Парадокс С.

— Чаепитие для принцесс объявляю открытым!— весело сказала девочка, хлопая в ладоши. — Юху!— мужчина улыбнулся и поднял вверх маленькую, пластиковую чашку. — Сегодня с нами: братец Дик, братец Джейсон и Мама!— девочка весело щебетала, наливая всем в кукольные чашки воображаемый чай. — Дорогая, а где же главная принцесса?— спросила ее мать, поправляя на голове детскую диадему, которая была у всех присутствующих. — Принцесса Тимоти занята важными переговорами с,— она чуть помедлила, выбирая подходящее название,— С послом из государство Кентаврия. Джейсон хрюкнул от смех. — А почему именно «Кентаврия»?— поинтересовался Дик, пытаясь по удобней устроиться на детском стульчике. — Потому что они «Кенты»,— уверенно заявила она. — А кто тогда мы?— Джейсон сложил руки на груди и с ухмылкой смотрела на свою младшую сестру. — Мы Империя Уэйнов! — Достойное название для нас,— с гордостью сказал Альфред,— Не желаете молока, мисс Марта? — Нет, я хочу газировку!— девочка плюхнулась на свои стул и надула щечки. Марта улыбнулась, глядя на фотографию, сделанную в саду в тот самый день. Она в детстве любила устраивать «чаепитие принцесс» на заднем дворе. Изредка там появлялись отец и Тим. Дэмиан вообще отказался появляться, но если проходил мимо, всегда смеялся над старшими, что подались прихоти младшей. Девушка большим пальцем погладила лицо матери на бумаге и перевернула страницу. На следующей странице альбома лежала другая фотография, уже без ярких диадем и пластиковых чашек. Там были они все, в обычной жизни: Брюс стоял чуть поодаль, сдержанный, но всё же позволивший себе редкую улыбку. Дик обнимал Джейсона за плечо, а Тимоти сидел на траве рядом с Мартой, помогая ей собрать кубики в замок. Мать стояла сзади, её руки покоились на плечах у Дэмиана, который, вопреки угрюмому виду, позволил себя так «держать». « Мама…»— продумала Марта, задержав взгляд на мягких чертах лица. Воспоминания нахлынули: запах жасмина в саду, звонкий смех, как Джейсон спорил с Диком, что корона идёт ему больше, чем кому бы то ни было. Как Тим всегда терпеливо участвовал в её играх, даже если внутри рвался к книгам или компьютеру. Марта сжала фотоальбом чуть крепче, словно боялась, что изображения растают в её руках. На другой фотографии только она и братья, на заднем фоне, тот самый розовый замок из Диснейленда. Полетела она тогда только с старшими братьями, ведь родители были заняты. — Эй, Дэмиан, тебе какое мороженое взять?— Дик обернулся к младшему и на секунду замер. Дэми готовился к драке с Микки Маусом. Он размахивал кулаком и сверил костюм своими глазами. — О боже, Джей, останови его!— Дик повернулся к Тодду, тот стоял оперевшись к стенке, но услышав слова Грейсона поднялся. Самый старший с облегчением выдохнул, но потом снова взвизгнул, ведь второй тоже встал в боевую позу. Микки, конечно, стушевался, но не отступил и началась драка. Дик побежал их разнимать, оставив Марту на Тима. Тим и Марта 25 минут наблюдали за это сценой. Дрейк держал ее за одну рука, другой поедая мороженое, его примеру последовала девочка. Позже их разняла охрана и у них осталось фотка. Мужчина в сильно потрепанном костюме Мики Мауса стоял вместе с их семьей и фотографировался, он даже поставил подпись. Вот только Марту уже не узнает, сделала он это добровольно или лишь бы не отхватить еще. Марта провела пальцем по слегка выцветшей фотографии. В углу кадра стояла она, с широким детским ртом, перепачканным мороженым, и сияющими глазами. Позади Дик, измученный, но всё же улыбающийся, Джейсон, всё ещё угрожающе косящий взглядом в сторону Микки, Дэмиан с обиженно сжатыми кулаками, которых так и не успел опустить, Тим спокойный, как всегда, будто только что не наблюдал полный цирк. «Я же тогда думала, что они самые лучшие братья на свете»— подумала девушка, не сдержав улыбки. — «Даже когда дрались с бедным Микки» Она вспомнила, как после всего Тим подвёл её к маленькому магазинчику у выхода и купил ей плюшевую мышку, позже Джейсон оторвал у нее один глаз, а Дэмиан немного изрезал ее, потом они её починили, но она все равно выглядела так, будто прошла войну, вручили они ей ее со словами: « Вот теперь точно запомнишь это путешествие». Она маленькая, не понимающая ничего, заплакала и пошла жаловаться отцу. Брюс купил ей еще мышек, но та изрезанная почему-то все равно осталось любимой. Марта нашла снимок чуть позже того дня: они все сидят на траве у подножия замка, усталые, растрёпанные, но счастливые. Дик снова взял на себя роль «ответственного», Джейсон демонстративно лежал с закрытыми глазами, Дэмиан скрещивал руки на груди, а она и Тим смеялись над какой-то глупостью. Глаза девушки предательски защипало. Сейчас бы снова туда. Хоть на миг. Хоть одним вздохом вернуться в то время, когда всё казалось простым… Марта закрыла альбом и крепко прижала его к груди, будто могла силой удержать в руках то, что давно отняло у неё время. Она сидела на холодном полу, прислонившись спиной к сырой стене своего укрытия. Канализация воняла гнилью и ржавчиной, но здесь её никто не искал. Иногда ей казалось, что воспоминания звучат громче реальности. Смех Дика, ворчание Джейсона, холодная серьёзность