уже любят ее так сильно. – Она такая красивая и рыженькая, прямо как ты, - полушёпотом, чтобы не разбудить дочку, говорит Игорь. – А глазки у неё прямо как у тебя, - Сережа нежно улыбается и кладет голову на плечо мужа, – Илья дал тебе на дочку посмотреть? – Угу-м. – На него похожа? – Ну ты попроще что-нибудь спроси, он мне ее на три секунды глянуть дал, я только светлый пушок на голове увидел. – Эх, Илюша, Илюша… Оба родителя замолчали, думая каждый о своем. Серёжа о том как же брат будет один с Сашенькой, а Игорь о том что надо все таки до брата дозвонится. Ну в самом деле, он же ничего не потеряет, просто спросит?

***

На выписку к ним приходят самые близкие: отец с дядей Юрой, дядя Федя с тетей Леной, Юлька с Димкой и к большому удивлению близнецов - внезапно вернувшийся с контракта Олег. Илья с Серёжей едва не повисли на бедном, и не будь тот тоже омегой Игорь бы даже приревновал. Хотя ревновать стоя с ребенком от любимого как-то странно было. А вот Максим, падла такая, опять был в командировке и рассыпался в извинениях. После родов Илья удивительно смягчился в отношении Игоря, даже мог оставить с ним и Ярославой Сашеньку. Игорь, которого вопреки всяким стереотипам, Федор Иванович лично выгнал в декретный отпуск, окунулся в родительство с головой, а потому не видел большой проблемы в том, чтобы следишь еще и за племяшкой Серёжи. К тому же Саша и Яра сестренки, хоть и двоюродные, а вместе как говорится, веселее. Серёжа, так чисто формально тоже в отпуске декретном был, только вот за него никто к сожалению его работу не сделает, а потому он продолжал работать над соцсетью. Так что Сергей и Игорь постигали азы родитества вместе, даже если не всегда получалось. Первые месяцы Грому было особенно сложно, не ухаживать за ребенком, нет, сложно было без работы. Он привык думать-думать-думать, а теперь все из чего состоял его досуг это Ярослава. Разумовский, видя как муж буквально чахнет без умственной деятельности, предлагает взять так сказать работу “на дом”. Помогать в расследовании каких-нибудь несложных дел, Игорь этой идеей прямо загорается. Серёжа тоже рад что майор больше не скучает, но когда однажды слышит как Гром читает Ярославе и Саше вслух какое-то дело о краже 12 холодильников вместо сказки, думает что зря это предложил. Но ничего уже не поделать. Чем больше Игорь времени с Сашей проводил, тем больше убеждался в своей теории. Светлый пушок со временем превратился в крошечные кудряшки и носик был ему до боли знаком. Да она даже морщилась как он! Однажды, не удержавшись, Игорь нашел старую, оцифрованную фотку Макса примерно в таком же возрасте, сфоткал Сашу похоже и отправил отцу с подписью: “узнаешь кто?”. Научить папу пользоваться мессенджерами было той еще задачкой, но Серёжа поставивший перед собой цель - это нечто. Ответ приходит к нему через несколько минут. “За кого ты меня принимаешь? Конечно узнаю, это Максимка” Игорь ухмыляется уголком губ, показалось ему, ага, майору Грому ничего не кажется. “А вот и нет, это Саша, Серёжина племянница” - отвечает отцу Игорь. Отец на это сообщение реагирует лишь смайликом поднятого вверх пальца. Мда, ну, хотя бы так. Зато он убедился что не сошел с ума. Гром решается завести этот разговор с Сережей снова, когда Птица переезжает в свое “гнездо” чувствуя себя более уверенным в родительстве. Омега что-то активно печатал в ноутбуке пока дочка сидела в слинге и увлеченно наблюдала за происходящим на экране. – Смотри, - Игорь в очередной раз протягивает Серёже телефон с фото. – Какой ты миленький и кудрявый! - улыбается Разумовский глядя на экран, – Перешлешь мне это фото? – Что? Это не я, - Игорь поворачивает телефон к себе, – А, нет, я, - он смущенно перелистывает фото дальше, – Вот. – М-м, а теперь ты мне Сашу показываешь? - Серёжа сдается, понимая что муж его надолго решил отвлечь, убирает ноутбук на тумбочку. – А это не Саша, это Макс, посмотри там сбоку даже дата от фотика есть, - Игорь протягивает телефон и программист, не веря, действительно увеличивает фото чтобы посмотреть дату. – Афигеть, сказал бы я что это фотошоп, но ты ж им пользоваться не умеешь… Не умеешь же? – Не умею, - довольно отвечает Гром. – Да ну нет, Илья же буквально ксерокопию Макса сделал… Обалдеть… - Серёжа внимательно рассматривает малыша на фото и находит в нем все больше и больше сходств с племяшкой. – А я говорил? Говорил! А ты мне не верил. – Прости-и-и, ну в это и вправду было сложно поверить, - Разумовский возвращает телефон обратно, ибо Ярослава уже потянула к нему свои любопытные ручки, – Только вот, что нам с этой информацией делать? – Хороший вопрос, как я понял, Максим вообще ни сном ни духом что Птица от него беременный… был. Действительно уехал в командировку на Алтай, а потом еще умотал в Чехию и в Москву только недавно вернулся. – Ага, а Илья как раз решил переехать обратно в Питер, поэтому и делал ремонт в своей квартире что детдом дал, - Сережа глубоко задумывается и утыкается в рыжую макушку дочери, та успокаивающе пахла молоком и детской присыпкой, – Надо Максиму рассказать, а дальше пусть сам решает что с этой информацией делать. Илья тоже не очень красиво поступил, он имел право хотя бы знать. – Твой брат меня прикончит, - немного обреченно говорит Гром. – Не прикончит, я скажу, что это я рассказал. – Тогда зовем его в гости, пусть хоть на племянницу посмотрит, раз на выписке проштрафился.

