Her

      Хоть до меня и не домогались, однако Оксана целовала моё лицо. Даже когда мы пошли спать женщина не отлипала от меня, а меня наоборот, даже стали как-то успокаивать её объятия. Я даже сама прижалась к ней и обняла в ответ. Даже так чувствую как она довольно улыбается и целует меня в лоб. Это странно. Но мне даже нравится это. Я впервые спокойно заснула в её объятиях. И утром была приятно удивлена, что женщина нежно поглаживает меня по голове, зарываясь лицом в мои волосы. Я аж кайф поймала от этого. Просто лежала с закрытыми глазами и кайфовала.       — Смотрю, кому-то нравится ласка, — сказано было с усмешкой. А затем женщина вздохнула, целуя меня прямо в макушку головы. — Малышка моя.       — Если бы вы были такой с самого начала, — а не сукой. — То я даже сама бы к вам полезла.       Поднимаю глаза, видя, как она задумалась.       — Возможно, я перегнула палку, — да ну, неужели она реал задумалась? Она опустила голову и выровнялась со мной, смотря прямо на меня. Мне стало как-то не очень при этом пристальном взгляде. — Мне тут посоветовали тебе коррекцию зрения сделать, чтобы ты не мучилась с ним.       Я с опаской посмотрела на неё. Я слышала и читала про коррекцию зрения, и некоторые говорили, что это очень больно. Тем более человек всё это время в сознании и всё чувствует, а боли я боялась.       — Нет, я лучше очки буду носить. — Я отрицательно покачала головой.       Оксана тяжело вздохнула и погладила меня по голове.       — Давай сходим к офтальмологу и всё же проверим твоё зрение. Это не хорошо, когда ты вдаль видеть не можешь.       На этом и договорились. На следующий же день она повезла меня в платную клинику, где я полчаса проходила врачей и мне поставили зрение как минус пять с половиной. Хуже некуда. Оксана всё это время разговаривала с главным и спрашивала по поводу коррекции зрения. И когда я пришла с результатами, и офтальмолог ничего противопоказано не увидел, то дал добро на проведении операции по улучшению зрения. Я с опаской посмотрела на этих двоих и стала покачивать головой.       — Ну пожалуйста, — я умоляюще взглянула на Оксану. — Это очень больно, а я не хочу это чувствовать.       — Тебе сделают анестезию и ты ничего не почувствуешь, — кивнул офтальмолог, — но если у тебя проблемы со зрением, то надо решать это. Неужели тебе самой не хочется взглянуть на мир по-новому? — Мужчина встал со своего места и, подойдя к шкафу, открыл его и стал что-то искать. Через пару секунд он протянул мне линзы. Я с непониманием посмотрела на него, понятия не имея, как их надевать. Тогда он открыл их и, с помощью Оксаны, которая держала меня, начал надевать линзы на меня. Это было такое неприятное чувство, что моего глаза касались. И что было инородное тело. Но зато когда глаза более менее привыкли к этому чувству, я замерла от увиденного. Я всё видела. Как будто заново родилась. Я даже видела, что находится в шкафу у врача. Неужели я также могу видеть, когда сделаю коррекцию и прощай очки? У меня будет 100% зрение.       Оксана усмехнулась, когда видела мой детский восторг. Женщина подошла ко мне и положила руку на плечо.       — Нравится? — Я кивнула, улыбаясь и с интересом стала разглядывать кабинет. — И у тебя будет такое же зрение, если ты сделаешь коррекцию. — Какая же она была довольная, поглядывая на меня. Затем она обратилась к офтальмологу и мне назначили на завтра операцию на 8 утра.       