ДогКурьер

По коридору разносилось тихое скребение маленьких лапок. Звук был непропорционален с размерами своего источника, но у него не было конкурентов в пустом коридоре. Расслабленная мордочка, полузакрытые глаза, довольная ухмылка на пасточке и сладкая пустота в голове. Светло-голубые трубчатые люминисцентные лампы освещали помещения прохладой. Тёплые ванильные глаза опустились на пол. Взгляду бросились выделяющиеся тёмно-коричневые пятнышки. Взор обратился к передним лапкам. Одной из них он нажал на пол, потом поднял и увидел чёткий след такого же цвета и консистенции. Хвост-антенна резко задрался вверх, глаза стали пустыми овалами, донеслось слабое поскуливание. Казалось, мелочь не важная, но так не красиво и стыдно. Как можно более широкими шажками он дошёл до ближайшего коврика у двери. Тщательно протерев лапы о него, он вздохнул. — Ну хоть кто-то сказал бы мне, что у него лапки грязные! — сам себе воскликнул робопёсик, мотая головой и вздыхая. Небольшая дорожка грязных следов не разрушит бункер, но разлом в самый неподходящий момент начинается с давних микротрещинок. Если не беречь остатки порядка, то отдыха в этом мире не останется. Так с многими вещами происходит. Длительный износ без своевременного ухода бесповоротно уничтожит что угодно: материальное, интеллектуальное и духовное. Лапки юрко вылетели из лямок рюкзака. Он шмякнулся на пол с глухим звуком. Они стали копашиться во внешних кармашках. Через несколько секунд выглянула яркая тряпочка. Передняя лапка потянулась назад, доставая из сумок шлейки флягу, встряхивая её и слыша журчание воды. Рюкзак был надет обратно на спину, а в правую лапку легла мокрая тряпочка. В коридоре затрубила бурчащая песенка от маленького певца. Звонкий голос встретился с хриплым свистом. Рабочий дрон в тёмно-синей форме уборщика с жёлтой пластиковой тележкой с тарой для воды и выжималкой. Медленными, механическими, словно в трансе, он водил шваброй по полу уже около десятка раз по одной точке. Уборщик не заметил маленького приблуду, он был в наушниках, чей провод уходил в глубокий карман штанов. Эн застыл в неловком молчании, на глаза попадаться не хотелось. Взгляд пошёл дальше по полу коридора - там было уже чисто. Грязная тряпочка улетела в урну, куда отправился следом фантик от ранее съеденной косточки. Он пошёл дальше по коридору, взглядом выискивая путеводитель на стенах, но встретился со взглядом уборщика. Серый или очень тусклый белый дисплей посмотрел на робопёсика. Глаза пытались быть стандартными энергичными, но чёрточки, изображающие возрастные и трудовые морщины, казались ярче своих очей. На голове по стандартам прошлого стандартная рабочая каска тёмно-серого цвета. Грубые, крупные пальцы из потёртой белой пластиковой оболочки, которые повсюду изуродованны вмятинами, садинами и рваными царапинами, из узких полостей которых виднелись стружки металла, пластика, пещинки песка и бетона или цемента и даже редкие сгнившие щепки древесины. Ржавые механизмы суставов со скрипом работали, оставляя коричнево-оранжевые пятна и пыль. Эн застыл в неловком молчании. Ушки робопёсика легли на голову. Хвостик-антеннка нехотя подметала пол. А в голове манеры боролись со скромностью. — Здравствуйте, — с трудом пробубукала себе под нос грустная мордочка. — Здравствуйте, — прохрипел с лёгким белым шумом старый вокальный модуль, головой делая стандартный кивок дрона-рабочего. Он молча развернулся с новым скрипом, держа двумя руками швабру. Эн открыл уже пасточку и издал экающий звук, но сразу заткнулся. Взгляд ушёл в сторону. Неприятный привкус какой-то пыли или химиката для мытья полов прицепился к языку. Настолько неприятный, что мордочка скривилась в смущающем негодовании. Эн помотал головушкой, вроде полегчало. Вздохнув, короткие