Protect you

— Ты свободен в субботу? Хотел приготовить тебе сюрприз. Феликс посмотрел на него с хитринкой. Очевидно, предложение Хвана его заинтересовало. — Разве это сюрприз, если ты только что сказал мне о нем? — Ну не могу же я просто так взять и украсть тебя в твой выходной. Вдруг ты занят. — Ты — можешь. Эта фраза очень приятно пощекотала эго, и теперь уже настал черед Хенджина улыбнуться.Приятно осознавать, что ради него Ликс мог отменить другие планы. — Тогда заеду за тобой после обеда. Надень что-нибудь удобное. Всю неделю Хван терпеливо отвозил Феликса на работу и возвращал домой. Люди Пака не приближались, а сам их главарь не показывался. Будто затих и забыл, что обещал воплотить в жизнь угрозу. Это настораживало, но Хенджин не терял бдительность. Он ждал. И пока ждал, влюблялся в Феликса все сильнее. Да, отрицать очевидное было бы глупо — этот парень его покорил. Хван был готов капитулировать, сдаться его обаянию и харизме. Он все еще считал что они не подходили друг другу. Но Ли так не думал. Он шел напролом с завидным упрямством, будто ледокол. И растопить лед на сердце Хенджина ему также удалось. В конце концов, кто бы мог устоять перед таким чудесным, чутким и искренним человеком? Хван забрал его ровно в назначенное время. Даже в спортивной одежде Ликс выглядел обворожительно. Его серебристые волосы были собраны в аккуратный хвостик, а через плечо была перекинута спортивная сумка. Кажется, он был готов к приключениям. — Выглядишь так, будто знаешь, куда мы едем, — ухмыльнулся полицейский, заводя мотор. — Может, и знаю, — заговорщически промолвил Ли, подмигивая ему. — Правда? И каковы твои предположения? — На пикник, — Феликс серьезно кивнул самому себе, будто это был невероятно важный вопрос. — Я прав? — Видимо, я слишком предсказуем, — Хван вздохнул, выруливая со двора. Его зоркий глаз уже увидел фигуру в черном, направившуюся в такую же черную машину. Судя по всему, за ними будет хвост. — Просто я знаю, что ты внимательный и чуткий. А так как я сам упоминал, что хотел бы на пикник…нетрудно сложить два и два. — На самом деле мы едем кататься на мотоциклах по бездорожью. — Правда? — удивленно воскликнул Ли, его брови немедленно поползли вверх. — Нет. — Блин, на самом деле было бы круто. Я уже успел обрадоваться. — Тогда мы обязательно сделаем это в будущем. Но пока что всего лишь пикник. — Думаю, я свалюсь с мотоцикла, не успев проехать и пары метров, — низко хохотнул Ли. — Серьезно? А я водил мотоцикл когда-то, так что думаю, справлюсь. — У тебя был мотоцикл? — удивлению Ликса не было предела. — Да. Мне подарили на восемнадцатилетие. Я катался пару лет, потом пересел на машину. — Ты наверняка выглядел очень горячо, — замечание смутило Хенджина, но он постарался не подавать виду. — А сейчас не выгляжу? — И сейчас выглядишь. Просто теперь ты коп, этакий хороший парень. А те, кто водит мотоцикл, обычно создают впечатление плохих. За тобой наверняка бегали девчонки, так ведь? — Ну, может, немного. У меня действительно был такой имидж: кожа или рваные джинсы, пирсинг, бритая бровь. Потому все удивились, когда я пошел в полицейскую академию. Добрались, к счастью, без пробок. С самого разговора о пикнике Хенджин решил, что просто обязан показать Ликсу это место. В получасе езды от Сеула среди деревьев прятался почти райский уголок: тихий полузаросший пруд, дорогу к которому знали немногие, да и проехать можно было только на внедорожнике. Им пришлось потрястись, но это того стоило. — Вау! Невероятно! — Ли шустро подошел к берегу, где с