Покинуть чтобы вернуться

Стук коньков о лед отдалялся. Лед опустел, и последним покинул каток Юрио. Он вытер пот со лба тыльной стороной ладони, злобно фыркнул и направился в раздевалку. Сегодняшняя тренировка выдалась особенно тяжелой. Виктор, как всегда, летал где-то в облаках, а Яков выжимал из него все соки, пытаясь доказать, что его гений не уступает таланту Никифорова. Толкнув дверь раздевалки, Юрио замер. Обычно здесь всегда царил полумрак и запах пота, но сейчас ощущалась какая-то давящая тишина, словно воздух стал гуще. В углу, у своей скамьи, сидел Юри, склонив голову и закрыв лицо руками. Его плечи мелко дрожали. Юрио нахмурился. Он никогда не видел Кацуки таким. Растерянным – да, неуверенным – постоянно, но чтобы вот так… Нехотя, чувствуя, как в груди зарождается нечто похожее на тревогу, он подошел ближе. "Эй, свинья, ты чего?" – пробурчал он, пытаясь скрыть беспокойство под маской привычной грубости. Юри не ответил. Только всхлипнул сильнее, и Юрио услышал, как сквозь пальцы просачиваются тихие, полные отчаяния рыдания. Внутри все похолодело. Юрио с трудом узнавал этого сломленного человека в том, кто еще совсем недавно старался не отставать от него на льду, кто робко улыбался ему после удачного прыжка, кто неуклюже, но отчаянно пытался соответствовать ожиданиям Виктора. "Что случилось?" – повторил Юрио, на этот раз в голосе прозвучало что-то похожее на сочувствие. Юри, наконец, поднял голову. Его глаза были красными и опухшими, а на щеках блестели дорожки слез. Он выглядел таким потерянным и беззащитным, что Юрио даже заскрежетал зубами от переполняющей его злости. "В-Виктор…" - прошептал Юри, его голос дрожал. - "Он… он ушел. Сказал, что ему нужно… нужно ненадолго отлучиться…" "Ненадолго"? "Отлучиться"? Эти слова словно ударили Юрио в лицо. Он бросил взгляд на пустую скамью Виктора, где обычно валялись его шарфы и перчатки. Там не было ничего. "Куда?" – рыкнул Юрио, чувствуя, как в нем закипает гнев. Юри пожал плечами, и новые слезы потекли по его щекам. "Он не сказал… просто… просто ушел. Сказал, что вернется, но…" Юрио не дал ему договорить. Он уже все понял. Виктор снова его бросил. Бросил, как бросал до этого всех, кто ему надоедал. Просто ушел, оставив Юри с разбитым сердцем и растоптанной мечтой. Внутри все кипело. Ненависть к Виктору затопила его, как ледяная вода. Как он мог? Как мог так поступить с этим неуверенным, но искренним парнем, который отдал ему все свое сердце, все свои мечты? Юрио сжал кулаки. Виктор, конечно, гений, звезда, икона. Но сейчас он был просто трусом и предателем. И он, Юрий Плисецкий, лично проследит за тем, чтобы этот трус пожалел о своем поступке. "Заткнись, свинья," - рявкнул Юрио, стараясь скрыть боль, прозвучавшую в его голосе. – "Перестань ныть. Ты мне еще понадобишься на Гран-При." Он развернулся, направляясь к выходу. "Я найду этого придурка Никифорова, и он, черт возьми, извинится перед тобой. Иначе я лично ему все ребра переломаю." Дверь с грохотом захлопнулась за ним. В раздевалке снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихими всхлипами Юри. А Юрио, стиснув зубы, уже набирал номер Якова, чтобы выяснить, куда мог подеваться этот самовлюбленный идиот. Ему было плевать на тренировки, на Гран-При, на все. Сейчас он должен был заставить Виктора ответить за свою безответственность. И он это сделает, чего бы ему это ни стоило. *** Номер Якова был вне зоны доступа, как назло. Юрио выругался под нос и со всей силы пнул мусорное ведро, стоявшее у выхода с катка. Металл противно звякнул. Гнев никуда не делся, но его немного потеснила паника. Где искать Виктора? Куда бы этот ветреный человек мог деться? Внезапно в голову пришла мысль. Клуб. Виктор обожал клубы. Они были для него глотком свежего воздуха, возможностью почувствовать себя снова молодым и беззаботным. Решив, что это хоть какая-то зацепка, Юрио поймал такси и продиктовал