Как суспензия кошками стали

      Спустя 7 дней после рождения (а точнее, ПЕРЕрождения)

      Котёнок с шубкой песчаного цвета приоткрыла свои голубые глаза. Хотя внешне она выглядела «невдупляюще», внутри у неё была целая буря эмоций.

«КАКОГО ХУЯ Я МЕЛКАЯ?! ПОЧЕМУ Я ЛЕЖУ ВОЗЛЕ КАКОЙ-ТО КОШКИ?! И ПОЧЕМУ У МЕНЯ ЛАПЫ?!»

      Да-да, всё верно, это была Горшок. Точнее, теперь — Лучик.       Ярко-рыжий, почти что красный котёнок рядом с ней тоже открыл глаза, которые пока ещё были такими же голубыми, как и у сестры. Слегка заметив рядом с собой свою сестру, рыженькая кошечка замерла, смотря на неё прикоткрытыми глазками.

«Это ж Горшок, по-моему! Горшок, да? Ну-с, ща проверим…»

      Немного отодвинувшись от живота матери, Помидорка — а теперь, точнее, Маковка — слегка ударила одной своей передней лапкой свою сестрёнку песчаного окраса, на что та тут же набросилась и начала яростно кусать рыжую.

«ТОЧНО ГОРШОК» — пронеслось в мыслях у кошечки.

      Третий же котёнок, светло-серого, почти что синего окраса с чуть более тёмными полосами, приоткрыл свои глаза. Увидев дерущихся сестёр, она снова уткнулась в мягкий живот матери, пахнущий молоком и уютом.

«Сто проц это эти две припадошные…»

      А это уже была Баклажан, теперь Облачко. Самая добрая из группы… и самая адекватная, судя по всему. — Какие же вы забавные, — ласково произнесла Златошейка, смотря на своих дочерей.       Увидев, как Лучик кусает свою рыжую сестру, причём довольно таки сильно для котёнка, чтобы это было нельзя назвать «просто игрой», светло-рыжая кошка слегка оттолкнула её своей лапой. — Тише, не надо драться, — промурлыкала королева своим нежным голосом.       Посмотрев сначала на мать, а потом на Лучик, Маковка слегка обиженно под конец ударила своей маленькой лапкой сестру по мордочке.

«Теперь ещё и драться нельзя, ну супер…»

      Облачко же просто мирно посапывала, наконец-то расслабившись. Её «новая мать» была намного, НАМНОГО лучше, чем её другая, настоящая мать. И тут серая кошечка немного напряглась. А как они вообще оказались в лесу, ещё и кошками? А что с их человеческими телами? Может, они настолько передознулись наелись соли, что умерли и переродились в котиков? А может, это сон? Но почему тогда в нём и Помидорка с Горшком… А может, эффект от соли? Так обычно он более «яркий», нежели «спокойный»… Что-ж, сейчас, скорее всего, этого не узнать, что сильнее пугало Баклажан. Точнее, Облачко. Теперь она Облачко. Странное имя… Хотя называть себя фруктом — тоже так себе затея, так что это хотя бы более менее.       Но самое радостное в этом… «перерождении» было одно — здесь больше нет вечно бухающих и орущих родителей, здесь больше нет разбросанных по полу шприцов больше не надо писать песни для фанатов… Но, с другой стороны, и скука по своей аудитории была. Столько поддержки, столько слушателей, столько хороших, тёплых воспоминаний… А, возможно, они и не заметят пропажу группы и просто забудут о них. Впрочем, этого не узнать.       А пока что можно просто поспать. И поесть. И больше, по-крайней мере, пока что, ничего от них не требуется.