Последствия импульсивности

6.09.1998 • 19:25

Вау. Мысль о том, что ты не в состоянии вспомнить своих бывших сокурсников, освежает. Хотя Гринграсс не выделялась среди толпы зализанных змей, забыть, как выглядит девушка, — удивительно. Но справедливости ради, она и правда не была похожа на тот образ, что проживал в школьных воспоминаниях. Тогда она была воплощением Слизерина: прямые волосы, острый взгляд, идеальная осанка. Силуэт сейчас был похож, но короткая каре и мягко вьющиеся пряди выбивались, как и глаза — теперь не такие уж острые. Мотнув головой, Гарри подходил к дому, который предстояло разделить с девушкой. Надо было придумать клятву, да? — Очарование Фиделиуса продвинутое и не ставится на обычные дома. Стоит ли мне знать что-то ещё, кроме того, что на вас — очарование гламура? — Вау, мисс Гринграсс. Потрясающая чуйка, — он задумался. Так легко раскрыть его… Не то чтобы он сильно старался, но ощущение магии у этой девушки явно вызывало вопросы. — Думаю, клятвы хватит. Стоя в дверях, Гарри обернулся и увидел её приподнятую бровь — будто она едва сдерживала смешок. — Ваш договор состоял из семи пунктов. Очень тщательно описанных. И вы забыли указать личность? — Кхм. Как-то упустил из виду, — словно провинившийся котёнок нервно отвёл взгляд и отступил назад, пропуская девушку. От неё пахло корицей, с намёком на второй аромат, пока ещё неясный. Она пахла… как дом. — Сначала осмотр квартиры, потом клятва, — сказала она и направилась вглубь прихожей. Задержалась на кухне, изучая маггловские приборы; в гостиной остановилась перед столом, а у стены — перед картиной, которую Гарри недавно купил на рынке. — «Большая волна в Канагаве». Интересный выбор. Тяга к буддизму? — спросила она. Гарри мотнул головой. Понимал, о чём речь, но ничего умного сказать не мог. Наверное, стоило читать больше с Гермионой… — Жаль. Перспективная религия в нынешних реалиях. Так где будет моя комната? — Третий этаж полностью ваш. Она резко остановилась и посмотрела ему в глаза. Он увидел эту синеву слишком отчётливо — затягивающий омут, в который ты всё равно вернёшься взглядом исподтишка, лишь бы не тревожить его жителей. Гарри вздрогнул. — Полагаю, торговаться за цену при таких условиях глупо, — пробормотала она скорее себе, но он услышал. Третий этаж состоял когда-то из трёх комнат, но перегородки уже снесли — комнаты Регулуса и Сириуса теперь были объединены. Гарри всегда считал это символичным. — Можете взять большую комнату. Маленькую используйте как гардеробную, — сказал он с такой учтивостью, что самому стало не по себе. Авроры так не говорят. Хотел добавить что-то по-суровому, но голос опередил мысли. — Я согласна. Её палочка описала в воздухе элегантную дугу, вздымая белый свет. Магия бурлила вокруг неё, и это было впечатляюще. — Я, Дафна Офелия Гринграсс, клянусь своей магией не раскрывать личность хозяина дома без его предварительного согласия. Да будет так. Гарри знал десяток способов обойти подобную клятву — ничего сложного, если честно. Но почему-то хотелось ей верить. Если тебе протягивают руку — можно её и пожать, не глядя на вторую. Он щёлкнул пальцами, и гламур слетел. Гарри чуть уменьшился, кожа побледнела, нос стал прямее. Глаза — яркие, зелёные — смотрели прямо в задумчивую синеву Гринграсс. Но ни шока, ни удивления — ничего из ожидаемого. Будто он был пустым местом. Неприятно кольнуло. — Так и знала, — её губы дёрнулись в самодовольной ухмылке, а в уголках глаз тонко легли морщинки, похожие на паутину. — Эм… знала что? — Что это ты, Поттер. Такая сильная магия, триста условий, маггловская чепуха… Не существует мага, который удовлетворял бы всем этим пунктам. Чёрт, действительно ли он настолько предсказуем? Проигрыватель — да у многих магов есть винил. Картина? Может, то, что он понял её вопрос… Тогда как? — Успокойся, Поттер. В любом случае — клятва уже дана. Верно?