полумостика открывался вид на нетронутую человеком водную гладь. — Тут так тихо и умиротворенно. — Да. И нет никого кроме нас, — Хван был уверен, что преследователи на своих пузотерках не смогут добраться сюда. Доставать их из грязи и метровых зарослей он точно не станет. — Дядя показал мне это место лет десять назад. Я давно здесь не был, но сразу захотел показать тебе. — Здесь чудесно, — Ликс солнечно улыбнулся и присел на корточки, вглядываясь в толщу воды. — О, уточки! — Здесь раньше жили аисты. Сейчас не знаю, но может быть, они покажут себя. Пока Ли любовался красотами, Хенджин расстелил для них плед и достал ланч, фрукты и сладости. Он точно не знал, что именно любит Ликс, поэтому приготовил всего понемногу в надежде, что тот оценит его старания. — Шампанское для господина Ли, — он со смешком встряхнул бутылку сухого белого, откупоривая крышку. Удивление и благодарность на чужом лице не скрылось от него, и так Хван сделал вывод, что не прогадал. — Вау, Хенджин, это…чудесно! У меня нет слов… Никто не делал для меня чего-то столь романтичного. Мужчина недоумевал — о чем только думали партнеры Ли, раз даже не удосужились спросить, как он хотел бы провести свидание мечты? Этот человек заслуживал, чтобы о нем заботились, чтобы его берегли и исполняли его маленькие и большие желания. — Очень рад, что тебе понравилось, — он наполнил стаканчик шипящим напитком, протянув его Феликсу. На самом деле Хенджин не назвал бы себя заядлым романтиком, но ради него готов был хоть каждую неделю творить подобные вещи. — Давай перекусим. Хотя Хенджину уже было под тридцать, он до сих пор не понимал особенности течения времени. Почему иногда на работе оно тянулось бесконечно, но когда он находился с Ликсом, пролетало незаметно? Это было крайне несправедливо и обидно. Радовало одно: они насладились природой и компанией друг друга, вдоволь наобнимались, а после ланча Феликс уложил голову на колени Хенджина, а тот долго и нежно перебирал его длинные волосы. Ли зажмурился от наслаждения, а старшему захотелось поцеловать каждую из его волшебных веснушек. И он не стал себя сдерживать. Хван понимал, что нежность в его глазах не осталась незамеченной, такую же нежность он видел и в глазах напротив. Они оба хотели большего, чем короткие мимолетные поцелуи, оба понимали, к чему все шло. Взять Феликса прямо здесь, на пледе среди травы, чтобы им в уши заползли муравьи или кто похуже, не казалось подходящим вариантом, поэтому на закате они засобирались домой. Уже было довольно прохладно, и хоть обоим не хотелось покидать райское место, они знали, что вечер на этом не закончится. — Поехали ко мне, — предложил Хван. Даже если за ними следили, было плевать — не оставалось сомнений, что Паку и так известен его адрес. У них не было цели прятаться. Хенджин лихорадочно вспоминал, насколько захламлена его квартира: к счастью, во всех комнатах кроме лоджии царил порядок, так что показать их Фелу было не стыдно. Тот с интересом разглядывал немногочисленные фотографии и обратил внимание на задвинутый в угол значок за отвагу — Хенджин получил его около года назад за раскрытое особо сложное дело. — Вау, хён… Иногда я забываю, какой ты бесстрашный и отважный, но когда вспоминаю….