Раз свидание, два свидание, третье свидание...
31 августа 2025 г., 09:32
Судя по расстроенным глазам Агнес, её не впечатлили результаты нашего второго «свидания». Она издала протяжное «хм», глядя на экран своего планшета. Графики горели красным.
— Ты плохо постарался, моя морская свинка. ЭКГ-запись показывает, что частота сердечных сокращений достигала порога тахикардии лишь в 37% времени по сравнению с предыдущим сеансом. А значит, я просто зря потратила своё время, — она тяжко вздохнула. — Без достоверных данных моя гипотеза остаётся неподтверждённой — и виноват в этом, как ни крути, ты. Либо ты слаб, либо недостаточно мотивирован. И то, и другое — твой недостаток.
Я сглотнул. Хотя до меня с трудом доходили её околонаучные объяснения, её разочарование я ощущал хорошо.
— Тяжело отвлечься, когда понимаешь, что всё это — эксперимент, — я попытался оправдаться, вспоминая её неудобные вопросы во время их «свидания».
Агнес повернулась, откладывая планшет. Её красные глаза с опаской сузились.
— Ты должен был справиться с этим. Разве я не получила лучшую морскую свинку в академии? — с грустью произнесла Тахион, а затем задумчиво коснулась подбородка. — Хотя, возможно, ты прав... Если мы изучаем влияние эмоций, критически важно создавать подходящие условия. Я не учла, что моего присутствия может быть недостаточно. Исправим на выходных.
Её глаза загорелись.
— Третье «свидание»? — спрашиваю я, чувствуя, что в моём голосе проскользнуло больше недовольства, чем хотелось бы.
Агнес не хмурится, как ожидалось, — лишь загадочно улыбается, и от её улыбки в животе сводит. Она наклоняется, шепча по-заговорщицки:
— Да, мы идём на «свидание». Будь готов предоставить мне ценные данные, моя дорогая морская свинка.
Хорошо, что оборудование уже сняли — иначе она точно заметила бы всплеск моей сердечной активности.
Боже. Я уже начинаю думать, как она…
Я вспоминаю её слова, сказанные на пляже в прошлом году: «Мы партнёры». Да уж, наши отношения — это уже что угодно, кроме тренера и девушки-пони. Пока другие заняты подготовкой, я глотаю жидкости, которые ты мне протягиваешь, бегаю до потери сознания, чтобы узнать свои лимиты, и расплачиваюсь за еду, которая нам даже не нужна — но так надо, ведь мы на свидании. Зная, как хрупки твои суставы, может, так даже лучше.
Я не сразу замечаю, что улыбаюсь в ответ.
— Хорошо, что твоё настроение улучшилось, — Агнес выпрямляется. — Пожалуй, нам хватит времени для ещё одного эксперимента!
О боже.
***
Мы идём, словно самая обычная сладкая парочка, от которой зубы сводит. Воскресенье наступило слишком быстро, и пока неясно — хорошо ли это. Я мог бы выпрямить руку, но оставляю её согнутой в локте, чтобы Агнес было удобно держаться. Мы никогда не находились так близко — и от этого волнение настигает меня само собой. Она улыбается: не так, как обычно. Уголки глаз не напрягаются, губы слегка сжаты. Эта улыбка скорее дежурная и вежливая, чем искренняя. Она бросает на меня быстрый взгляд, и я мгновенно отворачиваюсь. — Я хочу, чтобы ты не воспринимал это как эксперимент, — пока Агнес говорит, у меня не хватает смелости взглянуть ей в глаза. — Расслабьтесь, тренер. Не морская свинка, не подопытный кролик, не… И что за обращение на «вы»?! Я едва выдавливаю из себя «хорошо». Рядом с Агнес Тахион у меня ощущение, словно я с хищником в одной клетке. В этот раз она не задаёт вопросов о моём самочувствии, будто ей неинтересно, что сейчас происходит в теле «морской свинки». Я стараюсь выдохнуть, чтоб снять напряжение, и перевести взгляд на окружение. Удивительно, но