The heart on the speedometer

Город катился под колесами, словно бесконечная лента асфальта, а Минхо чувствовал его пульс через руль своего старенького, но верного авто. Он знал этот путь наизусть — от гаража, где коптил воздух бензином, до трассы, где его машина, будто живое существо, выжимала из себя все соки. Сегодня была гонка, и он уже предвкушал, как раздавит соперников, как всегда. Но судьба, как назойливый пассажир, подсунула ему сюрприз. На трассе, у края, стоял роскошный черный спорткар с открытым капотом, который явно стоил больше, чем все машины Минхо вместе взятые. А рядом парень, который вытянул руку, как будто ловил попутку. — Извини! — крикнул он, когда Минхо притормозил. — Не можешь ли ты посмотреть, что с машиной? Минхо вышел, закатав рукава. — А ты сам что, не можешь разобраться? — усмехнулся он. — Не все хорошо разбираются в машинах, как некоторые, знаешь ли, — бросил Джисон, но в его голосе сквозила беспомощность. Минхо окинул взглядом машину. Лоск дорогой краски контрастировал с грязью обочины, а растерянное лицо парня — с дерзким дизайном машины. Что-то в этом зрелище вызывало у Минхо не то ироничную усмешку, не то сочувствие. — Ладно, — сказал он, подходя ближе. — Давай посмотрим. Что случилось? Джисон облегченно вздохнул. — Я не знаю! Просто ехал, и вдруг она заглохла. Ничего не понимаю в этих моторах. Минхо склонился над двигателем, вдыхая знакомый запах масла и бензина. Инструменты не понадобились, достаточно было опытного взгляда и знания, как работают эти железные звери. Пара минут, и он выпрямился, вытирая руки о ветошь. — Всего лишь отошел контакт, — заключил Минхо, возвращая провод на место. — Зажигание попробуй. Парень сел за руль, повернул ключ. Двигатель ожил с низким рычанием. Минхо, не дожидаясь ответа, направляется к машине и собирается сесть в нее. — Эй! — окликает его парень и подбегает к его машине. — Спасибо... Слушай, я и так уже опоздал на вечеринку, — сказал он, кладя ладонь на его крепкое плечо и оглаживая его. — Почему бы нам не провести время вместе... Например, в твоей машине, — посмотрел тот на него, закусывая губу. — Заезд я уже пропустил, так что... — сказал Минхо, переводя взгляд с наручных часов на парня и осматривая его с ног до головы. Парень одет в шорты по колено, которые подчёркивают его стройные ноги. И в белую безрукавку на пуговицах, из-под которой видно одновременно накаченные, но худые руки. Аккуратные черты лица. Пухловатые щёки, карие глаза-бусинки. Губки бантиком. — Ну давай хорошо проведём время в моей машине, — говорит он по слогам, наклоняясь к лицу парня. — Ты не разочаруешься, — отвечает парень, кладя руки на грудь парня. — Я Джисон, кстати. — Приятно, Минхо, — ответил он, открывая заднюю дверь своей машины, и кивает в её сторону. Джисон ухмыльнулся и без колебаний забрался внутрь, растянувшись на кожаном сиденье, как будто оно принадлежало ему. Минхо последовал за ним, и дверь с тяжёлым стуком закрылась, удерживая внутри удушливую жару. Как только он закрыл дверь, Джисон поднялся и притянул его за шею, страстно целуя. Поцелуй был жадным и настойчивым, их языки переплетались, исследуя каждый уголок, как будто искали потерянные части друг друга. Минхо крепко схватил Джисона за бёдра, притянув его к себе с такой грубостью, что тот ахнул, но не отстранился. Его руки скользнули по гладкой коже Джисона под безрукавкой, обвивая его талию и удивляясь её узости. Внутри автомобиля царила удушливая жара, и каждое движение становилось всё более настойчивым. Одежда была сброшена в лихорадочной спешке: безрукавка Джисона упала на пол, а майка Минхо улетела куда-то на переднее сиденье. На их коже блестел пот, а запах мускуса и отчаяния заполнял ограниченное пространство. Руки Минхо скользили по спине Джисона, впиваясь пальцами в мягкую плоть его ягодиц, пока он укладывал его лицом вниз, прижимая коленями к кожаному сиденью. Джисон инстинктивно выгнулся, его дерзкая натура подталкивала его к Минхо, и он толкался в него, дразня низким, требовательным стоном. — У тебя хоть есть то, что нужно? — спросил его парень, оглядываясь из-за плеча. — Обижаешь, принцесса, — ответил