лапки поскребли дальше по коридору. Путеводители на стенах привели Эна в комнату, названной “администрацией”. Интерьер в офисном стиле. Хорошо выделялся чёрный с перегородкой снизу стол ресепшена. Никого за ним он не заметил. Посмотрел в стороны, но увидел только ещё один пустующий проход с коридором дальше в офисы. — Извините, можно кого-то к стойке? — голос показался особенно громким, даже на намеренное убавление громкости. Послышался глухой стук из-за стола. Из-под него выползла шипящая голова со хмурой физиономией. — С-с… кто здесь? — взгляд плавно ходил по комнате, и как снежный ком, набирал из пустоты злость. Тело изгибалось всё быстрее, выискивая нарушителя покоя. —Я тут! — звонко прозвучал голос Эна. Взгляд метнулся вниз так, что женщине пришлось подпрыгнуть. Увидев робопёсика, глаза удивлённо проморгали, а от доносящегося запаха, рот брезгливо сжался. Она развернула взгляд в пол-оборота — Чё надо? — коротко спросил женщина, но от её голоса доносились горело-сладкие ароматы. — Я курьер, пришёл с поверхности и я тут не местный, так что можно у вас тут где-то переночевать? — Ночёвка? Цт, не знаю, спроси в администрации, — она отвела взгляд от Эна, махнув рукой. — Так это ведь администрация… — А! Ну и чё я могу сделать? — женщина развела руками. Она заползла назад под стол, где стали доноситься копошащиеся звуки. — У вас тут нет временных номеров, ночлежки или аренды квартир? — Эн обошёл крупный стол ресепшна, выйдя на женщину за ним. Она ползала на четвереньках, щуря глаза и метая взгляд по полу. — Что-то потеряли? — тихо спросил Эн. — А? Да не твоё собачье дело, — женщина отмахнулась. — У меня развито обоняние — газоанализатор. Помню… до катастрофы я участвовал в поисковых работах, когда ребёнок потерялся, — Эн рисовал лапкой незамысловатый узор на напольной плитке, слегка отводя взгляд. — След собрался брать? — повернув на него свой хмурый взгляд, недоверчиво проговорила женщина. — Да, только скажите что за запах? — Эн лёгенько кивнул. — А зачем тебе мне помогать, я ведь тебя нахуй послала? — женщина оттянула голову от собаки, высматривая за его маленьким невинным силуэтом скверный подвох. — Да я что? Да сдалась мне эта квартира. Я собака! Ну робособака. Что мне не привыкать к коврику у двери? Я в рюкзаке ношу кое-что по типу спального мешка. Так что я просто хочу помочь, — махнув лапкой, глупо улыбнувшись и завиля хвостом, сказал он. Женщина, морщиня дисплей в злобной физиономии, смотрела не на него. Ей и так не очень спокойно из-за потерянной вещи, а тут ещё надо гадать, стоит ли доверять на первый взгляд вшивой псине что-то личное. От мысленных метаний, которые по своему были притягательны, голова начинала гудеть. — Мгм. Моя штучка розовенькая продолговатая и небольшая, в ладонь помещается, ещё имеет сладкий запах типо фруктовый или ягодный, — говоря описание, она показывала предмет жестами, — я его уронила, когда за стойкой сидела. — Угу! — Эн опустил носик к полу, вдыхая пыль, песчинки и летучие молекулы фруктово амортизатора. Проводя носиком по области поисков маленький сыщик нашёл два источника: рот работяжки и в пространстве между столом и стеной, — Во! — звонко крикнул он. Женщина с явным сомнением в физиономии подошла к Эну, залезла пальцами в щель между столом и ближней стеной. Её взгляд ходил по потолку, прикидывая на ощупь место поисков. Почувствовала знакомый продолговатый маленький предмет - электронную сигарету. Быстро вытащила его и стала осматривать. Отряхнула его от пыли и сделал одну затяжку пара. Потом наклонила расслабленно голову в сторону маленького гостя. Взгляд у неё был уже полуопущенный с грустной нахмуриностью. — Переночевать говоришь одна ночь? — медленно через мысли в голове начала она. — Угу, — Эн покачал