ASMR моего сердца

— Почему ты прячешься за экраном вместо того, чтобы жить настоящей жизнью?

— Потому что за экраном я могу быть той, кем хочу быть. Там меня не судят за мои желания.

— Но это же иллюзия!

— А что не иллюзия? Твоя работа? Твой брак? Твоя улыбка, когда тебе хочется плакать? По крайней мере, мои иллюзии меня не разочаровывают.

— Они не дают тебе расти.

Келли и Йорк

«Черное зеркало» (2011-2019)

***

Пузырь. Именно это слово приходило на ум Лорелай, когда она пыталась описать свою жизнь — не вслух, конечно же, а только самой себе, в те редкие минуты болезненной откровенности, которые настигали ее глубокой ночью, когда защитные механизмы уставшего разума ослабевали и позволяли правде просочиться сквозь трещины ее тщательно выстроенного самообмана. Этот пузырь был прозрачен, переливаясь всеми цветами радуги на свету, как те, что она надувала в детстве, проводя целые дни в полном одиночестве на крыльце их дома, пока мама работала допоздна, а папа… папа уже тогда все чаще задерживался где-то еще, создавая себе новую жизнь, в которой для нее совсем не нашлось места. Пузырь защищал ее от острых углов реального мира. От липких холодных взглядов матери. От давящих на плечи ожиданий. От железной необходимости быть кем-то большим, чем просто тихой девочкой на задних партах класса. Но чем старше она становилась, тем яснее понимала — это не защита. Это тюрьма. Потому что внутри своего совершенного надежного пузыря Лори существовала, но не жила. Она улыбалась, когда этого от нее ожидали, говорила правильные слова в нужное время, помогала однокурсникам с домашним заданием и приносила с любовью приготовленные кексы на все университетские мероприятия. «Конечно, я помогу!». «Не беспокойтесь обо мне». «Со мной все в порядке». Все считали ее милой и доброй девочкой, но никто никогда не делал попыток добраться до настоящей Лори: ту, что задыхалась от одиночества и отчаянно искала способы почувствовать себя живой. Сначала это были книги. Бесконечные часы, проведенные в объятиях чужих историй, где храбрые героини находили свою любовь и приключения на одно место, а она могла хотя бы на время забыть о серости собственных будней. Потом пришло аниме с его яркими красками и невозможными историями любви, о которых нельзя молчать. А затем… затем отомэ-игры. Симуляторы свиданий для таких же безнадежных романтиков, как и она сама. «Love and Deepspace» стал ее наркотиком. В начале ее путешествия в роли охотинцы каждый свободный доллар уходил на покупку всех попадающихся в гаче карт и нарядов для виртуальной МС, которая могла завоевать сердца красивых мужчин одной только проказливой улыбкой. Ся Ичжоу же стал ее проклятием. Хладнокровный полковник, друг детства главной героини, который под маской заботы скрывал одержимость, граничащую с помешательством. Его голос — особенно в единственной доступной китайской озвучке — заставлял внутренности ее живота скручиваться от возбуждения, а когда он произносил фразы вроде: «Ты принадлежишь только мне» или «Я не позволю кому-либо еще забрать тебя от меня», Лори буквально съеживалась от стада мурашек, проносившихся по ее спине. Но даже этого вскоре стало недостаточно. Виртуальная любовь оставляла ее опустошённой, ведь изнывающее, пребывающее в самом соку своего возраста тело все настойчивее напоминало о соответствующих потребностях, которые она со стыдом игнорировала. И тогда в ее жизни появился… он. Полковник. Не персонаж игры, а самый что ни на есть настоящий мужчина со своим каналом, посвящённым «ASMR» для взрослых. Его голос… Боже, благослови господь его голос тек в ее уши словно теплый мед, перемешанный в причудливом коктейле рая и греха. Низкий, бархатистый, с легкими хриплыми нотками, он заставлял ее поджимать пальцы ног и давить неуместные счастливые визги. Сначала она подписалась на него случайно, наткнувшись на ролевую игру, где он изображал именно Ся Ичжоу. Сходство было поразительным, если бы китайский актер озвучки когда-нибудь заговорил по-английски, у него точно был бы такой же голос. Но осталась Лорелай не из-за сходства с любимым персонажем. Она осталась из-за того, что этот голос пробуждал в ней что-то темное и жаждущее. Что-то, что она даже не подозревала в самой себе. Полковник специализировался на контенте, который танцевал на самой грани дозволенного. Формально все происходило по обоюдному согласию, но это согласие всегда добывалось сексуальным принуждением, жёсткими уговорами, а иногда и откровенным шантажом. Его персонажи бывали одержимыми, собственническими и абсолютно бесчеловечными в собственной нежности. И Айвери прекрасно знала, насколько это все неправильно, знала, что порядочные девушки не должны возбуждаться от столь жестоких вещей, но попросту не могла остановиться. Каждый раз, как она надевала наушники и слушала его премиальный контент (а она была одним из самых щедрых донатеров), то неизменно представляла себя на месте героини его сценариев. Представляла, как он берет ее против