мне кажется, я тебя не заслуживаю. — Глупости, — поспешил отмахнуться Хенджин. — Ты заслуживаешь кого-то получше меня. — Но мне никого больше не надо, — с улыбкой Феликс вновь поцеловал его, параллельно оглаживая крепкую грудь, забираясь проворными пальцами под куртку и футболку. От его прикосновений кожа покрывалась мурашками, но Хенджину все равно хотелось, чтобы Ли никогда не прекращал его касаться. Его руки ощущались на пояснице Ликса правильно, как будто там им было самое место. Аккуратные ягодицы практически помещались в ладонях, и Ли низко простонал, стоило Хенджину смять их жадно и требовательно. — В душ? — уточнил старший, отрываясь от сладких губ всего на секунду. — Только вместе. Феликс позволил подхватить себя на руки и обвил ноги вокруг талии. По пути целуясь, они собрали все дверные косяки, и Феликсу удалось скинуть куртку Хенджина на пол. Усадив его на стиральную машину, Хван поцелуями спустился на шею и подбородок, не желая пропустить ни сантиметра кожи. Ликс на вкус ощущался великолепно, его кожа, мягкая и чуть терпкая, так и просила, чтобы на ней оставили отметины, и Хенджин не смог себе в этом отказать. — Бодже, хёоон, — Ли отклонился назад, выгибаясь дугой, и лишь от одного его вида, столь податливого и изящного, желание внутри разгорелось с невероятной силой. Возбуждение, долго копившееся внутри, давило, но Хенджин старался держать себя в руках, чтобы не причинить партнеру боли. Его ладони мелко тряслись, пока он стягивал с Ликса толстовку и штаны, а затем едва не разрывал на нем майку. — Невероятный, — он склонился ниже, оставляя поцелуи на ребрах, талии и вокруг пупка. Ликс был подтянутым, его пресс проступал кубиками, но при этом парень оставался невероятно стройным и изящным. Если бы ангел был смертным, вероятно, он выглядел бы как Феликс, потому что никого прекраснее Хван не видел и не мог представить. Желание уже не было ни для кого секретом: Хенджин видел очертания полувозбужденного члена сквозь белье и не отказал себе в удовольствии погладить и коснуться, сорвав с пухлых губ очередной стон. Ли подался тазом вперед, навстречу касаниям, и Хенджин сразу понял, что должен сделать. Он притянул Ликса на себя, заставляя встать, стащил белье и, аккуратно чмокнув головку, погрузил член в рот настолько, насколько был способен. — Блять, Джини! — Ликс уже не сдерживался, запрокидывая голову и демонстрируя выступающий кадык. Его пальцы сжимали угол стиральной машины, а хотелось бы, чтобы Хенджиновы волосы. Подняв на него замыленный взгляд, Хенджин поймал кего кисти и уложил себе на голову, вручая младшему бразды правления. Он активно двигал головой, подавляя рвотный рефлекс, а Ли с удовлетворением смотрел за его стараниями, за тем, как струйка слюны стекает вниз с краюшка губы, за тем, как его возбуждение уже виднеется сквозь ткань белья, за тем, с каким восхищением смотрит снизу вверх Хван. — Такой умница, хен, — похвалил его Ликс, цепляясь за едва отросшую шевелюру. — Мне так хорошоооо. Улыбаться с членом во рту было проблематично, потому Хенджин просто стал работать еще усерднее, чтобы вознести Ликса на небеса. Он сосал с жадностью и удовольствием, как никогда прежде, потому что Ли был идеален везде. Его член приятной тяжестью лежал на языке, и все что мог сделать Хван — пропустить его глубже в глотку, вызывая очередной гортанный стон. — Хочу кончить от твоего члена внутри, — руки Ликса крепче вцепились в его голову, чуть отстраняя. — Я больше не выдержу, хён. Хенджин был бы не против, если бы Ликс кончил ему в рот или на лицо, но перспектива оказаться внутри заводила еще сильнее. Ликс первым зашел в душевую кабину, утягивая старшего за собой и пытаясь настроить воду. Сначала напор оказался прохладным и заставил обоих зашипеть, но через пару секунд вода стала по-приятному теплой. Хенджин поблагодарил себя за то, что в заначке держал баночку