Испытания Сириусом

      — Сириус, — сделав глубокий вдох, Джеймс смотрит на своё отражение, представляя Сириуса. — Ты мне как брат и твой брат мне как брат… Нет, это лишнее.       Он уже полчаса пытается сказать Сириусу, что встречается с Регулусом. Ну, тренируется. Но даже это получается не очень. Нужные слова не лезут в голову.       — Сириус, Бродяга, ты мне дорог, так же как и Регулус, но он дороже немного в другом плане. Я люблю его, и он вроде как любит меня, по крайней мере, я надеюсь на это. Не то, всё не то. — Прислонившись лбом к зеркалу, пару раз прикладывается, чтобы что-нибудь нормальное влезло. — Бродяга, я встречаюсь с твоим братом.       — Ты что?!       Испуганно обернувшись, Джеймс нервно улыбается, смотря в серые глаза друга. За спиной Сириуса маячат Ремус и Питер, которые переглядываются сначала между собой, а потом в упор смотрят на него. Конец всё ближе и ближе.       — Я… Я… Мы с Регулусом…       Джеймс отмирает и двигает руками по пространству между ними, будто это объяснило бы всё.       — Вы-вы? — Сириус издевательски вскидывает брови и кивает.       — Мы немножко… встречаемся. — В горле пересохло и чертовски захотелось пить, но он не мог позволить себе даже двинуться под пристальным взглядом Бродяги.       — Немножко? Совсем немножко? — Питер прыскает и кашляет, маскируя смех, чтобы ещё и ему не прилетело.       — Ну, не то чтобы… Мы почти год… Ну, того.       — «Почти год» что? — Сириус делает шаг к нему и Джеймс едва сдерживается, чтобы не прижаться к зеркалу за спиной.       — Встречаемся. — На одном дыхании выпалил Поттер и сглотнул скопившуюся слюну, опасливо смотря на друга.       — И спите. — Блэк щурится и взмахивает рукой, когда Джеймс пытается что-то возразить. — Ну что ж, Поттер, видимо, ты просишь моего благословения.       — Благословения? — Тихо переспрашивает Джеймс и быстро переглядывается с другими друзьями, но они только насмешливо смотрят на него, не предпринимая никаких действий, чтобы помочь.       — Именно так. — Кивнув, Сириус складывает руки за спиной и начинает медленными шагами мерить комнату.       — Для начала ты должен доказать всю свою любовь.       — Кажется, он итак каждую ночь доказывает Регулусу свою любовь. — Насмешливо фыркает Питер и тихо смеётся, когда получает испепеляющий взгляд от Джеймса. Сириус раздражённо машет рукой и откидывает со лба чёрную прядь.       — Он будет её доказывать не Регулусу, а мне.       Ремус хмурится, всерьёз беспокоясь за своего парня.       — Я не буду с тобой спать! — Тут же возражает Поттер и для достоверности прикрывает ладонями пах.       — Без обид, Сохатый, но меня привлекает мой Луни, а не ты. — Сириус насмешливо фыркает и останавливается перед ним. — Ты должен пройти все испытания, которые я для тебя приготовлю. Всё по традициям Блэков.       — Не думаю, что Реджи будет рад, что я добиваюсь благословения его брата с помощью традиция Блэков. — Бормочет Джеймс, прекрасно зная, как его парень ненавидит свою семью.       — Ладно. — Сириус закатывает глаза, будто делает ему великое одолжение. — Тогда я сам лично приготовлю тебе все испытания.       — Даже интересно, что придумает твой больной мозг. — Петтигрю выгибает бровь, расслабленно прислоняясь плечом к косяку. Сириус только отмахивается от него.       — Первое испытание: найти сто синонимов к слову «любовь» и сто комплиментов, подходящих для Регулуса. Комплименты должны быть искренними и оригинальными.       — Ладно. — Бормочет Джеймс. — Может, скажешь и другие испытания?       — Нет. — Сириус невозмутимо смотрит на него. — Могу только сказать, что их будет три, а может и не три. Посмотрим на твоё поведение.       — Я надеялся, что ты разрешишь с ним встречаться на правах лучшего друга. — Поттер обиженно смотрит на него, когда Сириус громко смеётся, откинув голову назад.       — На правах лучшего друга я могу хоть кровью своей поделиться, хоть в Азкабане отсидеть за тебя, но это всё касается нас, а мы сейчас говорим про тебя и Реджи. Так что, готовься, завтра буду всё проверять. — От хитрого прищура его бросает в дрожь, но Сохатый старается не показывать этого. — Совсем забыл, запрещено использовать магию и спрашивать советов у других. Я узнаю, если ты нарушил какое-то из этих правил.       Мило улыбнувшись, он похлопал Джеймса по щеке и вышел из комнаты, насвистывая весёлую мелодию. Джеймс умоляюще смотрит на друзей, но Питер только смеётся, а Ремус тяжело вздыхает, обещая поговорить со своим парнем. Джеймс просто надеется, что безумие Блэков не сильно отразилось на Сириусе, иначе, если ему что-то не понравится, Джеймс полетит с Астрономической башни.

