Выбор Рико Мориямы

Утро субботы выдалось спокойным. Слишком спокойным, чтобы быть правдой. Поэтому Рико, сидящий на кухне с чашкой кофе, совсем не удивился, когда входная дверь с грохотом распахнулась. — Рико! Рико, ты только посмотри! — голос Натаниэля был полон восторга и детской радости, а сам он появился в дверном проёме, буквально свергая. За его спиной маячил Натан, переминающийся с ноги на ногу. В руках он держал несколько длинных чехлов с подозрительно знакомым логотипом. — Что там у тебя? — Рико отставил кружку, с интересом наблюдая за другом. Натаниэль гордо усмехнулся и осторожно принял из рук отца первый чехол, расстегнул молнию и извлёк оттуда клюшку. Рико узнал её сразу — эксклюзивная модель, которую Натаниэль показывал несколько месяцев назад и от цены которой у Рико тогда глаза на лоб полезли. — Это... — Натаниэль не мог найти слов. Он дрожащими пальцами провёл по гладкой поверхности, чувствуя, как у него перехватывает дыхание. — Там ещё, — тихо сказал Натан, указывая на остальные чехлы. Вторая клюшка была из серии, которая только через месяц должна была выйти в продажу, третья — с инициалами на рукояти, четвертая — лимитированная серия, выпущенная в честь чемпионата прошлого года. Натаниэль выкладывал их одну за другой, и с каждой новой его сердце замирало от волнения. — Пап... — голос его дрогнул. — Зачем? Это же целое состояние. Натан замялся, отводя взгляд в сторону. — Рико сказал, что тебе такое нравится. Я... ну, узнал, какие лучшие. Тэцудзи прочитал мне целую лекцию... Я половины не понял. Поэтому просто сказал ему написать, что купить... А деньги, как ты знаешь, для меня не проблема... Натаниэль смотрел на отца, не в силах скрыть улыбку. А потом шагнул вперёд и обнял его. — Спасибо, — сказал он, отстраняясь так же резко, как и кинулся обниматься. — Это... самый лучший подарок в моей жизни. Натан смущённо кивнул, явно довольный тем, что сумел угодить сыну. — Ну, раз тебе понравилось, значит, не зря. — Не зря, — подтвердил Натаниэль, уже снова разглядывая клюшки. — Вот эта — вообще бомба. Я её в каталоге видел, думал, она только в следующем месяце выйдет. — Вышла, — пожал плечами Натан. — Сказали, что для меня можно сделать исключение. Рико, наблюдавший за этой сценой, хмыкнул. — Ты им что, угрожал расправой? — Нет, — Натан дёрнул плечом, всем видом показывая, что ничего особенного не произошло. — Просто попросил Лолу собрать компромат на владельца бренда. В комнате повисла тишина. Натаниэль замер с клюшкой в руках, медленно переводя взгляд с отца на Рико. — Ты собрал компромат, — повторил Рико, осознавая услышанное. — На владельца компании. Чтобы он продал тебе клюшку на месяц раньше. — На две недели, — поправил Натан. — На месяц они не смогли. Но дали 90% скидку на остальные три. Рико не удержался и засмеялся в голос. Натаниэль же просто улыбнулся и тихо произнёс: — Годы идут, но что-то никогда не меняется... Отсмеявшись, Рико вновь посмотрел на Натана. — Это самый мафиозный способ купить клюшки для сына, который я когда-либо видел. — Зато эффективный, — парировал Натан, вызывая улыбки у парней.