смазки и упаковку резинок. Феликс, не дожидаясь команды, развернулся к нему спиной и прогнулся, как кот, подставляя идеально округлую и симметричную задницу. Когда первый палец Хенджина оказался внутри, с его губ сорвался тихий, но до невозможности эротичный стон. Так узко, горячо и так маняще, но Хван понимал, что спешить нельзя. Нащупывая простату, он решил, что доведет Ли до исступления, даже не оказавшись внутри. Пальцы правой руки делали свое дело качественно и усердно, пока губы покрывали поцелуями шею и выступающие крылья-лопатки, а свободная рука от массирования сосков спустилась на живот, а после — стоящий колом член. На свое собственное возбуждение Хван старался не обращать внимания, пока оно не стало болезненным. Каменный член утыкался головкой в манящую задницу, а то, как Ликс притирался ягодицами, совсем не помогало, даже наоборот, заставляло простонать от бессилия. Только благодаря стальной выдержке у Хвана хватило терпения подготовить партнера как следует. — Достаточно, — простонал Ликс, оборачиваясь на него и глядя умоляюще. — Я не могу больше терпеть, хён, войди уже в меня, прошу. Не пойти на поводу было бы величайшим преступлением, а Хван был хорошим полицейским и добропорядочным гражданином. — Уверен? — Хенджин оставил ласковый поцелуй на надплечье, заглядывая прямо в потемневшие от желания глаза. — Да. Абсолютно. Оказаться в нем ощущалось как величайшее благословение. Грудная клетка Хенджина прислонилась к широкой спине, нависая, приникая так близко, что Ликс выгнулся еще сильнее, а от этого ощутил все еще глубже. Хенджин сначала мелко, но позже более амплитудно двигался, впиваясь пальцами в поджарые бока и заставляя парня перед ним стонать и закатывать глаза. Короткие ногти Ли скребли настенную плитку, его вскрики были приглушены шумом воды и все равно оставались медом для ушей. Хенджин не мог перестать целовать, не мог перестать восхищаться им и сходил с ума от осознания, что этот парень теперь его. Хотелось как подростку признаться в любви и услышать в ответ те самые три слова, но он знал, что нельзя. Не сейчас. Быть может, потом. Феликс был на грани: его тело мелко дрожало в преддверии пика, он кусал распухшие от поцелуев губы и умолял Хенджина быть с ним жестче, позволить кончить. А Хван был готов на все, чтобы сделать ему приятно. Пары движений по члену хватило, чтобы Ликс бесформенной массой повис в его руках, и осторожно выйдя, Хенджин довел себя до разрядки сам, не желая тревожить разморенное тело. Феликс после близости — отдельный вид искусства. Распаренный, податливый, усталый, но улыбчивый и немного капризный. Не желающий отпускать Хенджина ни на минуту. Позволяющий вытереть себя безразмерным полотенцем и окидывающий тело партнера жадным, нуждающимся взглядом. — Хочу отсосать тебе, хен, — пробубнил он в шею Хвану, когда они наконец добрались до постели. — Потом. Сейчас ты устал, — аккуратно перебирая спутанные мокрые волосы, Хенджин все еще удивлялся, как земное существо может быть настолько прекрасным. И как кто-то, обладающий такой выдающейся внешностью, мог оставаться при этом скромным, чутким и сострадательным человеком. — Давай спать, — буркнул Феликс, обнимая его за талию и прикрывая глаза. — Спокойной ночи, — Хенджин, в отличие от него, спать не спешил. Хотелось еще полюбоваться. От идеального лица его отвлек пискнувший уведомлением телефон. И Хенджин не обратил бы на него внимания, если бы не ждал сообщения от конкретного человека. Ты доиграешься, если продолжишь в том же духе, офицер Прекращай меня дразнить.