ее воли… по крайней мере, формально. На самом деле ее тело всегда текло от одного звука его голоса. «Lori-pop» — под таким ником она скрывалась на его Патреоне, получая доступ к эксклюзивному контенту за восемьдесят долларов в месяц. Деньги, которые следовало бы потратить на новую одежду или косметику, утекали в карман анонимного мужчины, который даже лица своего не показывал в эфире, только руки в дорогих часах и голос, способный довести ее до дрожи одной угрожающей интонацией. Неудивительно, что с такой «богатой» личной жизнью у нее до сих пор не появилось парня. В свои двадцать лет она все еще оставалась скромной девственницей, слишком застенчивой для реальных отношений и слишком испорченной грязными фантазиями для невинного романа. Мама никогда не давила на нее по поводу личной жизни, Кэролайн Айвери была слишком занята своими пациентами, чтобы вникать в проблемы собственной дочери, которая всегда была предоставлена самой себе, как и подобает хорошей девочке. Но добрая Жозефина, у которой Лорелай подрабатывала этим летом в цветочном магазинчике, явно придерживалась других взглядов на этот несомненно важный вопрос. — Лори, дорогая, ты такая милая девочка, — говорила она каждый день, аккуратно подрезая стебли привезенных хризантем. — Неужели тебе никогда не хотелось завести своего кавалера? Мой старший внук тоже учится в вашем университете. Калеб Саммерс. Может, слышала? Такой высокий, красивый мальчик. Капитан баскетбольной команды! Лорелай, конечно же, слышала это имя. Калеб был настоящей легендой их кампуса — один из тех золотых мальчиков, которые, казалось, умеют все и всегда находятся в центре всеобщего внимания. Она видела его издалека пару раз на университетских мероприятиях, но каких-либо точек сближения для них найти было просто невозможно, так как они принадлежали к совершенно разным мирам. Он сиял ярче солнца, а она… она была тенью под отбрасываемыми им лучами, которая предпочитала оставаться в блаженном неведении. — Представляешь, они наконец приезжают сегодня вечером! — продолжала щебетать старушка, и в ее голосе звучало столько радости, что Лори невольно ответила ей робкой улыбкой. — Ария будет в восторге от твоих кексов, а Калеб… Ох, Калеб обязательно должен с тобой познакомиться поближе, если ты понимаешь о чем я. Вы же учитесь в одном университете! — Миссис Саммерс, — осторожно начала Лори, предательски краснея в лице. — Я уверена, что у вашего внука есть множество друзей, и ему совсем необязательно… — Чепуха! — тут же отмахнулась умевшая быть упрямой Жозефина. — Калеб проводит слишком много времени за учебой и заботой об Арии. Ему нужна хорошая подружка. А ты такая милая и добрая девочка… И готовишь божественно! Знаешь, путь к сердцу мужчины всегда лежит через… Лори едва удержалась от того, чтобы фыркнуть. Если бы Жозефина знала, что путь к ее сердцу лежал через наушники и весьма специфический взрослый контент с фантазиями об изнасиловании, она бы, наверное, упала в обморок. И мысль о том, что такая добрая старая душа может случайно узнать о ее ночных развлечениях, заставила Лори покрыться холодным потом. — Я… я очень стесняюсь, — пробормотала она, избегая ее взгляд. — И потом, такие парни, как ваш внук, обычно встречаются с… ну, знаете, красивыми и популярными девушками. Чирлидершами или моделями, например. В старческих глазах старушки мелькнул какой-то особый материнский блеск и она мягко сжала ее плечо: — Лорелай, ты просто недооцениваешь себя. Ты красивая, умная и, между прочим, очень талантливая девушка! И если мой внук этого не заметит, то это лишь значит, он идиот! А я идиотов не воспитываю. Лори хотела возразить, но в этот момент у ее начальницы зазвонил телефон, и Жозефина поспешила на него ответить. Оставшись наедине с цветами, Лори позволила себе горькую улыбку. Жозефина была невероятно добра, но удивительно наивна в вопросах современных социальных норм, а особенно чужих вкусов. Впрочем… как вообще можно объяснить человеку, что ты настолько погрязла в виртуальных отношениях с посторонним голосом из интернета, что реальные мужчины кажутся бледной тенью по сравнению с созданными твоим больным воображением фантазиями? Особенно после того, как она открыла для себя «Полковника»… Одно воспоминание о его бархатном голосе заставило Лори сжать бедра, отчего она торопливо отогнала неуместные грязные мысли. Не здесь и уж точно не сейчас. Дома, в безопасности своей маленькой комнаты, она еще могла позволить себе раствориться в том темном удовольствии, который предоставлял его бархатный голос, но на рабочем месте это было, как минимум, непристойно. Остаток рабочего дня прошёл в обычной суете. Айвери с вежливой улыбкой принимала заказы клиентов, составляла требуемые букеты и считала минуты до закрытия. Жозефина несколько раз принималась рассказывать о приезде внуков, показывать фотографии на телефоне, которые она лишь вежливо разглядывала краем глаза, думая совсем о другом, пока добрая бабушка наконец не успокоилась.

