По две стороны

Мегатрон прилетел к той самой горе, где по-прежнему над вулканом клубились тучи и фиолетовые искры извергались всё ярче. Он остановился возле него: – Я чувствую твоё присутствие, чувствую каждое твое движение... Я взываю к тебе, мой повелитель, могущественный Юникрон! Над ним небеса возле вулкана осветились молниями и раздался гром, а из темноты показались очертания чьих-то глаз: фиолетовых глаз и лица Юникрона и мутные облака сверху приняли облик его огромных рогов. – Кто хочет со мной говорить? – Я, твой скромный слуга, Мегатрон, лидер десептиконов, твой последователь. Тот, кто владеет Тёмным энергоном, который пробудил тебя к новой жизни. Пророчество наконец сбылось. – Сказал Мегатрон так, как было не свойственно его обычной гордости и не в его духе было пресмыкаться. Сейчас он больше походил на Старскрима, хотя осуждал его за такое. Он продолжал: Теперь мы достигнем гораздо большего. Вместе. С моей помощью ты сможешь править этой планетой и её жителями. – Гордый глупец. Как ты смеешь думать, что можешь возродить мою жизненную силу? Я восстану потому что сейчас пришло моё время! –Повелитель, я не хотел показаться... – Начал было оправдываться Мегатрон, но Юникрон его перебил: – Молчать, червяк. Мне не нужна твоя жалкая помощь. – Пожалуйста, повелитель, я живу для службы вам. – Что я, чувствую? Запах Праймуса? Здесь? – Это Оптимус, последний из Праймов, наш заклятый враг. – Ты говоришь, что предан мне но в то же время оставил потомка Праймуса в живых?! – Я уничтожу его для тебя. Его крики будут слышны... – Но Юникрон опять его перебил до того как он успел договорить: – Твоя болтовня меня утомила. Если б ты мог уничтожить этого Прайма ты бы уже это сделал. Придётся самому с ним разбираться. – Сказал Юникрон и его очертания снова превратились в тучи, а он исчез. В то время Оптимус ушёл с базы и шел по какому-то каньону, куда его отправили найти эпицентр толчков. «– Рэтчет, эпицентр толчков похож на все остальные центры. Эта область полна руды» – И что это значит? – Спросил Фоулер Рэтчета на другой стороне. – Это значит, что все естественные металлы на земле это чести Юникрона, его части. И детали. Джун на это спросила: – Значит он всё-таки потянулся утром, отсюда и землетрясение? – Рэтчет предупредил Оптимуса об осторожности и он согласился, но потом он обернулся: он услышал треск скалы, и из неё стало видно фиолетовые глаза Юникрона. – Ты знаешь, кто я, последователь Праймуса? – Юникрон, Прародитель хаоса. Вдруг из этой скалы и камней вылезла фигура Юникрона, но нет. Это было только одно из воплощений Юникрона, а не сам Юникрон. – Теперь ты видишь перед собой Юникрона, который тебя уничтожит! – Юникрон посмотрел на Оптимуса и напал, пока тот пытался отбиться или уйти. Он отбежал от него подальше. – Я скромно прошу выслушать меня, повелитель Юникрон. – И что такого интересного может мне сказать последний Прайм? – Я прошу не ради себя, а ради планеты, которую ты создал. И ради её обитателей. Человечество надеется на тебя. На продолжение жизни. Твоё воскрешение лишь уничтожит этот удивительный вид, который возник из наследия твоего величия. – И это человечество, о котором ты говоришь? Ты думаешь, они - мои потомки? – Никогда! Они познают всю силу моего гнева, когда я покончу с тобой! – Ответил Юникрон, раздражённо, и ударил его молниями из Тёмного энергона, заставив Оптимуса упасть на землю. – Пока меня не было, Праймы стали слабы. Поэтому ты падёшь. – Даже если и так, то не сегодня – Оптимус ударил Бникрона и тот распался на камни, но вдруг из стен появилось ещё много таких его воплощений и ответили все разом, приближаясь к нему: – Да, потомок Праймуса, именно сегодня. Юникрон один, но все мы – Юникрон.