***

      Джеймс потирает красные глаза под очками, пытаясь сфокусировать взгляд на пергаменте. Буквы расплываются и не хотят складываться в слова, но он упорно пытается что-то разобрать, хоть и собственноручно всё составлял.       Во внутреннем дворе было не так много учеников, но все они будто чего-то ждали, и у Джеймса было дурно предчувствие, что ждали Сириуса и начало испытания. По бокам садятся Ремус и Питер, и Джеймс судорожно сглатывает, когда Сириус появляется прямо перед ним, сложив руки на груди и ухмыляясь. За его спиной стоят Барти и Эван, которые насмешливо смотрят на него. Толпа заинтересовано загудела, заставляя Джеймса вздрогнуть и сжать пергамент чуть подрагивающими пальцами. Чёртовы нервы.       — Ты решил опозорить меня перед всем Хогвартсом? — Раздражённо шипит Джеймс, большими глазами оглядывая огромную толпу. Ему показалось или на третьем этаже и правда стоит Минерва?       — Почему нет? — Невинно пожав плечами, Блэк тянет его за руку, вынуждая подняться, и оборачивается к взбудораженной толпе. — Сегодня и в последующие два дня вы узрите всю любовь лучшего охотника Гриффиндора — Джеймса Поттера к моему брату — Регулусу Блэку!       Студенты возбуждённо загудели, а по напряжённой спине скатилась капля пота. Джеймс хотел искренне надеется, что о его позоре не узнает Регулус, хоть всё и будет посвящено ему, но присутствие Барти, Эвана и остальных представителей Слизерена рушили даже этот маленький блеск надежды. Сириус всегда любил издеваться, но раньше это не выходило за рамки.       — Давай, Джейми, покажи нам всю свою любовь. — Сириус театрально широко развёл руки, будто приглашал обняться.       — Для начала: сто синонимов к слову «любовь». — Сквозь зубы цедит Джеймс и опускает глаза на пергамент. — Искренность, близость, очарование, завороженность…       Толпа притихла, вслушиваясь в громкий голос Джеймса. Щёки пылали от стыда, но если это нужно, чтобы получить грёбаное благословение, то он будет позориться до конца.       — … восторг, единство, самопожертвование, свет, божественность. — Смочив пересохшие губы, он исподлобья смотрит на довольного Блэка. — Сто комплиментов, подходящие для Регулуса.       Прикрыв глаза, он представил нежно улыбающегося Регулуса.       — В его глазах я вижу целые галактики невысказанных мыслей. Меня покоряет его честность и принципиальность. Его улыбка может растопить даже самый холодный лед.       Реджи в его мыслях широко улыбался, принимая все комплименты, и ободряюще переплетает их пальцы.       — … Он не такой как все, и это делает его особенным. Он — словно загадка, которую я хочу разгадать. Он…       — Что здесь происходит? — Реджи из его мыслей начал подозрительно говорить за спиной, и Джеймс резко обернулся, от чего очки чуть съехали.       — Твой глупый парень пытается добиться моего благословения. — Сириус фыркает, но в уголках его губ держится довольная улыбка.       — Что за чепуха. — Регулус хмурым взглядом обводит притихшую толпу и требовательно тянет парня за запястье. — Пойдём, Джейми, он просто издевается.       — Нет, я должен сказать ещё два комплимента. — Джеймс упрямо качает головой и аккуратно освобождает запястье, не отрывая взгляда от серых глаз. — Ты — мой сон, моя мечта, моя реальность. Ты — моё самое дорогое сокровище, первая и последняя любовь.       Толпа молчит несколько секунд и взрывается криками и хлопками. Сириус отворачивается к Ремусу, но Джеймс успевает заметить его довольную ухмылку. Переводит взгляд на Регулуса и замечает красные уши.       — Ты что только что наговорил, Поттер? — Тот раздражённо шипит, но Джеймс распознаёт смущение в его голосе.       — Сто комплиментов. — Серьёзно отвечает он. — До этого было сто синонимов к слову «любовь».       — Поверить не могу, что ты выполняешь глупую прихоть моего глупого брата. — Регулус качает головой, но не может сдержать лёгкую улыбку.       — Тебе же было важно, чтобы он знал о нас и принял. — Притягивая парня в свои объятия, Джеймс широко улыбается и уже тянется к его губам, но оба вздрагивают от громкого крика Сириуса.       — Не сметь! — Он отталкивает их друг от друга и встаёт перед ними. — У тебя есть ещё два дня, Сохатый, чтобы я мог решить: достоин ли ты моего брата или нет.       Регулус тяжело вздыхает и уже готовится ответить брату, как во двор выходят преподаватели и разгоняют их. Толпа огорчённо стонет, но послушно разбредается. Не успевает Джеймс договориться о встрече, как Сириус утягивает его за собой и единственное, что ему остаётся — устало улыбнуться своему парню и махнуть рукой.       — Второе испытание: признаться в любви Регулусу через посредника.       Сириус остаётся доволен собой, а Джеймс судорожно пытается подобрать подходящего кандидата, который передаст в точности всё, что он сказал, а не перевернет с ног на голову.       — Ладно, хорошо.       — Посредника выберу я. — Сириус ухмыляется, когда Джеймс бледнеет и издевательски тянет. — Признайся в любви через животных.       — Чего? — Осоловело моргнув, Джеймс беспомощность смотрит на такого же озадаченного Ремуса.       — Правила те же: не используй магию и не проси других.       — Как я это сделаю?       Джеймс останавливается посреди коридора и хмурится на хихикающих учеников.       — А это уже твои проблемы. — Чуть ли не пропел ему на ухо Блэк.

***

      — Крукшанкс? Серьезно?       Поттерт с сомнением смотрит на чёрного облезлого ворона, сжимая конверт в руках. Сириус скрещивает руки на груди и кивает.       — Да. Ты должен уговорить его отправить письмо Регулусу, но не прибегать при этом к магии или помощи кого-то другого.       Блэк довольный собой отходит в сторону к другим заинтересованным студентам. Джеймс осматривается, замечая Барти и Эвана, и с долей облегчения не видит Регулуса. Хоть кто-то не будет видеть его позора.       Ворон Филча лениво клюёт землю, не обращая внимания ни на кого. Джеймс неуверенно подходит к нему и встаёт на колени. Крукшанкс даже голову не повернул, только недовольно дёрнул крылом на нарушителя спокойствия.       — Привет, Крук. — Поттер судорожно сглатывает и осматривается на толпу, надеясь не увидеть там Регулуса. — Мне, в общем-то, нужна твоя помощь в… Ну знаешь, мне нужно признаться Реджи в любви, что я и сделал, а ты… Ты не мог бы отнести это письмо ему?       Он глупо тычет пергамент под клюв, но ворон только отворачивается.       — Подкупи его! — Насмешливо кричит Питер из толпы, но Джеймс только плечами дергает. Ворон Филча ест только из рук Филча, и подкуп принимает только из его рук.       — Ну, хочешь, я тебе найду самых лучших червяков? — Джеймс ползает на коленях за уворачивающимся клювом, не обращая внимания на смешки. — Я найду тебе самые блестящие предметы, какие только есть в Хогвартсе.       Джеймс уже начал радоваться, когда ворон поднял на него голову, но в маленьких глазках сквозило только презрение. Взмахнув крыльями, Крукшанкс взлетел.       — Стой!       Вскочив, Джеймс побежал за улетающим вороном под дружный смех, спотыкаясь о камни.       — Тебе сложно, что ли?! — Подпрыгнув, он попытался схватить Крука, но только получил крылом по лицу. — Это же просто послание! Я же не заставляю тебя ему говорить «Я люблю тебя»!       — Почему Джеймс признаётся в любви ворону? — Регулус недовольно посмотрел на брата, но тот только отмахнулся.       — Не понимаю о чём ты.       Тяжело вздохнув, младший Блэк пошёл в сторону прыгающего парня. Тот не замечал абсолютно ничего, кроме спокойного ворона.       — Ну, Крук, мы же друзья. Передай чёртово послание!       Вздëрнув бровь, Регулус схватил своего парня за шкирку, когда тот попытался залезть на дерево, на котором сидел Крукшанкс.       — Джеймс, прекрати позориться. — Сквозь зубы шипит Блэк, пытаясь оттащить Поттера от дерева.       — Прости, Реджи, но я должен выполнить второе испытание. — На миг прикоснувшись к щеке Блэка, Джеймс нежно улыбается, но уже через секунду предпринимает ещё одну попытку скалолазания. — Крук, я же ведь по-хорошему прошу!       — Джеймс, что ты…       Не успел Регулус договорить, как ворон, который лишился одного пера, когда Джеймс попытался его схватить, вцепился когтями в лицо гриффиндорца. Широко распахнув глаза, Блэк начал отгонять птицу от парня, который вертел головой и жмурился, чтобы не лишиться глаза.       — Что здесь происходит?!       Во двор выскочили Минерва с Горацио. За их спинами маячил Филч и ворон тут же улетел к хозяину.       — Простите. — Виновато потупив взгляд, Джеймс потëр ссадину на щеке, оставленную острым когтем Крука.       — Минус пятьдесят очков Гриффиндору за неподобающее поведение! — Минерва отводит строгим взглядом толпу, останавливаясь, наконец, на Поттере. — И я буду вынуждена написать письмо вашему отцу о ваших… проделках.       — Да, профессор МакГонагалл. — Тяжело вздохнув, Джеймс смотрит на притихших друзей.       — Но всё же, — Гораций позволил себе лёгкую улыбку в сторону гриффиндорца. — Удачи.       Под ошарашенное молчание профессора удалились обратно в школу, прихватив недовольно от Филча.       — В любом случае, Сохатый, — прочистив горло, Сириус нагло ухмыляется. — Второе испытание не пройдено. У тебя есть еще несколько часов.       — Джеймс, если ты будешь творить ерунду, я брошу тебя. — Регулус серьёзно смотрит на притихшего парня.       — Ты хотел, чтобы я поговорил с Сириусом. Он выбрал для меня испытания, и я пройду их, чтобы мы могли встречаться нормально. — Уверенно говорит Джеймс под тихий стон Блэка.       — Джеймс!       Но он уже не обращает внимания на ругательства своего парня, убегая в сторону школы. Толпа расступилась перед ним и пошла следом. Всё же было интересно, чем закончится схватка гриффиндорца и обычного ворона.       Благо, Крукшанкса долго искать не пришлось. Тот спокойно сидел на окне и чистил перья. Джеймс медленно подошёл к нему и вытащил письмо из кармана.       — Крук, я умоляю тебя, отнеси это письмо Регулусу.       Джеймс уже готов был заплакать от того, с каким презрением ворон глянул на письмо. Склонив голову набок, он приоткрыл клюв, будто и правда готов был отнести письмо. Медленно протягивая письмо, Джеймс затаил дыхание, как и половина школы.       — И что ты нашёл в этом придурке? — Где-то на периферии слышится насмешливый голос Эвана, но Джеймс упрямо поджал губы, не заостряя на этом внимание.       — Давай же. — Когда письмо было уже почти достигнуто цели, Крук щелкнул клювом и взлетел. — Да стой же ты!       С громким криком гриффиндорец побежал за вороном.       — Какой же идиот. — Обреченно застонав, Регулус побежал за парнем.       Переглянувшись со своим парнем, Сириус побежал за другом и братом, не желая пропустить всё веселье.       — Отойди от Крука!       