***

Приняв душ и переодевшись в мягкую пижаму: шортики и свободную футболку, под замирание своего глупого сердца Лори медленно подошла к застеленной молочно розовым пледом кровати. Под каркасом лежала коробка с одной из ее самых смущающих покупок. Несколько месяцев назад, под влиянием особенно откровенного аудио от «Полковника» и изрядного количества праздничного вина, она заказала в интернете… фаллоимитатор. И даже сейчас, доставая его из упаковки дрожащими от нервов пальцами, она никак могла поверить в собственную смелость или лучше уж сказать глупость. На вид он выглядел как весьма реалистичный силиконовый член среднего размера приятного телесного светлого цвета и с крепкой присоской у основания. Конкретно такую форму и размер она выбрала потому что устала от надоевшей девственности и просто желала почувствовать внутри себя что-то больше тонкого розового вибратора, который она прятала еще глубже. — Я совсем спятила, — прошептала она, щедро поливая тщательно вымытую в ванной игрушку холодным лубрикантом. — Это же… это же просто безумие! Но тело, увы, уже горело от предвкушения. Сегодня «Полковник» выпустил новое премиальное видео — особенно жесткий сценарий, доступный только подписчикам самого дорогого уровня. Как раз в такие моменты она покупала насколько ценными были потраченные на эту подписку средства. Устроившись на кровати с ноутбуком, она надела наушники и открыла патреон. Сердце заколотилось как бешеное, когда она увидела название новой записи: «Полковник: Маска друга детства». Судя по описанию, это была вариация на тему той самой сцены из «Love and Deepspace», где Ся Ичжоу похищает главную героиню и удерживает ее в своей квартире. Только версия «Полковника» обещала быть гораздо более… откровенной. — Ну же, — прошептала прикусившая нижнюю губу Лорелай, запуская заветное видео. — Покажи мне… Знакомый голос потек в ее уши словно самый настоящий рай на земле: — «Ты проснулась. Наконец-то… Не пытайся двигаться, дорогая. Эти веревки надежнее, чем тебе кажется». Лорелай зажмурилась, чувствуя, как по телу разливается знакомая истома. Голос его был еще более хриплым чем в обычное время, с теми опасными нотками, которые заставляли комочек нерв снизу ее живота сжиматься еще крепче. — «Удивлена? А ведь я предупреждал тебя… говорил, что не стоит так слепо доверять мне. Но ты не слушала, правда? Всегда была такой наивной…». Сценарий разворачивался в точности как в игре — похищение, изоляция, медленное разрушение границ. Но здесь не было нещадной китайской цензуры или невинных полунамеков. Здесь «Полковник» описывал каждое прикосновение, каждый поцелуй, каждое движение с такими подробностями, что ее тело пробивалось новыми волнами возбуждения почти что каждую секунду отведенного ему времени. Взгляд Лорелай незаметным образом упал на дакимакуру — большую подушку с изображением Ся Ичжоу во всю длину, которую она заказала несколько месяцев назад в приступе стыда и отчаяния. Обычно она просто обнималась с ней во сне, представляя, что это настоящий мужчина. Но сегодня… — «Чувствуешь, как я провожу пальцами по твоим влажным складкам? Ты уже такая мокрая… а ведь мы еще даже не начали, котенок». Ее дыхание участилось. Она посмотрела на фаллоимитатор в руке, потом на дакимакуру, и в ее голове родилась по-настоящему безумная идея. — Нет, — прошептала она. — Я не могу… н-не могу… это слишком извращенно даже для меня! Но руки уже двигались сами собой вперед. Она подтащила подушку поближе к себе, любуясь прорисованным лицом своего любимого