Сердце Лапы

      По легенде когда-то давно на совсем пустую планету ступил дух Ко'шани. Тогда он создал новую цивилизацию. Дети его, коты и кошки, были наделены разумом и чувствами, а на планете образовался огромный архипелаг из пяти островов — Большая Лапа. Она стала домом для новых животных и растений, а кошки стали высшими существами.       Тома знала эту историю с детства, ведь ей как и всем котятам рассказывали эту красивую легенду. И ей всегда нравилось слушать истории о происхождении мира.       Но сейчас, уже подросшая тринадцатилетняя леди глядела на ножки дивана — массивные позолоченные львиные лапы, впивающиеся в холодный, идеально гладкий паркет. Мысли были лишь о том: неужели Великий Кот действительно завещал кошачьему роду безвкусную страсть к бархату и золоту?       Одним утром в начале лета Тома сидела на дорогом диване с вишнёвой бархатной обивкой и увлечённо читала очередную книгу по квантовой механике. Юная аристократка считала вид мебели безвкусным и чопорным, поэтому предпочитала вглядываться в строки книги, чем в интерьер. Тем не менее, в гостиной она чувствовала присутствие матери. — Тамара, сколько можно уже читать? — раздалось холодное неодобрение, режущее как скальпель       Тома подняла взгляд на неё — в кресле напротив расположилась статная, элегантная, но и в то же время невыносимая женщина. Матильда сверлила её строгим взглядом, недовольно поджав алые губы. — Матушка, будьте добры оставить меня в покое. — тем же беспристрастным тоном ответила Тамара, держа самообладание. Но внутри всё сжалось в комок.       После этих слов она вновь уткнулась в книгу. Леди была явно раздражена наглостью дочери. — Пусть Великий Кот хранит твои усы! — язвительно сказала Матильда и покинула комнату.       Тамара лишь проводила матушку взглядом, глубоко вздохнув. В воздухе витал дорогой парфюм с ароматом замёрзших цветов. Точно так же замёрзало внутри от неприятного холода на кончиках пальцев.

***

      Через полтора часа Тома наконец отложила книгу и отправилась в столовую. Всё та же дорогая мебель, которая подчёркивала статус семьи. Но холодные тона и строгая геометрия нравились ей куда больше, чем удушающая роскошь гостиной. Здесь хотя бы намного меньше этого претенциозного золота.       За огромным столом уже сидели родители девочки. Матильда направила взгляд на неё — в её глазах уже не было ядовитости. Наоборот, она уже с некоторой заботой сказала: — Присаживайся, дочка. Сейчас Нора принесёт завтрак.       Тома спокойно прошла к обеденному столу и присела напротив родительницы. Вскоре подлетела служанка Нора и поставила перед ней тарелку с аппетитными сырниками, политыми ягодным джемом. Аромат вкусной еды ударил в нос, и желудок заурчал. Тамара принялась аккуратно, по всем правилам этикета, отрезать маленькие кусочки сырника и класть их себе в рот. — Сегодня у нас будет приём гостей, так что приведи себя в порядок. — завела разговор Матильда. — Опять? — спросила Тома, не в силах скрыть раздражение. — Да, — уверенно ответила мать.       Маленькая аристократка отвела взгляд в сторону, пытаясь скрыть от родительницы своё негативное отношение к этим всем бессмысленным и глупым приёмам. Взяв себя в руки, Тома через силу посмотрела на леди Матильду и спокойно, без эмоций спросила: — Когда? — В три часа дня. — Хорошо. — Монотонно ответила девочка, глядя на опустевшую тарелку, на которой красовалась лишь размазанная капля джема.