головой, отводя взгляд от неё, — а вы почему курите? — резко вонзил взгляд своих сладких глаз на женщину. — Я? Я не курю! Я парю! — словно на неё ушат воды опрокинули, возмутилась она. — А в чём разница? Вроде и там и тут вы вдыхаете газ чтобы расслабиться, — Эн косо повернул голову, смотря на неё чистым наивным взглядом с такой же глупой улыбкой на морде. — Я вдыхаю пар из раствора, а не дым от сжигания сухих трав - это принципиально разные вещи. И пар считается более чистой альтернативой курению, — женщина закатила глаза и с горечью в голосе промычала. — Эм-мэ… простите, если обидел, но вы же сами сказали, что это замена курения сигарет, — переминаясь с лапки на лапку и водя взглядом по полу, ответил Эн, — Ну ладно, думаю эти детали не так важны. А почему вы парите? Она застыла. Застыла с электронной сигаретой во рту, чувствуя как ласкающий сладкий пар становился облаком песка, который раздирал ротовую полость. Она закашлялась. Штучка оторвалась от её губ, а клубы пара вырывались наружу. Её светло-бюрозовые глаза на дисплее нахмурились с новой силой. — Тебе какое дело? — хмыкнула она. — Я таким ещё не занимался, вот и спрашиваю: “Зачем?”, — пожал плечиками робопёсик. — Это личное, — коротко ответила женщина, отворачиваясь. Эн закивал, убивая из своей головы дальнейшие вопросы. Женщина продолжила вдыхать пар. — Простите, — потухшим голосом буркнула опустившаяся мордочка с прижатыми к ней ушками. — За что? — резко развернулась женщина. — Я же вам настроение испортил, за личное зацепил, — он смотрел на её туловище, живот, не рисковая поднимать взгляд на глаза. — Бывает, меня в отделе тоже спрашивали об этом, — она махнула рукой, взгляд устало расслабился. Её голова облокотилась о стенку под столом, — слушай, может тогда у меня перекантуешься одну ночь? Я всё равно одна. И кстати тебе помыться надо бы, а у тебя лапы. Эн скромно повернулся, но потом кивнул. Из-за его лапок ему в действительности сложнее оказывать себе самообслуживание. Промышленные модели обычно вылетали на паукообразных шаттлах, где были модули обслуживания, но даже без него они могли работать долгое время. Из-за этого Эн уже несколько месяцев ходил не только без технического обслуживания, но и банальной чистки. — Я согласен, тогда можно узнать ваше имя? — Марго, а у тебя какая кличка? — женщина кивнула ему. — Эн, просто одна буква, — робопёс улыбнулся, высунув язык. — Хорошо, через несколько часов рабочее время закончиться у меня, так что ты можешь чем-то заняться, я думаю, — Марго встала с пола, убирая электронную сигарету в карман чёрных брюк, и села за офисное кресло у стойки. Эн осмотрелся вокруг. Никто за время их разговора не пришёл, а Марго что-то печатала за компьютером. Эн прошёл вдоль одной из стен к диванам. Рядом с ними стоял кофейный столик с небольшой стопкой журналов. Робопёсик не решился забраться на строгий чёрный диван, не желая его пачкать. Схватил коготками один из журнальчиков, который раскрыл на полу. Яркие картинки с упитанными буквами подробно показывали и описывали новейшие критерии красоты. Большинство изображений стояли из отредактированных фотографий, так что Эн решил сменить журнальчик. Так он пролистал всё ступку, разглядывая узоры, по чьим очертаниям проводил лапкой, задумчиво закрывая глаза. Он посмотрел на часы: прошло чуть больше часа. Опустив взгляд на Марго, увидел как она монотонно с полузакрытыми глазами что-то объясняла клиенту. Дрон-рабочий же либо не заметил, либо не предал особого внимания на Эна. Робопёсик скинул походный рюкзак с плеч. Подошёл к закрытому боковому карману, из которого вынул тройку смятых листочков и наполовину заполненную коробку с цветными карандашами. Сложил листики в стопку и на мягкой поверхности стал водить обгрызанными карандашами. Он