Дэмиана… даже тёплое «милая» от матери. Всё это возвращалось к ней, стоило лишь перелистнуть страницу альбома. Но теперь это всё было только на бумаге. В её мире уже не осталось ни семьи, ни дома, ни города. Готэм в руинах, Метрополис стал пеплом, сама Земля превратилась в поле битвы. Всё, что осталось от великой семьи Бэтмена она одна. И игрушечная мышка, сшитая, как попала, чужой небрежной рукой. Нужно было искать выход из этой ситуации. Ситуацией, что казалось безвыходной. Отец постоянно говорил ей: «всегда имей запасной план». Но ее запасным планом всегда была семья, что поддержит и обнимет, зацелует, и спасет от любых проблем. Но её шаткий мир начал рушиться. Ей, как единственной наследнице Бэтмена, нужно было собирать команду, вселять надежду людям и составлять план против Супермена. Но не слишком ли сильная ноша для ее хрупких плеч, что не были готовы к суровой реальности? Она стиснула зубы, чувствуя, как снова предательски жжёт в глазах. Нет. Больше не будет слёз. Она уже оплакала каждого из них. Марта медленно спрятала альбом в рюкзак. Взяла потрёпанную игрушку и положила поверх, как оберег. Донна и Дон ждали ее у начала города. Она отправила им послания. Девушка детально изучила данные, оставленные отцом, где были расписаны способности каждого члена Лиги Справедливости. Барри Ален умел возвращаться в прошлое и переписывать его, с ним ей точно не связаться, а вот с детьми можно, учитывая, что они были близкими друзьями. Она тихо вышла из маленькой комнатушки, чья дверь хорошо сливалась со стенами. Найдя нужную точку, она вынырнула из под люка. Ночной воздух ударил в лицо резким холодом. Город был мёртв, только дымящиеся руины и редкие отблески пожаров, догоравших где-то вдалеке. Когда-то это был Готэм. Теперь  лишь тень. Марта оглянулась по сторонам и заметила их. Дон и Донна ждали, как договаривались: неподалёку от обрушенного моста, где ещё уцелели несколько бетонных колонн. Близнецы сидели рядом, один подпирал голову рукой, вторая нервно постукивала пальцами по колену. Увидев её, Дон поднялся первым. — Ты долго, — сказал он тихо, но без осуждения. В его взгляде было больше усталости, чем недовольства. Девушка поднесла указательный палец к губам, призывая к тишине. Она достала телефон и начал писать: «Будьте тише, иначе Супермен услышит» — Так вот почему ты молчишь,— догадалась Донна, вскакивая с места. — Зачем мы тебе нужны? Тебе вообще опасно появляться на улицах,— Дон сложил руки по бокам. Как бы он не беспокоился за подругу, но быть пойманным криптонцем не хотелось. Марта торопливо напечатала на экране: «Вы нужны мне, потому что других больше нет. Потому что только вы можете сделать то, что я не смогу». Она повернула телефон так, чтобы близнецы могли прочитать. — Что именно? — Донна скрестила руки и склонила голову набок, её голос дрожал, хоть она и пыталась казаться уверенной. — Мы не герои. Мы не твой отец и не твои братья. Мы просто… — она запнулась, будто сама боялась закончить фразу. — Просто дети спидстера, — тихо вставил Дон, опустив взгляд. — И если наш отец не справился… что можем мы? Марта резко подняла на него глаза. В её взгляде больше не было сомнений, только решимость и тяжесть боли. Она снова написала: «Ваш отец умел менять время. Вы его дети. У вас его сила. Вы можете все отмотать назад. Дать шанс нашему миру». Донна нахмурилась, шагнула ближе, почти вырывая телефон из её рук. — Ты серьёзно? Ты хочешь, чтобы мы прыгнули во времени? — в её голосе проскользнул страх. — Марта, мы никогда не пробовали! Мы даже не знаем, получится ли. Мы… мы можем застрять. Или разорвать всё окончательно. Марта выхватила телефон обратно: «Хуже уже не будет». Эти три слова ударили сильнее, чем крик. Дон тяжело выдохнул, словно сдался. Донна всё ещё пыталась найти хоть какой-то аргумент, но, глядя в её глаза, замолчала. В глазах Марты горела та же искра, что когда-то в глазах Брюса. — Мы попробуем, но нам нужно время,— серьезно сказал Дон, Марта лишь понимающи кивнула, она поняла, им нужно попрощаться. — Мы?!— Донна возмутилась,— Я согласие не давала. Брови брюнетки нахмурились и она вопросительно посмотрела на подругу. Девушка сразу же поумерила пыл. — Прости подруга, но это слишком серьезно. — Донна,— парень повернулся к ней,— Ты хочешь смерти всей Вселенной?! — Ладно-ладно,— она подняла руки в жест капитуляции,— Но дай нам один день. Марта кивнула и снова скрылась в темноте, действительно дочь Бэтмена. Дэмиан взошел в свой кабинет. Да, он сделал выбор в сторону Кларка, но не ожидал, что вся его семья погибнет. Парень уже физически ощущал кровь на своих руках. В памяти вспыхнули воспоминания: ужас в глазах Марты, когда она увидела тела Дика рядом с Дэмианом. Он не хотел его убивать, просто так случилось, так произошло. Он не знал, насколько хрупки чужие кости. Пока брюнет шел к своему столу, то в поле зрения попала странная, серая вещичка. Дэми поднял голову и чуть не упал на пол. Плюшевая мышка, что словно прошла войну, а рядом записка. Дэмиан замер, сердце ударило о рёбра, как будто пыталось вырваться наружу. Он не верил своим глазам. Эта игрушка… он помнил её слишком хорошо. Изрезанная его же ножом, с