Ночь в баре

      Дверь бара скрипнула, когда Гарри толкнул её плечом. В нос ударил терпкий запах дешёвого алкоголя, табака и старого масла, давно впитавшегося в деревянные панели стен. Здесь было тесно, душно и шумно: маглы смеялись, разговаривали, кто-то громко спорил у бильярдного стола. Гарри ощутил, как в груди разливается тягучее, непривычное чувство анонимности. Никто не узнаёт, никто не шепчет его имя, никто не ждёт, что он спасёт мир.       Поттер протиснулся к барной стойке, плюхнулся на высокий табурет и, немного хрипло, попросил у бармена «что-нибудь покрепче». Хотелось забыться хотя бы на час. Хотелось, чтобы мир, где на каждом шагу маячила смерть, померк в неровном, цветастом хмельном вихре. Бармен молча поставил перед ним стакан янтарной жидкости, и Гарри, поморщившись от резкого запаха, сделал первый глоток.       Жидкость обожгла горло, заставив парня закашляться, но в груди тут же разлилось тепло. Гарри поставил стакан на стойку и уронил голову в ладони.       «Ну же, соберись! Ты же Гарри, мать его, Поттер! А Гарри Поттер не может напиваться в первом попавшемся магловском баре. Гарри Поттер должен продолжать поиски долбанных крестражей!», — с примесью отчаянной злости подумал Гарри, с силой зажмуриваясь до цветных пятен перед глазами.       Поттер не сразу понял, почему в шумном, затхлом баре вдруг стало будто холоднее, а сам он покрылся мурашками как от дурного предчувствия. Гарри поднял голову, и взгляд сам по себе скользнул в дальний угол.       Там, в полумраке, сидел он.       Тёмное пальто, высокий ворот, длинные тонкие пальцы, медленно скользящие по краю бокала. Неестественно бледное лицо, ярко горящие алые глаза, хищно сверкающие в тусклом свете жёлтой лампы. Воландеморт.       Гарри судорожно вдохнул, рука сама потянулась к волшебной палочке в крепеже под курткой. Поттер заметил, как Воландеморт повторил его жест, и свободная от стакана левая рука, скрылась под пальто. Парень нашел глазами взгляд Лорда. Тот неотрывно смотрел на него с легкой улыбкой на тонких, бескровных губах.       «Вот сейчас… Сейчас можно стать ещё на шаг ближе к уничтожению этого монстра», — мелькнуло в голове у Гарри.       Словно расслышав его мысли, Воландеморт усмехнулся. Гарри отчетливо видел, что тот не размыкал губ, однако в голове у него прозвучало тягуче-шипящее:       — Серьёзно, Поттер? В этой, заполненной дымом и маглами дыре ты хочешь устроить нашу дуэль? Какое разочарование…       Сердце колотилось так, что Гарри едва не выронил стакан из подрагивающих пальцев. Приосанившись, он на секунду отвел взгляд, но тут же вернул его, смотря прямо в эти яркие, хищные глаза и процедил, будучи уверенным, что Лорд его услышит:       — Лучше уж дуэль, чем позволить тебе спокойно дышать и пить.       — Как мило, — Воландеморт склонил голову, и его усмешка стала шире. — Значит, ты решил составить мне компанию?       Они по-прежнему смотрели друг на друга через весь бар, и Гарри чувствовал, что напряжение тянет жилы сильнее любого заклинания. Но Воландеморт не поднимался, не выхватывал палочку, напротив — он лениво сделал глоток виски и, не сводя глаз с Гарри, чуть кивнул в сторону пустого стула рядом.       — Иди сюда, Поттер. Обещаю, сегодня не убью.       — Великодушие тебе не идёт, — фыркнул Гарри, но, сам не зная почему, поднялся. Каждое движение давалось с трудом, будто он шёл по тонкому льду.       Поттер сел на указанное ему место. Стул стоял так близко, что Гарри почувствовал запах пряного алкоголя с ноткой чего-то прохладного, странного — будто сырого камня после дождя. Воландеморт скользнул по нему заинтересованным взглядом.       — Что же ты здесь делаешь, мальчик-герой? — его голос был мягким, с хищными нотками. — Устал играть в спасителя? Решил спрятаться за стаканом виски как взрослый?       — А ты? — Гарри откинулся на спинку стула, не сводя глаз со своего врага. — Что делает величайший тёмный маг в захудалом магловском баре? Ностальгия по тем временам, когда коротал дни и ночи в приюте?       