ШГТ | Школа Глазами Траха

30 августа 2025 года, суббота, пред-последний день перед школой. Утро в квартире Димы залито тёплым светом, который просачивается сквозь тонкие белые шторы, отбрасывая мягкие тени на деревянный пол. Ксюша сидит, поджав ноги, на угловом диване, обтянутом серым вельветом. На ней — чёрная футболка Димы, слегка великоватая, сползающая с одного плеча и обнажающая тонкую полоску кожи. В руках — большая кружка с кофе, пахнущего ванилью и корицей, а на коленях — ноутбук, где открыты вкладки с сайтами канцелярии. Рядом на столе — россыпь цветных карандашей и пара стикеров, которые она уже отложила для покупки. Из кухни доносится запах поджаренных тостов и лёгкий звон посуды — Дима готовит завтрак, напевая что-то низким голосом, едва слышно. — Ксюша, ты уже выбрала, что берём? — голос Димы пробивается сквозь шипение масла на сковороде. — Или опять будешь часами пялиться на эти блокноты с блёстками? Ксюша закатывает глаза, но её губы невольно растягиваются в улыбке. Она откидывает тёмную прядь волос за ухо и делает глоток кофе, наслаждаясь его теплом. — Я выбираю эстетику, Дима. Не всем же быть как ты — хватать первые попавшиеся ручки и жить как офисный клерк из прошлого века. Дима хмыкает, появляясь в дверном проёме кухни с ножом в руке, на котором ещё видны крошки хлеба. Его тёмные волосы растрёпаны, футболка слегка помята, а в глазах — привычная искорка, от которой у Ксюши внутри что-то тёплое шевелится. — Эстетика, значит? — он ухмыляется, вытирая руки о висящее на плече полотенце. — Тогда готовься, я выберу самые унылые тетради. Чтоб ты помучилась. Ксюша фыркает, ставя кружку на стол, и возвращается к ноутбуку. Её пальцы лениво скользят по тачпаду, но мысли чуть блуждают. Она замечает, как Дима иногда замолкает, будто уходит в себя. Вчера, когда они валялись на этом же диване, смотрели какой-то дурацкий ромком и ели попкорн, он случайно упомянул Полину — свою бывшую. Просто в разговоре о школьных чатах, но Ксюша уловила, как его голос дрогнул. Она отгоняет эту мысль, встряхивая головой, и открывает чат в телефоне, где одноклассники бурно обсуждают нового учителя химии и сплетни о расписании. — Поехали в ТЦ? — Ксюша захлопывает ноутбук и смотрит на Диму, который выходит с тарелкой тостов, намазанных клубничным джемом. — Надо взять тетради, ручки, может, стикеры какие-нибудь прикольные. И заодно в кофейне посидим, я уже сто лет не пила нормальный капучино. Дима ставит тарелку на стол и садится рядом, его колено слегка касается её бедра, и это касание отдаётся лёгким теплом по коже. Он пахнет мылом и чем-то уютным, как свежая постель. — Только без твоих ластиков в виде сердечек или единорогов, Ксюша, — он ухмыляется, но его взгляд задерживается на ней чуть дольше, скользнув по обнажённому плечу. — Я не переживу ещё один поход по отделу с блестящими штучками. — Не ной, — Ксюша тянется за тостом, откусывает кусочек, и крошки падают на футболку, застревая в складках ткани. — Ты просто не понимаешь, как важно, чтобы всё было красиво. Блокнот — это же как настроение на весь год. Они собираются неспешно. Ксюша переодевается в узкие голубые джинсы и лёгкий кремовый свитер, который сползает с одного плеча, подчёркивая изгиб шеи. Она ловит взгляд Димы, когда поправляет волосы перед зеркалом, и чувствует, как его глаза задерживаются на ней — не навязчиво, но с той самой искрой, которая всегда пробегает между ними. Он хватает рюкзак, бросает в него кошелёк и ключи, и они выходят на улицу. Августовский день тёплый, пахнет нагретым асфальтом и скошенной травой, а ветер слегка треплет волосы Ксюши. В торговом центре они бродят по канцелярскому отделу. Ксюша с энтузиазмом роется в коробках с маркерами, перебирая яркие цвета, а Дима лениво кидает в корзину пачку самых обычных синих ручек, демонстративно закатывая глаза. — Дима, смотри, какая прелесть! — Ксюша поднимает блокнот с обложкой, усыпанной звёздами, которые переливаются на свету. — Это же прям моё, звёздное небо! Дима качает головой, но в его глазах — тёплая насмешка, а уголки губ приподнимаются. — Ты невыносима, Ксюша. Бери свой космос, но я беру вот эту серую тетрадь. Без звёзд. Без блёсток. Без драмы. — Ты скучный, — она пихает его локтем, и они оба смеются, пробираясь к кассе. Её рука случайно касается его, и она чувствует, как его пальцы на миг сжимают её запястье — лёгкое, но намеренное прикосновение. В кофейне они берут два капучино с пенкой, посыпанной какао, и садятся у большого окна, за которым снуют прохожие с пакетами и дети с новыми рюкзаками. Ксюша смотрит на улицу, но её мысли возвращаются к Диме. Он сидит, откинувшись на спинку стула, и его пальцы лениво крутят ложку в чашке. Она замечает, как он иногда смотрит куда-то вдаль, будто думает о чём-то далёком. Ксюша тянется и кладёт руку на его ладонь, чувствуя тепло его кожи. — Дима, ты в порядке? — она смотрит ему в глаза, пытаясь поймать его взгляд. Он кивает, сжимая её пальцы в ответ, и его улыбка кажется искренней, но с лёгкой тенью. — Всё круто, Ксюша. Просто... не хочу, чтобы каникулы кончались. Школа, знаешь, как будто возвращает в какой-то другой ритм. Она смеётся, но в его голосе есть что-то, что заставляет её сердце слегка сжаться. Они допивают кофе, собирают пакеты с канцелярией и возвращаются домой, болтая о мелочах — о том, как не хотят вставать рано, о слухах про нового учителя физики. Но в воздухе витает лёгкое напряжение, как будто что-то вот-вот нарушит их уютный ритм. Ксюша отгоняет эту мысль, но чувствует, как её пальцы невольно сжимают ручку пакета чуть сильнее.