смотрел на изящную фотографию платья из журнала, пытаясь передать его на бумагу через своё сознание. Получилась в крайней степени убогая клякса из цветного графита. Кривым линиям ещё большего уродства давала смятый рельеф бумаги, а с ней грязь с одежды и пола. Этот рисунок мог быть маленького ребёнка или курицы-художницы. Эн поспешил запихнуть свои каракули в рюкзак. В голове генерировались осуждающие образы, постыдные ситуации. Лучше ему продолжать выполнять задачи, для которых его придумали, создали и научили. Тратить время на бессмысленные занятия в тяжёлом положении нет никакого времени или ресурсов. Эн вынул из своей шлейки карты города. Потёртые, исчерканные кривыми знаками и с крупными пятнами зачёркнутых путей. С тяжёлым вздохом и взглядом он начал изучать близлежащий район города. Где-то рядом находиться гнездо, но никто точных координат не знает, может только тот выживший сможет лучше рассказать о своём опыте. Перед картой появились строгие женские туфли на низком каблуке и выше них лёгкий кашель. В руках уже был из чёрной кожи то ли портфель, то ли крупная женская сумочка. — Пошли, Эн? — Марго с бирюзовыми чёртачками мешков под глазами кивнула в сторону выхода. Он поспешно кивнул и быстро собрался на выход. Короткий поход прошёл быстро, вместе с ними покидало администрацию и другие рабочие в офисных костюмах. Марго говорила нехотя, иногда посмеивалась, но быстро затихала. Подавляющее большинство смотрели на эту пару с расширенными зрачками на дисплее и отвисшими челюстями. Собачьи ушки стояли смирно и собирали даже малейшие содрогание воздуха, словно ответственный сторож. “Я так и знала, что первой у нас завёдет зверушку — Маргоритка, только я ожидала увидеть её с кошкой или котом…” — пронёсся насмешливый голос от подружек-шептушек. “Ой, да это только начало! Скоро наша Маргоритка будет с четырьмя десятками кошек, или собак, или всё сразу.” — язвительно захихикала офисная змеюка. “Ох… иногда я тоже начинаю мечтать о жизни кошатника… Жаль только их нет на планете.” — отчуждённо пробуркнул печальный мужской голос. “Что ты сказал? Повтори-ка.” — резко донёсся супружеский голос, на что мужское бубнение растворилось в вакууме. Некоторые умилялись механической коргиподобной зверушке, чьё телосложение говорило о выборе лишней булочки, чем за здоровый образ жизни. Питание. Того перекуса надолго хватить не могло, надо робопёсик уже планировал где будет искать чего перекусить или подзарядиться, но это потом. Эн взглянул на лицо Марго, она взглянула на мордочку Эна. — Кхе-кхе, а те дроны были вашими коллегами? — Робопёс хорошо расслышал едкие комментария окружения, ему стало интересно на чём основана такая неприязнь, но это же стремление могло ударить по самой женщине. Она вела себя не как молодая работяжка, да и внешний вид был зрелым, спелым. — Да, они работаю в отделе бухгалтерии. — Бу-бух? Они пьют горючие смеси на работе, что ли? Они дегустаторы?. — Не-а, работа с бумажками всякими: договоры, документы и прочая писанина… я там тоже иногда работаю, так что могу сказать, что там отдел не отчётов и договоров, а сплетен, интрижек и идиотских драм. Хотя это куда лучше, чем сидеть часами за столом, разговаривая с каждым встречным, которому ты что-то должна. — Ой, на поверхности так скучно, если честно. Я вот вообще не могу вспомнить интересную историю. Есть только коротенькие, на минутку разговорчика незамысловатого. На долгие истории слетаются демонтажники или сбегаются одичалые. Так что всё интересное без смертельного исхода происходит крайне быстро и неосознанно, — пока Эн говорил, то не заметил,что они уже пришли к двери. Мордочка со звонким стуком поприветствовала стенку. На это расхохотался женский голос. Марго спокойно прошла в сторону одной из