выдранным Джейсоном глазом, сшитая небрежными стежками, но всё равно любимая Мартой. Он протянул руку, будто боялся, что видение исчезнет. Пальцы дрогнули, коснувшись потрёпанной ткани. Нет, не иллюзия. Настоящая. Сердце сжалось ещё сильнее, когда взгляд упал на листок бумаги, лежавший рядом. Почерк был резким, неровным, словно буквы выводились дрожащей рукой: « Я все равно тебя люблю, ублюдок — М.» Дэмиан почувствовал, как холод пробежал по позвоночнику. Он обернулся на дверь, хотя знал, там никого. Комната пустовала. Но воздух был другим, насыщенным тенью её присутствия. — Марта… — прошептал он, сжимая записку так, что она чуть не порвалась. В груди вспыхнуло что-то, что он давно не позволял себе чувствовать. Не ярость. Не страх. Вина, разъедающая изнутри, переплелась с надеждой. Она жива. Несмотря на то, что он сделал. Несмотря на то, что Супермен стёр почти всё. Мышка лежала на столе как символ обвинение и напоминание одновременно. Дэмиан тяжело опустился в кресло. Его руки дрожали. Перед глазами снова вставал тот миг, лицо сестры, её взгляд, полный ужаса и ненависти, когда Дик упал замертво. Он хотел сказать, что не хотел этого. Что это случайность. Что он сам проклят своей жестокостью. Но кому он это скажет теперь? Он посмотрел на игрушку. Глаза заслезились. Он собственными руками убил всю свою семью. Он чертов предатель, змея, которую пригрели на груди. Марта стояла среди пепла и камня, где когда-то возвышалось величественное поместье. Каждый шаг отдавался хрустом битого стекла и запахом гари, въевшихся в землю. Дом, который всегда был крепостью, теперь был лишь могилой для её воспоминаний. Она опустилась на колени у обгоревших обломков, провела ладонью по почерневшему полу. Когда-то здесь стоял длинный стол, за которым семья собиралась, как обычные люди. Теперь лишь холодный прах. Она осторожно достала из рюкзака альбом. Крышка была чуть потрескавшейся, страницы местами выгорели по краям, но внутри всё ещё оставались фотографии. Лица живые, яркие, улыбающиеся. Мать с нежным взглядом, отец с редкой, но такой настоящей улыбкой, братья шумные, разные, но такие близкие. Марта аккуратно поставила альбом на камень, будто оставляла на надгробии самое дорогое. Обломки поместья стали для неё могилой всей семьи, и она знала, Дэмиан не сможет обойти это место стороной. Он всегда возвращался туда, где было больнее всего. Сердце болезненно сжалось. Пусть найдёт. Пусть терзается. Пусть знает, что семьи рядом не будет, он уничтожил это сам. Этот альбом означал прощение, но еще и прощание. Дэмиан обо всем догадается. Марта закрыла глаза на миг, чувствуя, как холодный ветер играет с её волосами. Затем подняла голову и отошла от руин. Слишком долго задерживаться здесь было опасно. Её ждали Дон и Донна.  Когда она подошла к ним, то оглядела их вопросительным взглядом. — Да, мы готовы, — уверенно сказал Дон, но прежде чем он успел сказать что-то ещё, пространство озарил резкий зелёный свет. Марта резко отпрянула, сердце ухнуло в пятки. Она боялась, что это либо Кларк, либо кто-то из Фонарей. Но голос, спокойный и величественный, словно раздался прямо внутри её головы: — Хэл Джордан был признан недостойным. Кольцо ищет нового носителя. Зелёный свет рванул вперёд, пронзив воздух, и устремился… прямо к ней. — Что?.. — выдохнула Марта, не веря. Она инстинктивно хотела отступить, но кольцо настигло её, зависло перед лицом и, словно живое, произнесло: — Марта Уэйн. Ты преисполнена воли. Ты достойна. Кольцо скользнуло на её палец, и в тот же миг всё вокруг наполнилось сиянием. Её тело окутал изумрудный свет, плетясь в доспехи и знак Корпуса Фонарей на груди. Донна ахнула, прикрыв рот руками, а Дон только шагнул назад, ослеплённый яркостью. Марта с трудом стояла на ногах, дыхание сбивалось Голос кольца стих, но в ушах всё ещё звучало эхо: — Ты — новый зелёный фонарь сектора 2814. Марта опустила взгляд на свои дрожащие руки и выдохнула. — Марта, боже мой,— выдохнул Дон,— Ты теперь Зеленый Фонарь! — Раз ты теперь обладаешь новой силой, то может не стоит возвращаться в прошлое?— с надеждой спросила Донна. Брюнетка лишь покочала головой, показывая свою уверенность. Она сжала кольцо меж пальцев. И все же заговорила. — Быстрей. Супермен скоро будет,— она подошла к Дону. Тот без вопросов поднял ее на руки. — Тогда в счастливое прошлое,— с усталостью сказала он. Он поудобней перехватил Марту, Донна же схватилась за него рукой, дабы у них была одинаковая скорость и никто не потерялся. *** — Боже мой, мы смогли!