Опустошитель

У-ОК-49-СМ [47 Терта 6053г ОК ИД]

      – Госпожа, тех двоих, что Вы отправили в игорный дом за долгами, похоже, заперли. Боюсь, мы получим только их головы.       Женщина поставила чашку на стол и медленно повернулась в сторону говорящего человека. Невооружённым взглядом можно заметить, как в её голове проносятся неутешительные мысли, глаза всё сильнее округлялись.       – И́шу туда, – она вскочила со стула, – быстрее!       Буквально одним прыжком достигла двери и выпрыгнула наружу. По коридорам забегали люди, послышались команды собираться на боевую вылазку. Только времени на это не было. Да и помощь госпоже не потребуется, может быть, только массовка для придания большей серьёзности.       Добравшись до игорного дома, Иша обнаружила захлёбывающихся кровью вышибал, разбросанных по всему двору. Госпожа своими ударами разрывает внутренние органы. Нечастая картина, она редко бывает настолько разъярена, чтобы пачкать свои руки. Но Иша здесь не для этих бедолаг.       Внутри дома не меньший хаос, несколько корчащихся людей, поломанные столы и стулья, вынесенная дверь, за которой и находилась госпожа. Там же обнаружились владелец игорного дома и представитель ветви правящей семьи города.       – Раны есть?       – Два ребра сломаны, в одном трещина, – спокойным голосом ответил юноша, сидящий на полу со связанными за спиной руками.       Госпожа подошла к нему, подняла рубаху и посмотрела на красно-синий торс, повернула голову в сторону двери и закричала:       – Иша, быстрее! Лечи! Лечи быстрее!       – Не надо. Не лечи.       – Не упрямься.       Даже такая короткая фраза Иши, как обычно, наделяла спокойствием и умиротворением, этим приятным голосом хочется наслаждаться вечно. К сожалению, она, понимая свои возможности, говорила редко.       – Зря, – с едва уловимым разочарованием произнёс юноша и запрокинул голову, коснувшись затылком стены.       Пока Иша занималась лечением, госпожа подошла к владельцу и ладонью в грудь впечатала его в стену. Удар был довольно слабым, мужчина всего лишь зашёлся кашлем, даже без крови.       – Он под защитой семьи, хватит устраивать тут балаган!       – Ты кто такой? Твоя семья не пикнет, даже если я тебе кадык тут вырву!       Госпожа подошла к представителю и схватила его за грудки, не успела она ничего сделать, как послышался голос Иши:       – Я закончила.       – Вы все отправляетесь на арену.       Сказав это, госпожа направилась на выход, ей вслед донёсся срывающийся голос владельца:       – Я не буду с тобой драться!       Она развернулась, взгляд явно показывал презрение. Никакой драки и не получится, одного удара хватит, чтобы от этой мухи осталось лишь кровавое месиво. Госпожа не стала ему отвечать.       – Иша, затолкай нашего нытика на арену. Я пока договорюсь.       Она развернулась и собралась уходить, сделала шаг за дверь и произнесла, обращаясь к владельцу и представителю:       – Посмо́трите, какую ошибку вы чуть не совершили, может, хоть после этого начнёте думать головой. Напасть на моих людей, – она покачала головой. – Собирайте своих, будете поддерживать барьер. Уверяю, это абсолютная необходимость, вы в этом убедитесь.       Госпожа не стала слушать их ответы или возражения.       На улице уже находилось десятка два человек, кто с оружием, кто с факелами, в полной готовности рубить, кромсать, сжигать, пытать.       – Все на арену, сегодня там будет уникальное шоу!       Прямоугольный, видимый невооружённым глазом, параллелепипед барьера огораживал большую площадь, с деревьями и озером, холмами и небольшими скалами. Тут и место для ударов из засады и поле для честной битвы.       – Сегодня в поединке сойдутся: никому не известный подчинённый госпожи Иреи из «Первой чайной» и номер два нашего рейтинга бойцов, не знающая поражений Дэззи!       Это объявление указывает на начало боя. Противники располагаются в противоположных углах, и пока юноша стоял на месте и вертел головой, его соперница проворно подбиралась ближе.       – Подождите, это какая-то ошибка! Я же не умею драться!       Юноша попытался покинуть арену, но наткнулся лишь на непроницаемую стену. С его стороны не должно быть ничего ни видно, ни слышно, а со стороны зрителей наоборот, видно каждое движение, слышен каждый звук, независимо от расстояния. Он, положив ладони на барьер, двинулся вправо, очевидно, ища место выхода.       Дэззи подбежала совсем близко, залезла на дерево и в прыжке к своей добыче выпустила из руки материальный луч. Полоса пробила икру и стопу левой ноги юноши, от чего он упал и завопил:       – Нет! Хватит! Я сдаюсь!       