blue

— Вау, Лино-хён, ты покрасился? Тебе очень идёт! — восклицает подошедший к Минхо Феликс, трогая его теперь синие волосы.         — Да, спасибо, — он смущается, но тёплые слова Феликса о смене имиджа вызывают на его лице искреннюю улыбку. — Решил перед камбеком наконец-то что-то поменять в себе.         — Ого, тебе правда очень идёт, хён! — удивляется Хёнджин, только что переступивший порог гримёрки.         Минхо благодарит парней за комплименты и присаживается на кресло, ожидая визажиста, который должен сделать ему макияж на сегодняшнюю премию. Он оглядывается по сторонам и замечает в конце гримёрки Джисона, который разговаривал с кем-то по телефону, периодически хмуря свои брови. Джисон чувствует прожигающий взгляд на себе и поворачивается, замечая глаза Минхо, прикованные к нему, и тут же отворачивается, даже не взглянув на его лицо. Он видит идущего к нему визажиста и сбрасывает звонок, садясь на свободное кресло.         Минхо дует губы от безразличной реакции Джисона на его присутствие, но старается не думать об этом. Оставшееся время до начала премии он готовится к предстоящему выступлению и, как бы он этого не хотел, все его мысли всё равно поглощены одним только Джисоном.         Они не виделись со вчерашнего полудня. В четыре часа дня Минхо ушел на покраску волос, а вернулся в квартиру поздно вечером, когда Джисон уже спал. Он решил его не тревожить, и решил поспать в своей комнате, а не как обычно — вместе в обнимку в комнате Джисона.         Утром Минхо не обнаружил Джисона в его комнате, а потом и в самой квартире. Джисон уехал один, без него, хотя обычно они ехали на различные мероприятия всегда вместе. Минхо думал, что, возможно, Джисону нужно было побыть одному, но он совсем не предполагал, что тот начнет его игнорировать.         За всё время, пока они готовились к премии, Джисон ни разу не подошёл к нему и не сказал ни слова. Он старательно делал вид, что Минхо не существует, и занимался своими делами, хотя с остальными мемберами он общался как обычно. Дурачился с Феликсом, громко пел с Чанбином и подкалывал Чана насчёт его нового цвета волос. Пытался пощекотать Чонина, несколько раз спорил с Хёнджином и смеялся с глупых шуток Сынмина. Но ни разу не заговорил с Минхо. Ни обнял его, ни попытался поцеловать на глазах у всех, ни сделал ему комплимент насчёт новых волос, ни рассказал, как волнуется перед выступлением и как хочет порадовать стэй завтрашним альбомом. Ничего.         Глубоко внутри себя Минхо злился, ведь совершенно не понимал, почему Джисон игнорировал его, тем самым заставляя Минхо сомневаться во многих вещах. Накануне они даже не ссорились — всё было как и всегда, вот только сегодня Джисон решил строить из себя неприступного и холодного парня, совершенно не обращая внимания на Минхо.         Перед самой премией Минхо решил его не трогать, дабы не спровоцировать конфликт между ними и не портить всем настроение, поэтому сделал вывод, что как только они будут свободны на сегодня, то сразу же поинтересуется у Джисона, что же произошло и почему он так холодно и отстранено себя ведёт.   

