Математическая игра власти и любви

Лифт плавно поднялся на их этаж. Тишина в кабине была густой, звенящей после грохота торгового центра. Эмма все еще чувствовала на губах вкус помады Лилии и тот металлический привкус абсолютного подчинения. Дверь в лофт закрылась, отсекая внешний мир. Здесь пахло их общим воздухом, кофе, маслом ши и чем-то неуловимо острым, что было pure essence Лили. Лилия сбросила куртку на пол и прошла к холодильнику. Она двигалась как хищница, довольная удачной охотой. Ее энергия заполняла пространство, вытесняя все остальное. — Раздевайся, — бросила она через плечо, доставая бутылку минеральной воды. — Ты вся пропахла чужими взглядами и дешевым парфюмом. Эмма послушно стянула с себя кофейный спортивный костюм, потом футболку. Она стояла посреди комнаты в одних трусиках, чувствуя на себе тяжелый, оценивающий взгляд Лилии. Не lustful. Аналитический. — Подойди сюда, — Лилия открутила крышку с бутылки и сделала большой глоток. — Повернись. Эмма повернулась, демонстрируя спину, плечи, профиль. Она чувствовала себя экспонатом на выставке. И это strangely возбуждало. — Хорошо, — протянула Лилия, ставя бутылку на стол. Ее пальцы потянулись к банке с маслом ши. — Кожа чистая. Мышечный тонус в норме. Признаков panic attack или distress ноль. — Она набрала масла на ладонь и начала втирать его в плечи Эммы, ее движения были firm, professional. — Данные подтверждаются. Ты усвоила lesson. Ее руки скользнули ниже, по спине, к пояснице. Прикосновение было властным, заявляющим права. — Но это только начало, моя хорошая, — ее голос стал тише, интимнее, но от этого не менее повелительным. — Сегодня ты была reactive. Отвечала на commands. А завтра… — ее пальцы впились в бедра Эммы, заставляя ее вздрогнуть, — завтра ты должна стать proactive. Предугадывать. Действовать на опережение. Стать не просто mirror, а… продолжением. Эмма замерла, дыхание перехватило. Идея была одновременно пугающей и пьянящей. Лилия закончила с маслом, вытерла руки и обошла ее спереди. Она взяла Эмму за подбородок, заставив поднять голову. — Ты хочешь этого? — спросила она прямо, ее глаза буравили Эмму насквозь, не оставляя места для лжи. — Хочешь не просто слушаться? Хочешь… стать частью системы? Моей системы? Эмма посмотрела на нее. На эту невероятную, пугающую, magnificent девушку, которая взяла ее жизнь и сломала, как стеклянную безделушку, чтобы собрать заново по своему чертежу. И в тот moment она не видела другого выбора. Не хотела видеть. — Да, — выдохнула она, и это было самым honest словом, которое она произносила в жизни. На губах Лилии расплылась медленная, торжествующая улыбка. Улыбка creatora, довольного своим creation. — Тогда protocol №7 начинается прямо сейчас. Она отпустила ее подбородок и отошла к дивану, усаживаясь в его глубину. — Подойди. Стань на колени. Эмма подошла и опустилась на колени перед ней на ковер. Сердце бешено колотилось, но уже не от страха. От anticipation. — Правила simple, — Лилия смотрела на нее сверху вниз, и в ее взгляде была бездна власти. — Ты не говоришь. Не задаешь вопросов. Ты смотришь. И учишься. Сейчас я покажу тебе… кое-что. Она взяла свой ноутбук, стоявший на соседнем кресле, и открыла его. На экране загорелась сложная диаграмма, усеянная точками и линиями. — Это я, — она провела пальцем по экрану. — Мои connections. Мои projects. Мои… интересы. Ты видишь этот узел? — она ткнула в одну из центральных точек. — Это Управление по труду. Моя официальная sandbox. А это… — ее палец переместился на другую, более мелкую и цветную ветку, — это то, что я делаю для себя. Анализ рынка, прогнозы, данные, за которые платят большие деньги. Очень большие. Эмма смотрела, широко раскрыв eyes. Она ничего не понимала в этих схемах, но масштаб и сложность пугали и hypnotized. — А вот это, — Лилия уменьшила масштаб, и на экране появилась… фотография Эммы. Ее лицо из школьной базы данных, строгое, с собранными волосами. От ее фотографии тянулись тонкие, едва заметные нити к другим точкам: ее школа, ее университет, ее… одинокая страничка в соцсети. — Это ты. До недавнего времени. — Голос Лилии стал cold, как лед. — Одинокий, никому не нужный data point на периферии. Скучный. Predictable. Эмма почувствовала, как по спине пробежал холодок. Быть разобранной на части вот так, визуально, было в thousand раз страшнее, чем слышать это в словах. — А теперь… — пальцы Лилии взлетели над клавиатурой, и на экране что-то изменилось. От фотографии Эммы потянулась яркая, жирная, красная линия. Она пересекла всю карту, мимо других узлов и связей, и уперлась прямо в центральный, самый большой узел, в саму Лилию. — А теперь это ты. — В голосе Лилии зазвучала плохо скрываемая гордость. — Самый важный мой asset. Моя главная investment. Моя… тень. Она захлопнула ноутбук. Звук был громким, как выстрел. — Ты понимаешь, что это значит? — она наклонилась к Эмме, ее лицо было серьезным. — Это значит, что ты больше не принадлежишь себе. Ты не принадлежишь той школе, тем людям, тому миру. Ты часть меня. Моя собственность. И я буду защищать тебя, как защищаю самый ценный свой код. Я буду развивать тебя, как развиваю самый перспективный свой проект. Но и требовать я буду всего. Эмма сидела на коленях, не в силах пошевелиться, смотря на нее снизу вверх. Страх смешивался с каким-то диким, необъяснимым восторгом. Быть так нужной. Так важной. Быть… chosen. — Встань, — скомандовала Лилия. Эмма встала. Ноги дрожали. Лилия подошла к ней вплотную. Она была немного ниже, но ее presence заполняло все пространство. — С сегодняшнего дня у нас новый protocol, — прошептала она, ее губы почти касались губ Эммы. — Protocol «Тень». Ты учишься думать, как я. Видеть, как я. Чувствовать, как я. Ты мое продолжение. Мое второе «я». — Она положила ладонь Эмме на грудь, прямо над сердцем. — И если ты предашь это… если ты подведешь меня… я не буду ругать тебя. Я просто… удалю тебя. Словно ошибочный файл. Словно ненужные data. Понятно? Эмма зажмурилась, чувствуя, как под той ладонью бешено стучит ее сердце. Она кивнула, не в силах вымолвить ни слова. — Хорошо, — Лилия убрала руку. Ее expression смягчилось. — А теперь… первое задание в рамках нового protocol. Угадай, чего я хочу сейчас больше всего на свете? Эмма посмотрела на нее. На ее горящие eyes. На ее слегка приоткрытые губы. На всю ее powerful, magnificent сущность. И она поняла. Каким-то новым, проснувшимся inside нее инстинктом. Она медленно, не отрывая взгляда, опустилась перед ней на колени. Во второй раз за этот вечер. Потому что хотела этого. Потому что это было правильно. Она потянулась к button на джинсах Лилии. Та замерла, наблюдая за ней с бесконечным, хищным interest. — Да, — прошептала Лиля, когда Эмма справилась с button. — Именно. Ты уже beginning учиться. И она положила руку на ее затылок, нежно, почти с нежностью, позволяя ей делать то, что должно было быть сделано.