он. Минхо потянулся к бардачку и достал маленькую бутылочку смазки и презервативы, которые хранил на случай, о котором никогда не признавался. Щелчок крышки эхом разнёсся по машине, когда он смазал пальцы, и прохладный гель резко контрастировал с удушающей жарой. Он нарочно медленно водил пальцы. Сначала один, потом два, чувствуя, как тесно сжимается вокруг него тело молодого юноши. Стоны Джисона были бесстыдными, приглушёнными сиденьем, на котором он раскачивался, нетерпеливый и избалованный, как всегда. — Поторопись, чёрт возьми, — простонал он, и в его голосе слышалось высокомерие, даже когда его тело дрожало от прикосновений Минхо. Удовлетворившись, Минхо убрал пальцы, вытер излишки смазки о бедро и расстёгнул джинсы. Его член выскользнул наружу, толстый и тяжёлый, уже истекающий смазкой от предвкушения. Натянув презерватив на член и смазав его лубрикатом, он приставил его ко входу Джисона, прижав головку к плотному кольцу мышц, и остановился — ровно настолько, чтобы услышать разочарованный стон Джисона. Затем медленным, неумолимым толчком он вошёл в него, дюйм за мучительным дюймом. У Джисона перехватило дыхание, на лице отразилась смесь боли и удовольствия, и он вцепился в край сиденья. — Чёрт, ты огромный, — выдохнул он, но без колебаний, лишь жадно подавшись бёдрами вперёд, чтобы принять ещё больше. Минхо низко застонал, чувствуя, как тугая, бархатистая теснота задницы Джисона сжимает его, как тиски. Он на мгновение замер, позволяя парню привыкнуть, но жара в машине, пот, стекающий по спине, и нетерпеливые движения Джисона лишили его самообладания. Он начал двигаться, сначала делая глубокие и размеренные толчки, каждый из которых вырывал из уст Джисона прерывистый стон. Машина слегка покачивалась в такт их движениям, кожа скрипела под их весом. Руки Минхо сжимали бёдра Джисона, оставляя синяки, когда он ускорил темп, и влажные, скользящие звуки их тел смешивались с тяжёлым дыханием, наполнявшим воздух. — Сильнее, чёрт, не останавливайся, — сказал Джисон, опираясь ладонью о окно. Минхо подчинился, его спокойный фасад давно исчез, уступив место первобытной потребности заявить о себе. Он наклонил бёдра, попадая точто в простату, от чего тот вскрикивал, его тело содрогалось при каждом жёстком толчке. Пот капал со лба Минхо на спину Джисона, их кожа соприкасалась в грязной симфонии похоти. В машине было душно, но ни один из них не обращал на это внимания, потерявшись в грубой, отчаянной связи их тел. По мере нарастания напряжения Минхо наклонился, прижимаясь грудью к спине Джисона, и, коснувшись губами его затылка, прорычал: — Ты так чертовски хорош. Джисон ответил прерывистым стоном, его тело напряглось вокруг Минхо, когда они вместе приблизились к краю. Их дыхание всё ещё было прерывистым, воздух в машине был насыщен последствиями их оргазма, и Минхо медленно вышел из него, и они оба поморщились от потери контакта. Джисон рухнул на сиденье, и на его губах появилась довольная ухмылка, когда он перевернулся на спину и посмотрел на Минхо, который вытирал пот со лба тыльной стороной ладони. — Неплохо для первого раза, — поддразнил Джисон. К нему вернулась его дерзкая искра, когда он сел, слегка поморщившись, и начал собирать свою одежду, начиная одеваться. — Ну что, красавчик. Хорошо провели время, — сказал Джисон, застёгивая пуговицу на шортах, а после открывает дверь, и резкий порыв ветра врывается в салон, сбивая дыхание. Он выходит, но на мгновение задерживается, оглядываясь через плечо. — Надеюсь, ещё увидимся, — подмигнул он и захлопывает дверцу машины, уходя к своему спорткару. Минхо уставился на место, где только что сидел Джисон, чувствуя, как жар от их близости медленно угасает. А через несколько секунд услышал звук заводящегося двигателя автомобиля. Сначала он слышит, как двигатель набирает обороты, звук становится громче и резче, а затем постепенно стихает, пока совсем не исчезает вдали. Его сердце все еще колотилось, и он не мог не улыбнуться, вспоминая каждое прикосновение, каждый стон. «Неплохо для первого раза» — эхом отдавались слова Джисона в его голове. И Минхо не мог не согласиться.