Вздрогнув от громкого крика Филча, ученики смотрели, как он гоняется за Джеймсом на пару с Регулусом. Только первый хотел спасти своего ворона, а второй настучать по дырявой голове своего парня. А третий просто Сириус, который наслаждается всем.       — Вмешаться или не стоит? — Лениво тянет Барти, переглядываясь с Эваном.       — Не думаю, там и без нас уже целая куча. — Хмыкнув, Розье облокачивается о подоконник, с любопытством наблюдая за беготней.       Когда Джеймс, уже в который раз подпрыгнул, чтобы поймать ворона, его с ног сбивает Филч. Рядом с лежачими останавливается Регулус и начинает что-то быстро говорить Филчу. Отмахнувшись от него, сквиб поворачивается к гриффиндорцу, который к большому удивлению всех вокруг, встаёт на колени и чуть ли не обхватывает колени ошарашенного мужчины.       — Что здесь происходит? — Вздрогнув, слизеринцы разворачиваются к МакГонагалл и заслоняют собой вид из окна.       — Да так, птичками любуемся. — Послав игривую улыбку одной из представительниц Когтеврана, Эван получает тычок под рёбра и недовольно шикает.       — Знаю я, какие там птички. — Минерва тяжело вздыхает и отодвигает их от окна. Брови медленно ползут от удивления вверх и парни переглядываются.       Стоило увидеть, что так удивило декана Гриффиндора, как они сами едва из окна не вывалились. Крукшанкс взял письмо из рук Джеймса и подлетел к Реугулусу. Рядом стоял Сириус и даже на этом расстояние они могли почувствовать всё его удовольствие от этой сцены.       — Ладно, теперь вопросов нет, что Рег нашёл в Поттере.       Эван только молча кивнул, соглашаясь с парнем.

***

      Джеймс осматривает шумную столовую, на мгновение задержав взгляд на задумчивом Регулусе. Блэк в упор смотрит на него, взглядом предостерегая от очередной ерунды. Сбоку второй Блэк насмешливо смотрит на него, думая, что он, Джеймс, не сможет выполнить третье испытание. Да чёрта с два.       — Я даже знать не хочу, что опять выдумал твой больной мозг. — Недовольно бормочет Ремус.       — Это самое лёгкое и безобидное испытание. — Невинно пожав плечами, Сириус наблюдают за удаляющимся другом.       Регулус щурится, когда Джеймс начинает уверенно приближаться к нему. В голове бьёт тревога, загорается красная лампочка, желание убежать отсюда, чтобы не наблюдать за позором своего парня при профессорах, но… Он просто не может бросить Джеймса, особенного, когда он так старается выполнять глупые задания его брата.       — Раз-раз, — громкий голос раздался по всей столовой, от чего ученики и профессора мигом замолчали. — И это третье испытание моего самого любимого друга.       Ученики взорвались громкими аплодисментами в сторону довольного Сириуса, который принимал похвалу за издевательство над другом.       — Я даже боюсь спрашивать, что за испытание. — Бормочет Регулус, чуть нахмурив брови.       — Он сказал написать стих про тебя и исполнить его на столе перед тобой.       С профессорского стола послышался чей-то задушенный кашель. Минерва поперхнулась от такого поведения своего ученика.       — Ты же не собираешься этого делать? — Сквозь зубы шипит Блэк, отодвигаясь ближе к своим друзьям.       — Прости, Реджи, но это ради нас.       Пожав плечами, Поттер вскочил на скамью и у Регулуса подозрительно дернулся глаз. Если Поттер вскочит на стол, он убежит отсюда с криками и проклянет его.       Прочистив горло, Джеймс громко начал читать:       Мой Реджи, ты как темная звезда,       Что светит ярко в сумраке ночном.       Твой ум, как бездна, полон навсегда       Тайн, что пленили сердце мне давно.       