Искусство курения

Комната в густом полумраке. В её тьме возвышается слегка сутулая фигура, развалившиеся в чужом рабочем кресле на колёсиках. В свете настольной лампы окутаны лишь руки. Ловкие пальцы подкручивают дорогого вида сигару. Глаза спокойной рассеянной радостью смотрели куда-то в зеркало. Куда-то в обшарпанное, слегка разбитое временем зеркало. В руках ощущается слегка маслянистая обёртка идеальной фигуры сигары. Он подносит её к носу. Не вдыхает аромат, а даёт ему самому допархать до рецепторов. Пахнет табаком, тёмным шоколадом и орехами. Это был не запах, это есть поэзия. Он поднёс холодную сигару к губам, проверяя тягу. Воздух проходил свободно и без помех, давая табаку свободу действий. Его губы расплылись в одобрительной улыбке. Наконец настал час огня. Нет, не зажигалки. Час длинной и изысканной кедровой спички. Лёгким движением запястья, спичка получила право на огонь от коробка. Не торопя не спичку, не скрутку, он начал медленно будить табак, прокручивая кончик сигары над огнем на расстоянии дюйма. Не поджигая, а нагревая. Медленно и медитативно. До появления на свет первого, лениво выползающего дыма. Наконец он поднёс сигару к губам. Не втягивая, а медленно вдыхая табачный дым. Задержал во рту. Крепкий, перечный застой ударил в нёбо. После чего взрыв сложных вкусов на рецепторах. Жидкий дым обволакивает его глотку, не доходя до лёгких. Такой же неторопливый выдох. Дым медленно расползается по густому воздуху комнаты. Сначала струйками и кольцами, а затем и серым облаком, осевшим под потолком. Достал из шкафчика стола тяжёлую хрустальную пепельницу. Аккуратно положил перед собой. И не стряхнул, а прикоснулся серым кончиком к её краю. Ровный пепельный цилиндр выпал сам по себе. Признак качественных сигар и хорошей скрутки. Каждая затяжка обдуманная, каждая пауза – часть церемонии. Он не курил сигару. Он был сигарой. Он был С сигарой. Он её слушал, чувствовал и понимал. Это не просто снятие стресса – это полноценный обряд. Проходили минуты. Комнату окутал дым. В её центре фигура. Ранее с рассеянным взглядом, впредь с ясным. Видит не просто зеркало. Видит себя. Видит себя в зеркале. Видит себя… Зеркалом. Размышления прекращает скрип двери и последующая громкая жалоба до боли любимого голоса. – Спамтон! Опять мне всю комнату задымил. Раздраженность второй фигуры сама собой нарисовала улыбку на лице маркетолога. – Здравствуй, [ANT]. Как работа? [HARD WORK] Сделав предпоследнюю затяжку, внимательно наблюдает за каждым движением телеведущего. – Хах, сегодня я сиял! Тенна, улыбаясь, снял с себя пиджак и аккуратно привесил его к остальным, идеально-висячим пиджакам в шкафу. К слову, все его красные пиджаки были абсолютно одинаковыми. За исключением одной белой вороны: единственный в его гардеробе черный пиджак. Это заставило Спама улыбнуться ещё сильнее. – Ты всегда сияешь, [Honey]. – Сегодня я сиял по особому! В конце программы зрители аплодировали мне целую минуту. Целую оглушительную мин…! – Здоровяк согнулся пополам, охваченный приступом кашля. Кашель искрами. Но он быстро пришёл в себя. – Извиняюсь. Так вот, минута аплодисментов, посвященных мне! – Он торжественно протягивает руку к небесам, а на кончике его носа вырастает розовый бутон. Умилительное зрелище. – Они хлопали мне! Непревзойденному мне!!! – Непревзойденному тебе. – Повторяет без всяких рекламных вставок, опираясь щекой на кулак. Смотрит на последний затяг сигары, после на Тенну… – Слушай, [КАТОД]. Подойди-ка сюда. ТВ послушно подходит к раскинутой в кресле фигуре. Большая Шишка делает последний, самый крупный вдох и намеренно подольше задерживает дым во рту. Мгновение, и Спамтон уже стоит на кресле, а Тенна притянут к его губам за ослепительно-жёлтый галстук. И вот, они целуются. Экран в краску. Катод зря времени не теряет, делиться сокровенно припрятанным табаком и углубляет