1 сентября 1892 года

1 сентября 1892 года. Годрикова Лощина. "Матушка, нам следует поскорее пойти, иначе мы точно опоздаем на поезд" – обеспокоенным тоном произнес рыжеволосый мальчик, смотря на часы в гостиной. Погода в тот день была пасмурной. Тучи собирались на небе, затмевая собой солнце. Очевидно, скоро должен был начаться дождь, причём сильный. Альбус был безумно рад тому, что наконец-таки сможет показать себя, когда ему пришло письмо о поступлении в школу Чародейства и Волшебства Хогвартс. Но сейчас он был встревожен. Порядка месяца назад его отец был приговорен к пожизненному сроку в Азкабане за нападение на трёх маггловских детей. Каждый заголовок "Ежедневного Пророка" начинался со слов: "Убийца Персиваль Дамблдор, приговорённый к Азкабану..", что очень беспокоило Альбуса, ведь бо́льшая часть магической Британии так или иначе читала его. Его мать, Кендра Дамблдор, выйдя из ванной комнаты, начала закутываться в свой потрёпанный плащ. Она выглядела уставшей. С момента заключения Персиваля в Азкабан она всегда выглядела уставшей. Её и без того строгий нрав лишь укрепился, а внешний вид заметно изменился. Тёмные круги под глазами давали знать о постоянном недосыпе. Локоны чёрных волос спадали на её плечи, выбившись из и без того хрупкой косы. Сегодня миссис Дамблдор надела своё лучшее платье, которое, пускай и было потрёпанным, но придавало ей столько строгой грациозности, что его поношенность не так уж и бросалась в глаза. Кендра похудела за последний месяц, так что платье пришлось ушивать вручную. Ведь деньги, увы, приходилось экономить, и достаточно сильно. Большую часть своего времени единственный взрослый человек в этом доме ухаживал за младшей сестрой Альбуса, Арианой, так что ни сил ни времени на работу у Кендры просто не оставалось. Да и к тому же, после переезда семьи Дамблдоров в Годрикову Лощину, в этой маленькой деревушке было крайне тяжело отыскать работу, зарплаты которой хватило бы на обеспечение трёх детей. Ариана никогда не была проблемным или шумным ребёнком, но тот случай, произошедший с ней месяц назад, полностью сломал её. Она больше не улыбалась. Кендра запрещала часто встречаться с ней своим сыновьям. Так что Ариана, младший член семьи Дамблдоров, была навсегда заперта в своём собственном доме, без возможности когда-либо стать обычным ребёнком. Конечно, никто в семье Дамблдоров не говорил этого напрямую. Аберфорт, младший брат Альбуса, попросту не знал. Кендра окончательно закрылась от этого мира, где-то в глубине души тая надежду, что её муж вернётся, а Ариана поправится. А Альбус...А что Альбус? Он то всё понимал, но говорить об этом с его матерью..Нет уж, рушить иллюзию того, что всё в порядке, желания не было. Он знал, что их семья распалась навсегда. Персиваль ещё не умер, но Альбус прекрасно осознавал то, что выхода из Азкабана нету. Что даже если его отцу удастся продержаться в этом ужасном месте, то это продлится недолго. Максимум пару лет. Альбус прочитал всё, что только мог, о суде, Азкабане и наказаниях, которые могут полагаться за насилие над магглами и их убийством. Нет. Для его отца выхода не было. Его семья.. ...Кендра? Она устала, очень устала. Альбус старался ей помогать всем, чем возможно, но на неё давила не столько физическая боль, сколько моральная. Вынести то, что твой муж медленно умирает в самой жестокой тюрьме, так ещё и незаслуженно; то, что твоя дочь лишь призрак того, кем она являлась раньше... ...Аберфорт? Что ж, у Альбуса действительно создалось впечатление того, что единственный человек, которого любит его младший брат – Ариана. Хотя нет, свою мать Аберфорт тоже любил, хотя в последнее время её чрезмерная строгость отталкивала его от общения с ней. Ну, с Альбусом они никогда не были близки... ...