Певичка

7 ноября 1969 года. - Слушай, Йор, а ты что матери сказала? - коллеги угощали новенькую девочку в дорогих ресторанах. И в тот день они сидели в одном из них после успешного выполнения одного из заданий. Мужчина уже в летах, но в элегантном черном пиджаке, подчеркивающем стройность его фигуры, относился к Брайер, как к родной дочери. И, быть может, именно благодаря ему она привязалась к «Саду» и ребятам оттуда. - Что пою в кабаке, - спокойно ответила она на вопрос этого самого мужчины, подцепляя вилкой салат. - Специфично… - каким-то диким полушепотом оценивал её ответы вытянутый блондин не на много старше неё, с такими же вытянутыми, как и он сам, прямыми волосами. Казалось, скоро они отрастут и станут длиннее Йориных… - О, ты умеешь петь? – с теплотой в голосе обратилась к ней низенькая пухленькая девчушка. - Да, она меня научила, когда я ещё в школу не ходила. Мама считает, что каждый человек будет прощен, если имеет хоть какой-то талант. -А спой что-нибудь... – попросил мужчина. -У меня про смерть есть песня на французском. И весь стол резко засмеялся. Йор недоумевающе посмотрела на новых коллег. Посмеявшись, мужчина с тёплой улыбкой обратился к ней: - Послушай, если ты кого-то лишаешь жизни, не значит, что ты сама должна быть омертвелой. Зверобой этого не запомнил... А ты запомни, тебе нельзя умирать, ты слишком яркий человек. Йор задумалась и с каким-то запоздалым увлечением прислушалась к этой фразе. - Хорошо, у меня есть песня про жизнь. -Отлично, пой.