нарезки из жизни Вади/Арти

Артем сидел на своем вахтовом стуле, и этот стул, был пропитан его болью и возбуждением. Его работа - это стальная будка у шлагбаума на въезде в глухой лесной Красноярский массив. Работа как всегда не была особо тяжелой,поэтому делать было нечего. Сквозь запотевшее стекло маячила стена мрачной дороги, дорога уходила в лесной смрад.Свет от единственной лампочки падал больным пятном на стол,заваленный пустыми пачками от дешевых сигарет и коробками от доширака. Но главное, что занимало стол и весь его мир - это дрожь. Мелкая, неудержимая, идущая из самого гнилого,темного нутра. Артем провел ладонью по гладкому, свежевыбритому черепу. Лысина, наступившая резко в 15 лет блестела под светом тусклой лампочки. Лицо было слегка опухшим, одутловатым классическая алкогольная рода, не спадающая даже после месяца завязки и правильного питания. Стоило оно того? А внутри,под ребрами справа, ныла и тяжелела печень.гепатит. Ласковый убийца.Не приговор еще,но уже диагноз. Он чувствовал его всегда,как мрачного стражника у дверей собственного мягкого тела. Именно от этого сокамерника,от этой болезни и шла дрожь страха. Страха перед будущим,которое сузилось до размеров этой лесной каморки в которой он сидел.Перед болью, которая может накрыть в любой момент. Перед тем, что он проснется однажды не здесь,а в больничной палате под капельницей и это будет уже конец. Но была и вторая дрожь - тонкая, острая,похожая на вибрацию от натянутой струны. Дрожь возбуждения. Он украдкой, будто за ним наблюдали,посмотрел своими лазурными глазами на выпуклость на штанах. Он видел ее очень отчетливо. И видел, как двое мужчин в лесной форме подъехали для того чтобы он написал бумажки. Артем не был сексуально активными,но Мысль о мастурбации пеплом осела у него в голове.Он дрожал.Дрожал от страха и возбуждения.Но сранные лесовозники не давали ему заняться собой ,эти люди сюда приехали не просто так.Они знали про его стальную будку. Возможно, даже знали большее. Про его цирроз,про его долги,про то, что он тряпка,но возбуждение… Оно было сладким и токсичным,как выпитая им когда-то первая рюмка вонючего самогона. Оно шептало: «Ты что-то значишь. Ты-свидетель. Ты видишь свою тайну.Все как и ты дрожали бы от страха,если бы узнали,что мастурбировал на попы спящих людей». В его жизни, давно лишенной остроты,красок, даже нормальной адекватности здорового человека, эта ситуация была как удар адреналина в истощенное сердце. Он был не просто больной Артем,сидящий в стальной будке. Он был узником, стерегущим тайну. Человеком на тонкой грани,от решения которого что-то зависело. Он закурил очередную сигарету, и руки тряслись так, что он едва мог прикурить.Печень ныла глухо, предвещая расплату за свой смрадный образ жизни. Неожиданно лесник по имени Василий посмотрел на артема холодным взглядом.Артем аж подпрыгнул на стуле, сердце заколотилось,усиливая смесь страха и возбуждения. Но мужчина просто сел в машину. Лесовоз развернулся и бесшумно покатила в другую сторону. Он уехал. Артем выдохнул. Дрожь медленно начала отступать, оставляя после себя ватную слабость во всем теле и горький привкус во рту. Страх и возбуждение растворились, превратившись в привычное, гнетущее чувство опустошенности. Он снова был просто лысым, больным пареньком на никому не нужной работе.