Ариана? Юноша обыскал все книги, которые только были у них в доме, ища что-то, что могло бы сказать о её болезни. Но где-то в глубине души Альбус начинал подозревать, что её заболевание может быть неизлечимым вообще. Ну, пожалуй, обширная библиотека Хогвартса была одной из причин, по которым Альбус так жаждал поступить в эту школу. Вообще, молодой мистер Дамблдор хотел поступить в Хогвартс по многим причинам. Во первых, много новых возможностей. Во вторых, он хотел общения с людьми. В третьих, возможность колдовать и получать знания. В четвёртых, он хотел восстановить репутацию своей семьи. В пятых, помощь своей семье в материальном плане. В шестых, наконец-то возможность показать свои таланты и умения. Нравилось ли внимание Альбусу? Безусловно (но, конечно, только если оно было в позитивном ключе) И в седьмых, как бы Альбус не хотел признавать, но он отчаянно жаждал уйти из этого дома, из этого проклятого мрака и отчаяния. Ой. Альбус совсем забыл про то, что ещё пару мгновений назад торопился на поезд, а теперь уже на протяжении нескольких минут стоит на одном месте, даже не думая куда-то двигаться. Ладно, однажды мать его убьёт. Альбус выбежал из туалета и направился прямиком к выходу, паралельно ища свой плащ. Кендра Дамблдор, уже обувшись, ждала своего старшего сына, стоя с непроницаемым выражением лица. "Мои извинения, матушка." – быстро пролепетал юноша, надевая свои ботинки. "Будь добр быть предусмотрительнее в следующий раз. Поезд отбывает через час." – строго отрезала Кендра, туже затягивая свой плащ. "Конечно, матушка" Встретиться с его сестрой Кендра ему не позволила, ссылаясь на "плохое самочувствие Арианы". Аберфорт, конечно, даже не потрудился встать, чтобы проводить своего брата. В последний раз окинув взглядом этот ветхий, полный отчаяния домик, Альбус выдохнул и закрыл за собой дверь. К моменту, когда Альбус с матерью прибыли на вокзал Кингс-Кросс, на улице начался ливень. Множество родителей радостно спешили проводить своих детей на поезд. Юный Дамблдор заметил, как чья-то мама даже плакала, когда прощалась со своим сыном, а её муж успокаивающе обнял её и сына. На минуту Альбус представил, что это мог быть он– На его плечо резко опустилась рука Кендры, развернув мальчика лицом к себе. "И не привлекай к себе внимания. Будь тихим. Никому не доверяй. Все эти люди – змеи, которые сдадут нашу семью в Министерство Магии при первой же возможности. Репутация нашей семьи и так крайне низка, так что будь добр, не ввязывайся ни в какие авантюры. Я верю в твою бдительность и осторожность." – Кендра практически шептала, но вес её слов был буквально ощущаем. "Удачного обучения, пиши нам." И она ушла. Что ж, ещё 15 минут юноша просидел в одиночестве на скамейке, наблюдая за тем, как все радуются началу учебного года и, чуть-ли не плача, прощаются со своей семьёй. Конечно, некоторые бросали на мальчика странные взгляды, но Альбус привык. Какая-то девочка чуть не забыла свою кошку, а её родители, смеясь, просунули животное ей через окно поезда. Ну, у Альбуса не было достаточно денег, чтобы позволить себе домашнее животное. Если бы была возможность, то он, скорее всего, предпочёл бы сову. Совы безумно полезны, так ещё и красивые! Замечая, что все люди на станции стали торопиться сесть в поезд, рыжеволосый парень подумал, что самое время заняться тем же. Проталкиваясь через толпу, Дамблдор еле еле сумел втащить свой багаж (хотя тот был небольшим). О. Конечно, он уже успел в кого-то врезаться. "Прошу прощения, сэр" – сумел вымолвить Альбус, уже ненавидя собственную неуклюжесть. "Что ж, в следующий раз Вам стоит быть аккуратнее." – донёсся в ответ чей-то слегка раздражённый голос. И Дамблдор наконец-то обратил внимание на то, в кого он вообще врезался. Ну, первой мыслью Альбуса было то, что он красивый. И он был. Высокий молодой человек в явно дорогих одеждах, чьи чернильно тёмные волосы спадали на плечи. Глубокие серо-голубые глаза.. "Я– приношу свои извинения" – опомнившись, быстро сказал Дамблдор. Хорошее начало. Альбус помнил, что когда он стоял на вокзале, то в его сторону было уже устремлено большое количество взглядов и презрения. Многие шарахались от него, когда он просто проходил мимо них. Так что он решил пойти сразу в конец поезда, в надежде не попадаться никому на глаза. О. Абсолютно пустое купе. Альбус быстро занял его, а чемодан, пускай и с большим усилием, смог затолкнуть наверх. "Это закончилось. ." – садясь, прошептал он. "Простите, но везде уже занято..Могу ли я..-" – запинаясь, промолвил чей-то голос. И из-за открывшейся двери показался мальчик.