поцелуй. Такие откровения удаются у них крайне редко. Но есть в этом влажном процессе что-то чертовски правильное. Всё на своих местах, когда они вместе. Тенна и Спамтон. Спамтон и Тенна… СпамТенна. Эта мысль рассмешила почтальона. Прямо во время поцелуя. Прямо в чужие губы. Этот слюнообмен не должен был завершаться не при каких обстоятельствах. Но завершился. Когда вдруг язык ударило током. – [OUCH]!!! – Ой, Спамми, извини! Я не хотел, правда! Тебе больно? – Нет, всё [cool]. А вот у тебя, кажется, не всё [cool] [[LITTLE SPONGE]]. Ты заболел? Тенна вздыхает. Его настроение резко меняется, прежняя счастливая мордашка сменяется на грустную. Он отстраняется и начинает рыскать в полках. – Понимаешь, – Выкидывает из полки ненужные вещи, в поисках нужной. – мне должны уже, по-хорошему, провести техобслуживание. – Прочь летит мягкая игрушка какого-то барашка с надписью “Зюзя”. – Кажется я, – На свалку полетел просроченный, прогнивший никому не нужный, ТВ-ужин. – дряхлый, старый, пузатый телевизор, – Какую-то инструкцию он просто отодвигает в сторону. – медленно разваливаюсь на части. – Наконец нашел бутылку вина и слегка грязный бокал. Пошёл с ними в сторону дивана. – А может просто небольшая поломка. – Плюхнулся. – Но откуда мне знать, меня вряд-ли кто-то станет чинить. – Отлил себе бокал и почти сразу выпил его залпом. Спамтон ещё мгновение тупит взгляд. А после тянется к той же полке, доставая пошарпанную в нескольких местах инструкцию в твёрдой обложке. На обложке разместился телевизор. Закрыв один глаз, он тянет инструкцию в сторону Тенны, сверяя картинку с телевизором, лежащим на диване. Та же комплектация. Очевидно, это инструкция к самому́ больному. Пока телеведущий кашляя любует потолок, Шишка с большим интересом пролистывает страницы одну за другой, бегло распознавая главную мысль каждой главы под светом настольной лампы. Каждый разворот был посвящён отдельному органу робо-ТВ. Его строение напоминало самую обыкновенную человеческую анатомию. Провода заменяющие вены, заместо крови электричество. Скелет с приставкой экзо, как в той жуткой видеоигре про ресторан с робо-зверьми. Микросхемы, пара вентиляторов, мышцы из прочного селикона, мешки-лёгкие. И в заключение… – [Объект В Форме Сердца]... – Еле слышно произнёс он одними губами. Коротышка спрыгивает со стула, и уверенным шагом направляется к горизонтальному объекту. Ловким движением оседлав его талию, и положив инструкцию рядом, быстрые пальцы начали растёгивать пуговицы рубашки Тенны. – Спамтон…? Спамтон, что ты, чёрт возьми…! – Я сам устраню [[FAILURE]] [Fragile Reed]. Тело под ним сильно не сопротивляется, экран лишь розовеет двумя овалами на щеках, что в данный момент не очень волнует. Пуговицы устранены, перед длинным носом открылось металлическое туловище. Отодвигая галстук в сторону, Спамтон сверяется с инструкцией. Тенна не знает куда себя деть. Он смущён и смятён. Руки сами собой сложились на груди, пытаясь хоть как-то заслонить голый металл. – [SWEET], убери свои [[Пятипалые Лопаты]], я ведь так ничего не увижу. Обладатель больших кистей послушно убирает руки, дав одной из них беспорядочно свисать к полу, а другой схватиться за спинку дивана. Так, нужно найти способ вскрыть экзоскелет. Крыс без промедления начал шарить по чужому металлу. Трогая, щупая, щекоча… Тенна ёрзал от непривычных прикосновений. – Кххх… – С таким звуком ощупанный отодвинул от себя Спамтона. Тот посмотрел ему в экран с небольшим раздражением. Дескать, мешаешь работать. – Извини… – Будучи раздавленным суровым взглядом, руки позволили проводить дальнейший осмотр. Наконец, поиски не прошли даром. Найдена тонкая полоска, соединяющая две половинки корпуса. Проходила она ровно по середине, между рёбер, и явно была создана для того, чтобы разойтись по швам. Спамтон проводит пальцем по всей длине линии, после чего силой пытается