***

Заманить Кольцова к ним в Питер задачей со звездочкой. Справедливости ради, отношения у Игоря с братом были так себе, особенно в сравнении с Ильей и Серым, которые хоть детьми могли поменяться и те бы даже подмены не заметили. Была в этом конечно вина второго родителя, который просто однажды увез Максима в Москву, дал свою фамилию и общаться с родней запретил. Нормально поговорить Игорь с ним смог только когда случайно пересекся с ним в столице во время учебы. Они очень долго разговаривали, в основном о детстве, о той ее счастливой части, пока родители не развелись. А потом снова разошлись как корабли в море, лишь номера друг другу оставив. И вот Грому снова нужно восстановить общение. Даже не для себя самого, для Сашки скорее, ему не хотелось чтобы она их судьбу повторяла, и росла без второго родителя, потому что те рогом уперлись. Игорь, честно сказать уже отчаивается, когда Максим, внезапно среди ночи всё-таки отвечает и соглашается приехать. – Игорь, сядь пожалуйста, у Ярославы из-за тебя сейчас косоглазие будет, - строго просит Серёжа, и отправляет в рот дочке последнюю ложку с пюре. – Извини, - Игорь тут же послушно садится на стул, – Я просто волнуюсь. – Я вижу, все хорошо будет, вот увидишь, - омега нежно гладит мужа по голове, – Вытрешь Яре мордочку? Я пойду посуду помою. Сережа, зная, что Игорю для успокоения надо что-нибудь делать, дает простое задание и тот с готовностью идет его выполнять. Дочь послушно дает себя умыть и даже умудряется брызнуть в папу водой, Гром уже хочет пойти посадить ее в кроватку, для дневного сна, как вдруг раздается звонок в дверь. – Я открою! - кричит Сережа с кухни, но Игорь все равно тоже идет в коридор. Максим с их последней встречи как-будто вообще не изменился. Как был очаровательным раздолбаем, так и остался. Гром передает дочь мужу, а сам заключает брата в крепкие объятия. Первый шаг всегда страшно делать, но нужно. – Привет, давно не виделись. – Привет, - коротко отвечает он и неуверенно обнимает брата в ответ. Поначалу общение идет туго, Игорь молчит не зная что спросить, Максим стесняется, нашёл, называется, где и только Серёжа из последних сил пытается поддержать разговор. Разумовский цепляется за внимательный взгляд Кольцова на племянницу и спрашивает: – Хочешь подержать? – Да, давай, - отвечает Максим и чуть ли не перестаёт дышать, когда ему протягивают малышку. Игорь думает, что будет как с Сережей и Ильей - Ярослава даже не заметит подмены, но дочь сидит на руках у брата непонимающе вертит головой то в его сторону, то в сторону Максима и внезапно начинает хныкать. Гром тут же забирает дочь к себе. – Маленькая моя, ты что испугалась дядю Максима? - Игорь прижимает Ярославу к себе, гладит её по голове, успокаивая, – Он же прямо как я выглядит. – Да ну скажешь тоже, – смущенно бормочет журналист. Максим чувствовал себя максимально неловко, вроде бы и не виноват в слезах племянницы, а всё равно стыдно. – О, точно, я же для Ярославы подарки привёз, - неожиданно вспоминает он и уходит в гостинную, где оставили его сумку. Возвращается он к ним с плюшевым мишкой и ксилофоном. У Сережи в моменте лицо меняется с улыбчиво-доброжелательного на убийственно-воинственное. – М-м-м ксилофон… - тихо бормочет он, но Кольцов все равно слышит. – А что не так с ним? - Макс смущённо чешет затылок. – Ничего-ничего, - Серёжа тут же натягивает улыбку обратно, но тихо добавляет, – Твоему ребёнку мы барабан подарим. За что получает легкий пинок от мужа под столом. Максим, к счастью их перепалки не замечает и вручает Ярославе мишку и ксилофон. Второе ей естественно, нравится больше и теперь их диалог сопровождается весёлой какофонией звуков. Разумовский таких мучений долго не выдерживает и ссылаясь на то что дочке пора на дневной сон, забирает её собой и оставляет братьев тет-а-тет. Игорь намек понимает и мысленно подготавливает себя к не самому простому диалогу. – Ты же знаком с братом Серёжи? - нарушает повисшую между ними тишину Игорь. Максим от вопроса едва не вздрагивает. – Знаком это слишком мягко сказано. А ты откуда узнал? Игорь закатывает глаза, за кого его вообще принимают? Он не настолько древний. – В интернете блин увидел, Птица может сколько угодно в эти интриги играть и прятать лицо своего молодого человека, но я, извини, твою башку кучерявую и родинку на копчике везде узнаю, - Гром раздраженно выдыхает и откидывается на спинку стула. Страшно хотелось курить, но Серёга ему пальцы переломает если хоть каплю никотина почует. – Окей, я с ним встречался, тебе эта информация зачем? – Мне? Абсолютно незачем, я это и так знал, у меня есть информация для тебя про Птицу. – Почему ты зовешь его Птицей? – Потому что он терпеть меня не может, и шипит каждый раз когда я его зову Ильей. Не переводи тему. – Боже мой, ладно, что там у тебя может быть? Он послал на меня проклятье и я умру через пару месяцев? Ну что? – У него от тебя дочь, - на одном дыхании выдает Гром и протягивает брату телефон с фото Саши. Максим сначала думает это какой-то прикол, пранк, алло операторы выходите я раскусил ваш обман. А потом смотрит в телефон и понимает что нифига это не прикол, да и брат его никогда нормально шутить не умел. – Ничего не понимаю, почему он… почему он ничего не сказал? – Этого я не знаю, всё, что нам сказал, это то что ты его бросил и уехал на Алтай. Игорь, грешным делом, думает что Максим придуривается, но выглядит он по настоящему растерянным. – Это не так, вернее… Мы сильно посорились, да, Илья не хотел чтобы я уезжал, а я не мог не поехать. А потом он сам мне не отвечал, хотя я много раз звонил, и я решил что больше нет смысла долбится в закрытую дверь, - Кольцов зарывается пятернёй в волосы и слегка сжимает её, пытаясь немного отрезвить себя. – А Илья тогда просто телефон свой утопил и не стал номер старый восстанавливать, - говорит Серёжа заходя на кухню и прикрывая за собой дверь. – Вот как, - безэмоционально брякает Максим. Разумовский вздыхает, за брата было безумно стыдно, Илья всегда был такой. Импульсивный, взбалмошный, никогда не сидел на месте, если брался за что-то - не успокаивался пока не будет сделано идеально, если любил - то любил до искр из глаз. Один раз и навсегда. Правда не все его характер выдерживали. В этот раз он превзошел самого себя. – И что мне делать? Прийти к нему и сказать что я все знаю? Он же меня прямо там прибьет. – Ну, это вряд-ли, - Игорь улыбается уголком губ, – Когда ему сказал что мы найдем Саше папу получше, он сказал что любит тебя и никого другого ему не надо. – Во всяком случае попробовать стоит, Илья хоть и стоит себя всего такого недоступного, но на самом деле он внутри не такой. Максим сидит ни живой ни мертвый, может он опять с Денчиком в Топях оказался и напился отравленной водички? Слишком сюрреалистично все это звучало. Хотя все факты были на лицо - вот Илья который оставил от него ребенка, вот дочь точная копия его в детстве. – Я поговорю с ним, - наконец решается Макс. – Отлично, я тебе пришлю его новый номер телефона и адрес, - Серёжа тянется к телефону и быстро набирает нужную информацию. Игорь даже начинает гордиться братом, он не ожидал от того такой прыти, думал что тот отнекивается от ответственности будет, а тут. Приятно иногда ошибаться.