При этом доктор строго запретил мне заниматься физическими нагрузками в течении месяца. И конечно же Оксана не выдержала и спросила, можно ли заниматься сексом. Я аж покраснела от такого. Офтальмолог сказал, что не запрещается, но рекомендовал хотя бы в первую неделю не заниматься им. Также категорически запрещено посещать бани, сауны, а также купаться в горячей воде, ведь это может способствовать появлению инфекции; тереть и касаться глаз, употреблять алкоголь, курение и в особенности нельзя пить энергетические напитки, на что я расстроилась, но подумала ладно, это я могу ещё выдержать. Оксана конечно же расстроилась, но по выходу сказала, что ради меня она может подождать неделю. Я с таким нетерпением и ужасом ждала следующего дня, который наступил очень быстро, ведь мы с женщиной устроили генеральную уборку в квартире, чтобы было чисто и никакая пыль бы не попала мне в глаза. Я никогда не любила убираться, и делала это с огромной неохотой. А после Оксана заказала ужин: гриль, гарниры, холодные и горячие закуски, салаты, супы, паста и другие блюда. При том, что заказала она это на несколько дней.       Следующая первая половина дня для меня была как в тумане. Я помню, что мне стало настолько страшно перед операцией, тем более я же буду всё видеть. И я даже стала отговаривать Оксану отказаться, но она уже сказала, что заплатила за неё и уже поздно. Я помню, как меня буквально тащили к машине, как я пыталась вырваться из стальной хватки, но меня всё равно запихнули в машину. Мы приехали и женщине пришлось вновь тащить меня. Мне было настолько страшно, что я просто забыла обо всём и не хотела ничего. Саму операцию я не помнила. Очнулась уже после её окончания.       — Ну ты даёшь, — я стала постепенно приходить в себя. В глазах сначала была пелена, а затем я посмотрела на мир. Новыми глазами и кайфовала от того, что не придётся носить очки. — Ты настолько сильно перепугалась, что мне пришлось держать тебя, пока тебя фиксировали на столе. — Женщина посмотрела на меня и я в ответ тоже подняла голову. Как же было хорошо всё видеть. — Как себя чувствуешь?       — Не знаю. Я не помню что случилось после того, как мы вышли из машины и до нынешнего момента.       Оксана удивилась.       — Ты настолько сильно испугалась, что твой мозг просто заблокировал твои воспоминания. — Она с новым интересом посмотрела на меня. Мне даже не было неловко за то, что я возможно даже как-то кричала.       Я привыкала к зрению и первая неделя была скучная. Я просто сидела дома, пока Оксана была на работе и смотрела телевизор. Я даже пару раз общалась с Юлей. Она спрашивала, точно со мной всё ли в порядке. Отношение Оксаны ко мне кардинально поменялось. Она уже не бьёт и не насилует меня. Даже когда она хочет секса, то она отделывается дрочкой, при том уходит в ванную и там всё сама делает. Я даже удивилась, что меня не заставили отсасывать ей. Хотя я предполагаю, она сдерживается, чтобы потом полноценно трахнуть меня.       Через неделю, сильно меня удивив, женщина дала мне ключи от квартиры, чтобы я могла погулять, когда станет скучно. И от этого я даже прифигела. Неужели она настолько стала мне доверять, что уже ключи отдала? Я с радостью приняла их и на следующий день стала гулять. Мне даже дали денег, чтобы я купила что-нибудь себе и домой. Так странно, но я привыкла к Оксане, особенно когда мы целовались. Я получала от этого наслаждение и сама тянулась к ней.       — Ты не представляешь, как я тебя хочу, — жарко произнесла женщина, когда забрала меня с продуктами и мы зашли в квартиру, оставив на кухне пакет с едой, а сами пошли переодеваться. Там уже Оксана не выдержала и прижалась ко мне сзади, крепко обнимая и двигая бёдрами, имитируя половой акт. — Я уже не могу вторую неделю сдерживаться.       Она поцеловала меня за шею, отчего я издала резкий стон. Женщина похотливо посмотрела на меня и тяжело задышала, когда стала покусывать шею, медленно стягивая с меня бюстгальтер и жадно стала сжимать мою грудь. Я тоже тяжело задышала и прижалась к ней спиной, невольно возбуждаясь от её действий. Одна рука опустилась вниз, под мои трусики и стала поглаживать мои половые губы.       — Ты такая влажная, — горячо прошептала Оксана, вводя в меня пальцы. Я чуть не упала на пол, но мне не дали упасть, тем более прижав к стене, продолжая трахать меня уже двумя пальцами. Я уже выгибалась, сама насаживаясь на пальцы, которые начинали ускоряться. — Вот так, хорошая девочка.       — Оксана… — Женщину так сильно возбудило то, как я простонала её имя. Она полностью сорвала с меня оставшуюся одежду и сама разделась. Она схватила меня и положила на кровать, впиваясь в мою шею болезненным укусом. Но как бы это не было болезненно, я повернула шею, открывая ей полный доступ. Пару минут она просто целовала и покусывала ее, затем, подняв на меня глаза, полные похоти, брюнетка зарычала и опустила голову между моих ног. Высунув язык, провела по моим половым губам и я застонала, когда она начала вылизывать меня, посасывая клитор. Я схватила женщину за волосы и стала насаживаться на язык. Когда я была на грани кончить, Оксана резко отпрянула от меня и я недовольно посмотрела на неё. Навалившись на меня сверху, она положила руки по обе стороны от меня и я почувствовала, как кончик члена начал потираться об мои половые губы, покрывая его моей смазкой и её слюной. Как же она сдерживалась, чтобы не войти в меня резко. Но заместо этого, она начала медленно проникать.       — Ты такая горячая, — из её горла сорвался стон, когда женщина вошла в меня полностью и остановилась, посмотрев на меня. — Ты моя.       Она просто оставалась внутри меня, ожидая, когда я наконец сдамся и признаю. А мне так хорошо никогда не было, и хотелось наконец заняться с ней любовью.       — Да, я твоя. — Не знаю, как она отреагирует от того, что я на «ты» перешла.       Но Оксана лишь улыбнулась и наконец начала медленно двигаться. При каждом толчке я тяжело дышала, обняв за плечи тело напротив, а затем мои руки переместились и я начала впиваться ногтями ей в спину, когда женщина начала ускоряться. Казалось, это только сильнее возбуждало её, позволяя набирать скорость. Казалось, что помимо хлюпающих звуков, я слышала собственные стоны.       — Сильнее — вырвалось из меня в пылу страсти, и Оксана ухмыльнулась, когда начала массировать мой клитор, заставляя меня ещё сильнее сжать её член и кончить первой. Сделав пару движений, Оксана кончила в меня.       Она резко вышла из меня, перевернув на живот и заставив меня встать на четвереньки, чего было крайне трудно сделать, ведь сил у меня не было после оргазма. Затем она вновь вошла в меня, схватив двумя руками меня за бедра и начала вновь трахать меня, укусив за лопатку. Боюсь, что после такого, всё моё тело будет в засосах. Ну и ладно. Мне даже нравится, как она метит меня как свою.       Мы занимались любовью, пока не выдохлись ближе к вечеру. Женщина была ненасытна в плане секса. Сказывалось то, что она больше недели не прикасалась ко мне. Я даже сама потянулась, чтобы удовлетворить её, мои губы и рот удовлетворяли её член, пока женщина лежала на кровати с закрытыми глазами и намотала на свой кулак мои волосы, заставляя меня глубже брать в рот. Мне даже понравилось удовлетворять её. Сейчас мы обнимались и целовались. И как же это было классно.       — Оксана.       — М?       — Ты… — всё-таки было неловко к ней обращаться именно так. Я посмотрела на женщину. — Никогда не хотела семью? Ну после смерти мужа. Может даже жениться и завести детей.       Оксана замерла. Она настороженно посмотрела на меня, вглядываясь в моё лицо.       — К чему такой вопрос? — Даже в голосе слышалось напряжение.       Я пожала плечами.       — Я тут подумала. Я всё-таки живу с тобой достаточно долго, и наш секс мне уже нравится. И мне страшно, что однажды ты просто выбросишь меня, а я уже привязалась к тебе.       — Я никогда не брошу тебя, — женщина поцеловала меня в мокрый лоб. — Да и я, признаться, привязалась к тебе. И ни за что не отпущу.       — Думаю, в будущем я бы хотела стать больше, чем твоей девушкой. Я хотела бы стать твоей женой и родить тебе детей.       Женщина опешила от такого. Она с таким удивлением посмотрела на меня.       — Я люблю тебя.       