Ты мне веришь?

      Никай поднял дрожащими руками фото и внимательно посмотрел на него. Из-за слез он до сих пор видел немного мутно, но фотографию он узнал. Это фото должно было быть удалено в тот же день, как сделано, но видимо вскрылась очередная подстава от Илли. Юноша сжал руку в которой находилась картинка и хотел убрать в карман к письму, которое написала его мать, но в кармане его не оказалось. Ники аккуратно прошёл на кухню, на столе все так же лежал конверт, однако и там свертка не было. Зато парень нашел там еще одну записку, почер в которой он узнал не сразу. Картинка сложилась когда фотография вновь выпала из кармана. Он посмотрел на письмо, на фотографию и сново на письмо.       — Илли.. — он длинно выдохнул, — За что вы так..       Взгляд Ника задержался на двери из которой пару минут назад доносился голос Эрея. "Рей видел фото... И письмо от Илли тоже читал, видимо. Он поверил ей..."       Брюнет решил сложить тексты в рюкзак, приготовил к выходу гитару и накинул серую худи. Сейчас он точно не знал куда ему идти. Место, которое он раньше считал своим тайником оказалось единственным вариантом. Для одной кофты на улице уже было достаточно холодно, но он и не торопился идти куда-то в тепло. Тепло там где тебя ждут, так ведь? Его не ждали нигде. — Никай! — юноша развернулся в сторону голоса и был немного удивлён. — Отец? — Где ты сейчас живёшь? — спросил отец строгим тоном, параллельно вынимая какой-то листок из портфеля. Ник сразу узнал его. — У друга. — Сайфэн? — Не произноси при мне это имя. — с ответным холодом в голосе ответил юноша. — Что случилось? — Пап, — перебил Ники — Софи это видела? — Да, она дала мне это. Разве ты не специально принес это? — Нет. Скажи ей, что я больше не приду. Пусть она забудет обо мне и о маме. Так будет лучше.       Ник медленно развернулся и собирался уходить, как снова окликнул взрослого. — Отдай мне это письмо! — Ник, тон сбавь. Хоть мы и не живем с твоей мамой вместе, я все еще остаюсь твоим отцом. — Просто отдай мне письмо.       Отец молча протянул бумагу подростку и поспешил удалиться. Никай медленно пошёл к главной улице, прикрывая глаза левой рукой. Скрывшись за углом здания, он остановился. Длинная улица, яркие фонари, ряд абсолютно одинаковых домов из рыжего кирпича. На одном из таких домов, около которого остановился Никай, синей краской было написано "Ева Дура". В его окружении не было Ев, но почему-то его разозлила эта надпись. Он подошел к стене и стал медленно колупать засохшую краску, но не выдержал замахнулся и с силой ударил кулаком в стену.       — Эй, эй, чувак, полегче!       Ник обернулся в сторону голоса, легонько кивнул и прикоснулся к своим костяшкам. Больно. Он погладил их своими пальцами и почувствовал, что пошла кровь. Почему все складывается именно так? Ники отошел от дома и пошел вверх по улице. Вокруг были однотипные дома и дворы, но шел он в определенный двор, к определенному месту. На крышу. ***       Никай осмотрелся и увидел звёздное небо, которое не загораживалось огромным количеством домов, вседь сейчас он находился на одном из них. Звезды напоминали юноше маленькие ноты, а созвездия такты и строчки различных песен. Ник вырвал клетчатый лист со словами его собственной песни из синей тетради с бабочками и начал подбирать мелодию на гитаре. Легкая музыка полилась от инструмента, заполняя душу Ника известными только ему (а может не только) красками. Пальцы с засохшими подтеками от крови ловкими движениями перебирали струны, а после послышался и голос юного артиста. — У тебя талант, — прокомментировал знакомый голос по окончанию мелодии. — Что это за песня? Я не слышал ее раньше.       Никай обернулся и увидел Рея. Продолжая смотреть на него безразличным взглядом, ответил.       — Я сочинил ее, пока... пока жил у тебя.       Уставшим голосом произнёс Ник. Появление Эрея невызвало у него никаких эмоций, ни радости, ни злости, ничего.       — Ники... Прости меня, пожалуйста. Я.. — в голосе Эрея чувствовалась вина, но неуспев договорить свою мысль, его перебили. — Зачем ты пришёл? — Давай вернёмся... — Зачем. Ты. Пришёл. — голос младшего стал более грубым. Их взгляды пересеклись, однако лёд который так боялся увидеть младший, сейчас источал он сам. Никай больше не хотел быть беззащитным мальчиком, поэтому говорил с отстраненностью и холодом в голосе. — Ну же, отвечай. Ты правда думаешь, что раз прогнал меня я вернусь? Нет, я и тогда не должен был идти с тобой. — Ники... — Ты уже помешал мне, ты помешал моей судьбе. А для чего? Чтобы еще поиздеваться надо мной?! Сегодня я сделаю то, что должен был еще пару дней назад! — Ники, нет! Не надо... Прошу тебя. Ники? — Не называй меня так. — Ники, почему ты вдруг стал таким?       Спросил Эрей, пытаясь хоть как-то сгладить напряжение между ними. Старшего правда волновало состояние Никая, он искренне пытался ему помочь. Но, грубость юноши делала Рею больно, и он не понимал (или не помнил) за что с ним Ник так поступает. — Я сказал, перестань меня так называть! — Я же раньше называл, ты не был против...       Эрей положил руку ему на плечо, но тот резко одернул ее.       — Не называй, не трогай! Ты можешь просто уйти?! — Ник уже сорвал голос, отвечая старшему, однако он тоже не был прост. Эрей посмотрел на раненую руку младшего, затем поднял свой взгляд на светло-голубые глаза юноши.       — Сам? Или подрался с кем-то? — мягким голосом спросил старший.       Никай длинно выдохнул и буркнул что-то вроде: "сам", а затем указал Эрею на один из бетонных блоков внутри которых были люки в подъезд. Рей хотел взять младшего за руку, которой тот указывал на выход, но на его лицо прилетела резкая пощёчина.       — Хорошо. Хорошо!! Можешь избить меня прямо сейчас, я даже сопротивляться не буду. — прикрикнул старший, потирая место удара — Главное себе не вреди больше никогда, лучше я пострадаю, чем ты снова попытаешься закончить свое суще.. свою жизнь.