***

Джисон сидел в кресле автомобиля, пальцы нервно барабанили по кожаной обивке. Дохён, улыбаясь, смотрел на дорогу, а его глаза сверкали азартом. — Куда мы едем? — спросил Джисон, его голос прозвучал чуть громче, чем он планировал. — Тебе понравится, — ответил Дохён, отпуская загадочную улыбку, которая заставила Джисона почувствовать смесь любопытства и тревоги. Сегодня у Хана свидание с парнем по имени Дохён. Который всю неделю активно показывал знаки внимания и всячески пытался пригласить его на свидание. Что до дури сильно раздражает. На самом деле Джисону и дела нет до этого липучки. Он просто надеется, что если он сходит с ним на одно свидание и сразу после него отошьёт, тот наконец отстанет от него. Машина Дохёна резко остановилась на обочине, пыль поднялась клубами, окутав салон лёгкой дымкой. Джисон, одетый в новую рубашку от любимого бренда, морщился, пытаясь отмахнуться от грязи, которая, казалось, со всех сторон пыталась запятнать его. Когда он перестал оттряхиваться от пыли, он решал осмотреться. Гул моторов, крики толпы, резкий запах бензина — это была зона запрещённых гонок. Хоть Джисон и был заядлым тусовщиком, связываться с полицией не хотелось. — Ты с ума сошёл? — вырвалось у Джисона, но его слова потерялись в рёве двигателей. Он хотел выйти, но Дохён схватил его за руку. — Посмотри, это же адреналин! Ты никогда не был на таком! Дохён выскочил из машины и, взяв Джисона за руку, потащил его к самой гуще событий. Вокруг ревели двигатели, толпа скандировала имена гонщиков, воздух был пропитан бензином и азартом. Неоновый свет бил в глаза, заставляя Хан Джисона болезненно поморщиться. Этот свет был далёк от мягкого, приглушённого сияния хрустальных люстр, к которому он привык в VIP-ложах клубов Каннама. Здесь, на окраине города, свет был грубым и агрессивным, словно намеренно подчёркивая обшарпанность ангаров и уставшие лица толпы. Джисон, одетый в шёлковую рубашку и дорогущие брендовые кроссовки, чувствовал себя здесь нелепо. Его аккуратно уложенные волосы наверняка уже растрёпались от гула моторов и плотного запаха бензина и машинного масла, висевшего в воздухе. Он машинально поправил воображаемую пылинку на рукаве, чувствуя, как липкий пот начинает проступать на лбу. — Дохён, я не понимаю, что мы тут делаем, — попытался перекричать шум Джисон. — Я думал, у нас свидание! — Это и есть свидание! — прокричал в ответ Дохён, его глаза горели энтузиазмом. — Разве это не круто? Джисон на эти слова ничего не ответил и только отвернулся, складывая руки на груди. Он почувствовал, как гнев начинает закипать внутри него. Этот самодовольный идиот! Мало того, что он притащил его в это грязное место, которое кишит шлюхами и всякими торчками. Так еще и считает, что это идеальное свидание! Он хотел развернуться и уйти, но любопытство взяло верх. Он никогда не был на подобных гонках, и часть его, пусть и небольшая, загорелась желанием увидеть, что будет дальше. Внезапно рёв двигателей стих, и толпа замерла в ожидании. На стартовой линии выстроились две машины, их фары хищно смотрели в темноту. Дохён подтолкнул Джисона ближе к ограждению, чтобы тот мог лучше видеть. Сердце Джисона забилось быстрее. Он никогда не думал, что его настолько зацепит подобное зрелище. Он почувствовал странный прилив адреналина. На стартовой линии стояли чёрный BMW E36/E46 (3 Series) и красная Хонда НСХ. Толпа скандировала имена гонщиков, воздух звенел напряжением. Дохён, казалось, был в своей стихии. Он подпрыгивал от возбуждения, хлопал по плечу Джисона и что-то кричал ему на ухо, но Хан не слышал ни слова. Всё его внимание было приковано к машинам. А конкретно к одной очень смутно знакомой машине. Прозвучал выстрел стартового пистолета, и машины сорвались с места, оставив за собой клубы дыма и оглушительный рёв. Джисон затаил дыхание, наблюдая, как они несутся по трассе, обгоняя друг друга на каждом повороте. Адреналин бил в кровь, сердце колотилось в груди, словно бешеное. Он забыл обо всём – о грязной одежде, о надоедливом Дохёне, о своей неприязни к подобным местам. Сейчас для него существовала только эта гонка, эта бешеная скорость, этот риск. В какой-то момент BMW вырвался вперёд, оставив Хонду далеко позади. Толпа взревела от восторга, и Дохён схватил Джисона за руку, тряся ею в воздухе. Джисон невольно улыбнулся, но сразу вырвал свою руку. BMW первым пересек финишную черту, и толпа взорвалась аплодисментами и криками. Джисон почувствовал, как его тело расслабляется, а напряжение уходит. Дохён хватает его за руку, проталкиваясь сквозь шумную толпу. — Эй, Ли Минхо! — крикнул Дохён, его голос перекрыл гул толпы. Минхо обернулся, направляя взгляд на Дохёна, но почти сразу переключился на рядом идущего