Она пристально смотрела на меня не мигая, ничего не ответив на это, лишь молча встала с кровати и вышла из комнаты. Мне было больно от этого. Я встала следом и осторожно выглянула, посмотреть куда она ушла. На кухне горел свет и я тихо пошла. Оксана сидела обнажённая, даже не надев халат на своё тело и курила. Её руки дрожали, пока она, нахмурившись, о чём-то думала.       Дура, и зачем я это сказала. Хотела, чтобы меня любили. А вышло как обычно. Вся в расстроенных чувствах, я вернулась в комнату и стала собираться. Мне нужно проветриться. И плевать, что за окном уже темно. Я вышла из комнаты уже одетая и прошла к прихожей. Там я надела кроссовки и открыла дверь, даже не пытаясь быть тихой. Звук был громкий, когда открыла дверь, и я замерла. Я прислушалась, но была тишина. Разозлившись, я выбежала из квартиры и побежала вниз. Слёзы падали с глаз, когда я выбежала из подъезда и побежала, куда глаза глядят. Я достала телефон и стала записывать Юлии голосовые в телеграмме, которая почему то давно не заходила, что жизнь несправедлива, когда позади себя услышала злобное рычание. Я остолбенела от страха и осторожно повернулась, видя злобную морду овчарки. Та самая, которая напала на меня. Что она тут делает?       — Тише… — Блять, какого пола эта собака? — Мальчик…       Пёс злобно зарычал и загавкал. Страх перед животным поборол желание остаться на месте и я, закричав, побежала вперёд. Собака ещё громче залаяла и побежала на меня. Животное быстрее человека, поэтому он через пару секунд вгрызся в мою ногу и начал больно рвать на части. Я кричала и плакала от страха, боли. Мне было страшно, что я умру. Я никак не могла сбросить эту тушу. И как назло, на улице не было ни души. Я не понимала, как на мои громкие крики не сбежались люди. Я знала, что если напали сзади, нужно защищать шею любой ценой, что я и сделала. Я двумя руками закрыла шею и именно в этот момент эта сволочь вгрызлась в мои руки, пытаясь убрать их.       — ПОМОГИТЕ! ПОЖАЛУЙСТА! — У меня уже горло охрипло от криков и слёз. Моя нога и руки кровоточили и когда я уже была готова расстаться с жизнью, то услышала резкий выстрел. Пёс вздрогнул всем телом и упал. Я тяжело дышала, пытаясь прийти в себя, когда меня осторожно подняли и я увидела перепуганное лицо Оксаны.       — Валя, сильно болит? — Я уставилась на брюнетку и ещё сильнее заплакала, утыкаясь носом ей в шею. Женщина обняла меня, прижимая к себе и я почувствовала, как в одной руке она крепко сжимала пистолет. — Всё хорошо, моя девочка. Теперь всё будет хорошо.       Мне были приятны её переживания и поглаживания. Через минуту я услышала недовольный голос хозяйки собаки:       — ТЫ! — Она орала и, когда увидела мёртвое тело своего любимца, то вообще обезумела. — АХ ТЫ СУКА ТАКАЯ!       Но женщина остановилась, когда Оксана с холодным выражением лица направила на неё пистолет, одной рукой придерживая меня.       — Я предупреждала, — сквозь зубы процедила брюнетка, сжимая пистолет. — Твоя псина напала на мою девушку, — как же я была счастлива, когда она назвала меня своей девушкой. — Он мог загрызть её насмерть. И тогда ты не отделалась тюрьмой.       Женщина до крови прокусила губу, боясь пошевелиться, пока на неё был направлен дуло оружия.       — Твоя собака в любом случае была бы мертва. Либо от моей руки, либо её усыпили. Как в прочем и хозяйка.       Раздался выстрел и я прижалась к Оксане, когда тело женщины упало замертво на землю. Я с ужасом смотрела на то, как земля окрашивает в бордовый цвет, а взгляд Оксаны как был холодным, так и оставался. Она кому-то позвонила и попросила убрать следы. Затем посмотрела на меня и тут же увезла в травмпункт, где мне наложили швы на ногу и руки, поставив прививку от бешенства. Мы молчали всё это время. Когда мы приехали домой, Оксана даже не забрала мои ключи. Она молча отправила меня в комнату и я переоделась, ложась под одеяло и просто хотела забыть сегодняшний день как страшный сон.       Через пару минут дверь открылась и кровать прогнулась под весом Оксаны, которая легла сзади меня и обняла, прижимаясь своей грудью к моей спине.       — Прости, — теперь уже я молчала. — Я так перепугалась, когда на тебя напала эта псина. Я думала, что потеряла тебя навсегда. Ведь ты мне тоже дорога. Я не понимала этого, поэтому и не ответила тебе. Ведь меня столько раз предавали.       Я перевернулась в объятиях и обняла её в ответ, прижимаясь к тёплому телу, живому. Сама не поняла, как у меня пошли слёзы. Лишь то, что горячие пальцы прикоснулись к моей щеке и стали стирать слёзы.       — Я защищу тебя, — меня поцеловали в макушку головы. — Я сделаю всё, чтобы ты была счастлива. Но дети… Я пока не готова к ним. Прости. Надеюсь, ты поймёшь меня.       Я покачала головой. Хватит и того, что она признала, что тоже любит меня. Что она признала меня своей. Для меня месяц с того момента, когда мне сделали коррекцию зрения, пролетел незаметно. Мы с Оксаной стали чаще проводить время вместе, занимаясь любовью и квартирой. Женщина сказала, что сможет обеспечить меня, чтобы я занималась тем, что хотела. Она заменяла мне всех. Вот только я стала замечать, что иногда у меня сильно болит живот и я сижу в туалете по несколько минут с диареей. А ещё головокружение. Может, что-то не то съела? Мне было также плохо, когда я как-то во время перемены в университете с Настей съела за раз пюре с котлетой, а затем съела ещё чипсов и выпила энергетик. Ой как мне тогда хуёво было. Мне не понравилось это состояние. И оно сейчас, только вдвойне. Я и выпила таблетку от поноса, и валерьянку. Ничего не помогало. И тут до меня дошло. Я взяла свой телефон и открыла календарь месячных. Две недели задержки. Я ужаснулась от этой новости.       — Не может быть… — Я тут же схватила ключи, пока Оксана была на работе, сбегала в ближайшую аптеку и купила тест на беременность. Наплевав на то, что нужно это делать на следующий день, я сразу же сделала. Сижу на унитазе и с ужасом смотрю на то, как появляется вторая полоска. — Пиздец.       Нет. Как это случилось? КАК?! И что я теперь скажу Оксане? Она же сказала, что не готова к детям из-за прошлого.       Я стала нервничать сильнее, когда в дверь резко постучались. Сначала тихо, а потом настойчивее. Это не Оксана. Кто это?       Я подошла к двери и спросила, кто это.       — Открой, ёпта, дверь! — Я одновременно и удивилась и обрадовалась этому голосу, судорожно пряча тест на беременность в карман шорт и открывая с помощью ключа дверь. В квартиру ворвалась Юля и крепко обняла меня. — Наконец-то! Я тебе уже десять минут звоню, а ты не берёшь!       — Но как?       В квартиру быстро вошёл Вадим и обнял меня. Я обняла брата и напряглась, когда увидела третьего человека. На лицо азиат. Кто это?       — Потом объясню, — он кивнул мне и я тоже кивнула, пока Юля оббежала квартиру и, взяв меня за руку, потянула на себя, чтобы я как можно скорее начала собирать свои вещи. — Где твои вещи?       — Зачем?       — В смысле «зачем»? — Сестра остолбенела от шока и уставилась на меня. — Мы пришли спасти тебя. — Она подошла ко мне вплотную и нахмурилась. — Валя, только не говори мне, что…       Я покраснела и отвела взгляд, потупив его. Она всё поняла.       — Твою мать! — Юля легонько ударила себя по лбу и, схватив меня за плечи, стала дёргать. — Не говори, что ты влюбилась в своего насильника!       — Она помогала мне, вот, теперь я могу видеть без очков очень хорошо.       — Но она насиловала тебя, избивала! — Не унималась сестра, пока парни пошли в сторону кухни и, открыв холодильник, стали кушать, совершенно не обращая внимания. — Валя, это называется Стокгольмский синдром. И он у тебя во всей красе!       Пожалуй, не стоит говорить ей, что я ещё и беременна от Оксаны.       — Валя, это ненормально, — Юля с ужасом посмотрела на меня. А затем на мои руки и ногу, от которых остались шрамы после нападения собаки. — Валя, она убьёт тебя. Она медленно, но верно убивает тебя. Я не хочу терять сестру.       