***

        — Ахринеть, мы взяли аж четыре награды! — делится своими бурными эмоциями Чанбин, первым влетая в гримёрку после окончания премии.         — Я просто в шоке! Мы так давно не были на премиях, что я уже и забыл, какого это, — следом за Чанбином входит Чан и наваливается на Со, крепко сжимая его в своих счастливых объятиях.         Минхо слышит радостные крики парней и почти переступает порог гримёрки, как его резко хватают за запястье и тащат по длинному коридору в самый конец.         — Эй, какого хрена... Джисон? — он удивляется, ведь совсем не ожидал того, что Джисон первым подойдёт к нему, так ещё и украдёт куда-то от остальных ребят.         — За мной, — твёрдо чеканит Джисон и направляется в сторону туалета для персонала.         Найдя нужную дверь, Джисон открывает её ключом и рывком затаскивает Минхо внутрь, поворачивая защёлку и запирая дверь.         — Ты можешь объяснить, что проис... — слова застревают в горле, когда Джисон грубо толкает его к стене и как изголодавшийся зверь впивается зубами в шею, по-хозяйски укладывая руки на задницу Минхо.         — Клянусь, я чуть не словил несколько оргазмов, когда смотрел на тебя на сцене... — с придыханием шепчет Джисон на чужое ухо, обводя языком мочку и немного задевая серьгу. — Я почти сошел с ума, когда увидел тебя сегодня с этими блядскими синими волосами. Я специально не подходил к тебе, чтобы не сорваться и не трахнуть тебя прямо там, на виду у мемберов и всего стаффа.         — Блять, Джисон... — Минхо сильно кусает нижнюю губу, чтобы не застонать во весь голос от того, что Джисон метит его шею, покрывая кожу багровыми укусами. — Ты козел, знаешь это? Я думал, что что-то произошло, что ты обиделся на меня или ещё что-то, с ума весь вечер сходил из-за этого, а ты...         — Ну прости, детка, я не думал, что мне настолько сорвёт башню, — он с громким чмоком отрывается от уже красной шеи и впивается в губы Минхо, сразу же вторгаясь в его рот языком и наводя там свои порядки.         — Б-боже... Тебе нравится, да? — мурлычет Минхо в губы Джисона и сам нападает на него с дикими поцелуями, обвивая руками его шею.         Они беспощадно целуются, громко причмокивая губами, создавая очень грязную какофонию звуков, разносящихся по всему помещению. Дрожащими от возбуждения руками Минхо пытается расстегнуть рубашку на Джисоне, но у него не получается, поэтому он резко дёргает ткань, разрывая её. Пуговицы от рубашки падают на пол и разлетаются, а в след за ними на пол летит ярко-синий пиджак Минхо и чёрная майка.         — Настолько нравится, что я хочу, чтобы ты стоял на коленях передо мной, пока я буду трахать твоё горло и грубо тянуть тебя за волосы, натягивая на член, — он прочерчивает языком мокрую линию вдоль торса Минхо и останавливается на набухших сосках, по очереди беря в рот и посасывая твёрдые бусины.         — О, господи... Давай... Я хочу, очень...         — Звучишь так плаксиво и жалко. Я ещё ничего не сделал, а ты уже умоляешь и жаждешь моего члена, — Джисон ядовито усмехается и меняет их местами, прижимаясь спиной к прохладному кафелю, и смотрит сверху вниз в уже намокшие от слёз глаза Минхо.         Ловко расправляясь с чужой одеждой, Минхо вытаскивает наружу горячий и твёрдый член своего парня, скользя ладонью по крупному органу и собирая подушечкой пальца каплю смазки на красной головке. Он, сохраняя зрительный контакт с Джисоном, погружает член в рот, опускаясь наполовину и медленно двигая головой.         — Как же хорошо, детка... Ты великолепно выглядишь, заглатывая мой член, — он тихо стонет от умелого рта Минхо и укладывает руку на синюю макушку, помогая ему насадиться на член почти полностью.         Минхо мычит, ощущая давление органа на заднюю стенку горла, но послушно принимает весь член, касаясь носом лобка. Собственный член упирается в ширинку штанов и пачкает белье естественной смазкой. Удерживая во рту большой член, он тянется правой рукой к штанам, чтобы прикоснуться к себе, но Джисон бьёт его по руке, качая головой.         — Нет, нельзя. Я запрещаю тебе трогать себя сегодня. Надеюсь, ты не разочаруешь меня, — он тянет Минхо за волосы, высвобождая из тёплого рта свой член, но в следующую секунду снова грубо насаживает его на орган, крепко держа за синие пряди.         Горло саднит от грубого обращения, но Минхо позволяет пользоваться собой на полную катушку, ведь его самого такое очень сильно заводит. Слёзы неприятно щиплют глаза и размазывают по лицу потекший макияж, но Минхо глубоко плевать на то, как он выглядит сейчас.         Джисон громко матерится, смотря на то, как Минхо усердно сосёт его член, и сильнее впивается пальцами в крашенные волосы. Он подмахивает бёдрами, вгоняя член в узкое и влажное горло, и прикусывает собственную руку, не позволяя громким стонам вырваться наружу.         Губы Минхо — красные и мокрые от естественной смазки перемешанной со слюнями, порнушно смыкаются на крупной головке. Он вырисовывает узоры на ней, мутными от слёз глазами наблюдая за Джисоном, который закатывает глаза и тихо стонет от чужого языка и от тёплого рта, обволакивающего его член.         Чувствуя стремительно приближающийся оргазм, Джисон вытаскивает член, прекращая стимуляцию, чтобы не кончить раньше времени.         — Достаточно. Поднимайся, я хочу трахнуть тебя, — хриплым голосом говорит Джисон и помогает Минхо встать с колен, разворачивая его лицом к зеркалу и нагибая над широкой раковиной.         Он быстро избавляется от оставшейся одежды на Минхо и удовлетворённо хмыкает, сминая мягкую задницу в своих ладонях.         — Я так люблю твою сочную и упругую задницу. Не зря всё-таки ты проводишь так много времени в зале, качая ягодицы, — он шлёпает рукой по каждой половинке, завороженно наблюдая за тем, как задница трясётся от ударов по ней. Оставив ещё пару шлепков, он раскрывает половинки и замечает сжимающуюся от пустоты розовую дырочку.         — Ради тебя и стараюсь вообще-то. У тебя хоть смазка есть?         — Обижаешь, я всё предусмотрел заранее, — он роется в кармане своих штанов и находит маленький бутылек смазки, выливая на пальцы немного жидкости.         Джисон подносит один палец ко входу и проталкивает его, замечая, как быстро стенки принимают палец и податливо растягиваются.         — Ты уже растягивал себя сегодня? — удивлённо спрашивает он и добавляет ещё один палец, совсем не ощущая сопротивления.         — Я... я скучал по тебе очень. В последнее время мы заняты одним лишь камбеком, приходим домой слишком поздно, когда уже нет сил на что-то, кроме душа и сна, — Минхо скулит, когда Джисон надавливает двумя пальцами на чувствительный комочек, и обхватывает его шею руками, оставляя смазанный поцелуй на щеке.         — А я то как скучал по тебе, детка. Увидев тебя сегодня такого красивого с этими волосами, я понял, что больше не могу сдерживаться, — он осторожно вводит третий палец, другой рукой сжимая пышное бедро.         — Давай, я готов, — слёзно умоляет Минхо и сильнее прогибается в спине, хватаясь вспотевшими ладонями за края раковины.         — А как же волшебное слово? — заканчивая с растяжкой, Джисон вынимает пальцы, надевает резинку и смазывает большим количеством смазки свой член, потираясь головкой о кольцо мышц.         — Пожалуйста, Джисон-и...         — Пожалуйста, что? Ну же, котёнок, скажи мне, чего ты хочешь, — он дразнится и бьёт по левой ягодице, вырывая из Минхо приглушённый крик, тонущий в его ладони.         — Трахни меня, пожалуйста, любимый... — он смотрит в зеркало на их отражение и подавляет в себе стон, когда Джисон удовлетворённо шепчет ему на ухо «Хороший мальчик» и медленно наполняет своим членом узкую задницу.         Минхо кусает нижнюю губу почти до крови, стараясь не издавать громких звуков, но когда член касается простаты, он не сдерживается и громко стонет.         — Тише, детка. Ты же не хочешь, чтобы кто-то услышал, чем мы тут занимаемся? — ехидно лепечет Джисон и полностью выходит из растянутой дырочки, чтобы в следующую секунду вогнать член до самого конца.         — Блять, Джисон... — слезящимися глазами Минхо наблюдает за картиной в зеркале и хнычет, обращая внимание на сильные руки Джисона, которыми он его держит и не даёт рухнуть прямо на пол.         — Или тебя наоборот заводит мысль о том, что кто-то услышит тебя и твои блядские стоны? И поймет, что известный участник группы Stray Kids — Ли Минхо, — сладко стонет в общественном туалете, пока его натягивают на член? Тебе это нравится, да?         Уши Минхо краснеют от грязных слов Джисона и, как назло, в голове проносятся различные кадры, где их застают во время секса, заставляя новую волну возбуждения пробежаться по всему телу.         Темп движений ускоряется, и Минхо старается делать что угодно, лишь бы не закричать от того, как же ему хорошо сейчас. Он концентрируется на Джисоне, который устанавливает с ним зрительный контакт в зеркале, и тихо стонет его имя, опуская глаза на чужой открытый торс.         Рубашку Джисон так и не снял, поэтому она болтается на его плечах при каждом движении, открывая обзор на накачанную грудь и татуировки. Минхо высовывает язык и поворачивается к Джисону, оставляя несколько укусов на медовой коже.         Очередной мощный толчок заставляет Минхо задрожать всем телом, и он отрывается от чужой груди, снова укладывая руки на раковину. Поза становится максимально неудобной — поясница начинает болеть, ноги перестают держать тело, которое в любой момент готово упасть на пол.         Минхо до боли впивается ладонями в раковину, но из-за дрожи во всем теле он не может нормально ухватиться за неё, поэтому его руки постоянно соскальзывают с едва мокрой поверхности. Он шипит себе под нос и просит Джисона сменить позу, ведь его ноги больше не способны устойчиво стоять на полу.         Джисон выходит из тела и подхватывает Минхо на руки, затаскивая его в одну из кабинок и сажая на свои коленки.         — Так лучше? Оседлаешь меня? — он гладит подрагивающие бёдра Минхо и сдувает синюю прядку волос с его глаз.         Минхо смущённо кивает головой и приподнимается, чтобы медленно опуститься на колом стоящий член. Он находит опору в твёрдых плечах Джисона и начинает двигать бёдрами, объезжая член.         — Боже, хён, так хорошо, — Джисон обхватывает руками чужие ягодицы и немного раздвигает их для лучшего проникновения. Он делает ответные толчки, грубо вгоняя член в нуждающуюся дырочку.         Сильнее насаживаясь на член, Минхо сдерживает громкие стоны, позволяя себе только тихо скулить и как мантру шептать имя Джисона. Его член истекает природной смазкой, которая пачкает обнаженный торс Джисона. Но он не трогает его, прекрасно помня о запрете на касания к себе.         — Чёрт, детка, ты так красиво скачешь на моем члене. Самая восхитительная картина, которую я когда-либо видел, — он сминает упругую задницу в своих руках и периодически шлёпает половинки, заводясь сильнее от хлестких ударов.         — Ещё... Скажи ещё что-нибудь грязное, пожалуйста, — он ускоряется, стараясь игнорировать горящие бёдра от слишком активных движений.         — Тебя так заводят грязные разговоры, да, детка? Такой податливый, что и можешь только стонать и принимать в себя большой член. Твоя растянутая дырка так хорошо стискивает меня, так послушно растягивается вокруг моего члена. Только я способен трахать её, ясно? Ты и твоя шикарная задница полностью принадлежат мне, — он совершает достаточно глубокий толчок, упираясь головкой прямо в простату, и этого хватает, чтобы довести Минхо до безумия.         Он кончает прямо на пресс Джисона, ни разу не притронувшись к себе. Тело слегка потряхивает от пережитого оргазма, и он от бессилия роняет голову на плечо Джисона. Пытаясь восстановить напрочь сбитое дыхание, Минхо чувствует, как Джисон сильно сжимает его измученную задницу и заканчивает в презерватив. Он лениво целует Минхо в скулу и обнимает его, несмотря на то, что они оба потные и липкие.         Неожиданный громкий стук в дверь заставляет их обоих напрячься. Они переглядываются между собой и надеятся, что их никто не слышал, но разъяренный голос за дверью пугает их до чёртиков:         — Эй, голубки, хватит трахаться там! Откройте дверь, я ссать хочу, — зло кричит Чанбин и бьёт несколько раз руками по двери, дергая ручку, которая не поддаётся из-за закрытой двери.         Они оба громко выдыхают, ведь на них наткнулся Чанбин, а не кто-то посторонний, и тихо смеются от абсурдной ситуации.         — Упс.