персонажа: его пронзительными светло-фиолетовыми глазами и чувственной линией полных губ. В наушниках «Полковник» продолжал свой сладкий шепот, в красках описывая, как медленно входит в связанную героиню, и… И Лори больше не могла сопротивляться. С устремившимся вскачь сердцем она прикрепила фаллоимитатор к дакимакуре в нужном для нее месте. Присоска оказалась на удивление надежной и конечный результат выглядел абсурдно, но одновременно с этим будоражаще реалистично. — «Я не буду нежен с тобой», — шептал «Полковник», пока Лори, сглотнув, медленно освободилась от своих шортиков с нижним бельем. — «Ты заставила ждать меня слишком долго». Ее тело было более чем готово. Между ног скапливалась знакомая слизь, так как ее жадная дырочка уже была заточена реагировать определенным образом под звук его томного голоса. С заминкой Лори все-таки взобралась на дакимакуру, глядя в нарисованные глаза Ся Ичжоу, и начала с предельной осторожностью опускаться на наконечник силиконовой игрушки. — «Вот так», — тем временем издал одобрительный стон голос из ее наушников. — «Возьми меня целиком. Я хочу чувствовать, как ты растягиваешься вокруг меня». Лори застонала, зажав край футболки своими зубами, чтобы заглушить непрошенный звук. С тихим хлюпаньем головка члена начала медленно раздвигать ее складки, входя глубже. Ощущения были просто невероятными — наконец-то что-то заполняло поселившуюся внутри нее пустоту. Что-то, что было во много раз больше ее хлипких пальцев. — «Чувствуешь?» — спрашивал голос, и Лори нетерпеливо кивала, хотя этого никто этого не видел. — «Чувствуешь, как я все глубже проникаю внутрь тебя? Как беру то, что принадлежит мне по праву?». Каждое семимильное продвижение все дальше сопровождалось тонкими волнами всеохватывающего удовольствия. Одной рукой она сжимала свою грудь, другой опиралась о подушку, представляя под своими ладонями широкую грудь Полковника. Еще немного… Совсем немного… Она была так близко, чтобы войти полностью… И тут раздался стук. Глухой, как удар молнии среди ясного неба. Лори замерла с погруженным наполовину его размера членом, обнаженная грудь судорожно вздымалась то вверх, то вниз, пока в ушах продолжали раздаваться пошловатые шлепки. Несколько секунд она пыталась убедить себя, что ей послышалось, что кто-то уронил что-то этажом ниже. Но затем она медленно, очень медленно подняла взгляд выше и увидела застывший в дверном проеме силуэт. Высокий. Мужской. Растерянный. Время остановилось. Лори смотрела на незнакомца. Незнакомец смотрел на нее. В наушниках продолжал звучать стонущий голос «Полковника», вбивающийся в тело МС. На протянувшимся между ними расстоянии на полу лежала упавшая коробка с тортом, из которой выглядывал кусок разрушенной кремовой вершинки. Парень, стоит заметить, был… красивым. Нет, не просто красивым, он был воплощением всех женских фантазий о идеальном мужчине. Высокий, явно спортивного сложения, с идеально растрепанными темными волосами и… глазами невероятного фиолетового оттенка. Сейчас они были широко распахнуты от шока, в то время как его лицо выражало такую же растерянность, как и ее собственное. И тут до ее заторможенного мозга наконец дошла абсурдность развернувшейся ситуации, отчего Лори издала звук, который можно было классифицировать как нечто среднее между визгом священного ужаса и предсмертным хрипом. Отскочила от дакимакуры она при этом так резко, что фаллос выскользнул из нее с характерным для него влажным звуком, как и шнур проклятых наушников от их разъема. Благодаря