Агнес даже не сказала, куда мы направляемся. Откуда начинается наше «свидание»? Пока мы лишь медленно прогуливаемся по тропинке парка, как муж-жена. От ассоциаций моё сердце забилось чаще. — Что у вас на уме, тренер? — спрашивает Агнес. — Вопрос не исследовательский, скорее личный. Отвечайте, как захочется. — На личные вопросы можно не отвечать… — неуверенно отвечаю я. Тахион издала звук удивления и раздражения. Я мысленно говорю себе: «Но ты же морская свинка», — ожидая услышать именно это. Но она умела удивлять. — Ваш уровень доверия неоправданно низок ко мне, — с грустью ответила Агнес. — Раз вы даже не хотите поделиться чувствами от нашей с вами прогулки. — Ч-Что? Как это связано? Её уши опустились. Она действительно расстроилась?! Хуже того, что я её расстроил (не то, чтобы это была редкость, но чаще — это была случайность). — Тахион, — обращаюсь я. — Я… не знаю, что говорить, когда ты спрашиваешь «что у меня на уме». То, что полезно эксперименту или… что бесполезно? Вдруг мы остановились. Агнес взглянула в мои глаза, словно проверяя: серьёзно ли я? Она внезапно заразительно громко засмеялась. Наверняка, пугая весь парк. — Ты потрясающая морская свинка! — восторженно произнесла Агнес. — Такая преданность делу! Но если честно… разве я не говорила тебе расслабиться? Или есть ли что-то ещё, что мешает тебе расслабиться, кроме моих вопросов? Меня осенило. Я сказал тогда, в тот день, что она задавала слишком много вопросов, и это мешало сосредоточиться на «свидании». Что ж, видимо, она решила совсем молчать. — Нет, — отвечаю я, внезапно чувствуя себя глупым. — Кажется, проблема в том, что я знаю, что это всё в любом случае эксперимент, — я неопределённо взмахиваю рукой. — И неважно, как ты будешь себя вести. Честно? Я тогда лучше предпочту, чтобы ты была… собой. Сверхзвуковой частицей, Агнес Тахион, что хочет достичь лимита. Тахион засмеялась, кажется, даже громче прежнего. — Сентиментальная свинка, — Тахион хитро улыбается, от чего в уголках её глаз появляются морщинки. — Я не хочу достичь лимита, я хочу его преодолеть. Прощаю твоё невежество, потому что, вероятно, уровень кортизола в твоей крови повысился из-за нашего разговора. Подавленная префронтальная кора делает тебя не только сентиментальной свинкой, но и очень глупой! — Агнес с гордостью развела руками. — Но знаешь… Хм… Я глупо и медленно моргнул, заставляя Тахион улыбнуться сильнее. — Не думала, что скажу это, но возьмём перерыв от экспериментов, — она говорила это абсолютно серьёзно. В голове всплыла фраза, брошенная ею на первом «свидании»: «Мы знакомы всего три года, неужели ты правда подумал, что этого достаточно, чтобы я потратила своё время впустую?». Совместное времяпровождение — очевидно, пустая трата времени. Впрочем, прошло время после того, как Агнес признала «силу эмоций». Может, она изменилась? — Да, — добавила она, словно подтверждая свои слова. — Никаких экспериментов сегодня. Только ты и я… Но смотри мне, бесполезная трата времени не должна быть настолько бесполезной, чтобы я пожалела об этом. Я с волнением взглянул на неё, с предвкушением спрашивая: — И куда мы идём? — Хм… Я опять забыла поесть утром… — её уши опустились. Значит, в ближайшее кафе.***
— Это потрясающе! Абсолютный успех! Ты не только превысил свои прежние показатели на 23%, но и превзошёл результаты первого «свидания». Твой пиковый пульс достиг 187 уд/мин, а время реакции сократилось до 0.28 секунды. Признаю: ты наконец начал соответствовать статусу лучшей морской свинки! Я протяжно взвыл. — Агнес! Это был эксперимент!