Джисона. Когда их взгляды встретились, всё в моменте остановилось. Время, звуки, даже дыхание Джисона. — Хо, поздравляю с победой. Кстати, знакомьтесь, это Хан Джисон, — говорит Дохён, закидывая руку на плечи парня, когда они останавливаются возле ребят. — Мой почти уже парень, — на эти слова Хан закатывает глаза и презрительно ведёт плечом. — Да уже знакомы... — отвечает Минхо, скользя взглядом по изгибам тела Хана. Взгляд Минхо прожигал Джисона насквозь, словно сканируя каждый миллиметр его кожи. Джисон ощутил, как по спине пробежали мурашки, а щеки предательски заалели. Он не мог отвести взгляд от этих темных, пронзительных глаз, утопая в их глубине. — Рад снова видеть, Хан Джисон, — произнес Минхо, растягивая слова, словно пробуя их на вкус. Его голос был низким, бархатным, проникающим прямо в душу. Джисон почувствовал, как его сердце начинает биться быстрее, а в животе порхают бабочки. Он не понимал, что с ним происходит. Обычно уверенный в себе и дерзкий, сейчас он чувствовал себя совершенно беспомощным под этим пристальным взглядом. — Взаимно, — пробормотал Джисон, пытаясь скрыть смущение за показной небрежностью. Он скрестил руки на груди и отвернулся, делая вид, что осматривает машину Минхо. Машина действительно выглядела впечатляюще. Черная, блестящая. По сравнению с его спорткаром дешёвка, но всё равно хочется прокатиться. — Что, правда? И откуда же вы знакомы? — Уж поверь тебе, это будет неинтересно, — отмахнулся Ли. — Ладно, надо сваливать отсюда, пока копы не приехали. Сейчас все поедут на вечеринку к Дасому, конечно же, в честь моей победы. Вы будете? — Конечно, кто вообще откажется от бесплатной выпивки, — ответил Дохён, сползая ладонью с плеча парня на талию. — Детка, ты же согласен? Хан на эти действия и прозвище только сдерживает блевотные порывы и кивает, кидая мимолётный взгляд на Минхо, замечая, как тот стискивает зубы и сжимает рукой край своей кожаной куртки. Минхо усмехнулся, его взгляд снова скользнул по Джисону. — Тогда увидимся там. И, Хан Джисон, постарайся не потеряться, — в его голосе звучала едва уловимая насмешка, от которой у Джисона по спине пробежали мурашки. Минхо спрыгнул с капота своей машины и, попрощавшись с Дохёном, направился к своим друзьям. Джисон проводил его взглядом, пока тот не скрылся в толпе. Он чувствовал себя странно, словно его только что вытащили из глубокого сна.

***

Джисон и Дохён прибывают на вечеринку. Огромный дом гудит от музыки и смеха. Хан чувствует себя немного неловко, поэтому быстро решает выпить чего-то крепкого, чтобы расслабиться. Оглушительный ритм музыки пробивался сквозь толпу, вибрируя в груди Хана. Вечеринка в самом разгаре, и комната пульсировала разноцветными огнями, создавая калейдоскоп теней на лицах танцующих. Джисон пробился к столу, заставленному бутылками с разноцветными жидкостями. Он окинул его взглядом, ища что-нибудь, способное хоть немного притупить навязчивые мысли. Дохён, возникший откуда-то из-за спины, что-то оживленно говорил ему в ухо, перекрикивая музыку. Джисон кивал в ответ, стараясь изобразить заинтересованность, но его разум был далеко. Слова Дохёна долетали до него как шум далекого прибоя, не складываясь в осмысленные фразы. Его взгляд скользнул по бутылкам, и он выбрал что-то с яркой этикеткой, не особо вчитываясь в название. Ему было все равно, что это. Просто хотелось немного расслабиться, отвлечься от роя мыслей, кружащихся в голове. Он сделал небольшой глоток. Сразу же почувствовалась резкая, почти агрессивная горечь, как будто ему в рот плеснули бензином с хмелем. Дешевый алкоголь обжигал горло, оставляя неприятное послевкусие. Хан поморщился, но проглотил. Это был не тот выдержанный IPA, к которому он привык, сидя в своем уютном баре с друзьями. Это было что-то… другое. Что-то, выдающее недостаток вкуса, а может, и просто банальную экономию. Хан сделал еще один глоток, прикрывая глаза. «Пить можно», — подумал он, чувствуя, как алкоголь медленно начинает действовать. Джисон прокашлялся, перебивая поток слов Дохёна. — Слушай, Дохён, — проговорил он. — Мне хочется текилы, найдёшь для меня? — Он подмигнул, надеясь, что его просьба прозвучала достаточно легко и непринужденно. — Конечно, я быстро, подожди меня здесь, — сказал он, скользя рукой по изгибу его талии, и направился на поиски текилы. Ну да, конечно, будет он его ждать. Как только Дохён скрылся из виду, Джисон почувствовал внезапный прилив энергии. Он оглядел танцпол, заполненный двигающимися в такт музыке телами. Недолго думая, он шагнул в толпу. Ритм захватил его, и Джисон отдался музыке, позволяя ей вести его. Он двигался хаотично, но энергично, выплёскивая наружу всю скопившуюся тревогу и напряжение. В этот момент он был