7.09.1998 • 13:25

Гермиона смеялась так громко, что прохожие оборачивались. Гарри сидел напротив, измученный, раздражённый, но его лицо лишь усиливала её смех. — Она мне уже нравится, — сказала Гермиона, вытирая глаза. — Мы с Роном точно придём скоро. — Ага… А мне ещё предстоит помочь ей занести вещи. — Через сколько? — Через… — лёгкий взмах рукой, и над ладонью появилась дымная цифра:

7.09.1998 13:25

— Час и пять минут. Гермиона снова удивилась: — Ты стал лучше в беспалочковой магии. Это… Гарри, это уровень Дамблдора. Как? — Много практики, — уклончиво ответил Гарри. Гермиона задумалась — а потом её взгляд стал неожиданно серьёзным. — Я думаю щас о Гринграсс, — сказала она. — Если она работает в Отделе тайн, то точно не опасна. За каждым, кто туда идёт, наблюдают особенно пристально. Если бы что-то было не так — мы бы знали. Она отпила кофе и продолжила: — Но это не главное. Узнай её сам. Кто она, как живёт. Ты всегда умел находить общий язык с людьми. Даже когда это выходило… немного неловко. Только без предрассудков, ладно? Гарри покачал головой, криво улыбнувшись. — Я постараюсь. Если честно, я уже давно перестал судить всех слизеринцев по школьным годам. Столько потрясающих людей оттуда... — Вот и правильно, — сказала Гермиона и взглянула на часы на стене. — Чёрт! Мне нужно бежать. Она поспешно собрала бумаги, обняла его одной рукой. — Постарайся быть джентльменом. — За кого ты меня держишь? Она ухмыльнулась: — Ты точно хочешь это услышать? Гарри только закатил глаза. — До пятницы, Гарри. Она исчезла, а Гарри последовал её примеру — пора было готовиться к приезду Гринграсс.

7.09.1998 • 14:22

Дождь стучал по стеклу такси, будто пытаясь вытащить Дафну из раздумий, но воздух кабины пах чем-то тёплым, пряным — и уносил мысли обратно. Это была новая жизнь. Не каждый день ты разговариваешь с Гарри Поттером. Если честно — ни один день в жизни ты не разговариваешь с Гарри Поттером. Но вчера она узнала, что всё бывает впервые. И теперь что-то менялось. Чувства к Поттеру были какими-то… полярными? Мысли тянулись дальше — немного о его неловкости, и чуть больше о его тупости. Как можно было забыть внести в контракт пункт о личности? Учитывая, кто он? Болван. Но… не судить книгу по обложке. Все делают глупости. Просто Поттер делает их чаще. С этим придётся смириться. Они будут жить в одном доме, пересекаться постоянно. Возможно, реже, чем она думает. Но всё же. По стеклу бежали капли, одна обогнала другую, будто выигрывая забег. В переулке промелькнул чёрный лохматый пёс, почему-то до боли напоминающий волосы Поттера. Даже когда твой дед создаёт средство для ухода за волосами, его внук всё равно не может причесаться. Парадокс. Такси остановилось. — Мы приехали, — сказал водитель. Дафна бросила взгляд в окно — Поттер уже стоял под дождём, ожидая её. Таксист вышел, помогая Гарри выгрузить тяжёлые коробки. — Спасибо, сэр. — Обращайтесь. Хорошего дня, — чёрный «Лондон кэб» плавно тронулся и исчез за поворотом. — Такси? Не ожидал, — сказал Гарри. — Я везу артефакты. Такие нельзя переносить магическим способом, — она услышала из дома глухие, тягучие ноты. Грустная песня. Очень. Она сдержалась, чтобы не закатить глаза. — Заходи, я разберусь с коробками. Гарри наклонился, попытался поднять одну из них — и прошипел: — Ебанный рот… — Да, они тяжёлые, — невозмутимо ответила она и вошла внутрь. В гостиной она увидела проигрыватель. Несколько секунд всматривалась — до тех пор, пока Гарри, уставив коробку на пороге, не услышал её голос: — Могу я поменять пластинку? — А? — Пластинку. Поменять? — Да, меняй. Дафна подошла. Сняла иглу, и винил коротко, мягко хрустнул — будто вздохнул. Она осторожно взяла пластинку за края, чтобы не коснуться дорожек, и вложила её в тонкий картонный конверт: Radiohead — The Bends Перебирая пластинки в ящике, она нашла нужную. Опустила иглу — и по дому разлился голос солиста The Verve: — Happiness… more or less… Ритм был спокойным. Мелодия — мягкой. Атмосфера — другая. Это… куда лучше.