Наследие Камня и Огня  (или Тень на Восточном Краю Рованиона)

Эребор встречал то же утро, но вместо привычного дождя гору заливало яркое солнце, высоко взошедшее над вершинами. Жители подгорного царства давно пробудились от сна: кузни и жаровни неустанно трудились, наполняя воздух звоном молотов и треском раскалённого металла. О каждом камешке, о каждом происшествии докладывали королю. Он разумеется мог и не вмешиваться, но то была воля его и спорить с этим не приходилось. Торин Дубощит навёл порядок в своём доме всего за пару лет. От драконьего запаха, что пропитал стены и воздух шестьдесят лет назад, избавиться сразу не удалось. Король поручил эту задачу своим алхимикам, сырость и едкий дым постепенно ушли, но золото, покрытое многолетней пылью и копотью, отмыть так и не удалось, как бы они ни старались. Торин располагался в западном крыле своего дворца, что было необычным выбором для короля: далековато от трона и большого зала, где обычно принимаются гости и посланники. Зато его покои находились рядом с выходом. Гном за годы изгнания привык к открытому небу и свежему воздуху. Несмотря на титул и происхождение, Дубощит больше всего любил покидать Эребор. Король мог попросту прогуляться по пустоши, а иногда брал гнедого коня и скакал в Дейл, дабы навестить город людей и развеять свою скуку, вспомнив свои былые времена. — Ваше Величество, пришёл ответ от Барда, правителя Дейла, — коротко сообщил Варрин, подавая королю пергамент. — Надеюсь, он согласен на моё предложение, — распечатав письмо, Дубощит устало вздохнул и перевёл взгляд на одного из своих советников. — Что же он пишет? — «Мы надеемся оправдать ваше высокое ожидание, однако пока не можем выступить против орков. Их стая далеко от Дейла и, тем более, от Эребора. Стоит ли вашему величеству думать о сброде? Наш ответ на их набеги — укрепление врат. Советую сделать то же и вам. С великим почтением, правитель и Владыка Дейла.» — Возможно, он в чём-то прав, ваше величество, — задумчиво произнёс Варрин. — Орки были плохо вооружены, вряд ли ими кто-то руководит. Скорее всего, это сбежавший с поля битвы сброд, пытающийся выжить набегами на людской город вот уже какой год подряд. — Не будет мне покоя покуда эти твари, лишившие меня племянников, рыщут вблизи Эребора, — глаза Торина сверкнули яростью. С годами его взгляд стал ещё более грозным. Он не забыл Битву Пяти Воинств и сердце его с тех пор пылало жгучей ненавистью. — Полно вам, государь, — Варрин попытался смягчить настрой гнома, но король смерил его пронизывающим взглядом и советник замолчал. — Если бы я только знал, чем закончится этот поход... — с горечью произнёс Торин. — Я бы не брал мальчишек с собой или остался в Синих Горах. Тогда они были рядом сейчас. — Тогда Эребор навсегда остался бы вотчиной змея, а наш общий враг непременно использовал бы положение Смауга, привлекая его на свою сторону. На кону стояла не только ваша месть, но и судьба всего континента. — Разговоры не вернут мне Кили и Фили, — с хрипотцой прошептал король. — И радость в глазах Дис. Она предпочла бы мою смерть, я понимаю её. Ведь я разом отобрал у сестры двоих сыновей. — Принцесса, отчаявшись, наговорила много чего, — мягко заметил Варрин, — Но эти слова были не её, а боли, что овладела ею. Дубощит откинулся на спинку кресла и устало посмотрел в потолок. Варрин же достал из дневника новый пергамент и протянул его гному: — Сегодня рано утром доставили это, ваше величество. — вернув своё внимание советнику, Торин взял в руки запечатаное письмо. На печати был изображён герб: парящий в небе орёл, а за его спиной возвышается замок, обрамляет сей герб венок, плетённый из плодов и растений. — Скаидан? — удивлённо пробормотал Торин. — Что нужно этому Махалом забытом