***

Этажом ниже Ваймак и Тэцудзи сидели на кухне с чашками кофе. Тэцудзи как раз рассказывал о планах на следующую тренировку, когда сверху донёсся приглушённый, но отчётливо счастливый вопль Натаниэля. Ваймак поперхнулся кофе. — Это что там? Тэцудзи невозмутимо отставил чашку, прислушался к звукам сверху — топоту, восторженным восклицаниям и чему-то, отдалённо напоминающему детский визг радости. — Судя по всему, — сказал он, делая глоток, — клюшки привезли. Ваймак посмотрел на него с недоумением. — А ты откуда знаешь? Тэцудзи посмотрел на потолок, где продолжался топот и счастливые возгласы, и усмехнулся. — Натан попросил меня помочь с выбором. А потом шантажом достал новую коллекцию за две недели до выхода... Сверху снова донёсся восторженный крик Натаниэля, и Ваймак невольно улыбнулся. — Ну, если парень так радуется, значит, старания того стоили. Тэцудзи кивнул, и в его взгляде, устремлённом на потолок, мелькнуло что-то тёплое.

***

Вечером, после того как эйфория от подарков немного улеглась, Натаниэль сидел на кухне с Рико, задумчиво крутя в руках чашку с чаем. На его лице читалось сомнение. — Рико, — начал он, — у меня есть вопрос... — Валяй. Натаниэль помолчал, собираясь с мыслями. — Игра с «Шакалами» через три дня. Это будет мой первый официальный матч в составе «Лисов». Я хотел бы, чтобы... — он замялся. — Чтобы отец и дядя Стюарт пришли. Посмотрели. — Так и скажи им, — Рико пожал плечами. — Они будут рады. — Ты думаешь? — Натаниэль неуверенно посмотрел на друга. — Я не хочу, чтобы они чувствовали себя обязанными. Или чтобы им было скучно. — Ниэль, — Рико отложил телефон и повернулся к нему всем корпусом. — Твой отец купил тебе целый годовой запас клюшек. А Стюарт и вовсе практически переехал в этот город, чтобы просто быть рядом. Думаешь, они откажутся посмотреть на твою игру? Просто спроси. Натаниэль кивнул, всё ещё сомневаясь, но встал и направился к двери. Через десять минут он вернулся. Его щёки пылали, а на губах играла застенчивая улыбка. — Ну? — Рико приподнял бровь. — Они сказали, что придут. — Натаниэль опустился на стул, всё ещё не веря. — Если я этого хочу. Я сказал, что хочу. И они... они сказали, что будут. — Видишь? — Рико улыбнулся. — А ты переживал. Натаниэль ничего не ответил, лишь глупо улыбался, счастливо смотря в окно.

***

День игры выдался солнечным и ясным. Стадион гудел. «Лисы» играли первый матч сезона, и даже обычно немногочисленные болельщики сегодня собрались в полном составе. Сказалось и присутствие Кевина, и скандал с «Воронами», привлёкший внимание к команде. Натан и Стюарт заняли места в секторе для приглашённых гостей. Их вид был настолько непривычным, что несколько болельщиков бросили на них любопытные взгляды. — Никогда не был на матче по экси, — признался Стюарт, разглядывая поле, где команды уже вовсю разминались. — Я тоже, — ответил Натан. — Всё, что я знаю об этой игре, — от Натаниэля. И то от того, что он мне рассказывал, я половину не понял. — Что, Балтиморский Мясник не разбирается в спорте? — усмехнулся Стюарт, с ехидством смотря возлюбленного. — Я разбираюсь в бизнесе. А экси — это для тех, у кого есть время на развлечения, — парировал Натан, но в его голосе не было привычной язвительности. Они замолчали, наблюдая за разминкой. Натан нашёл взглядом сына, который о чём-то бурно беседовал с Кевином и Эндрю. В этот момент на трибуну вошёл Рико. Натан и Стюарт обернулись одновременно и замерли. Младший Морияма был облачён в футболку с принтом Нила на всю грудь, на голове красовалась бейсболка с номером десять, а в руках он держал огромный плакат, на котором было написано: «НИЛ, ТЫ ЛУЧШИЙ!». К рыжему шарфу, обмотанному вокруг шеи, был приколот значок с улыбающимся Лисом. — О, вы уже здесь! — воскликнул Рико, сверкая глазами. — Я специально заказал это всё на его первый матч. Как вам? Стюарт и Натан уставились на него, как на сумасшедшего. — Ты выглядишь как его самый преданный фанат, — наконец выдал Натан. — Я и есть его самый преданный фанат! — гордо заявил Рико, поправляя шарф. — И вы будете такими же, когда увидите его игру. — Он развернул плакат, на обратной стороне которого обнаружилась ещё одна надпись: «#10 — МОЙ ГЕРОЙ», и положил его на колени, готовясь в любой момент поднять. — Болеть нужно громко и душевно. Это придаёт сил. Стюарт переглянулся с Натаном. Оба мужчины, привыкшие решать вопросы пистолетами и весом авторитета, сейчас выглядели немного потерянными. Но оба кивнули, принимая правила игры. Ради Натаниэля они были готовы на всё. Даже на это.

