Сказка об осеннем и добром

Он хмурил брови. Его румяное лицо блестело от слёз, а рот складывался в смешную галочку. Бильбо уселся на мягкое одеяло и склонился — лишь для того, чтобы приласкать испуганного малыша. Совсем, совсем маленький ещё, и пяти годков нет. — Ну? Кого ты испугался, негодник? — В его глазах угадывалась улыбка. Он и сам помнил, как в юные годы боялся всего. Но стойко мотал головой на все расспросы и тихо шмыгал. Чисто из бараньей упёртости, помноженной на детский несносный ум. Фродо, как и он когда-то, лишь молчаливо увёл взгляд куда-то вдаль, отвернулся и сжался. Одним движением Бильбо притянул его к себе под тихое недовольное пыхтение. — О назгулах наслушался? — вспомнил он сказку Торина, которую тот прервал, завидев хоббита. Словно между ними двумя был какой-то секрет — и посвящать Бильбо, конечно, никто не хотел. Ох уж эти гномы и их секреты! И на смертном одре не расскажет, если не захочет. — Нет. — Голова Фродо уткнулась в его ночную рубашку. Несколько секунд он молчал, словно раздумывал. А потом прошептал, — Да... — Всё будет хорошо, — пальцы правой руки зарылись в тёмные волосы. Успокаивающе огладили. Прижали ближе. — Я рядом. Лунный свет проникал сквозь круглое окно, освещая кровать и их фигуры. Доносились лишь приглушённые звуки ветра. Стукнуло. Что-то заскреблось по стеклу. Маленький хоббит вздрогнул в его руках. Казалось, он хотел задать вопрос, но тихий вкрадчивый голос уверил: — Это ветер, Фродо. Всего лишь ветер. За окном царила осень. Мало ли, кто испугать ещё решил. Не самое лучшее время. Что-то вновь врезалось в закрытое окно — уже громче. — Это не ветер! – вскрикнул Фродо и, выпутавшись из переплетения рук, выбежал из спальни. Наверняка за Торином. Бильбо вздохнул и поднялся с небольшой кровати. Всего в пару шагов он оказался у окна и вгляделся в чернильную пустоту. Словно за окном погасили свет или вдруг набежали тучи. Поблизости от окна оказалась лишь большая ветка. — Дядя! — в спальню ворвался маленьким ураганом племянник, ведя за собой хоть и явно заспанного, но серьёзного гнома. Тот так же хмурил густые брови, и теперь хоббит понимал, откуда младший взял эту привычку. Кошмар, с кем поведёшься — от того и наберёшься? — Что у вас здесь творится, мой друг? — пророкотал Дубощит, подслеповато щурясь. Ещё не отошёл от сна. Младший его разбудил прямо посреди ужасного сна — в нём Торин, кажется, умирал, а Бильбо... Тряхнув головой, он отогнал плохие мысли. — Твои сказки творятся. Фродо и Торин скрестили на нём хмурые взгляды. Бэггинс-старший закатил глаза. — Конец винтерфилта, ветер шалит, ложитесь спать скорей. Давай, Фродо, не сжимай так руку Торина — ты же не хочешь, чтобы она отсохла? Не бойся, за нами не придут назгулы, ложись, — причитал он мягко, укладывая племянника в постель и накрывая одеялом. Тот в последний момент схватил широкую руку и сжал. — Останься! — шепнул тихо. И уставился невозможными голубыми глазами, которым не отказать. Бильбо бросил усталый взгляд на так же смягчившегося Торина. И... согласился. Неужели они и правда думали, что он откажет? Сжимая чужую ладонь, он присел на постель и уткнулся в жёсткий деревянный подголовник. Торин устроился совсем рядом на полу у кровати, прижав голову к боку Бильбо, и закрыл глаза. — Хотите, расскажу вам сказку? Добрую, а не о всяких назгулах. Так вот: жил-был в норе бедный маленький хоббит...