— выдохнула уставшая Донна, наконец отпуская брата. Дон тоже расслабился, стоило им преодолеть это нелегкое испытание. Марта слезла с чужих рук и огляделась. Это точно был Готэм, только лишь слегка устаревший. Но что-то здесь было не так. Воздух был плотным, словно пропитанным чужой тенью. Здания вокруг выглядели знакомо, но словно с чужих воспоминаний: вывески устаревшие, окна тусклые, улицы слишком тихие. Даже шум города казался неестественно глухим. — Это… не то прошлое, — хрипло сказала Марта, сжимая кулаки. Её кольцо мерцало, будто тоже чувствовало искажения. Дон нахмурился: — Я настраивал поток на точку до войны. Туда, где всё ещё было живо. Но… — он осёкся, его взгляд скользнул в сторону. — Что-то вмешалось. Донна обернулась на брата: — Думаешь, это Супермен? — Нет, — тихо ответила Марта,— Думаю, мы можем связаться с Лигой и предупредить их. — Марта,— позвал ее Дон,— С тобой все в порядке? — Просто, кажется, мы теперь ничем не поможем своему миру. Нужно было послушать Донну и остаться,— она провела ладонью по лицу. — Но теперь ты Зеленый Фонарь, так что нельзя, чтобы твоя воля содрогалась,— заметил парень, подходя к ней ближе. — Да, наверное ты прав,— она оперлась на него. Дон осторожно положил руку ей на плечо, чувствуя, как дрожь пробегает по её телу. — Ты ведь не понимаешь до конца, насколько ты важна теперь, — сказал он мягко. — Кольцо не выбирает случайных людей. Если оно нашло тебя значит, даже когда ты сама в себе сомневаешься, оно видит силу. Марта слабо улыбнулась, хотя её взгляд оставался тяжёлым. — Силу?.. — прошептала она. Она посмотрела на них обоих, брата и сестру, готовых ради неё рисковать. На секунду её сердце болезненно сжалось. Она вспомнила родных: Дика, Тима, Джейсона… Дэмиана. И мать. — Я хочу верить, что это не конец, — сказала она уже твёрже. — Даже если это чужое прошлое. Даже если это не наш Готэм… у нас всё ещё есть шанс что-то исправить. Кольцо на её пальце отозвалось мягким зелёным светом, словно подтверждая слова. Дон хмыкнул: — Вот так-то лучше. Настоящие лидеры сомневаются, но не сдаются. — И что теперь? — спросила Донна. Марта подняла взгляд к мрачному небу. — Теперь… мы найдём Лигу. Она неуверенно подняла вверх руку и под всеми тремя создалась зеленая платформа в виде летучей мыши, она подняла их до ближайший крыши. — Здешнего Зеленого Фонаря должны оповестить о моем прибытие,— сказал Марта, садясь на холодную поверхность. — Нам остается лишь ждать?— спросила блондинка, садясь рядом с подругой. — Да. Марта стиснула пальцы на кольце, будто проверяя, не исчезло ли оно вместе с надеждой. Дон и Донна молчали. Здесь город дышал. Живые огни, движение, голоса… Жизнь. Внезапно над крышей разлился яркий изумрудный свет. Марта напряглась, вытянув ладонь с кольцом. Но этот свет был не её. — Кто ты такая? — раздался резкий мужской голос. Из сияния шагнул человек в зелёной форме и с кольцом на пальце. Хэл Джордан. Его взгляд сразу упал на руку Марты. — Моё кольцо фиксирует энергию сектора 2814, но твоего сигнала нет в базе. Ты кто такая и откуда у тебя это кольцо? — он сузил глаза. Дон рефлекторно шагнул вперёд, прикрывая её. — Мы… не отсюда. Мы пришли из другого мира. Наш разрушен. Это кольцо выбрало её, когда всё вокруг погибло. Хэл скрестил руки на груди. — Сектора не обмениваются кольцами просто так. Если это правда… тогда Лига должна узнать об этом. Марта глубоко вдохнула, встретившись с ним взглядом. — Я не ищу проблем. Я хочу помочь. Если в этой вселенной всё ещё есть Лига справедливости… приведите нас к ним. — Помощь от незарегистрированного фонаря, — пробормотал Хэл, но в его голосе слышалась скорее осторожность, чем агрессия. Он коснулся кольца, передавая сигнал. — Бэтмену это понравится меньше всего. В этот момент кольцо Марты вспыхнуло, как будто откликнувшись на близость чужой силы. Девушка сжала кулак, но не дрогнула. «Бэтмен»— грустно подумала она. Теперь он больше ей не отец. Он отец здешней Марты или кто-бы это не был. Через время они сидели в зале заседания Лиги. Высокий сводчатый зал был полон сияния экранов и мягкого гудения техники. Для Марты это было похоже на видение: всё те же силуэты, что она знала, но совсем другие люди за ними. Живые, уверенные, несокрушимые. Супермен стоял рядом с Чудо-женщиной, переговариваясь вполголоса. Флэш, не в силах усидеть, метался туда-сюда, а Киборг проверял данные с датчиков, недоверчиво косив взгляд на Марту. А вот на другом конце стола, в тени, сидел он. Бэтмен. Чёрный плащ спадал с плеч, руки сложены, взгляд острый и пронзающий. Для Марты это было больнее всего: в её мире он был отцом, единственным, кто держал семью. Здесь же чужак. Их связало лассо-правды. Донна обеспокоена следила за действиями своего будущего отца, а вот Дон поглядывал на брюнетку. — Знаешь, что Дон?— вдруг резко проговорила Марта, не понятно почему, набравшаяся уверенности. — Что?— спросил он, поворачиваясь в ее сторону. Девушка немного помедлила, но в конечном итоге потянулась к чужому лицу и оставила на губах невесомый поцелуи. — Это сейчас к чему было?— промямлил Дон. — Не смейте делать этого, пока я привязыван к вам!