***

Внизу на поле разминка подходила к концу. Игроки собирались у скамейки, где Ваймак что-то говорил им, жестикулируя. Натан заметил, как тренер подошёл к Натаниэлю, положил руку ему на плечо и что-то сказал. Нил поднял голову, и на его лице появилась улыбка. Он кивнул Ваймаку, словно благодаря за поддержку. Натан нахмурился. Где-то глубоко внутри шевельнулось что-то неприятное. Он не сразу понял, что это, — чувство было слишком непривычным. Ревность. Он ревновал сына к тренеру, который легко нашёл с ним общий язык. Который умел говорить правильные слова. Который был рядом, когда Натаниэль учился заново доверять людям. — Ты смотришь на Ваймака так, будто хочешь его пристрелить, — раздался голос Стюарта, в котором смешались насмешка и тревога. — Ничего я не смотрю, — буркнул Натан, отворачиваясь. — Ревнуешь? — Стюарт наклонился ближе, и в его голосе зазвучали понимающие нотки. — К тренеру, который заботится о твоём сыне? Натан сжал челюсти. — Он умеет быть тем, кем я не умел, — вырвалось у него прежде, чем он успел подумать. Стюарт помолчал. Потом его рука легла на плечо Натана. — Но ты здесь, — тихо сказал он. — Ты пришёл. И ты пытаешься. Это много значит. Для него. И для меня. Натан не ответил, но плечо его чуть расслабилось под ладонью Стюарта.

***

Свисток арбитра прозвенел над стадионом. «Лисы» выиграли жеребьёвку и начали матч. С первых же минут стало ясно, что «Шакалы» настроены серьёзно. Они приехали в Пальметто не для того, чтобы уступить место в турнирной таблице команде, которую ещё пару лет назад никто не воспринимал всерьёз. Они прессинговали, не давали Лисам развернуться, и их атаки были быстрыми и опасными. Но команда Пальметто не собирались сдаваться, активно ища лазейки в тактике противника. На седьмой минуте случился первый опасный момент у ворот «Шакалов». Кевин, получив пас от Ники, прорвался по правому флангу и отдал передачу в центр. Нил рванул навстречу мячу, опережая защитника на полкорпуса, и нанёс удар с лёта. Мяч со свистом прошёл в сантиметрах от штанги. — Ну же! — выкрикнул Рико, хватаясь за голову. — Почти! Натан сидел, сжимая железные перила. Он не кричал. Просто смотрел. Смотрел на сына, который носился по полю, не замечая ни усталости, ни давления. На пятнадцатой минуте «Шакалы» забили. Быстрая контратака, защитники «Лисов» не успели перестроиться, и нападающий соперника оказался один перед Эндрю. Блондин бросился наперерез, но удар был сильным — мяч влетел в верхний угол ворот. Счёт стал 1:0. На трибунах повисла тишина. Рико опустил плакат. — Это только начало, — сказал Стюарт, хотя в голосе его не было уверенности. На поле «Лисы» выглядели растерянными. Кевин что-то кричал защитникам, жестикулируя. Эндрю, выбивая мяч из ворот, поймал взгляд Нила — и коротко кивнул. Один раз. Твёрдо. Нил выдохнул. Развернулся и побежал в центр поля. Следующие десять минут были хаотичными. «Шакалы» пытались удвоить счёт, «Лисы» — отыграться. На двадцать третьей минуте Кевин перехватил мяч у своей штрафной и отдал пас Нилу. Нил рванул вперёд, обыгрывая одного защитника за другим. — Давай! — заорал Рико, вскакивая с места. — Нил, ты сможешь! Натан тоже вскочил, молчаливо поддерживая слова Рико. Нил вошёл в штрафную. Вратарь «Шакалов» бросился наперерез. Нил занёс клюшку — и вместо удара сделал ложное движение, убирая мяч в сторону. Вратарь упал, пропуская его. Пустые ворота. Удар. Мяч влетел в сетку. — ГООООЛ! — заорал Рико, размахивая баннером так, что чуть не сбил с ног сидящего рядом Стюарта. — ГООООЛ, НИЭЛЬ! ТЫ ЛУЧШИЙ! Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ! Натан не слышал его. Он смотрел на сына, который бежал к центру поля, раскинув руки, и улыбался. Улыбался так, как Натан не видел его никогда — свободно, счастливо, без оглядки на прошлое. На табло горело: 1:1.