месту? — развернул пергамент и начал читать. «Ваше Величество Торин Дубощит, мудрый и доблестный король гномов! От имени королевского дома Гарданов и от себя лично я сердечно приветствую вас и выражаю глубочайшее уважение. Весть о вашей славной победе над врагами, укрепившей величие и безопасность гномьего народа, наполнила наши сердца гордостью и радостью. Пусть эта победа станет лишь началом долгой череды успехов и процветания Эребора. В знак дружбы и союза между нашими народами я имею честь предложить руку и сердце моей дочери, прекрасной и доблестной Сильмариэн, вашему благородному дому. Пусть этот союз укрепит братство между людьми Скаидана и гномами Эребора, объединит наши силы и сердца во имя мира и благополучия. С глубоким уважением и надеждой на скорый ответ. Король Брандор Гардан Замок Каменный, Скаидан» Оба гнома ожидали что угодно, но не такого предложения. Торин, прочитав письмо вслух, впал в ступор. Он ведь никогда не задумывался о свадьбе, как в принципе о своей личной жизни. Не до того ему было. Гном всегда предвкушал возвращение домой, но даже когда вновь обрёл его, подобного рода мысли не посещали голову монарха. "Война и последующие заботы не оставляли времени на подобные мысли." — Видимо, правитель Скаидана сошёл с ума, предлагая мне человеческую девицу на роль моей жены и королевы Эребора, — пробормотал Торин, не сводя взгляда с Варрина. — Возможно на это есть объяснение, но в письме о нём конечно же не говорится, — осторожно заметил советник. — Какие могут быть объяснения? Жажда наживы? — усмехнулся король. — Сколько лет от Скаидана не было ни весточки, а самым первым предложением спустя столетия, женитьба на их принцессе. Странно всё это, Варрин. — Насколько мне известно, принцесса Сильмариэн – единственная дочь Брандора, что делает её так же наследницей трона. Предлагая вам девушку, он может подставить только себя, а не вас, ибо лишается кандидата на высокий престол. К тому же Скаидан процветает благодаря плодородным землям и искусным каменотёсам. Хотя богатства немного поубавились за последние пятьдесят лет, они всё ещё остаются состоятельными. И камни, и растения у них в избытке. — Думаешь, мне стоит ответить? — задумчиво спросил Торин. — Но что же написать? Да и какой ответ? Я не смогу взять в жёны его дочь по двум простым причинам: первое – она не гномка, а второе – я не желаю когда либо связывать себя узами брака. — Однако наследники вам нужны. Я молчал, потому что вы не любите затрагивать эту тему, но годы идут и время не ждёт. Зачем столько лет сражаться за Эребор, если ваш род может угаснуть? — Ты серьёзно предлагаешь принять это предложение? — усмехнулся король. — Если скажешь об этом придворным, они подумают что ты сошёл с ума. — Помнится, вам уже предлагали кандидатуру гномки, подходящей по возрасту, — напомнил Варрин. — Но вы её отвергли, видите ли, в вас нет любви к ней. — Именно. Я не смогу быть с той, кого не люблю... — Иногда стоит пожертвовать чувствами ради народа и государства, — тихо сказал советник. — Иначе вы не король, а лишь гном с короной, который не хочет исполнять свои обязанности. Дубощит задумался, Варрин никогда не стеснялся в выражениях и разговаривал с ним без всякой лести и опаски, за это Торин высоко ценил гнома и глубоко уважал, ибо немногие были честны с ним так же. Долг короля лёг на плечи в тот самый миг, когда на его голове засияла корона Трора. Советников беспокоил вопрос наследников и предлагали даже гномку из знатного рода, одну из немногих свободных женщин Эребора, которая подходила по возрасту. Однако он даже не стал слушать их, предпочитая более не возвращаться к этому вопросу. — На ближайшем совете огласи это предложение, — наконец сказал король. — Послушаем, что скажут наши кнурлы.