По щекам растекались слёзы, волосы влажные от пота. Луч пробил плечо левой руки. Юноша уткнулся лбом в землю, пачкая грязью мокрое лицо. Девушка выпустила ещё два луча в правое бедро и локоть. Поверженный противник заметил стекающую на землю жидкость.       – Это что, кровь? – только и промямлил он дрожащим от слёз, боли и страха голосом. В мгновение ока Дэззи оказалась над своей жертвой, ударом ноги перевернула на спину и последним лучом пробила грудь. В её глазах читалось недоумение. Зачем сюда запустили это ничтожество? У него не было и толики желания сражаться, он не держался за свою жизнь, или просто не понимал всей серьёзности ситуации. Взгляды зрителей упали на госпожу, которая вместе с множеством других людей по всему периметру приложила ладони к барьеру, поддерживая его стабильность.       – Всем внимание! – её крик усилили, чтобы слышали даже в дальних уголках смотровых площадок. – Приготовиться держать барьер! Сменщикам быть готовыми немедленно заменить обессилевших!       Никто ничего не понимал, бой окончен. Дэззи, видя, что барьер не пропадает, решила добить наверняка, проделав отверстие в голове. Она вытянула руку, обзор закрыло какое-то кровавое облако. Попыталась быстро сместиться вправо, потеряла равновесие и упала. Только сейчас она обнаружила пустоту на месте правой ноги до колена и правой руки до локтя.       – Госпожа надзиратель решила поиграть? – донёсся голос без каких-либо эмоций.       Юноша встал, как ни в чём не бывало. Дэззи целой рукой, не целясь, выпустила ему в район торса луч, он проделал дыру в рубахе и оставил совсем маленький порез.       – Слишком слаба.       Девушка взорвалась облаком крови. Капли в воздухе собрались в багровую жидкость и, разделившись на шесть ручейков, влились в раны юноши. Отверстия затянулись, не осталось даже шрамов.       Он подошёл к барьеру, точно в место, где приложила руки госпожа. Каким-то образом ему удалось понять её местонахождение. Незамедлительно последовал удар, разорвавший его правую руку. Ошмётки остановили своё падение и вернулись назад, восстанавливая конечность.       Юноша повторил это несколько раз, и третий человек по левую руку от госпожи рухнул без сил. Его сразу же заменил другой. Этого времени хватило, чтобы юноша оказался там, ударом проделал дыру в барьере, и пока она не починилась, схватил новоприбывшего за руку, затягивая к себе.       – Руку руби! – крикнула госпожа.       Стоящий рядом свободный человек вынул меч из ножен и одним движением отсёк руку выше локтя. Конечность обратилась кровью и потерялась в теле юноши. Отверстие в барьере сразу же затянулось.       Невольник решил на время остановить свои разрушительные действия. Неспешно прошёлся по периметру барьера, ища прорехи, но сплошная цепь людей по ту сторону не оставляла ему и шанса. Он ткнул пальцем прямо в ладонь госпожи.       – Когда-нибудь ты ошибёшься, ты или тот экспериментатор. Юноша собрался отойти, сделал пол-оборота и замер. Откуда-то сверху спускался молодой мужчина. Он медленно приземлился позади госпожи.       – Тебя тут ещё не хватало, – со вздохом проговорила она, даже не обернувшись. – Я-то думала, чего это он тебя вспомнил, а он тебя ещё на орбите, наверное, засёк, убирайся отсюда!       – Мне не скрыться от него даже за барьером, всё-таки это наша семья его сделала таким, моя кровь для него желаннее всего. Каждый раз поражает, – говоря это, мужчина подошёл к барьеру и прислонил ладонь. – А ты тут развлекаешься?       – Пошёл вон!       – Вот почему ты до сих пор одна. Сильная и независимая… – он выдержал короткую паузу. – Истеричка.       В ответ на такое безобразное поведение госпожа, не отрываясь от барьера, ударила его ногой под коленку. Мужчина принял удар, даже не шелохнувшись. Ему хотелось добавить ещё какую-то колкость, но в барьер за короткий промежуток прилетело три копья из крови. Стена треснула, мужчина одёрнул руку, на ладони остался небольшой порез.       – Твою же мать! – крикнула госпожа.       Кровь вернулась к юноше. Он сформировал ещё одно копьё и швырнул в ладони госпожи. Переместился к стене и ударил, не жалея руки. Барьер снова пошёл трещинами, но госпожа не получила урона. Юноша моментально прыгнул через три человека справа от неё и ударом двумя руками проломил стену, отшвырнув стоящего напротив него мужчину. Госпожа подоспела вовремя и ладонью оттолкнула невольника от отверстия, которое сразу же начало затягиваться. Юноша отлетел на несколько метров и, даже не попытавшись сгруппироваться, упал на спину.       – Не удалось, – только и произнёс он, садясь со скрещенными ногами.       – Всё, спектакль окончен.       Госпожа смахнула пот со лба и подошла к молодому мужчине, которого тут быть не должно.       – Это всё из-за тебя!       