чему началось самое страшное. Ошеломительно громкий из-за динамики звука от ноутбука голос «Полковника» наполнил собой всю комнату, смешиваясь с характерными влажными звуками ударявшихся друг об друга тел, которые не оставляли ни доли сомнений в том, что именно здесь происходило. — «Да, вот так… принимай меня глубже… ты создана для меня…». — СТОП! СТОП! СТОП! — завопила Лори, лихорадочно тыча по клавиатуре и пытаясь одновременно с этим натянуть на свои голые ноги стащенные с пола шорты. — ЗАМОЛЧИ УЖЕ, БЛЯТЬ! Но технологии, казалось, сговорились против нее. Видео отказывалось останавливаться, а громкость, к ее отчаянию, только увеличивалась. — Я… это… торт… — бормотал стремительно краснеющий незваный гость, находясь в таком же глубоком шоке. — Б-бабушка сказала отнести… а мы тоже купили торт… и о-она попросила… т-то есть, она подумала, что вы… что ты… что вам… т-тебе… — УБИРАЙСЯ! — изо всех сил закричала Лори, наконец найдя кнопку выключения ноутбука. — ПРОСТО УБИРАЙСЯ ОТСЮДА! — Я-я не хотел… дверь была открыта… — парень пятился к выходу, но его взгляд при этом рассеяно скользнул по по дакимакуре, задержался на все еще вибрирующем фаллоимитаторе, заставив ее понять, что такое же адский стыд на собственной шкуре. — Господи, я так извиняюсь… — УХОДИ! — схватив первое, что попалось под руку (им оказался злосчастный фаллос), Лори швырнула им в ненавистного вторженца. Парень ловко увернулся, и игрушка со влажным звуком ударилась о дверь как раз в тот момент, когда он выскочил из ее квартиры наружу. Лори услышала его торопливые шаги по лестнице, затем хлопок входной двери, и только тогда позволила себе рухнуть на кровать и с чувством разрыдаться. Это была катастрофа. Полная, абсолютная катастрофа. Уткнувшись лицом в подушку, она задрожала всем своим телом, поняв, что ее жизнь кончена. Кем бы ни был этот парень, он увидел ее в самый унизительный момент ее существования. А что самое страшное — он был невероятно красивым. Лори представила, как завтра она спустится в цветочный магазин, а там ее будет ждать Жозефина с сияющей улыбкой и словами: «А вот и мой внук Калеб!». И этот Калеб окажется тем самым парнем, который застал ее в таком непотребном виде. Мысль была настолько ужасной, что она разрыдалась еще громче. Нет, это не могло быть правдой. Такие совпадения случались только в самых жестоких фанфиках, где авторам нравится мучать своих героинь самым дичайшим образом. В реальной жизни судьба просто не имеет права быть настолько извращенно изобретательной. Или имела? Лори перевернулась на спину и опустошенно уставилась в потолок. По щекам все еще текли горькие слезы, пока тело изнывало от возбуждения из-за прерванного процесса. Но сейчас даже мысль о продолжении казалась кощунством. Как она вообще сможет смотреть людям в глаза после такого? С трудом встав на не держащие ее на весу ноги, Лори начала механически убирать собственную комнату, пряча улики своего позора. Дакимакуру она грубо сложила напополам и засунула в шкаф, фаллос тщательно вымыла и убрала обратно в коробку, ноутбук закрыла и отодвинула как можно дальше от себя. Но стыд никуда не делся. Он сидел в груди тяжелым комом, отравляя каждый свершенный вдох. Может быть, если она будет достаточно долго лежать по одеялом и никак не двигаться, следующее утро никогда не наступит. А если утро не наступит, то ей не придется спускаться вниз и встречаться с Жозефиной и ее внуками, одного из которых она кажется встретила несколькими часами раннее. Надо бы купить билет в Антарктиду.