***

Второй тайм начался с бешеного давления «Шакалов». Они не привыкли проигрывать команде, которая в прошлом сезоне была аутсайдером. Защита «Лисов» трещала по швам, и только Эндрю в воротах держал команду в игре. На тридцать седьмой минуте случился момент, который перевернул игру. Нил получил мяч на своей половине. Два защитника «Шакалов» бросились на него одновременно, пытаясь выбить мяч. Нил ушёл от первого, от второго — и в этот момент в него влетел третий, которого он не заметил. Удар был жёстким. Нил упал, и по стадиону пронёсся вздох. Натан вскочил, словно ошпаренный. Стюарт схватил его за руку, удерживая. — Смотри, — сказал он. — Смотри. Нил поднялся. Не сразу, пошатываясь, но поднялся. Он отряхнул форму, поправил шлем и кивнул судье — играет. — Это мой сын, — выдохнул Натан, и в голосе его звучала такая гордость, что Стюарт невольно улыбнулся. Судья дал штрафной бросок. Кевин подошёл к точке, посмотрел на вратаря «Шакалов» — и отдал пас Нилу. Нил не ждал. Он ударил с лёта, и мяч влетел в ворота. 2:1. Стадион взорвался. Рико прыгал, размахивая баннером, Натан стоял, сжимая кулаки, а Стюарт впервые за долгое время позволил себе кричать. — Ты видел? — кричал Рико, хватая Натана за плечо. — Ты видел, что он сделал? — Видел, — ответил Натан. Голос его дрожал. — Видел.

***

«Шакалы» бросили все силы в атаку. Им нужно было отыгрываться, и они лезли вперёд, не считаясь ни с чем. Но «Лисы» уже вошли в кураж и не давали им ни малейшего шанса. На сорок третьей минуте Нил перехватил мяч у своей штрафной и снова рванул вперёд. Он обыграл одного защитника, второго — и отдал пас Кевину, который выбежал на свободное пространство. Кевин бил сильно, точно. Вратарь «Шакалов» успел среагировать, но мяч рикошетом от его щитка залетел в ворота. 3:1. — Это победа, — выдохнул Стюарт, откидываясь на спинку кресла. Натан не отвечал. Он смотрел на сына, который стоял в центре поля, окружённый командой, и улыбался. Устало, но счастливо. Когда прозвучал финальный свисток, табло замерло на цифрах 4:2 — «Лисы» забили ещё один гол на последней минуте, когда «Шакалы» заменили вратаря в отчаянной попытке отыграться. Нил забил два гола и отдал голевую передачу. После игры его назвали лучшим игроком матча.