раздвинуть обе части. Но долго пытаться не пришлось, ведь он был схвачен и поднят шипящим Тенной. – [Babe], будь [[GOOD BOY]]. Отпусти меня. – Неожиданно спокойным, доброжелательным тоном говорит подвешенный. Большой ставит его на диван. – [Sit Down]. Заинтересованный просьбой, садится, как по приказу, и смотрит на уходящего ему за спину коллегу. Спамтон снимает с него галстук и непринужденно, как-будто не происходит ничего из ряда вон выходящего, завязывает ошалевшему телевизору руки за спиной той самой жёлтой тканью. – Что ты… – Очнулся слишком поздно. Попытка высвободить руки прошла безуспешно, узел уже был завязан. – Живо развяжи!!! – Это для твоего блага, [[КАТОДНЫЙ]]. – Возвращаются в прежнюю позицию – Правда мешаешь. Молчание. Спамтон продолжает работу, а Тенна внимательно наблюдает за каждым движением его рук. С небольшими усилиями ему удаётся раскрыть экзоскелет. И, О Боги! Какие виды: внутри обычного телеведущего (Ант) Тенны был целый необыкновенный мир. Цветные провода, проходящие по всему телу, скопление которых было в области талии. Тёмно-красные лёгкие-мешки, они то и дело увеличивались и сдувались, позволяя обладателю дышать. Чёрные прочные рёбра, которые ранее скрывали эту красоту. Пара выключенных вентиляторов с внутренней стороны спины. И по центру главная звезда шоу: ярко-красный, выделяющийся среди остальных более невзрачных вещей… Объект в форме сердца. – [[WOW]]. – И вправду… Вау… – [OH], неужели ты не знал о своём [[Первоклассное Умение]]?? Тенна отрицательно покачал головой, сам с интересом разглядывая свои же внутренности. Это заставило Спамтона выпустить из себя смешок. – Ну что, [[BIG GUY]], будем разбираться с поломкой. Кивок. Шоумен ложится поудобнее. Это ему мешают сделать руки за спиной. Ах, так вот же она, проблема. Красный провод всего-то перепутался с синим. Надо просто их распутать и дело в кармане. Спамтон принялся распутывать провода. Товарищ снизу ахнул от малейшего прикосновения. Предположительно, от боли? – Извиняй, [КАТОДНЫЙ]. Придёться потерпеть. Процесс развязывания заставлял краснеть и беспомощно ёрзать. Это не было больно… Даже… наоборот? Ощущения были странно-приятными. И странно-смущающими. – Тут тугой узел… – увлеченный процессом сквозь зубы говорит Спамтон. И дёргает за провод чуть сильнее. Тенна еле сдерживает вскрик, прикусив губу. Он внимательно наблюдает за процессом, стараясь не дрожать. Дыхание перехватило, а пульс участился, когда, как кажется, верхний наконец закончил. – Вот и всё, [BIG SHOT]. – Сердце бешено колотилось, и Спама слегка это смутило. – Не благодари. – Сказал, взглянув на экран, и в шутку дёрнул один из проводов ещё раз. Это вызвало незамедлительную реакцию. Тенна прогнулся в спине, чуть не скинув наездника, пиксели покраснели пуще прежнего, а выражение его лица было беспомощным. Щелчок. Осознание. Проверка гипотезы. Спамтон уже намеренно грубо потянул на себя провод. За этим последовал вскрик и неловкая тишина, в которой было слышно лишь тяжёлое дыхание и стук сердца. Гипотеза подтвердилась. Это вызвало на лице Шишки издевательскую улыбку, от осознания своей власти над ситуацией. – Тебе нравится, [[Куколка]]?) – Наматывает тот же провод себе на палец, с особым наслаждением ожидая реакции. – Мммм… дааАААААА… – Спамтон непроизвольно схватил сразу несколько проводов прямо во время ответа, выдавив из жертвы довольно грязный звук. Смех маркетолога и смущённое поджатие губ телеэкренщика. – Хватит. – Ты действительно хочешь, чтобы я прекратил…? [[ТЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ХОЧЕШЬ ЭТОГО??]] Тенна недовольно поёрзал, беспомощно пытаясь высвободить руки. Безуспешно. – Вовсе нет… Прекрати свои издёвки. Пожалуйста. Они не уместны сейчас. Спамтон выдавил невинную мордашку, за которую можно было простить абсолютно всё. – Хорошо, [TV-DINNER]. Он продолжил гладить и