— сказала Донна, размахивая ногами. — Тсс, — Марта слабо улыбнулась, хотя сердце стучало в висках, — просто… вдруг дальше у нас уже не будет «потом». Дон ошеломлённо моргнул, но ничего не успел ответить , золотое сияние лассо дёрнулось, и голос Чудо-женщины, холодный, как сталь, разрезал воздух: — Довольно. Сейчас важно лишь одно: правда. Марта ощутила, как лента божественной магии затянулась крепче вокруг её запястий. Она знала, что солгать не сможет. — Кто вы такие? — спросила Диана. — И зачем вы здесь? — Донна Ален. — Дон Ален. — Марта Уэйн,— девушка обдумывала каждое свое слово, по факту она может скрыть правду, предоставив другую,— Родная дочь Селины Кайл и Брюса Уэйна. Диана нахмурилась, но не перебила. Лассо пульсировало золотым светом, признавая правду. — Мы прибыли из другой Вселенной, ведь наш мир уничтожен,— она посмотрела на Супермена,— Мы не хотели сюда попадать, мы хотели вернуться назад во времени, но в итоге попали сюда. Близнецы кивнули почти в унисон, подтверждая её слова. В зале стало ещё тише. Даже Флэш перестал ёрзать на месте. Бэтмен, оставаясь в тени, напрягся, его взгляд впился в Марту. — Ты утверждаешь, — произнёс он с мрачной холодностью, — что являешься моей дочерью. Из другого мира. — Нет, — Марта встретила его взгляд, и в её глазах отразилась боль. — Я была твоей дочерью. Но ты — не он. И я почти уверена, что здесь я еще не родилась. Поняла она это по костюму Брюса, по словам Дика, стоило Марте родится, как к костюму Готэмского рыцаря была прикреплена рация, чтобы тот всегда мог общаться с дочерью. Сейчас рации на месте не было. — Как разрушился ваш мир?— спросила Зеленая Стрела. — Лоис Лейн была убита руками собственного мужа, из-за чего человек из стали начал сходить с ума,— эта часть досталось ей особенной тяжело, Дон взял ее руку в свою. — Супермен начал свою диктатуру, убивая всех, кто был не согласен с ним,— закончил за нее блондин. В зале поднялся гул, слишком многое в их словах звучало неправдоподобно, но Лассо продолжало светиться, не давая сомневаться в искренности. Аквамен нахмурился, его взгляд стал тяжёлым, как глубины океана: — В ваших словах есть зерно правды. Я видел, как легко рушатся цивилизации, если сломать сердце лидера. Оливер покачал головой: — Но это же Кларк! Он никогда… — Никогда? — резко перебил Бэтмен, его голос был холодным, как лезвие. — У каждого есть предел. Даже у него — А вот эти близнецы, они мои дети?— вдруг спросил Флэш, с интересом глядя на подростков. — Боже, да-да-да, он нас узнал,— Донна весело начала махать ногами, из-за чего те начали набирать скорость. — Донна, успокойся,— сказал ей брат. Флэш едва заметно улыбнулся, хотя в его глазах сквозила растерянность. — Значит… в вашем мире я всё-таки стал отцом, — он замолчал, словно боясь поверить в это до конца. — Кто ваша мать? — Айрис, конечно же! — без колебаний выпалила Донна, как будто это было самым очевидным на свете. Дон лишь кивнул, но его взгляд скользнул к Флэшу, полному ожидания и тепла. В зале повисла тишина. Даже Бэтмен слегка нахмурился, отводя глаза, будто не хотел мешать этой странной встрече. — Хм. Значит, у нас есть подтверждение: они действительно из другой линии времени, — тихо произнёс Киборг, его голос эхом разнёсся по залу. — В нашей реальности у Барри пока нет детей. — Пока? — Донна хитро приподняла брови. — Всё впереди, папа. Флэш прикрыл лицо рукой, но улыбку спрятать не смог. — Вы даже говорите так же, как… как я в юности. Марта наблюдала за этой сценой с лёгкой тоской. Счастливое воссоединение, которого у неё уже не будет. Её отец сидел в тени и даже не поднимал на неё глаз. И тут кольцо на её пальце вспыхнуло ярче, чем прежде, заставив всех повернуться к ней. Хэл нахмурился и шагнул ближе: — Оно реагирует. Похоже, твоя история о другом мире всё больше подтверждается. Бэтмен наконец заговорил, откинувшись в кресле: — Вопрос в другом: можно ли им доверять? Марта стиснула кулаки, кольцо засияло, словно отзываясь на её решимость. — Могу рассказать твою любую тайну,— уверенно сказала она. — Это уже звучит интересно,— сказал Хэл. — Осторожнее,— резко сказал Бэтмен, его голос прозвучал жёстко и властно. — Ты сейчас в Лиге, и каждое слово здесь имеет вес. — Но я не шучу, — Марта подняла взгляд, глядя прямо в глаза тёмному рыцарю. — Моё кольцо реагирует на истину. Я знаю многое. Диана чуть приподняла бровь, в её глазах мелькнуло уважение. — Лассо правды подтверждает её слова, — спокойно заметила она. Хэл нахмурился, скрестив руки на груди. — Хорошо. Но начни с простого. Скажи нам то, что докажет, что ты и твои друзья действительно из другой вселенной. Марта вдохнула глубже, сжимая кулаки. — В моём мире Лига полностью прогнила. Хэл Джордан стал недостоен кольца, поэтому оно перешло ко мне, Чудо-Женщина была самой верной спутницей Супермена, Аквамэн погиб при защити Атлантиды, Флэш вообще погиб в самом начале, Марсианского охотника убили, Киборг был на стороне Супермена, Зеленая Стерла погибла. Тишина в зале стала почти невыносимой. Даже Дж’онн слегка изменил позу, склонив голову, будто слышал в её словах отголоски подлинной боли. — А я? — сухо спросил Бэтмен, пронзая её взглядом. Марта едва заметно улыбнулась, горько и обречённо. — Ты был последним, кто держался до конца. Ты умер… защищая меня. По залу пробежал шёпот. Хэл перестал ухмыляться, а Диана впервые отвела взгляд от девушки. Донна и Дон, сидевшие рядом, инстинктивно сжали руки, словно готовые в любой момент прикрыть её. — Вот теперь, — негромко произнёс Супермен, впервые подаваясь вперёд, — я ей верю. — Подождите,— тормознул всех Аквамен,— Что стало с другими героями? Теми же Робинами? — Найтвинг погиб в ходе несчастного случая, Красный Колпак был казнен, Красный Робин убит армией Супермена, Робин же присоединился к Супермену,— сказал Дон, он ведь знал, как еще не стабильно чувствует себя Марта,— Черная Канарейка убита, что стало с Шазамом не известно, он не выходил на связь все это время, Пластикмен убит, Старфаер убита, Рэйвен осталась охранять своего отца, Зверобой присоединился к Супермену, что с Константином неизвестно, с Затанной тоже самое, Бэтгерл казнена, Бэтвумен скрывалась, Орфан и Спойлер погибли, Супербой тоже погиб. И Кид Флэш тоже. С каждым словом лица членов Лиги Справедливости становились все темней. — Значит, — тихо сказал Марсианский Охотник, его голос отдавался эхом в головах каждого, — у вас один шанс.  — Мы справимся, — неожиданно твёрдо сказала Марта. Её кольцо вновь засияло, будто подтверждая её решимость. — Иначе я не сидела бы перед вами. — Ты говоришь, как воин, — впервые вмешалась Чудо-женщина, наклонившись вперёд. В её глазах была и строгость, и понимание. — Но и воину нужно оружие. — И союзники, — добавил Хэл Джордан, крутя на пальце своё кольцо. — Союзников у нас мало, — заметил Флэш, всё ещё не сводя глаз с близнецов. — Но если вы действительно мои дети… значит, стоит рискнуть. — Подождите, — хмуро произнёс Аквамен, сжав трезубец. — Мы даже не знаем, выдержит ли наш мир вмешательство. — Лучше рискнуть, чем ждать, когда придёт его конец, — отрезал Супермен. Он встал, и его плащ колыхнулся, словно сама тень легла на зал. — Я не позволю повториться тому, что случилось с вашим миром. Когда их развязали, близнецы кинулись к Флэшу, Марта слышала лишь обрывки фраз: « Как мы рады, что здесь ты жив», « Как наша мама?», « О, о, а дядя?». Она искренни радовалась за друзей, все же, нужно было оставить тот альбом себе, даже не понятно, забрал его Дэмиан или нет. Дэми теперь остался один в том мире. Стоит ли говорить, что это достойная плата за его предательство? Или надо было оставить себя того мышонка? Она закрутила головой, поздно сожалеть о содеянном Как говорил отец, нужно придумать новые планы на будущее. Бэтмен подошел сзади и положил ей руку на плечо. — Я действительно назвал тебя Мартой?— неожиданно спросил он. Девушка не испугалась. — Да,— она улыбнулась,— И я носила это имя с гордостью,— она показала кольцо на своем пальце. — Что ж, не хочешь отправиться со мной в поместье?— спросил он. Марта лишь кивнула.  *** — Брюс, ты вернулся,— Дик вышел в коридор, но остановился увидев девушку рядом с Уэйном, та была брюнеткой с синими глазами. Дик прищурился, мгновенно насторожившись. — Это еще один твои ребенок, о которым мы не знали?— Грейсон сразу заметил внешние сходства. — Еще один ребенок?— из гостиной выглянул Джейсон. — Это наш новый член семьи,— сухо сказал Бэтс. — Она у тебя тоже пыталась шины спереть или что?— спросил Тодд, наконец полноценно выходя в коридор. — Эм нет,— неловко сказала Марта, было так необычно знакомиться со всеми заново,— Я Марта,— представилась она. — А фамилия? Девушка немного помедлила, раз Брюс не хотел ничего рассказывать семье, то стоит ли придумывать новую фамилию. — Уэйн,— вместо нее ответил мужчина. — Уэйн?— Дэмиан спускался по лестнице, он явно хотел поприветствовать отца, но на ожидал увидеть новую гостью. Дэмиан, уже стоя на полу, посмотрел на отца исподлобья: — Удочерил? — в его голосе прозвучало столько недоумения и недоверия, что воздух в коридоре будто стал гуще. Дик моргнул, тоже ошеломлённо уставившись на Брюса: — Постой… Ты серьёзно? Брюс Уэйн, который едва может терпеть живых детей, вдруг решил удочерить девушку? Джейсон прыснул со смеха: — Ну всё, конец света. Следующим шагом он кота заведёт. Брюс не отреагировал на подколы, только чуть сжал плечо Марты, подтверждая свои слова. — Да. Я удочерил её. Теперь она часть семьи. — Чёрт, — протянул Тодд, — и это без совета акционеров? — Ты что, хотел повестку по почте? — огрызнулся Дик, но потом снова повернулся к Брюсу, его тон смягчился: — Брюс… ты хотя бы понимаешь, что это решение изменит всё? — Я всё понимаю, — твёрдо ответил он. — И оно окончательное. Дэмиан сжал кулаки, напряжение сквозило в каждом его движении. — Значит, ты даже не спросил меня? Марта отдернула себя от желания закатить глаза, Дэми всегда был такой, считал, что его мнение важнее всех и все должны подчиняться ему, единственный кого он боялся прогневать был, наверное, только сам бог, и то, даже в такой ситуации парень нашел кого обвинить. — Да, Брюс,— попытался поддержать самого младшего старшый,— Нужно было сначала посоветоваться с нами. Бэтмен нахмурился. — Это не ваше решение,— он слегка подтолкнул к ним Марту,— Это мой дом, значит я решаю. « А мой папа уже бы всех по углам разнес »— невесело подумала девушка. Отца она любила, безусловно, но вот перечить было дороже жизни. А тут братья так легко с ним припираются. Дэмиан вскинул голову, глаза полыхнули холодной яростью: — Ты называешь это домом, но это не семья, если нас не слушают! Брюс выдержал его взгляд, и тишина в коридоре натянулась, словно тетива. Дик прикусил губу, Джейсон скрестил руки на груди, явно ожидая зрелище, а Марта чувствовала, как с каждой секундой растёт напряжение. Она знала, что это момент истины. — Твой отец принял решение, — наконец вмешался Альфред, голос его был спокоен, но в нём слышалась сталь. — И вам, юные господа, остаётся лишь смириться. — Смириться? — фыркнул Дэмиан. — С