***

— Такое предложение пришло из Скаидана, — Варрин продолжил, увидев недовольство на лицах гномов. — Не стоит отвергать его сразу. Всем известно положение короля и государства, которому как никогда нужны наследники, чтобы продолжить славный род Дурина. — Скаиданцы странный народ, собранный из смешанных людских племён. Стоит ли вообще обращать на них внимание? — спросил Двалин, военачальник и главный страж его величества. — Вот-вот, эти людишки давно показали своё истинное отношение к нам. Зачем ты завёл этот разговор, Варрин? Видно хочешь посмеяться над нами? — Мне не до смеха. Его Величество приказал донести вам предложение Брандора и как можно скорее отправить ответ. — Принцесса человеческая девушка. Смешение людей раньше происходило лишь с эльфами, что понятно: все дети Эру Илуватара чем-то похожи. Однако люди и гномы разнятся во всём, такой союз невозможен. — Не думаю, что раса помешает ей подарить королю наследника, — обратился Варрин к верховному советнику, седовласому Балину. — А нам покой и веру в будущее процветание. — Вижу ты уже говорил об этом с Торином? — спросил Балин. — Какой совет дал ты ему дал? — Тот же, что и вам: не отвергать принцессу Сильмариэн сразу. — Какое необычное имя для жительницы горной местности и уж тем более принцессы, — выдал один из советников. — Поговаривают, её мать была из рода дунэдайн, — ответил Варрин. — Но сейчас это не важно. Имя девицы должно волновать нас в последнюю очередь. — Но ты ведь не призываешь нас согласиться сразу? — Разумеется нет, для начала нам необходимо провести переговоры и соблюсти предписанные нашими обычаями смотрины потенциальной невесты. Если Скаидан согласится, то мы отправим к ним своего представителя, а там уж как дело пойдёт. — Добрый день, милорды, — король решил всё же явится на совет, уж больно ему было интересно узнать про их решение. Гномы повставили со своих мест и глубоко поклонились своему государю, а тот спешно занял трон. — Я как раз выполнял вашу волю и рассказывал совету о прекрасных перспективах. — Что скажете, мои верные советники? Стоит ли задумываться о союзе с королём Скаидана? Советники переглянулись и в зале повисла напряжённая тишина. Воздух, пропитанный запахом старого камня и горящих факелов, казался ещё тяжелее. Торин сидел на троне, сложив руки на коленях и наблюдал за гномами, теми, кто помогал ему вернуть Эребор из-под власти Смауга. Они были его опорой, его семьёй, но сейчас их лица выражали лишь смятение и неприятие. — Ваше Величество, — первым заговорил Балин, верховный советник, чьи седые бороды и морщины говорили о прожитых годах и мудрости. Его голос был спокоен, но в глазах сквозила тревога. — Мы все знаем, что времена меняются и Эребор нуждается в наследниках. Род Дурина не может угаснуть, как свеча на ветру. Но человеческая королева? Это противоречит нашим традициям. Гномы и люди — мы разные, как молот и наковальня. Они живут под солнцем, мы же в недрах гор. Двалин, гном с могучими плечами и шрамами от бесчисленных битв, кивнул, его кулаки сжались на столе. Он всегда был прямолинейным. — Балин прав, государь. Мы сражались бок о бок с людьми в Битве Пяти Воинств, но это не значит, что человеческая девица должна сидеть на нашем троне. Кто знает, что выйдет из такого союза? Мы сами приглашаем чужую кровь и расу в дом? Нет, это оскорбление для наших предков! Один за другим советники закивали, бормоча под нос тоже самое. Глоин, мастер-кузнец, скрестил руки на груди. — Люди хороши для торговли и войны, но не для брака. Их женщины слабы, как тростинки, да и живут недолго. А наша королева должна быть крепка и надёжна, дабы выносить наследников рода Дурина. Эта Сильмариэн — всего лишь девчонка из далёкого Скаидана. Мы даже не знаем, как она выглядит! Варрин стоял в стороне, его лицо оставалось невозмутимым. Он был единственным, кто не колебался, его аргументы были вполне логичны. — Милорды, подумайте о будущем, — сказал он твёрдо. — Скаидан богатый край, их земли плодородны, у них в руках сосредоточены редкие богатства равнины. Союз с ними укрепит наши границы, даст новые торговые пути и, возможно, союзников. Наследники это необходимая мера, это безопасность для Эребора. Его Величество не вечен и кто продолжит дело рода Дурина, если не достойный потомок? Быть может кто нибудь из нас? — насмешливо спросил он. Торин слушал, не вмешиваясь. Его мысли путались, как нити в бесконечном клубке. Воспоминания о Кили и Фили жгли душу, он потерял их в той проклятой битве и теперь мысль о новой семье казалась предательством. Но Варрин прав, Эребор нуждался в наследниках. Король представил себе человеческую девушку на троне, хрупкую, с нежной кожей, не привыкшей к подземельям. Неприятный холод пробежал по спине. Он любил свой народ, свою гору, но идея жениться на чужеземке... Это было как принять в дом врага под видом гостя. — Довольно споров, — наконец произнёс Торин, поднимая руку. Его голос был низким, как гул далёкого обвала. — Я ценю вашу прямоту, друзья. Но Варрин говорит верно, времена требуют решений. Орки рыщут у наших стен, а Скаидан предлагает мир. Признаться я колеблюсь и не знаю, что делать. Моим долгом является потомство роду Дурина. Если принять это предложение, Эребор может выиграть во многом. Наше влияние настигнет самой границы Рованиона. Он откинулся на троне, глядя на факелы, мерцающие в темноте зала. Решение будет вынесено, но не сегодня.