поочередно доставать провода, параллельно поглаживая чужую талию. В ответ слышалось щенячье скуление. Оно молило о чём-то большем. – Спаааммиии… – Чуть-ли не простонал имя, что очень понравилось его обладателю. – *[Kiss Me]* … Долгих уговоров не нужно. Спамтон тянется к пылающим губам горящего экрана. На этот раз поцелуй был более мокрым и диким. Вкусы табака и вина гармонично сочитались меж собой, создавая очень вкусную смесь. Тенна вовсе раскрепостился, что совсем не расстраивает Спама. Но, увы и ах, без подколов жизнь, как без помидоров. Шаловливые ручки тянутся за проводом, и бурная реакция заставила беднягу простонать прямо в поцелуй, а после с большим трудом его разорвать. Это вынуждает обиженно и смущённо отвернуться от шутника. Комнату заполняет тяжёлое дыхание двух мужчин средних лет. Узел давно был развязан, почему они продолжают этим заниматься?? Спамтон зря времени не теряет, уже в охапку хватает провода, и беспощадно вытягивает их из узды. Корпус тенны нагрелся настолько, что вентиляторы были на грани нервного срыва. Сердце колотится так громко, что, должно быть, слышно с другой комнаты. Но сердцебиение не сравнится с набором интимных криков со рта Тенны, которые становятся всё громче и менее стыдливыми с каждым новым проводом. В погоне за новыми звуками, которые, словно симфонию, арию, можно было слушать вечность и более, рука ныряет в гущу проводов, прямо в живот телевизора. Это действие выгибает позвоночник настолько, что маленький всадник чуть не слетает с коня. А этот стон… Он громче и откровеннее всех других до этого. Он был таким вкусным… Сам по себе Тенна выглядит очень вкусным. Особенно сейчас… когда он настолько горячий. Горячий во всех смыслах. Не выдержав, Спамтон с поцелуями набросился на шею стейка, продолжая беспорядочно перерывать провода. Губами он чувствовует вибрации от криков бедного ТВ. Облизывая вибрирующую область, он будто действительно собирается сегодня поужинать им. От странных ощущений в шее Тенна ко всему прочему начинает мычать. – Слишком… МММмного.. – Речи мешают небольшие помехи. – Спааам, я сейчас… ОХ ЧЁРТ, МАММА МИЯ, Мамма… – [Finish]...? – Шепчет прямо в шею. Спамтон подбирается к экрану, соприкоснувшись носами, с особой страстью в голосе говорит: – Что ты там постоянно просишь сказать…? – С грубой силой вытягивает дюжину проводов. – [[I LOVE TV]]!! – Подключает вторую руку с проводами. – [OH], КАК ЖЕ Я [[LOVE TV]]!!! Кульминация. Всё тело бесконтрольно напрягается, замирает на мгновение, после чего полностью расслабляется. Экран сам по себе отключился. Спамтон не торопясь убирает все провода на место, с особой нежностью гладит их по возвращению. Стук сердца медленно приходит в норму, вентиляторы отключаются, дыхание замедляется. Проводник аккуратно закрывает внутренности обратно. Наконец, экран включается. На нём усталое выражение лица, и немного румянца на щеках, не ушедшего после недавней страсти. Спамтон, слегка измотанный, плюхнулся на товарища. – Развяжи меня. Мне надо бухнуть. Без лишних слов, почтальон лениво сполз с Тенны на диван, и освободил его из собственного плена. Он уже и забыл, что пошёл на такие меры. Не капли сожаления о случившемся. Схватив начатую бутыль, измученный начал сушить её прямо с горла. Ещё чуть-чуть и… – Мне оставь. Тенна вовремя останавливается, вытирает рот рукавом и отдает остатки мучителю. Пока тот допивает, телек без сил плюхается обратно на диван, уже по своей инициативе вырубив экран. Спамтон ставит пустую бутылку куда-то на пол, и направляется к кровати Тенны. С большим усилием стащив одеяло, он поволок его к дивану. Чертовски тяжёлое одеяло. Как смог, он накрыл наполовину спящего друга, а сам рухнул сверху. Ант устраивается поудобнее и начинает гладить Спамтона по волосам и спине. – Спамми… – [❔] – Я тебя люблю… – Я тоже тебя люблю, [[DOLL]]. – Сладких снов! – [Night].