тем, что он привёл в дом чужую? — Не чужую, — твёрдо сказала Марта, и на этот раз её голос прозвучал куда увереннее, чем она сама ожидала. — Я теперь Уэйн. И хочу или нет, но у нас одна фамилия. Так что придётся привыкнуть. Джейсон прыснул от смеха и хлопнул девушку по плечу: — Ну всё, официально — у тебя стальные яйца. Добро пожаловать в клуб выживших в этой психушке. Дик тяжело вздохнул, но улыбнулся краем губ: — Ладно… раз уж Брюс так решил. Но, Марта, ты должна понимать — в этой семье не бывает «просто так». — Я понимаю, — кивнула она. Брюс слегка сжал её плечо, будто подтверждая её слова, и обвёл взглядом сыновей. — Она знает о нашей жизни. Всё. Но она не герой. И не станет им. Дэмиан усмехнулся, но уже без прежнего огня: — Посмотрим. И этот мелкий кинул в нее кинжал, Марта инстинктивно уклонилась при этом активируя кольцо. — Ах ты, мелкий!— выдохнула она. Воздух в коридоре вспыхнул изумрудным светом — кольцо отреагировало быстрее, чем разум Марты успел осознать опасность. Энергетический щит пронёсся в воздухе и отразил кинжал, вонзив его в стену рядом с лицом ошеломлённого Джейсона. — Эй! — рявкнул тот. — Я вообще-то люблю свой нос таким, какой он есть! Она не хотела выдать себя, но теперь уже поздно. Кольцо не подчинялось лжи, оно жило её инстинктами. Дэмиан, наоборот, ухмыльнулся, скрестив руки на груди: — Знал! Я знал, что ты не простая. Брюс, ты снова решил играть в папочку с секретами? — Дэмиан! — голос Бэтмена ударил, как хлыст. — Хватит. — Господи, маленькое крыло, ты в порядке?— Дик оглянул лицо Джейсона на наличие травм, но он был в порядке. — Боже, где Тим,— тихо прошипел под нос Марта, чтобы никто не услышал. Дамиан довольный собой вообще не хотел слушать отца, поэтому девушка решившая, что терять нечего воссоздала зеленую клетку и заключила туда нападавшего. Дэмиан оказался внутри, его злость сменилось удивлением, а потом яростью: — Немедленно отпусти меня! — он рванулся вперёд, но наткнулся на преграду, от которой отозвался звон энергии. Марта шагнула ближе, сжав кулак, чтобы структура оставалась прочной. — Ты можешь быть сыном Бэтмена, но я не обязана терпеть твои выходки. — Ты вообще не имеешь права… — начал Дэмиан, но Брюс прервал его, его голос был низким и стальным: — Достаточно. Он подошёл к клетке, и взгляд его задержался на Мартином кольце. — Опусти. Марта колебалась, дыхание вырывалось прерывисто, пальцы дрожали. Она чувствовала, как кольцо пульсирует, подчиняясь её гневу, а не разуму. Но в конце концов разжала ладонь, и клетка рассыпалась зелёными искрами. Дэмиан, освобождённый, отступил на шаг, не опуская взгляда. — Она опасна. И ты это знаешь, отец. — Она — моя дочь, — твёрдо сказал Брюс. — И если ещё раз поднимешь на неё оружие — последствия будут для тебя. Дэмиан еще совершал покушения на Марту, но все оставался ни с чем, девушка всегда успешно уворачивалась, а в иных ситуациях ей помогала кольцо. Альфред выделил ей гостевую комнату, старый мужчина постоянно намеревался назвать ее «Миссис Мартой» в честь ее бабушки, но потом вспоминал и говорил «Мисс Марта». Вечером она осталось в собственной комнате в кромешной темноте, голову наполняли мысли, которые срочно нужно было обдумать. Марта сидела на постели, обняв колени, и чувствовала, как кольцо тихо пульсирует на пальце — будто оно откликалось на её тревогу. В голове вспыхивали разные образы, перепуганные глаза Дэмиана, когда тот понял, что Дик больше не дышит. Рой, который передавал слова Джейсона ей, после его казни. Пустая комната родителей, где больше не было слышно маминых духов. Мерзкий щелчок из-за которого голова Дика повисло невольной куклой. Тим, который оттолкнул ее, чтобы она смогла сбежать с простреленной рукой, оставшись один там погибать. Отец, который прикрыл ее своим телом, его губы измазанные в крови и одно слово: «Живи». Она резко зажмурилась, будто сама могла заставить воспоминания рассыпаться, но они вгрызались глубже, как ржавые крючья.  «Живи». Голос отца врезался в череп. В другой раз она бы закричала, но сейчас сидела молча, стиснув зубы так сильно, что заныла челюсть. Жить — значит тащить этот груду дальше. Но что, если она не справится?  Что если кольцо посчитает ее тоже недостойной? Она вытянула ноги, глубоко вдохнула и посмотрела на зелёный отблеск кольца. Нельзя терять самообладание, никогда. Она принесла эту ошибку в этот мир, ей и разгребать все проблемы. Марта откинулась на подушку, чувствуя, как усталость наваливается тяжёлым одеялом. Сон не придёт быстро, но в темноте стало тише. Она знала: эти образы вернутся ещё не раз, будут рвать её изнутри. Но теперь у неё была цель — не дать им управлять собой. Девушка начала засыпать, как услышала, что кто-то стучится в дверь. — Марта!— это был голос Дона и он, похоже, был чем-то очень обеспокоена. Потом раздался смех Донны. — Если она сейчас тебя увидит, то умрет со смеху прям на месте,— иногда прерываясь, сказала другая девушка за дверью. Марта медленно встала с пастели и отправилась к двери, но потом приостановилась, услышав еще один голос. — Эм, это как-то неловко, должен ли я взять цветы или что-нибудь еще? Донна зашлась в еще одном приступе смеха. — Донна, блин!