***

В коридоре у раздевалки было шумно. Нил вышел первым, всё ещё мокрый после душа, с влажными волосами и горящими глазами. Натан ждал его у стены. Он не знал, что сказать. Все слова казались недостаточными. Нил подошёл первым. — Ты видел? — спросил он. Голос его был хриплым, но счастливым. — Видел, — сказал Натан. — Я... — Он запнулся, чувствуя, как к горлу подступает ком. — Я горжусь тобой. Нил улыбнулся. Он никогда не думал, что услышит эти слова от этого человека. Эйфория накрыла его с головой. Он шагнул вперёд и обнял отца — так же, как утром, когда увидел клюшки. — Спасибо, что пришёл, — сказал он в плечо. Натан обнял его в ответ. Неловко, неумело, но крепко. — Всегда буду приходить, — пообещал он. — На все твои игры. Обещаю. Рядом стояли Рико и Стюарт. Рико, всё ещё в своей футболке и с плакатом в руках. Стюарт смотрел на них и улыбался — той улыбкой, в которой смешались облегчение и надежда. — Ну что, — сказал Стюарт, когда Натан и Нил наконец отстранились. — Идём праздновать? — Идём, — ответил Нил. — Только сначала я хочу зайти в раздевалку. Клюшки забрать. — Клюшки? — переспросил Стюарт, поднимая бровь. — Отец подарил, — сказал Нил, и в голосе его прозвучала такая гордость, что Натан снова почувствовал, как к горлу подступает ком. — Иди, — сказал он. — Мы подождём. Нил кивнул и скрылся за дверью раздевалки. Натан остался в коридоре. Стюарт стоял рядом, и тишина между ними была неловкой, но не враждебной. — Ты хороший отец, — сказал Стюарт. — Когда захочешь им быть. — Не всегда, — ответил Натан. — Но я учусь. — Учись быстрее, — усмехнулся Стюарт. — Он уже большой. Натан хотел ответить, но в этот момент дверь раздевалки открылась, и оттуда вышел Нил. — Поехали, — сказал Нил, вставая между ними. — Я голоден. Они пошли к выходу. Впереди — Натан и Нил. Сзади — Рико со свёрнутым плакатом и Стюарт, который смотрел на них и думал о том, что, возможно, всё действительно налаживается. Возможно, в этой странной, сумасшедшей семье есть место для всех.