просто частью толпы, растворившись в пульсирующей энергии вечеринки. Его мысли на время отступили, уступив место лишь ощущению вибрации музыки и лёгкому головокружению. И вдруг он почувствовал это. Прикосновение. Кто-то прижался к нему сзади, руки незнакомца скользнули по его бокам, словно пытаясь найти что-то, что Джисон не был готов отдать. Он обернулся, его взгляд был резким, почти опасным. Незнакомец был высоким, с светлыми волосами и наглой улыбкой, но Джисон уже потерял интерес, как только его глаза нашли того, кого он действительно хотел видеть. Ли Минхо. Он стоял у стены, оперевшись на нее. Его рука держала бутылку пива, жидкость внутри казалась почти черной в тусклом свете. Его друзья шутили рядом, но Минхо не обращал на них внимания. Его взгляд был прикован к Джисону, и в этом взгляде было что-то, что заставило кровь Джисона закипеть. Внезапно он почувствовал, что его кто-то отталкивает от незнакомца, обернувшись, он видит Дохёна. В его глазах сверкали молнии, а в руках — стакан с янтарной жидкостью, вероятно, та самая текила. — Эй, руки убрал! — прорычал Дохён, отталкивая незнакомца от Хана. Завязалась короткая потасовка, в которой Дохён, несмотря на свой более хрупкий вид, показал себя на удивление напористым. Хан наблюдал за происходящим с легким недоумением. С одной стороны, ему было приятно, что кто-то за него заступается. С другой, вся эта сцена казалась ему какой-то нелепой и театральной. Он устало вздохнул. Ревность Дохёна была одновременно льстивой и утомительной. Отвернувшись в сторону, где только что стоял парень, обнаруживает, что его там больше нет. Джисон на это стиснул челюсть, пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Его тело будто горело изнутри, но не от жары, а от этого странного, назойливого чувства, которое он не мог назвать. Он повернулся, оставив позади драку, которая разгоралась всё сильнее. Ему было плевать. Он вышел в коридор, где воздух был прохладнее, но не менее тяжёлым. Шум вечеринки остался позади, как назойливый гул. Его мысли крутились вокруг Минхо, как вихрь, затягивая всё глубже. Его шаги были резкими, почти агрессивными, когда он заметил Минхо. Тот стоял, прислонившись к стене, его улыбка была такой же лёгкой, как всегда, но сейчас она казалась Джисону раздражающе натянутой. Девушка, которая стояла перед ним, играла с локоном своих волос, её смех, звонкий и наглый, резал слух Джисона. Хан фыркнул, невольно закатив глаза. Вся эта сцена показалась ему до смешного предсказуемой. Проходя мимо, он намеренно резко толкнул девушку плечом, так что она вскрикнула и отлетела к стене. Это был импульсивный, почти детский жест, но он не смог удержаться. Он почувствовал мимолётное удовлетворение, заметив, как Минхо сразу направил на него свой взгляд, а уголок его губ дрогнул, будто он вот-вот сорвётся в ухмылку. — Эй! — возмутилась она, но он даже не обернулся. Он не успел сделать и пары шагов, как услышал за спиной торопливые шаги. Обернувшись, он увидел, что Минхо бросил девушку, не обращая внимания на ее возмущенные возгласы, и идет прямо к нему. В его глазах читалось что-то, чего Хан никак не ожидал увидеть – смесь раздражения и… любопытства? — Джисон, — позвал его Ли. Хан не отозвался, только ускорил шаг, чувствуя, как Минхо следует за ним. Каждый его шаг отдавался в голове Джисона, как удары сердца. Коридор становился всё уже, стены сжимались, и Джисон знал, что сейчас что-то произойдёт. Что-то, что он не сможет контролировать. Минхо догнал его, его дыхание горячим шквалом коснулось шеи Джисона. — Снова сбегаешь? — сказал он, приобнимая за талию. Джисон замер, будто его окатили ледяной водой. Его сердце бешено колотилось, отзываясь гулом в ушах. Он попытался вырваться из его объятий, но хватка Минхо была неожиданно сильной. — Отпусти, — прошипел Джисон, стараясь, чтобы его голос звучал равнодушно, но в глубине души он знал, что это пустая бравада. — Почему ты так себя ведёшь? — спросил Минхо, его голос был тихим, почти шёпотом, отчего у Джисона по коже побежали мурашки. — Или погоди... Ты ревнуешь? — Что? Хах, я не ревную, — усмехнулся Хан, непроизвольно закатывая глаза и складывая руки на груди. — Сам-то не лучше. Думаешь, я не видел, как ты смотрел на меня с Дохёном? — Ах да, кстати, как там Дохён? Ты разве не его почти парень? Если да, так почему ты так отреагировал на безобидный диалог с девушкой? — спросил Ли, убирая от него руки. — Боже, мне этот выскочка и подавно не сдался, по-моему, это было заметно, — огрызнулся Джисон, чувствуя, как его щеки предательски заливаются краской. Он отвернулся, пытаясь скрыть смущение, которое, как назло, выдавало его с головой. — И вообще, с чего вдруг я должен перед тобой отчитываться? Минхо