— ругнулся Дон. Марта прижала ладонь к губам, чтобы не выдать тихий смешок. Столько напряжения и боли накопилось в ней за последние дни, что сама ситуация за дверью показалась почти нелепой и даже спасительной. Она приоткрыла дверь и выглянула в коридор. Перед ней стоял Дон, красный как рак, с руками, спрятанными за спину, будто он и правда что-то прятал. Рядом — Донна, согнувшаяся пополам от смеха и с трудом переводившая дыхание. А позади них топтался неизвестный парень, явно перевозбуждённый. Марта только хотела раскрыть рот, как Дон протянул ей цветы. Сделал он это настолько резко, что розы неприятно царапнули лицо девушки. — Дон, ты же лицо ей расцарапаешь!— еще сильнее заржала Донна. — Ой-ой извини!— он убрал букет. — Эм, спасибо?— Марта приняла букет и оглядела незнакомца,— А кто это? Лицо Дона еще больше вспыхнуло красным. — Это Барт,— все же успокоилась блондинка и взяла парня за плечи,— Он внук Барри Аллена, по совместительству ваш с Доном ребенок! Марта замерла, как будто Донна только что бросила в неё молнию. — Наш… что? — выдохнула она, переводя взгляд то на Дона, то на стоящего рядом парня. Барт, наоборот, засиял ещё шире, словно ждал именно такой реакции. — Ну, технически — да! — выпалил он, махнув рукой так быстро, что рука размазалась в воздухе. — Я из будущего, и вы с ним… ну… того… и вот я! Марта уставилась на него, сжимая букет так крепко, что шипы снова впились в ладонь, но на этот раз она даже не почувствовала боли. — Донна, — её голос дрожал, но в нём было и удивление, и отчаянное желание услышать, что это глупая шутка, — скажи, что это розыгрыш. Донна вскинула руки, всё ещё давясь смехом: — Я сама в шоке, честно. Но этот парень носился по базе, звал тебя и Дона мамой и папой и требовал встречу. Я решила не лишать вас удовольствия. Дон, красный как пожарная сирена, прижал ладонь ко лбу. — Я… даже не знаю, что сказать. — Лучше ничего не говори, — пробормотала Марта, глядя на Барта, который, казалось, едва удерживал себя от того, чтобы не обнять её прямо сейчас. — О, ну да, точно, — Барт подпрыгнул на месте, заговорил ещё быстрее. — Я просто рад вас видеть! Я столько слышал про вас — ну, про вас будущих! И вообще, вы классные. А ещё… — он сунул руку в карман и вытащил смятый листок бумаги. — Вот, я даже список составил, какие у вас привычки, чтобы вам было легче привыкнуть! Марта машинально взяла листок и в упор уставилась на каракули, написанные корявым почерком: Мама любит свежие фрукты и не любят, когда ее учат жизни.Папа всегда притворяется серьезным, хотя на самом деле любишь мультики и коллекционируешь фигурки. Не любишь, когда человек кричит.  Марта на секунду прикрыла глаза рукой, ощущая, как мир окончательно рушится и складывается заново. — Дон, — выдохнула она, — я не уверена, что готова к такому «подарку». А Барт тем временем сиял так, будто был самым счастливым человеком во всех временных линиях. — Ну ка кабы мы не можем с этим ничего сделать,— пожал плечами Дон, он пытаются сделать вид, будто все нормально, но девушка заметила как его плечи отпускается. — Давайте сначала зайдем ко мне в комнату. Марта посторонилась, впуская троицу в комнату. Донна первой шагнула внутрь, всё ещё со странным выражением лица — смесью веселья и интереса, словно она наблюдала за новым сериалом. Дон вошёл следом, будто под конвоем, пряча глаза. Барт же ворвался так, будто это была его территория: огляделся, заметил кресло и моментально плюхнулся в него, закинув ногу на ногу. — Уютненько, — пробормотал он, — ну, по сравнению с тем, что было у нас… Марта нахмурилась. — «У нас»? — В будущем, — Барт снова заговорил скороговоркой. — Видишь ли, я вырос в 30-м веке, и… — он махнул руками, как будто отгонял лишние подробности. — Короче, решил вернуться сюда, чтобы решить свою проблему и решил остаться здесь. Ну потому что,— он немного помолчал,— В будущем у меня кроме бабушки никого не осталось. Дон тихо кашлянул и натянуто произнёс: — Это всё звучит так, будто я пропустил половину своей жизни. — Ты не один, — буркнула Марта, опускаясь на край кровати. Барт склонился вперёд, его лицо светилось искренним восторгом: — Но это же круто, да? Я наконец-то встретил вас! И… эээ… я знаю, что для вас это шок, но для меня вы — самые важные люди в жизни. Слова застряли у Марты в горле. Она чувствовала, как под кожей разрастается что-то острое — смесь страха, нежности и тяжести ответственности, которую она никогда не хотела на себя брать. Донна хлопнула в ладоши, разрушая напряжение: — Ну, семейное воссоединение состоялось! Я пойду схожу за попкорном? — Донна, — устало произнесла Марта, — останься. Барт заметил её выражение лица и понизил голос: — Я не хотел вас напугать. Правда. Просто… я слишком долго мечтал об этом моменте. Марта глубоко вздохнула и посмотрела на Дона. Тот выглядел так, будто мир вокруг рушился, но он цеплялся за хрупкую маску спокойствия. Их взгляды встретились — и впервые за долгое время Марта не нашла в себе сарказма или острого ответа. Она снова посмотрела на Барта. — Хорошо. Расскажи всё с самого начала. Как ты оказался здесь? И почему именно сейчас? Барт расплылся в улыбке, готовый наконец выплеснуть всю правду.