***

Дверь за Натаном, Нилом и остальными закрылась, и коридор погрузился в тишину. Тэцудзи, до этого стоявший в тени у стены, сделал шаг вперёд, разминая затекшую шею. — Ушли, — констатировал он, хотя обращался скорее к самому себе. Ваймак, вышедший из раздевалки последним, остановился рядом. В руках он держал папку с разбором матча. — Ты сегодня хорошо с ними поработал, — сказал он, глядя не на Тэцудзи, а куда-то в сторону выхода, где уже скрылась празднующая компания. — Тактика с Натаниэлем — твоя идея. — Натаниэль сработал, — поправил Тэцудзи. — Я только предложил. Исполняли они. — Ты предложил в нужный момент. — Ваймак наконец повернулся к нему. — И они тебя услышали. Это дорогого стоит. Они помолчали. Коридор был пуст, хотя где-то далеко, за стенами стадиона, ещё слышался приглушённый гул покидающих трибуны болельщиков. Но здесь, в этом узком пространстве между раздевалками и выходом, было тихо. — Помнишь, как ты впервые приехал на тренировку? — неожиданно спросил Ваймак. Тэцудзи усмехнулся — коротко, беззлобно. — Ты смотрел на меня так, будто я собирался украсть твою команду. — Я смотрел на тебя так, будто ты собирался их сломать, — поправил Ваймак. — Как «Воронов». — «Вороны» сломались сами, — Тэцудзи сказал это спокойно, без горечи, просто констатируя факт. — Я только создал условия. — А здесь? — Ваймак шагнул ближе, сокращая расстояние. — Какие условия ты создаёшь здесь? Тэцудзи задумался. — Здесь, — медленно сказал Тэцудзи, — я, кажется, учусь не создавать условия. А просто быть рядом. Ваймак молчал, глядя на него тёплым взглядом. — Получается? — спросил он. — Пока не знаю, — честно ответил Тэцудзи. — Но... кажется, я хочу, чтобы получалось. Это признание далось ему тяжело. Он вообще редко признавался в желаниях — за годы жизни в тени Кенго привык, что желания либо опасны, либо недостижимы. Но сейчас, глядя на Ваймака, он чувствовал, что может позволить себе эту роскошь. Ваймак кивнул. — Ты знаешь, когда я смотрел на игру сегодня, я поймал себя на мысли, что впервые за долгое время не волнуюсь. Не за счёт, не за защиту, не за то, выдержат ли ребята. Я просто смотрел и получал удовольствие. — Ты всегда за них волнуешься, — заметил Тэцудзи. — Волнуюсь. — Ваймак усмехнулся. — Но сегодня рядом был кто-то, кто волнуется вместе со мной. Это... легче. Тэцудзи не ответил. — Дэвид, — тихо сказал он. — М? — Спасибо. Ваймак приподнял бровь. — За что? — За то, что дал шанс. За то, что... — Тэцудзи запнулся, подбирая слова. — За то, что смотришь на меня не как на Морияму. За то, что ты видишь во мне человека. В коридоре снова стало тихо. Где-то за стеной хлопнула дверь, прозвучали шаги, но быстро затихли. Ваймак смотрел на Тэцудзи, и в глазах его не было ни жалости, ни снисхождения. Было что-то другое — что-то, чему Тэцудзи боялся дать имя. — Знаешь, — сказал Ваймак, и голос его звучал ниже обычного, — я тут подумал. Победу надо отмечать. — Отмечать? — Тэцудзи нахмурился, не понимая. — Ну да. Команда — в баре с Эбби, Нил — с семьёй. А мы с тобой... — Ваймак сделал паузу, и в уголках его губ появилась едва заметная улыбка. — Можем открыть ту бутылку, которую ты принёс на прошлой неделе. И просто... поговорить. — Поговорить? — переспросил Тэцудзи. — О чём? — Не знаю, — пожал плечами Ваймак. — О том, что будет дальше. О тренировках. О том, как ты сегодня ругался на Кевина за поздний пас. О том, что я, кажется, привык, что ты сидишь в моём кресле по вечерам. Тэцудзи замер. — В твоём кресле? — Ну, технически оно моё, — усмехнулся Ваймак. — Но ты в нём смотришься лучше. Уютнее как-то. Тэцудзи не знал, что ответить. Это было так просто — бутылка виски, разговор, кресло, в котором он привык сидеть по вечерам, слушая, как Ваймак ворчит на новости или пересказывает очередную глупость, которую устроил Эндрю. Это было так обыденно. И так... правильно. — Хорошо, — сказал он, и голос его прозвучал чуть хрипло. — Давай отметим. Ваймак кивнул. Он всё ещё держал его руку — не отпускал, и Тэцудзи не отнимал. Это простое, почти незаметное касание казалось сейчас важнее всех слов. — Тогда пошли, — сказал Ваймак, и только теперь мягко разжал пальцы. Они двинулись к выходу медленно, но уверенно. У выхода Ваймак остановился, пропуская его вперёд. Тэцудзи шагнул на улицу и услышал за спиной: — Тэцудзи. Он обернулся. Ваймак стоял в дверях и на лице его была тёплая улыбка которая, казалось, говорила: «Я здесь. Я никуда не ухожу». — Ты молодец сегодня, — сказал Ваймак. — Правда. Я рад, что ты был рядом. И он сказал это так просто, так искренне, что у Тэцудзи перехватило дыхание. — Я тоже рад, — ответил он, и это было чистой правдой. Ваймак кивнул и вышел следом, закрывая за собой дверь. Они шли, не торопясь, потому что спешить было некуда. Впереди был вечер, бутылка виски, разговоры о важном и неважном. Впереди было то, что Тэцудзи боялся назвать домом, но что постепенно начинало им становиться. — Дэвид, — позвал он, когда они уже почти дошли. — М? — То кресло, — Тэцудзи помолчал, собираясь с мыслями. — Я, наверное, всё-таки смотрюсь в нём лучше. Ты прав. Ваймак рассмеялся — коротко, но искренне. И Тэцудзи почувствовал, как в груди что-то ёкнуло.