адрес самого модного ночного заведения в городе. Через час, продираясь сквозь толпу танцующих, потных тел, Юрио наконец-то заметил его. Виктор, как всегда, был в центре внимания. Он смеялся, потягивал какой-то коктейль и флиртовал с длинноногой блондинкой. Ярость вспыхнула с новой силой. Юрио в два счета преодолел расстояние между ними и схватил Виктора за плечо. Тот обернулся, удивленно вскинув брови. "Юрио? Что ты здесь делаешь?" "Я здесь, чтобы начистить тебе рожу!" – прорычал Юрио, и прежде чем Виктор успел что-либо понять, кулак парня врезался прямо в его нос. Раздался неприятный хруст, и Виктор пошатнулся, прикрыв лицо рукой. Кровь быстро просочилась сквозь пальцы. Блондинка завизжала и отскочила в сторону. "Ты… ты с ума сошел?!" – прохрипел Виктор, злобно глядя на Юрио. "С ума сошел? Ты бросил Юри, как старую игрушку! Ты заставил его плакать! За это ты поплатишься!" Юрио схватил Виктора за грудки. "А теперь,– прошипел он, – пойдешь и извинишься. Сейчас же. Иначе я клянусь, я сломаю тебе не только нос." Виктор, прижимая ко рту окровавленную салфетку, смотрел на Юрио так, словно видел его впервые. В его глазах читались удивление и, кажется, даже испуг. "Ладно, ладно, – пробормотал он, – я пойду. Только… успокойся." Под бдительным взглядом Юрио, Виктор вышел из клуба и сел в первое попавшееся такси. Юрио последовал за ним, словно тень. Всю дорогу Виктор молчал, сжимая в руке окровавленную салфетку. Добравшись до катка, он, опустив голову, вошел в раздевалку. Юри все еще был там, сидел на скамье и смотрел в пол. Виктор опустился перед ним на колени. Юрио, прислонившись к стене, наблюдал за ними, готовый в любой момент вмешаться. "Юри…" – начал Виктор, его голос звучал виновато. – "Прости меня. Я не должен был уходить, не объяснив тебе…" Юри поднял на него заплаканные глаза. Он увидел кровь на салфетке, которую Виктор прижимал к носу. Его глаза расширились от ужаса. "Виктор! Что случилось? Кто… кто это сделал? Тебе больно?" "Юри, это неважно, - поспешно ответил Виктор, стараясь скрыть боль. - Важно, что я здесь, и я прошу прощения." "Прости меня, пожалуйста, – повторил Виктор. – Я больше так не буду. Я буду рядом. Всегда." Юри ничего не ответил, только обнял Виктора, прижавшись к нему всем телом. Виктор ответил на объятие, крепко обнимая его в ответ. Юри тихо всхлипнул, но Виктор почувствовал, как он старается сдержаться. Он знал, что Юри больше беспокоится о нем, чем о себе. Юрио отвернулся. Ссора разрешилась. Ярость постепенно отступала, уступая место… облегчению? Он не знал. Он просто устал. *** На следующее утро на тренировке царила странная атмосфера. Виктор, несмотря на разбитый нос и плохо скрытую вину, был необычайно внимателен к Юри. Он указывал на ошибки, подбадривал после неудачных прыжков и постоянно улыбался. А потом произошло то, чего Юрио никак не ожидал. Во время перерыва Виктор подошел к Юри, который сидел на скамье и пытался завязать шнурки на коньках. У него никак не получалось, пальцы дрожали. Виктор опустился перед ним на колени. "Давай я помогу," – сказал он мягко и принялся аккуратно завязывать шнурки. Юри смотрел на него снизу вверх, его лицо пылало. Он все еще выглядел немного взволнованным, но в его глазах появилось тепло. Он не отводил взгляда от Виктора, пока тот заботливо затягивал узлы. Юрио стоял в стороне, наблюдая за этой сценой с выражением крайнего недоумения. Это было…странно. Мило. И ужасно смущающе. Он откашлялся, привлекая к себе внимание. "Эй, Никифоров, ты совсем сдурел? У нас тренировка, а ты тут в няньку играешь!" Виктор поднял на него взгляд. "Юрио, ты просто завидуешь, – подмигнул он. – Тебе тоже нужно, чтобы кто-нибудь завязывал тебе шнурки?" Юрио покраснел. "Заткнись! Я сам прекрасно справлюсь!" И развернувшись, он поспешил подальше, чтобы никто не увидел его смущения. Но даже сквозь громкую музыку он слышал, как Виктор и Юри смеются у него за спиной.