молчал, прожигая его взглядом. Джисону казалось, что он видит его насквозь, читает все его мысли и тайные желания. Он не выдержал этого пристального взгляда и развернулся, намереваясь уйти, но его резко развернули и прижали к стене, напористо целуя. Джисон попытался отстраниться, но хватка Минхо была железной. Поцелуй был напористым, требовательным, словно Минхо пытался вытряхнуть из него все сомнения и колебания. Губы Джисона невольно разомкнулись, позволяя языку Минхо проникнуть внутрь, исследуя каждый уголок его рта. В голове все перевернулось, разум отказывался подчиняться, а тело предательски откликалось на каждое прикосновение. Когда воздух закончился, Минхо оторвался от его губ, тяжело дыша. Их взгляды встретились, и Хан увидел в глазах Минхо бурю эмоций: страсть, желание, но и какую-то уязвимость, которую он ещё никогда не видел. — Ты сводишь меня с ума, Джисон, — прошептал Минхо, его голос дрожал от напряжения. — Я не могу перестать думать о тебе. Минхо наклонился, и их губы снова встретились в поцелуе, который был как ураган. Хан обнял Минхо за шею, пальцы запутались в его волосах, а Минхо одной рукой прижимал его к себе, а другой медленно скользил вниз, исследуя каждый изгиб тела Хана. Его пальцы впились в его бока, словно он боялся, что тот исчезнет, если отпустит. — Ты… слишком торопишься… — попытался протестовать Хан, но его слова тут же украл очередной глубокий поцелуй. Минхо лишь усмехнулся, не отрываясь от его губ, и начал двигаться вдоль коридора, будто танцуя с ним в каком-то безумном танго. Дверь ближайшей комнаты поддалась с лёгким скрипом, и, убедившись, что внутри никого, он буквально втолкнул Хана внутрь, прижав его спиной к двери. — А теперь заткнись и держись, — прошептал Минхо. Прежде чем Сон успел что-то ответить, сильные руки подхватили его под бёдра, и он инстинктивно обвил Минхо ногами, чувствуя, как тот прижимает его ещё плотнее. — Ты… чёрт… — выдохнул Хан, но в его голосе уже не было сопротивления, только дрожь предвкушения. Минхо углубил поцелуй, его язык настойчиво проникал в рот Джисона, вызывая волну мурашек, бегущих по всему телу. Хан ответил на поцелуй с не меньшей страстью, отдаваясь напору Минхо, позволяя ему полностью себя подчинить. Руки Хана вцепились в волосы Минхо, притягивая его ещё ближе, словно боясь, что этот момент ускользнёт. Поцелуй становился всё более требовательным, жарким, перерастая в нечто большее, чем просто проявление влечения. Это была жажда, голод, который они оба так долго подавляли. Минхо отстранился на мгновение, чтобы перевести дыхание, и Хан воспользовался этим, чтобы жадно вдохнуть воздух, чувствуя, как от нехватки кислорода кружится голова. Минхо осыпал шею Хана короткими, обжигающими поцелуями, спускаясь всё ниже, к ключицам. Хан застонал, запрокинув голову, позволяя Минхо делать с ним всё, что тот пожелает. Он чувствовал себя абсолютно беззащитным в его руках, но в то же время невероятно уверенным и желанным. Внезапно Минхо отстранился, смотря Хану прямо в глаза. В его взгляде читалось такое сильное желание, что у Хана перехватило дыхание. — Чёрт... Какой же ты красивый, — после этих слов он чуть приподнял его, не выпуская из рук, и направился к кровати. Хан едва успел опомниться, как его сильным движением бросили на кровать, пружины взвизгнули, а его спина мягко погрузилась в прохладную ткань простыни. Ли тут же нависает над ним, сжимая его кисти рук над головой, а между ног протискивается коленка, уткнувшаяся в пах. — Если быть честным, я думал о тебе с того момента в машине каждый день. Хан замер, оглушенный напором Минхо. Его сердце бешено колотилось, отбивая сумасшедший ритм в ушах. Он попытался что-то сказать, но слова застряли в горле, а взгляд утонул в темных, горящих глазах напротив. В животе разлилось тепло, смешанное с легким страхом и волнующим предвкушением. Ли прильнул к его губам, настойчиво и глубоко. Хан ответил на поцелуй, отдаваясь чувствам, захлестнувшим его. Его руки, сжатые над головой, расслабились, и он обвил ими шею Минхо, притягивая его ближе. Минхо оторвался от его губ и стал осыпать поцелуями шею, ключицы. Хан застонал, не в силах сдержать этот звук, вырвавшийся из самой глубины его тела. Минхо отстранился на мгновение, глядя Хану в глаза, словно спрашивая разрешения. В их глубине плескалось такое желание, что отказать было невозможно. Он медленно потянулся к рубашке Хана, расстёгивая пуговицу за пуговицей, пока ткань не упала на пол, открывая бледную кожу. Затем его руки скользнули к поясу брюк, расстёгивая их и медленно спуская вниз вместе с кроссовками, пока Хан не остался лежать, почти обнаженный, под его взглядом. Минхо опустился пониже, осыпая поцелуями грудь Хана, спускаясь всё ниже и ниже, к животу. Каждый его поцелуй отзывался дрожью в теле Хана, заставляя его извиваться и стонать. Пальцы Минхо ласкали его бедра, вызывая новые волны жара. Затем, одним стремительным движением, Минхо сорвал с себя футболку, отбрасывая ее в сторону. Он расстёгнул ремень и спустил джинсы, а потом резким движением перевернул Хана на живот. — Встань на колени, золотце, — попросил Минхо, вставая с кровати, начиная рыться в прикроватной тумбочке. Немного смутившись, Хан сделал, как ему и сказали. После обернулся через плечо, смотря, как Минхо возвращается на кровать, кидая на неё презервативы и смазку. — Смотри, как нам повезло, — усмехнулся Ли.