Любовь из лепестков роз.

Я любил тебя до безумия. Во всяком случае, мне так казалось. Честно, я думал так все время, что себя помню. С самого раннего возраста. Хотя, возможно, ты все еще не до конца понимаешь... Pov Severus. Я нашел тебя первым. Примчался, как только узнал, угадал, что произошло. Я видел твою мать, прижимал ее к сердцу и плакал, кричал так, как никогда раньше. Я даже не думал, что могу так. Привык вечно прятать свои эмоции даже от себя. А тут вдруг все вырвалось наружу. Не знаю, как так вышло... Я ничего не замечал вокруг. Лишь спустя некоторое время поднял глаза и увидел тебя. Ты стоял в кроватке и смотрел на меня широко раскрытыми, испуганными глазами. Я подошел. Поднял тебя на руки, осторожно, стараясь свести к минимуму контакт. Посмотрел, вгляделся пристально. Ты был слилком похож на своего отца. Ужасно знакомые черты лица уже тогда были заметны на младенческом лице. Шрам на лбу в виде молниии сочился кровью, но ты, похоже, этого не замечал. Я вдруг заметил белую полоску шрама на твоей маленькой ручке, но нп придал этому значения. Я хотел оставить тебя, пора было уходить, но что-то меня остановило. Долбаные глаза. Зеленые, как у Лили. Я не смог отвернуться и уйти, а ты уже тянул ручонки к моим волосам. Я схватил тебя в охапку, выбежал из дома и аппарировал к себе. Конец pov Severus. Дамблдор мгновение назад аппарировал к поместью Поттеров и теперь, приоткрыв рот, смотрел на те развалины, что остались от некогда прекрасного дома. Молча рядом встал Грюм. Альбус даже не услышал, как тот появился с характерным хлопком. Он с ужасом думал: "Что же будет дальше? " С такими же хлопками появлялись невыразимцы. Тоже молча полукругом становились перед домом. Наконец Дамблдор стряхнул оцепенение и вошел в дом. Прямо напротив входа, почти у самой двери, лежал Джеймс Поттер. Остекленевшие глаза тупо смотрели в потолок, рука сжимала какую-то бумажку. Альбус, кряхтя, нагнулся, большими глазами закрыл ему веки. Аккуратно высвободил бумажку из крепко сжатой ладони и передал тело Джеймся все еще молчаливым, напуганным невыразимцам. Прошел дальше, на второй этаж, попутно раскрывая бумажку, и вдруг замер, как вкопанный, не в силах поверить своим глазам. Письмо, а это было именно оно, гласило вот что: "Дорогой профессор! Если вы читаете это, значит, мы уже мертвы. Не беспокойтесь о нас, мы выходим из этой войны с радостью и со спокойной душой. Беспокоит только, что Гарри остается один, но мы уверены, что вы сможете о нем позаботиться. Джеймс провел кровный ритуал. Запрещенный, конечно, но да что уж теперь. С мертвых не возьмешь. С помощью этого ритуала мы отдали все жизненные и магические силы свои Гарри. Теперь он могущественный волшебник, намного сильнее Волан-де-Морта и, уж простите, сильнее вас. С нашими силами к нему ушли и силы всех предков, согласившихся участвовать в ритуале и ответивших на наш призыв. Не пытайтесь отыскать этот ритуал, мы сожгли все упоминания о нем во всех известных источниках. Для того и не упоминаем всех подробностей ритуала, чтобы вы не нашли его. Но, поверьте нам, мальчик теперь не просто человек. Все подробности в будущем узнает опекун мальчика, тот, кому Гарри будет всецело доверять. Надеемся на ваше понимание, профессор, и прощаемся. Всегда ваши, Джеймс и Лили Поттеры." Дамблдор с минуту постоял, прислушиваясь к своим мыслям, и, кивнув неизвестно чему, сказал, оборачиваясь через плечо: - Рик, Аарон, мне срочно нужны все сведения о кровных запрещенных ритуалах, связанных с передачей жизненных и магических сил родителей и предков младенцу. - Двое невыразимцев кивнули, модча удаляясь. - Аластор, - это уже Грюму, стоящему рядом, - срочно найти Гарри. Найти и не выпускать из рук, пока я не оформлю над ним опекунство. Дамблдор, Грюм и еще несколько невыразимцев приблизились к спальне Гарри и открыли двери. Медленно зашли. Важный директор магической школы, лучшей во всей Британии, перешагнул тело Лили, бывшей ученицы своей, даже не переменившись в лице, и подошел к кроватке... - ЕГО ЗДЕСЬ НЕТ!!! - крик отрикошетил от стен и вылетел в окно, пересказывая слова всем встретившимся на пути живым и неживым существам. - НАЙДИТЕ МНЕ ГАРРИ! Pov Severus. Вот так и началась наша жизнь с тобой, малыш. С того самого крика, во время коротого я менял тебе пеленки, заваривал тебе чай и тщетно пытался придумать, чем тебя накормить. Пришлось посылать маггловского мальчишку за обычной детской смесью в магазин, а потом под твои крики смешивать с водой, взбалтывать в новенькой детскоц бутылочке - помништ, синяя со слоником? Конечно, не помнишь... Тебе то и был всего годик. Конец Pov Severus. Кто бы мог подумать, что гроза подземелиц, страшный и ужасный профессор Снейп, окрещенный летучей мышью в широких кругах учеников, может так самозабвенно ворковать над младенцем? Однако вот он же, прижимает Гарри к себе и кормит из бутылочки, следя, чтобы он не закашлялся и не поперхнулся. Укладывает в постель и, вздохнув, берет бутылку виски и стакан со льдом. Задумавшись, отставляет стакан и пьет прямо с горла. Потом садится на диван и тупо смотрит в стену. Лили умерла, а ему жить все же приходится. Хотя бы ради ее сына. Как минимум ради него. Как максимум, ради отмщения на подругу детства - да-да, именно подругу. Северус никогда не видел в этой девушке будущую жену, или даже просто свою пассию. Лишь дружеские отношения всегда были между ними. Но вот и им настал конец. Снейп вздохнул и лег, палочкоц сменив одежду. Какое там в душ - даже рукой сложно пошевелить. Закрыл глаза и провалился в беспокойный сон. В два часа ночи его разбудил отчаянный писк. Профессор вздрогнул и, нашарив под подушкой пвлочку, направил на издающее писк нечно светящийся шар. И тут же вздохнул от облегчения, в следущую секудну застонав и подняв Гарри на руки. Да, ему еще предстоит познать все прелести жизни с ребенком...