Юля заплакала, а я почувствовала себя виноватой и это образумило меня. Что, если она права? Вспоминаю, как хотела сбежать от Оксаны за насилие. И понимаю, что я попала в её плен. Эта женщина специально загнала меня в ловушку, чтобы я зависела от неё. Я схватила сестру за руку и кивнула ей.       — Ты права, надо валить отсюда, и срочно. — Юля вмиг обрадовалась и обняла меня.       — Вот это моя сестра.       Вадим отдал мне чемодан и я начала быстро собирать все свои вещи, которые Оксана купила мне. Пока я собирала вещи, Юля попутно рассказала, что когда я позвонила ей, они в тот же день с Вадимом начали планировать мой побег. Самое сложное было, это обзавестись машиной и деньгами. И тут на помощь пришёл одногруппник Юли, Ахмед, который как оказалось, был метисом казаха и корейца. Ему уже было 21 год и у него уже были водительские права, а также деньги разных стран, ведь он ездил с семьёй отдыхать. Но он всё же напрягал меня. Взгляд был таким неприятным, особенно когда он буквально стал рассматривать меня. Только когда он отошёл в туалет, я смогла расслабиться. Или может это уже я потеряла связь с окружающими людьми?       Вещи были собраны и мы пошли вниз. Вадим и Ахмед как раз обворовали холодильник Оксаны, собрав всю еду, что была и нарезав несколько бутербродов.       — Я разве говорила, какой адрес и тем более какая квартира нужна?       — Ты уже забыла? — Вадим удивлённо посмотрел на меня. — Примерно две недели назад, когда ты жаловалась Юлии на Оксану, ты закричала и твоё голосовое оборвалось.       А, момент нападения на меня собакой.       — Что случилось с твоими руками и ногой?       — На меня напала собака. — Мы вышли и я сразу посмотрела на то место, оказывается, я недалеко убежала. На земле ничего не было. Будто не там недавно лежало два трупа.       Мы подошли к тойоте камри и я сразу села сзади. Юля хотела спереди, но Вадим опередил её.       — Эй! — Недовольно уставилась на брата сестра. — Я хотела сесть спереди.       — Я первый. — Вадим показал ей язык. — Как и в прошлый раз.       — Сучка.       Юля села со мной и мы тронулись. Я узнала, что решили ехать сначала до Омска, там передохнём день-два и поедем в сторону Казахстана.       — Кстати, — обратилась ко мне Юля. Всё равно мы ехали в полном молчании, и лишь Ахмет через время включил музыку в машине. — Ты на каком моменте остановилась на Амфореусе?       — На моменте, где оказывается, что Цифер умерла и обманула всех, что Амфореус давно не защищают боги. Что все начинают умирать, а Фаенон остаётся за главного и приказывает нам уходить. И мы остаёмся вместе с Мемо вдвоём.       — Ты не представляешь, оказывается Мемо это…       И Юля рассказала весь сюжет заново, чтобы я понимала всё с начала до нынешнего патча. Мы долго вместе с Вадимом обсуждали сюжет Амфореуса и согласились на том, что Элизия в хонкай импакте была и остаётся лучшей. Тем более когда её дефабнули, на что Юля и жаловалась.       Мы ехали довольно долгое время, и уже начинало темнеть. Мы решили остановиться рядом с дальнобойщиками и поспать, а на утро ехать дальше. Мы выпили воду и съели бутерброды, прежде чем легли (если можно так сказать) в машине.       Когда я проснулась, то поняла, как у меня болит голова. Но ещё странное было в том, что я была связана и валялась на холодном полу. Мой рот был тоже связан, я не могла пошевелиться вообще никак. Что за херня?! Судорожно пытаюсь оглядеться и вижу в темноте ещё кого-то. Как только дверь подвала (почему то я была в этом уверена) открывается, я чуть не отползаю со слезами от ужасающей картины: тела Вадима и Юли были вскрыты, у них были вырваны глаза и язык, во лбу виднелась дырка и свёрнуты шеи. Ко мне подошёл какой-то мужчина вместе с Ахмедом. Мужчина грубо схватил меня за подбородок и поднял на себя.       — Она? — Спрашивает мужчина, смотря не мигая на меня. Ахмед коротко кивает ему и тогда мужчина поднимается на ноги, достаёт из кармана пачку денег и передаёт парню.       — Девушку убивать не стоило, — недовольно на него посмотрел Ахмед, с сочувствием посмотрел на Юлю и с безразличием на Вадима. — Она мне вообще-то нравилась.       — Плевать, другую девку найдёшь. А теперь вон.       Я ничего не понимала. Кто эти люди? Почему они убили Вадима и Юлю?!       Мужчина вновь заставил меня посмотреть на него.       — И чего это Оксана нашла в тебе? — Он стал осматривать меня. — Уродливая, тем более жирная. Чем ты могла её заинтересовать?       Мне освободили рот и меня затошнило под себя.       — Что происходит?! Причём тут Оксана и мои родственники?!       Я не могла смотреть на сестру и брата. На глазах уже давно навернулись слёзы. Из-за меня они убиты.       — Ничего личного, просто твоя ненаглядная слишком много убила наших людей. А мы отыграемся на тебе. Эй, мальчики. Заходите.       Я в ужасе посмотрела на голых мужчин, которые стали заходить в подвал. Их было по меньшей мере пятнадцать.       — Нет, пожалуйста, не надо!       — Она ваша.       Это была как команда. Мужчины накинулись на меня и стали разрывать на мне одежду, а затем один из них резко вошёл в меня, а второй вошёл в мою задницу, отчего я закричала от боли.       — Смотрите, мой член в ней идеально помещается. — Они ржали как дикие. — Она явно шлюха.       — А в задницу у неё не было.       На этом моменте моя жизнь оборвалась. Меня насиловали днями и ночами, оставляя после себя запах пота, тестостерона и спермы, покрывая мои внутренности и тело. Я не знаю, сколько прошло времени. Я хотела одного. Умереть. Я уже даже пожалела, что сбежала от Оксаны. Могла бы подойти и всё рассказать ей. И тогда возможно Юля и Вадим были живы. Слёз у меня больше не осталось. Лишь потухший взгляд. Мне кажется, я из-за стресса похудела. Ведь меня морили голодом и изредка давали попить.       И так продолжалось до тех пор, пока я не услышала крики и стрельбу. Через мгновение в подвал открылась дверь и я не подняла головы. Плевать. Пускай убьют меня. Мне всё равно.       — Валя! — Я услышала смутно знакомый, и в то же время нет голос. Я подняла голову и встретилась с глазами Мираны. И тогда мои глаза расширились. Что она тут делает? — Боже мой!       Женщина подошла ко мне и стала искать хоть что-нибудь накинуть на меня. Она нашла наподобие пледа и накинула на мои плечи. Я прижалась к ней. Это мне снится или нет?       Затем в подвале появилась окровавленная Оксана. Она побледнела, когда спустилась к нам и крепко обняла меня, сжимая в своих объятиях. Я заплакала, когда увидела её и прижалась в ответ.       — Детка, — как же у неё дрожали руки, что крепко прижимали меня к себе, словно боясь отпустить. — Прости меня. Если бы я сразу отследила твой телефон, то нашла тебя гораздо быстрее. В проёме появилась Амелия, вся в крови, как и Оксана. Женщина подошла к нам и критически оглядела меня.       — Срочно вывести её. — Женщина небрезгнула надеть на мои плечи свой пиджак. Оксана взяла меня на руки и понесла к выходу. Повсюду видела одни трупы и залитые в кровь полы и стены. Я прижалась к женщине, закрывая глаза и надеясь, что этот кошмар наконец закончится.       Когда мы приехали, то первым делом я сразу пошла в душ. Я взяла мочалку и тёрла своё тело, в надежде убрать из себя этот вонючий запах, пота и спермы. Благодаря тому, что мы с Оксаной занимались вагинальным сексом, у меня болела только задница. Я надеялась, что её не порвали. Мои вещи валялись рядом с душем. Мои руки дрожали, когда я вспомнила, что случилось с Вадимом и Юлей.       — Тише, моя девочка, — я даже не заметила, как в душе оказалась Оксана. Брюнетка была в одежде и крепко обнимала меня. — Теперь всё будет хорошо. Эти ублюдки теперь мертвы.       — Это моя вина, — я повернулась и уткнулась женщине прямо в мокрую одежду, мне было очень плохо, мне нужна была её поддержка. — Если бы я не сбежала, они не пострадали.       Оксана стояла и поглаживала по моей обнажённой спине. На мои слова она всего лишь вздохнула.       — Если тебе станет легче, — Оксана подняла моё лицо и нежно чмокнула в губы. — Тот, кто сдал вас, уже мёртв.       — Ахмед?       Оксана кивнула.       — Что отец, что сын. Одного поля ягоды. И наконец они оба мертвы. Они хотели через тебя найти меня и отомстить. Ведь я опытный убийца.       Мы ещё пару минут стояли обнимаясь, и после Оксана сказала, что приготовит ужин. Женщина вышла из душа и подняла мою одежду, из которой кое-что выпало.       — Что это? — Женщина наклонилась и подняла вещь. Но тут же она побледнела, когда посмотрела на меня. И я только сейчас заметила тест на беременность. Твою мать.       — Э… Это… — Я даже не знала как начать.       — Он не мой. — Руки Оксаны задрожали, когда женщина вновь посмотрела тест на беременность и на две полоски. А затем в безумии женщина рывком оказалась рядом со мной и, схватив меня за волосы, больно выдернула из душа, отчего я упала на пол, ударившись задницей и плечом.       — Нет, подожди, он твой! — Мне стало страшно от того, что женщина не верила мне.       Но на моё заявление она лишь усмехнулась и покачала головой. Затем меня ударили по лицу и полная темнота.

***

      Очнулась я уже в неизвестном месте, как оказалось, это был лес. Только вот руки мои были связаны сзади, и на меня сверху упала земля. С ужасом я осознала, что нахожусь в яме, что уже засыпали и осталась половина туловища. Я посмотрела на Оксану, что с холодным выражением лица закапывает меня заживо.       — Оксана! — Слёзы текут по лицу, когда я понимаю, что меня просто убьют. Юля была права. Она убьёт меня. — Пожалуйста, поверь мне! Он твой! Я забеременела от тебя!       — Хватит разговоров, — я поёжилась от грубого тона женщины. Она остановилась и посмотрела на меня. — А я то думала, что наконец в моей жизни что-то хорошее будет. Я правда думала, что мы станем семьёй. А ты посмела забеременеть от тех ублюдков. Ну конечно, наверное, понравилось, когда тебя ебёт мужской член?       — Пожалуйста, прекрати говорить это, я люблю тебя.       — Не ври, — качает головой. А в глазах грусть. Затем Оксана достала пистолет и сняла с предохранителя, направив дуло на меня. — Последние слова?       От страха я задрожала, насколько это было возможно. А какой смысл умолять её? Всё равно ей плевать на меня. Она даже не верит, что это её ребёнок. Я подняла голову и посмотрела на неё с ненавистью. Юля бы оценила.       — Чтоб ты подавилась, сука!       Желваки заиграли на скуле брюнетки.       — Ах ты пизда бессердечная.       Оксана нажала на курок и прозвучал выстрел. Я от неожиданности дёрнула голову назад, а затем стало холодно и темно.

***

      Оксана с безразличием смотрела на то, как из девушки уходит жизнь. Как кровь заливает не только лоб, но и полностью лицо и землю. Брюнетка достала сигарету и закурила. Она огляделась, смотря на шестеро могил, в которые она сама же и завела своих девочек, и вот она снова убила свою девочку. Беременную. История повторяется. Оксана с силой сжала сигарету, не чувствуя боли от огня. Опять её предают. Она надеялась, что хотя бы с ней возможно она станет более терпеливой и спокойной, что в принципе под конец она и начала делать. Она не верила, что девушка забеременела от неё. А лишний груз в виде ребёнка, тем более от неизвестного мужчины ей не нужен.       Закончив копать, Оксана бросила сигарету на могилу, выдыхая кольцами дым. Жаль что так получилось, ведь девушка ей нравилась. Женщина повернулась и села в машину, уезжая обратно в город. Ей срочно нужно проветриться.       Зайдя в первый попавшийся бар, Оксана заказала виски и с первого глотка осушила напиток. Затем заказала второй, третий стакан. И так, пока полностью не опьянела. Затем женщина переместилась на диван и закурила, где уже вовсю целуются парочки. Но тут её взгляд притягивает очень красивая девушка с кудрявыми рыжими волосами и веснушками на носу. Оксана хищно улыбнулась. Она нашла новую жертву.