Ты словно Блэк — и гордый, и крутой,       Но глубже взор — там нежности река.       Ты словно Снитч, летящий предо мной,       За коим вслед душа летит моя.       Ты — мой астральный компас, мой маяк,       Ведущий сквозь все бури и ненастья.       С тобой готов я хоть сейчас в Ирак!       (Ну, или в сад, где Слизнорт варит снадобья.)       Твои слова — как музыка сфер,       Твой взгляд — как луч, пронзающий мне сердце.       Я твой навеки, верь мне, верь, поверь!       (Поверь, что мне с Вальбургой не ужиться!)       Ты — Полярная звезда моя,       Что в небе вечно будет мне светить.       И я, как верный пес, всегда       Готов тебе всю жизнь свою служить!       Ты — Блэк, а я — Поттер, что с того?       Наперекор судьбе я закричу:       Я так люблю тебя, всего, всего!       (И даже Кикимера научу!)       Регулус сидит не шевелясь. Он сначала бледнеет, потом краснеет, не знает смеяться ему или плакать.       — Поттер, ты хоть понимаешь, что несешь? — Серые глаза широко распахиваются, в упор смотря на довольного Джеймса.       В отличие от него, другой Блэк в полном восторге! Он громко аплодирует, свистит и выкрикивает:       — Браво, Джеймс! Браво! Но можно было и лучше! Больше пафоса, больше страсти!       Питер закатывает глаза и говорит:       — Сохатый, это просто ужасно. Ты не можешь писать стихи! Тебе лучше и дальше заниматься квиддичем!       Где-то в самом конце стола Снейп что-то бормочет себе под нос о том, что его стихи ужасны, как и его поведение. Но на него никто не обращает внимания.       Ученики громко свистят и аплодируют вслед за Сириусом, и Регулусу хочется провалиться пол землю. Барти и Эван рядом громко смеются, и ему хочется кинуть в них авадой.       — Теперь, Джеймс Поттер, ты официально парень моего брата! — Сириус под громкие аплодисменты подходит к другу и лепит ему листок на рубашку «Парень моего брата».       — Сволочь. — Бросает Джеймс, но в ответ только громкий смех.       — Пойдём, у нас сейчас зелья.       Не выдержав, Регулус хватает своего парня за запястье и тянет к выходу.       — Ты злишься? — Расстроенно бормочет Джеймс.       — Если Сириусу с этого смешно и он не собирается посадить тебя в Азкабан, то не очень сильно злюсь.       Остановившись посреди пустого коридора, Блэк обвивает руки вокруг талии своего парня и прижимается к нему.       — Я старался. — Радостно улыбнувшись, гриффиндорец наклоняется к пухлым губам, оставляя на них нежный поцелуй.       — И это оценил весь Хогвартс. — Бормочет Блэк, отцепляя бумажку с рубашки.       — Зато это станет хитом.       И они оба убеждаются в этом через час, когда Сириус на каждом углу расклеивает этот стих, а ученики поют его каждую минуту, то ли желая подразнить, то ли им и правда понравилось.       — Мне понравился. — Неожиданно говорит Регулус, и Джеймс непонимающе хмурится, поворачивая к нему голову.       — Кто?       — Стих, идиот. — Щёлкнув парня по лбу, Блэк насмешливо приподнимает уголки губ.       — Я буду тебе их хоть каждый день писать. — Воодушевлённо говорит гриффиндорец.       — Не стоит. Второй раз я такой позор не переживу. — Бормочет Регулус.       — Так я буду читать их только тебе, нечего этим любопытным уши греть.       Покачав головой, Регулус прижимается к губам своего парня, облокотившись руками о его грудь. Всё-таки он не ошибся с выбором. Будь на месте Джеймса кто-то другой, то Сириус придумал бы миллион испытаний и уже после первого другой парень бросил бы его. А Джеймс всё выдержал, хоть и, по словам Сириуса, испытания были лёгкие.       Ну и дурная у него семья.