Она отвесила ему тяжёлый пендель, обычному человеку такой удар раздробил и переломал бы кости.       – Сколько он у тебя забрал, каплю? Такие последствия! У нас теперь труп! – она указала рукой на отлетевшего мужчину. – Ты всё испортил! Руина! Я за него платить не буду, это твоя глупость, ты и разбирайся!       Пока госпожа яростно отчитывала незваного гостя, махая руками и время от времени тыча ему в грудь указательным пальцем, к барьеру подлетела ещё одна фигура. Старик спустился так, чтобы его заметила госпожа.       – Добрый день, госпожа Ирея. Добрый день, господин Саф.       – Добрый день, смотритель Аз, – ответил мужчина.       Смотритель посмотрел на лежащее тело, потом на юношу, сидящего внутри арены.       – Я бы хотел, чтобы Опустошитель покинул мою планету.       – Да он не опасен.       Смотритель сначала непонимающе посмотрел на госпожу, его густая белая бровь приподнялась, выражение лица показывало, что именно ему хочется сказать, но, оставаясь в рамках приличия, промолчал. После произошедшего слова госпожи выглядели довольно безумно. Если это не опасно, то что тогда для неё опасность?       – Не надо ему вредить, и не будет никаких проблем. Ладно, открывайте барьер. Иша, верни его в павильон.       Никто не сдвинулся с места. Толпа людей всё ещё поддерживала барьер в активном состоянии.       – Я не хочу, чтобы моя планета повторила судьбу системы Фарр.       Услышавшие слова смотрителя люди дёрнулись, их дыхание заметно участилось, а у некоторых на лице выступил пот. Кто такой Опустошитель, они, конечно, не знают, а вот слухи об этой трагедии, вероятно, дошли уже и досюда.       – Там была большая агломерация, значительное количество экспертов, хорошая почва для катастрофы. Если бы Ваши люди, – госпожа нашла взглядом сильно дрожащего владельца игорного дома, – не били других людей, то никаких рисков и не было бы.       Она указала пальцем в толпу людей и крикнула:       – Не вернёшь долг до моего отъезда, я сама к тебе зайду, и никакая семья не поможет!       – Он уже пробудился, что вы намерены делать?       – Да говорю же, он не опасен. Можете считать, что у него две обособленные личности, каждая со своими воспоминаниями. Человек не знает о своих возможностях, последнее, что он будет помнить, – как его затолкали на арену, может быть, первое ранение. Опустошитель помнит только свои пробуждения. Есть ещё момент перехода из первого во второе состояние, мы о нём мало знаем, кроме того, что он становится всё более спокойным ближе к пробуждению, но это явно не наш случай, израсходовав силы, он вернулся в состояние обычного человека.       – Вы даёте гарантию, что после снятия барьера он не опустошит планету?       – Я бы не стала его таскать за собой, если бы он не был стабильным, с чётко определённым условием пробуждения.       – Выпустите, – смотритель обратился к людям возле барьера. – Я вынужден покинуть вас, приятного вам вечера.       Он слегка поклонился сначала госпоже, потом господину. Одним шагом оказался возле владельца игорного дома.       – Пошли, поговорим, – сказав это, он схватил представителя правящей семьи за горло одной рукой и взмыл в небо.       – Чего припёрся?       – Император приглашает «Первую чайную» на свадебное торжество его пятого сына.       – Ну, так и чеши к старику Онзо! Он любитель всяких посиделок, зачем ко мне-то пришёл?       – Император приглашает весь руководящий состав, – господин Саф протянул красный конверт с печатью императора.       – Что, ты теперь на побегушках?       Он пожал плечами.       – Что император скажет, то и делаю.       Господин огляделся. Люди вокруг разошлись по своим делам, рядом никого не осталось. Не успел он ничего сказать, как в небе показалась человеческая фигура. Она приземлилась перед господином.       Мужчина в тёмно-серой форме посмотрел на собеседницу господина, приложил ладонь к голове и произнёс:       – Госпожа Ирея.       – Ага, докладывай, – получил он её ответ.       – Разведчик только что покинул систему.       – Оставь двух человек присматривать за Иреей и Опустошителем, остальные пусть продолжают. Там и встретимся.       Мужчина без слов приложил ладонь к голове и взлетел.       – Сама могу справиться.       – Кто знает, сколько их может быть спрятано. Повторение Фарр нам действительно не нужно. Ладно, я зайду к Онзо и отправлюсь дальше, увидимся у императора.       Господин Саф положил руку ей на плечо и воспарил над землёй.       – Не забудь расплатиться за труп с Азом! – прокричала госпожа, махая рукой удаляющемуся силуэту.       Он помахал ей в ответ, не оборачиваясь.       – Всё, Писарь, заканчивай. Как же утомляют эти игрища, подлежащие специальному документированию. Эй, не записывай это!

У-ОК-49-СМ [47 Терта 6053г ОК ИД]