ШГТ | Школа Глазами Траха

Дима просыпается с тяжёлой головой, его тело всё ещё гудит от вчерашнего — Полина в спортзале, её тугое тепло, её приглушённые стоны, их быстрый, рискованный секс. Но образ Ксюши, её взгляд, полный боли, когда она застала его с Полиной в школьном коридоре, режет сильнее, чем он готов признать. Он пишет ей: "Ксюш, давай поговорим, я всё объясню", но ответа нет. Её тишина — как нож, и Дима чувствует, как пропасть между ними растёт. Он хочет всё исправить, но телефон вибрирует в обед — сообщение от Полины: "Дим, скучаю. Приходи ко мне после 18:00, дома никого". Фраза бьёт в голову, как воспоминание о её теле, её губах, и Дима, разрываемый виной и желанием, соглашается: "Ок, буду". Он знает, что это ошибка, но Полина — как магнит, а Ксюша слишком далеко. Квартира Полины встречает его знакомым запахом — жасмин и кокос, смешанные с её шампунем. Свет гирлянды на стене мерцает, создавая полумрак. Полина в тонкой белой майке, без лифчика, соски проступают через ткань, и коротких шортах, которые едва прикрывают бёдра, подчёркивая изгиб её тела. Она улыбается, но в её глазах — не только похоть, а что-то ещё, как будто она хочет удержать его, доказать, что лучше Ксюши. — Рад, что пришёл, Дим, — говорит она, её голос низкий, манящий, и она тянет его на диван, её колено касается его бедра. — Забудь про всё. Просто будь со мной. Дима садится, его сердце колотится, и он не сопротивляется, когда Полина наклоняется, её губы находят его. Поцелуй жадный, её язык скользит по его, дразня, и она прижимается ближе, её грудь трётся о его футболку. Его руки невольно сжимают её талию, скользят выше, к груди, пальцы находят соски, твёрдые, как бусины, и Полина стонет в его рот, её дыхание горячее, с лёгким запахом мятной жвачки. — Хочу тебя, Дим, — шепчет она, её руки стягивают его футболку, ногти царапают его спину, оставляя жгучие полосы. Она расстёгивает его джинсы, её пальцы обхватывают член, уже твёрдый, пульсирующий, и она тянет его на себя, падая на диван. Полина скидывает шорты, её трусики — тонкие, кружевные — отодвинуты в сторону, и она садится на него сверху, направляя его внутрь. Её киска горячая, скользкая, сжимает его, как тиски, и Дима рычит, его руки сжимают её ягодицы, пальцы впиваются в кожу. Она движется ритмично, её бёдра хлопают о его, её грудь колышется под майкой, соски трутся о ткань, и она шепчет: — Трахни меня, Дим, как раньше. Он толкается глубже, чувствуя, как её стенки обхватывают его, её влага стекает, пачкая диван. Её стоны становятся громче, хриплые, она кусает губу, чтобы сдержаться, её волосы падают на лицо, и она откидывает их назад, её глаза блестят от похоти. Дима теряется в ней, его руки скользят по её спине, сжимают грудь, и он чувствует, как оргазм подкатывает, жар нарастает в яйцах. Но в голове — Ксюша, её мягкие губы, её голос, и он, не осознавая, стонет: — Ксюша... Полина замирает, её тело напрягается, глаза темнеют. — Что, блять? — её голос режет, как лезвие, она слезает с него, её дыхание тяжёлое, но не от удовольствия, а от обиды. — Ты звал её? Серьёзно, Дима? Он пытается объяснить, слова путаются, но тут входная дверь хлопает — Ксюша стоит на пороге. Она пришла, увидев его сообщение, но общий друг сказал, что Дима у Полины. Её глаза горят, щёки краснеют от злости, но в её позе — не только ярость, а что-то ещё, животное, как будто её гнев смешался с похотью. — Это что за херня, Дима? — Ксюша шагает вперёд, её голос дрожит, но она не кричит, а почти рычит, её грудь вздымается под обтягивающей футболкой. — Ты с ней трахаешься, пока мне врёшь про "ничего такого"? Полина поправляет майку, её взгляд — смесь вызова и уязвимости, она не отступает. — Он сам пришёл, Ксюша. Не делай из меня суку. Это он тебя выбрал, а не меня. Ксюша смотрит на Диму, её губы сжимаются, но её глаза блестят, и она делает шаг ближе. — Ты мой, Дима, понял? — говорит она, её голос низкий, почти угрожающий, и она хватает его за воротник, целуя жёстко, почти кусая, её язык врывается в его рот, как будто она хочет стереть вкус Полины. Дима отвечает, его руки обхватывают её талию, член всё ещё твёрдый, пульсирует от этого зрелища. Ксюша отстраняется, её взгляд падает на Полину, и между ними пробегает искра — не только соперничество, но и что-то сексуальное, напряжённое. Полина не отводит глаз, её губы кривятся в полуулыбке, и она делает шаг к Ксюше. — Может, мы обе тебе нужны? — говорит она, её голос мягкий, но с вызовом.