***

Вечером того же для телефон Игоря взрывается сообщениями: “ГРОМ Я ТЕБЯ УБЬЮ ЗАЧЕМ ТЫ ЕМУ РАССКАЗАЛ?!??!?” “КАК ТЫ ВООБЩЕ УЗНАЛ СЫЩИК ХРЕНОВ” “ОТКУДА У НЕГО МОЙ АДРЕС??!” “ГРОМ ТЫ ТРУП, Я НА ТЕБЯ ОЛЕГА НАТРАВЛЮ НИ ОДИН ПАТОЛОГОАНАТОМ СОБРАТЬ НЕ СМОЖЕТ” Игорь бы испугался угрозы, если бы не знал что Олег на самом деле добрейшей души человек, и вообще печет самую вкусную шарлотку на свете. Часом позже, Илья пишет: “Ладно, живи противный, Ярославе ещё отец нужен, хотя бы такой” Игорь знает что он нарывается на неприятности, но все равно пишет Птице: “Что, Максим уже добрался до твоей постели и успокоил как надо?:)” Тут же прилетает разъяренное: “ДА ТЫ БЛЯТЬ ИДИ ЗНАЕШЬ КУДА МЕНТ ВОНЮЧИЙ Я ТЕБ” “Игорь, хватит его драконить умоляю” Гром смеётся так что едва не сваливается с кровати. “Ок, не буду мешать делать второго” “ИГОРЬ БЛЯТЬ” Он все таки падает с кровати со смеху.