—Думаю, Дасом не обидится. — Перестань болтать. Ближе к делу, — сказал Хан, отворачиваясь и закатывая глаза. — Не волнуйся. Я-то перестану, а вот ты... — ответил Хо, снимая бельё с парня и откидывая его на пол. — Ты даже не представляешь, как я скучал по этой картине, — выдохнул он, кладя ладони на ягодицы и сжимая их. А потом и вовсе оставил поцелуй на одной. — Боже, что ты делаешь, — зажмурился Джисон, чувствуя, как по телу прошлись мурашки. Минхо не ответил, лишь прикусил мочку его уха, заставляя Хана дёрнуться. Он медленно прошёлся языком по шее, спускаясь ниже, к плечам, оставляя за собой дорожку из поцелуев. Джисон вцепился руками в простынь, чувствуя, как возбуждение нарастает с каждой секундой. — Минхо… — простонал он, запрокидывая голову назад. Ему хотелось большего, хотелось почувствовать его полностью. Вдруг Минхо резко отстранился и шлёпнул Хана по ягодицам, слыша, как тот взвизгнул от неожиданности, утыкаясь лицом в подушку. Довольный его реакцией, Ли берёт в руки смазку. Минхо выдавил немного смазки на ладонь и растёр её между пальцами. Он медленно провёл рукой по спине парня, опускаясь к пояснице и ягодицам, массируя их с нарастающим давлением. Джисон застонал от удовольствия, вжимаясь лицом в подушку ещё сильнее. Минхо не спешил. Он дразнил его, играя с его чувствами, знал, как сильно тот жаждет его прикосновений. Он медленно массировал его ягодицы, проникая пальцем между ними, готовя его к большему. Джисон вздрагивал от каждого его движения, его дыхание становилось всё более прерывистым. Когда Минхо почувствовал, что Джисон достаточно расслабился, он приставил палец к его входу и медленно начал проникать внутрь. Джисон тихо вскрикнул, но не оттолкнул его, наоборот, подался навстречу, желая углубить проникновение. Минхо медленно двигался, растягивая его, давая ему привыкнуть к ощущениям. Постепенно он увеличил темп, добавляя второй, а потом третий палец. — Ты готов? — быстро надев презерватив и смазав свой орган, спросил он. Джисон лишь застонал в ответ, подтверждая его догадку. Минхо взял его за бёдра и одним резким движением вошёл в него полностью. На что Джисон выгнулся навстречу, принимая его полностью. Минхо начал двигаться, сначала медленно и плавно, затем ускоряя темп. Каждый толчок отдавался приятной дрожью в теле Джисона. — Подожди! — вскрикнул Хан от очередного глубокого толчка, заводя руку за спину и хватая Минхо за ладонь. Когда движения прекратились, он продолжил: — У меня колени затекли. — Я уже испугался, — ответил Ли, выходя из него и переворачивая того на спину. Сразу же разводя его ноги шире и снова входя. Джисон обхватил его ногами, притягивая ближе, желая ещё большего слияния. Он царапал его спину, оставляя красные полосы, впивался пальцами в его плечи, выражая всю гамму переполнявших его чувств. Минхо отвечал ему низкими стонами, его движения становились всё более напористыми и глубокими, заставляя Джисона кричать от восторга. Воздух в комнате накалился до предела, пропитавшись феромонами страсти и похоти. Дыхание обоих сбилось, сердца колотились в унисон, отсчитывая секунды до неминуемой разрядки. Минхо чувствовал, как тело Джисона напрягается в предвкушении оргазма, и он лишь подстегивал его, нанося всё более сильные и ритмичные удары. Хан закричал, его тело пронзила волна наслаждения, мышцы судорожно сокращались. Минхо последовал за ним, извергаясь в презерватив с громким стоном, чувствуя, как волна удовольствия накрывает их обоих. Они замерли на мгновение, тесно прижавшись друг к другу, пытаясь унять дрожь в теле. Постепенно дыхание восстановилось, и Минхо осторожно вышел из Джисона, падая рядом с ним на подушку. Потом снял полный презерватив, завязывая его на узел, и отбросил его куда-то на пол. Они лежали молча, наслаждаясь послевкусием близости. Джисон уткнулся лицом в его шею, вдыхая его запах, чувствуя себя самым счастливым человеком на свете. Минхо обнял его в ответ, нежно целуя в макушку. Этот момент был идеален, и он хотел, чтобы он длился вечно. Подумали оба, сразу же смутившись своих мыслей.