Воландеморт тихо рассмеялся, низко и хрипло, и этот звук заставил Гарри сжать пальцы в кулаки.       — Колкость тебе идёт, малыш. Ты становишься даже интересным.       Гарри нахмурился и собирался съязвить, но заметил как раз проходящего мимо бармена. Словно дракон его дёрнул за язык, но он тут же подозвал его и попросил принести им ещё по бокалу. Воландеморт приподнял бровь, но ничего не сказал, молча дожидаясь своей выпивки. Когда полные стаканы оказались перед ними на столе, они синхронно потянулись к ним. Их пальцы почти соприкоснулись, отчего Поттер почувствовал как щёки залила краска стыда и неловкости. А ещё странного сожаления, что он всё-таки не смог коснуться этих длинных изящных пальцев.       Несколько секунд они пили молча. Вокруг шумел бар, смеялись люди, но всё это казалось до безобразия далёким и неважным. Сейчас для него существовал лишь стакан с острыми гранями в руке и продолжающий тонко улыбаться Лорд рядом.       — Ты боишься, — вдруг шёпотом произнёс Воландеморт, наклоняясь ближе. — Твои зрачки так расширены, что закрыли всю радужку.       Гарри тоже подался вперёд, так что их лица оказались всего в нескольких сантиметрах.       — А ты всё ещё любишь подмечать чужие слабости, не обращая внимания на свои, — ответил Поттер так же тихо. — Не волнуйся, я не сбегу.       — Надеюсь на это, Поттер, — уголки губ Воландеморта приподнялись в более искренней улыбке, делая его лицо неожиданно красивым и привлекательным.       «Не думал, что монстру так идёт улыбка», — отстранённо подумал Гарри.       Лорд подался чуть ближе и Гарри невольно дёрнулся, отодвигаясь и чуть сдвигая бокал. Из-за неловкого движения их пальцы на миг встретились и Поттера словно прошило Круцио. Сердце предательски сорвалось в галоп.       Парень поймал себя на том, что слишком пристально рассматривает руки Воландеморта. Длинные, тонкие пальцы Лорда вновь медленно водили по краю бокала, будто нарочно, зная, что Гарри наблюдает за ним. Гарри сглотнул и резко отвёл взгляд, но тут же услышал тихий смешок.       — Ты так мило краснеешь, — отметил Воландеморт с ленивым удовлетворением. — Невероятно. Герой-спаситель и такой невинный.       — Просто здесь душно, — огрызнулся Гарри, делая ещё один глоток. Горло обожгло, но в груди стало легче. — А если тебе кажется, что я стесняюсь тебя — забудь.       — О, я ни на миг не подумал, что ты стесняешься, — голос стал ниже. — Я вижу совсем другое.       — И что же ты видишь? — Гарри резко повернулся к нему.       Воландеморт подался ближе, так что его лицо вновь оказалось интимно близко от лица Гарри. В глазах Лорда плескалось странное обещание с нотками хищного любопытства и без толики насмешки.       — Я вижу мальчика, который не умеет лгать даже самому себе. Даже если бы очень этого хотел.       Поттер вздрогнул от его слов. Уши, щёки, шея и грудь горели от смущения и злости. Он действительно обманывал себя. Пытался обмануть и проигрывал, а Лорд так легко и просто указал ему на это. Гарри тоже подался ближе к Воландеморту. Их дыхание смешалось.       — Ты уверен, что всё видишь правильно? — прошипел Гарри, с вызовом во взгляде.       — Абсолютно, — прошептал Воландеморт, кончиками пальцев скользнув по спинке стула, едва касаясь плеча Гарри.       Пламя взметнулось внутри Гарри — не то от алкоголя, не то от близости с Воландемортом. Поттер стиснул зубы, стараясь не отшатнуться и не приблизиться одновременно.       Парень вскинул подбородок, стараясь выглядеть уверенно:       — Если хочешь проверить мою правду, — он поставил стакан на стол, — придётся рискнуть самому.       Воландеморт тихо рассмеялся с довольным, почти звериным урчанием.       — Ты начинаешь мне нравиться, Поттер.       Музыка где-то позади сменилась на медленный блюз, бар постепенно пустел, но для Гарри всё сжалось до одной точки: до его стула, до чужого взгляда, до пальцев, что скользнули чуть ближе по столу, едва касаясь его руки.       