комнат квартиры, а Эн стал снимать грязные вещи. Первый соприкоснулся с полом глухим стуком рюкзак. Грязный, местами рваный, потертый и выцветший, единственное что сохраняло его - это качество работы, редкие заплатки и бережно отношение владельца. Эн надовил мордой на рюкзак, толкая его к углу рядом с дверью. Рассеянный, тёплый взгляд прошёлся по обшапоной поверхности ткани рюкзака, и короткая лапка плавно погладила грубые борозды рваных ран, жалостливо поскуливая. Он сел на пол, чтобы его переднии лапы с усиленной концетнтацией расстегнули целую одну пуговицу пальтишка. Они опустились ниже, расстегивая крепление шлейки. Старый друг доставщика ровно сложен на рюкзак. Шлейка казалась грубо сделанным предметом из обрезков, только логотипы материнской компании Эна говорили о её доапокалптичном происхождении. Короткая лапа мягко похлопала по ней. Пальтишко - грубая шерстянная шкура, отлипла от корпуса. Двух братьев-сумок Эн укрыл третим товарищем. Заботливый, уютный и тёплый. Самый мягкий и заботливый был найден никому не нужным в мусоре. Щека нежно потерлась о колючие ворсинки. В карман убран налобный фонарь. Запачканную линзу бережно протёрла чистая тряпица. Под рюкзак нырнула кепочка. — Отдыхайте, очередной заказ успешно выполнен. Эн развернулся на стук шагов позади. Марго стояла в бежевой мешковатой пижаме с простым узором. Из-под усталых чёрно-матовых век дисплея сверкает полукруглые глаза. Тело Эна неосознанно сжалось, неосмысленно стыдясь наготы. — Ну что, маленький грязнуля, пришло время стать лучшей версией себя? — женщина села на корточки и теребила рукой ушки и голову. В ответ донеслось лишь одобрительный тявк. От головы побежали тёплые ручейки, которые протекали ниже по корпусу, затрагивая каждое место и забирая грязь. Мордочка с закрытыми глазами тянулась навстречу потоку. Тёплые механические руки нежно гладили то ли моя, то ли щекоча и лаская. — А вы точно хотите этим заниматься? — ванильные глазки посмотрели на Марго с закатанными рукавами. — Да, мне не сложно, - с лёгкой улыбкой и полузакрытыми глазами смотрела на мокрую мордочку. — Мне неловко вас вынуждать помогать мне… — с тихим напряжением промямлил он. — Ничего страшного, - её рука зачесала за собачьим ушком.. — а… - робопёсик отстранённо кивнул, — мхм... — задумчиво потянул он. Его голова потянулась к руке, крутясь и поворачивая навстречу движением пальцев. Руки отпрянули назад. Выражение лица не изменилось, только ушёл в более глубокие раздумья или погружение в момент. Кранчик провернулся и вода перестала идти. Тело маленького приблуды было поднято на руки, покрытое пушистым полотенцем. Нежные руки усиленно растирали зверька, который вжимался в тёплое и пушистое полотенце. Робопёсик обмяк на руках, неосознанно положив голову на грудь. Обхватив и завернув в полотенце, Марго понесла зверька из ванной в спальню. Тельце зверька дрогнуло, когда столкнулось с прохладой постели и сразу устремилось в тёплые объятия хозяйки дома. Её руки стали ласкать сначало за бочки, потом животик, щёчки, ушки, нажимать пальчиком на носик и разглаживать лобик. Эн лаского скулил, слегка бодая и прижимаясь к ней. Не долго держалась она, рассмотривая падкого на ласку зверька. Она резко схватила его за бочки обеими руками и прижала его лобик к своим губам, вжимая со страстной силой. — Кто тут хороший мальчик? Кто тут такой пирожок сладенький, булочка с корицей? У кого щёчки не целованы? — приговаривала она, чтобы потом ещё-ещё щёчки, носки и опять лобик. Эн обессиленно скулил и жмурил мордочку под яростными поцелуями. Ему оставалось только закрывать глазки и терпеть до прихода долгожданного отдыха. Ещё пару минут и женщина успокоилась, а он наконец оказался в спокойных объятиях, прижатым к её мягкой и тёплой груди.