***

      Тома стояла перед большим овальным зеркалом, разглядывая себя. Нежное шёлковое платье небесно-голубого цвета, длинные воздушные рукава до запястий... И тугой пояс, завязанный сзади в бант, сжимающий рёбра.       Белоснежные волосы длиной по плечи были закручены в красивые локоны, но лак для волос то и дело доставлял дискомфорт. А чёлка, которая хотя бы на грамм скрывала её недовольство подобными мероприятиями, была безупречно убрана и прикреплена лаком к вискам. На голове красовалась серебряная диадема, украшенная жемчугом и кристаллами и подчёркивающая нежный образ. — К чему этот дурацкий маскарад? — Злобно прошипела она, словно ожидая ответа от отражения в зеркале.       В этот момент в комнату вошла леди Матильда и с одобрением с ног до головы оглядела свою дочь словно безупречный маникен в дорогом бутике. — Наконец-то твой вид подобает статусу. Прошу тебя не портить его.       В её голосе была какая-то прохлада, но всё же теперь он звучал не так холодно и ядовито как утром. Тома лишь кивнула, но её мать уже развернулась и со стуком каблуков вышла из комнаты.       Молодая представительница знати снова взглянула в зеркало. В отражении она увидела всю ту же красивую, но в глубине души уставшую от аристократии, принцессу. Нет, это была даже не принцесса. Скорее пленница, на лице которой отображалось сожаление. "Но что поделать? Постараюсь хоть как-то оправдать ожидания матушки" — подумала Тома и глубоко вздохнула. И выйдя за пределы комнаты, спустилась вниз по ступенькам на первый этаж.       Она вошла в гостиную, где уже кипел светский муравейник. Некоторых из них Тамара уже много раз встречала, но всё ещё оставались лица, которые она видела впервые. Юная Уислинг молча стала рассматривать каждого из них. Интерес пал на мальчика, который выглядел её ровесником. Кремово-жёлтый окрас шерсти указывал на его происхождение из Лучезарного острова.       Этот остров славился своим жарким климатом, характерным окрасом шерсти тёплых оттенком, а главное — новейшими технологиями.       Далее взгляд Томы перешёл на мужчину, очень похожего на мальчика — скорее всего это был отец парнишки. Возможно, этот гость является известным инженером или учёным.       Вскоре к Томе начали подходить другие гости, чтобы поприветствовать дочь знатной Матильды Уислинг. Та механично отрапортавала каждое приветствие, надев на себя маску представительницы знатного рода. Из-за этого пришлось временно отложить изучение семьи с Лучезарного острова.       Вдруг нос почуял знакомый цветочный запах парфюма. Тома медленно повернулась и увидела перед собой знакомую фигуру. — Тамара, — спокойным голосом обратилась к ней Матильда.       Статная женщина была одета в изумрудное платье, которое изящно подчёркивало её формы. Объёмная меховая перелина делала образ ещё солиднее. Она своей белоснежной лапой поправила сапфировое кольцо на пальце и ожидала ответа дочери. — Матушка.. — тем же тоном ответила та. — Вы что-то хотели?       Леди с тем же нейтральным и тихим тоном заговорила с дочкой. — Да, миссис Роузфур желает услышать твою игру на фортепиано.       Юная аристократка от удивления распахнула глаза, холодок пробежался по телу. Сердце так бешено стучалось, что казалось, услышат все присутствующие. Тома нервно сглотнула, после чего выжала из себя кое-какие возражения. — Но матушка... Вы же прекрасно знаете...       Матильда перебила дочь. — Тем лучше, проверишь свою выдержку.       Уголок её рта пополз верх, но эта улыбка расценивалась Томой как насмешка или даже унижение. Девочка продолжала держать зрительный контакт с матерью, безумно желая отвести взгляд. — Не заставляй гостей ждать, дорогая. И помни, что все эти коты на тебя смотрят. — Подавила Матильда.       Со стороны эти слова могли показаться тёплыми и добродушными, но не для Томы. Любые слова мамы вонзались в её сердце словно осколки льда. И если для других людей она была продолжением рода, то для неё... "Ощущение, что я цирковая зверушка, чтобы развлекать матушку и гостей" — с ядовитой иронием подумала Тамара, и направилась к музыкальному инструменту.       Тома механически и безо всяких чувств оттарабанила своё. Просьба выполнена. Услышав одобрительные аплодисменты, она глубоко выдохнула.