***

Хан Джисон проснулся от тупой, навязчивой боли, которая, казалось, пульсировала в каждом сантиметре его тела, особенно в пояснице и там, где он даже не хотел думать. Его сознание медленно возвращалось, как пьяный путник, бредущий через густой туман. Он потянулся, осознав, что его тело обнажено, кроме простыни, небрежно наброшенной на бедра. Память ударила его, как молния. Ли Минхо. Вчерашняя ночь. Тепло его кожи, его шёпот, его руки, исследующие каждую деталь его тела. Джисон зажмурился, пытаясь подавить стыд, который поднимался в его груди, но это было бесполезно. Он повернул голову и увидел его — Минхо, спящего, его чёрные волосы растрёпаны, губы слегка приоткрыты. Джисон тихо выдохнул, пытаясь отодвинуться, чтобы улизнуть, но его движение разбудило Минхо. Тот мгновенно потянулся вперёд, его сильные руки обвились вокруг Джисона, притягивая его обратно к себе. — Куда собрался? — голос Минхо был низким, хрипловатым от сна, но в нём звучала уверенность, которая заставила Джисона вздрогнуть. — Очевидно, что домой, — буркнул Хан, чувствуя, как тепло Минхо снова обволакивает его. Минхо ухмыльнулся, его губа скользнула по шее Джисона, оставляя после себя лёгкий след. — Домой ты не пойдёшь, — прошептал он, его голос был как шёлк, скользящий по коже. — В тот раз сбежал, в этот не получится, — на этих словах его руки начали оглаживать талию, а потом и вовсе спустились к плюшевым бёдрам. Ли целовал его с упоением, словно пытаясь догнать время, упущенное прошлой ночью. Он чувствовал, как кожа Джисона покрывается гусиной кожей, слышал его неровное дыхание, и это лишь подстёгивало его. Его руки спустились ещё ниже, к ягодицам, сжимая их в властном жесте. Хан вздрогнул, не в силах сдержать стон. В этот момент на тумбочке завибрировал телефон. Джисон дёрнулся, пытаясь вырваться из-под Минхо, но тот лишь сильнее прижал его к себе. Экран телефона засветился, показывая бесчисленные уведомления. — Игнорируй, — прошептал Хо, припадая к чувствительным соскам. Но телефон продолжал звонить и вибрировать, словно молил об ответе. В итоге Минхо отстранился, шумно выдохнул и откинулся на вторую часть кровати: — Ну кто тебе там написывает, — раздражённо спросил он. Хан, тихо усмехнувшись его реакции, потянулся за телефоном. На экране пестрели сообщения от Дохёна. — Это Дохён, спрашивает, куда я пропал и всё ли в порядке, — устало ответил Сон. Ли раздражённо выдохнул. Ему совсем не хотелось, чтобы этот идиллический момент был прерван вторжением извне. Чувство ревности болезненно кольнуло внутри. А потом внезапно Минхо усмехнулся и придвинулся ближе. — Знаешь, что ему нужно отправить? — прошептал он, выхватывая из рук Хана его телефон и открывая камеру. — Доказательство того, что ты точно в порядке. Щёлкнув фронтальной камерой, он притянул Джисона к себе, увлекая в короткий, страстный поцелуй. — Идеально, — пробормотал Минхо, рассматривая получившееся селфи, где они оба выглядели растрёпанными и счастливыми. — Пусть теперь знает, что ты занят. Хан выхватил телефон обратно, удивлённо вскинув брови. — Ну и что это было? — Он попытался скрыть внезапно вспыхнувший румянец, но кончики ушей предательски горели. А потом, поправив волосы, продолжил: — Если ты думаешь, что мы теперь встречаемся, то ты ошибаешься. Потому что я начинаю отношения только после двух свиданий. Минхо рассмеялся, запрокинув голову. Его глаза искрились весельем, а смех звучал заразительно. — Кто сказал, что это было предложение встречаться? Я просто убедился, что Дохён получит ясное представление о ситуации. И, признаться, немного развлёкся. Хан фыркнул, делая вид, что возмущён, хотя внутри всё трепетало от его близости и дерзкого поступка. Он быстро отправил селфи Дохёну, сопроводив его коротким сообщением: «Не переживай, со мной точно всё в порядке». Затем заблокировал телефон и отложил его в сторону, стараясь игнорировать изучающий взгляд Минхо. — Значит, два свидания, — Ли задумчиво почесал подбородок, его глаза лукаво блеснули. — Что ж, думаю, мы можем это устроить. Но предупреждаю сразу, свидания со мной запоминаются надолго. И могу сказать точно, после первого ты упадёшь к моим ногам. — Ага, мечтать не вредно. Зато ты точно уже упал к моим ногам, — закатил глаза Сон и сложил руки на груди, пытаясь сдержать улыбку. — Что правда, то правда.