Дождь за окном бара стал сильнее, барабанил по стеклу глухим ритмом, словно вторил ударам сердца Гарри. Музыка вновь сменилась на ещё более медленную — саксофон тянул ноты так томно, что казалось, даже воздух в помещении стал вязким. Люди постепенно расходились, бар почти совсем опустел, создавая иллюзию, что они одни.       Когда Гарри готов был сдаться и сделать первый шаг, Воландеморт внезапно откинулся на спинку стула, но взгляда не отвёл. Напротив, он изучал Гарри смакуя каждую его реакцию, что столь ярко сменяли одна другую на юном лице.       — Ты ведь понимаешь, — добавив в голос шипящих интонаций, от которых у Гарри по спине побежали мурашки, произнёс Лорд, — что завтра я снова захочу тебя убить.       Гарри усмехнулся, сам не веря в то, что произносит эти слова:       — Завтра — это завтра.       Поттер потянулся за своим стаканом, но Воландеморт перехватил его руку. Лёгкое движение — и их пальцы сцепились. Холодная кожа, длинные сильные пальцы, от которых по коже бежал будоражащий ток.       Гарри хотел вырваться, но не смог… Не захотел.       — И всё же… — Воландеморт склонился вперёд, его голос был едва слышен сквозь надрывный плач саксофона, — тебе нравится эта игра.       — Тебе тоже, — выдохнул Гарри, прикусив нижнюю губу.       Воландеморт довольно улыбнулся и прежде чем Гарри успел передумать, расстояние между ними исчезло.       Поцелуй был резким, жадным, как удар заклинания. Поттер почувствовал вкус горечи и алкоголя с примесью чего-то металлического. Он сжал пальцами чужую руку, а другой ухватился за ворот пальто, отвечая столь же яростно и отчаянно.       Воландеморт прижал его к столу и Гарри коротко застонал в поцелуе — от неожиданности, от злости, от того, что в этой близости было слишком много запретного удовольствия.       Время потеряло смысл. Снаружи бушевал дождь, внутри стонал саксофон, но Гарри слышал только их общее дыхание.       Наконец они разорвали поцелуй, тяжело дыша. Поттер упёрся лбом в лоб Лорда.       — Ты с ума сошёл, — прохрипел Гарри.       — Возможно, — прошептал Воландеморт, касаясь губами уголка его рта. — Но не только я.       Они целовались, сбив дыхание и сгорая от желания до самого утра, до закрытия бара, пока сонный хозяин с глухим ворчанием не выставил последних посетителей на улицу. Дверь за ними захлопнулась, оставив Гарри и Воландеморта под хлёстким, несмолкающим дождём.       Воздух был свежим и резким, пах мокрым асфальтом и табачным дымом, впитавшимся в одежду. Небо на востоке стремительно светлело, подсвечивая облака бледным, прозрачным светом.       Гарри стоял на ступеньках, вцепившись в ворот своей куртки, и не знал, что сказать. Голова кружилась от алкоголя и бессонной ночи, губы всё ещё горели после поцелуев, а сердце никак не могло выровнять ритм. Ведь рядом всё ещё стоял его враг. Ненавистный и до дрожи желанный сейчас.       Воландеморт неспешно застегнул пальто. Взгляд его как никогда ярких глаз задержался на Гарри, любовно облизывая его с ног до головы.       — Ну что ж, Поттер, — произнёс он спокойно, — у каждого героя должно быть своё маленькое безумие. Твоё — ты только что нашёл.       Гарри сжал зубы, пытаясь выровнять дыхание.       — Спустя пару часов я вновь буду охотиться за тобой.       — Очень на это надеюсь, — мягко усмехнулся Воландеморт. — Без твоей погони всё было бы слишком скучно.       Лорд спрятал руки в карманы пальто и, спокойно отвернувшись, зашагал в рассветный туман. Гарри хотел крикнуть ему вслед, кинуться за ним, схватить, остановить — но он остался стоять, не в силах сдвинуться с места. Холодные струи дождя хлестали по лицу, остужая, и помогая сердцу замедлить бег.       — Буду ждать в то же время через семь дней, Поттер, — вдруг раздалось в голове Гарри знакомым шипящим голосом. Губы, всё ещё горящие от поцелуев, против воли, разъехались в довольной, предвкушающей улыбке.