Дразнить? Не я прячусь по углам и посылаю вместо себя шавок

Что ж, давай поговорим с глазу на глаз Спускайся Тихо и осторожно, чтобы не потревожить Феликса, Хенджин поднялся и вытянул из шкафа первую попавшуюся одежду. Чуть не запутался в штанах, ударился мизинцем о ножку стула и тихо зашипел, все же разбудив Ли. — Ты куда? — сонно прошептал тот, с трудом разлепляя глаза. — Кое-что забыл в машине, надо забрать. Спи. К счастью, сонный Ликс не подверг его слова сомнениям. Хенджину было просто необходимо, чтобы Феликс оставался здесь и ни в коем случае не влезал в их с Паком разборки. Еще раз проверив телефон и убедившись, что коллега Ким не дремлет, он как можно бесшумнее покинул квартиру. Как и ожидалось, у подъезда его поджидал отнюдь не Пак, а его пешки. Трое мужчин скрыли свои лица масками, чтобы их личность нельзя было распознать по записям с камер. Но Хенджина они и не очень-то интересовали. Очевидно, что их мотивом являлись деньги, убери спонсора, и они перестанут Феликса преследовать. — Где ваш босс? Я буду говорить только с ним. — Еще чего, — хмыкнул один из мужчин, выступая вперед. Зоркий глаз Хенджина усмотрел на его правой ладони кастет. — Слишком много чести. Но он просил передать тебе послание. «Не трогай то, что тебе не принадлежит». Хван нервно качнул головой, собираясь как-то ответить, но противник уже бросился в атаку, как и его единомышленники. Хенджин был довольно хорош в ближнем бою, но трезво оценивал свои силы и понимал, что троих вряд ли сумеет одолеть. А значит — будет больно. Он прописал первому удар с ноги по яйцам, и тот с криком схватился за причинное место, корячась от боли. Двое других стали осторожничать, но скооперировавшись, напали на копа одновременно: один навалился со спины, другой же попытался нанести удар по печени. Хенджин взял его в захват, но в это время тот, кто был сзади, хорошо так огрел его по почкам, заставляя согнуться и растерять пыл. Хван попытался с локтя попасть ему по болевой точке, но его попытка была перехвачена, и в следующий миг соперник скрутил его руку, едва не вывихивая в плече. Он аж зашипел от боли, прикусив щеку, чтобы не заорать. Нельзя было привлекать к их заварушке лишнего внимания. Вдвоем соперники повалили Хенджина наземь. Тот пытался отбиваться, метясь в голени и пах, но преимущество явно оставалось не за ним. Что ж, это было ожидаемо и предсказуемо. Жаль только, Пак так и не объявился. — А что ваш босс, не хочет поучаствовать? Думает, меня можно этим запугать? Дракой? — полицейский ухмыльнулся, стирая кровь с прокушенной губы. Он надеялся, что Пак не побоится камер. Этот человек вел себя так, будто ему все нипочем. Нападающие переглянулись между собой и вновь принялись наносить Хенджину удары, теперь уже пиная ногами. Неизвестно, как далеко они готовы были зайти, и Хван лишь надеялся, что продержится так долго, как необходимо. Ему даже удалось схватить одного из мужчин за ногу и повалить, нанося ответный удар, прежде чем перед ним возникла высокая фигура в плаще. До Этого Хенджин видел Минхена лишь на фото, но причин сомневаться в том, кто перед ним, не было. — Какая встреча, — истерически хихикнул он, стараясь не показывать боли. Пака хотелось подразнить. — А ты все-таки вышел из своей дыры. Что, хочешь меня добить? — Ты зря не согласился отстать по-хорошему, офицер. Мы оба знаем, что я тебя не убью, но пара недель в больничке тебе будут обеспечены. И когда ты выйдешь…ничего не сможешь поделать. Феликс выберет меня. — Он никогда не выберет тебя, — почти змеиное шипение сорвалось с губ полицейского, а ненавидящий взгляд мог прожечь во враге дыру. — Как бы ты ни выеживался, Ликс всегда будет выбирать меня. Он знал, что эта фраза обязательно Пака разозлит. Догадывался, что тот отвесит ему удар — тяжелый ботинок пришелся прямиком по грудине, и если его ребра выдержат, это будет чудо. Знал, что откинется назад, ударяясь головой об асфальт и практически теряя сознание. Собственно, этого Хенджин и добивался. Настала пора сделать ход джокером. Только вот он не рассчитал, что в борьбу может включиться кое-кто еще. — Ты! — Феликс в пижамных штанах и футболке вылетел из подъезда как белая фурия и бросился прямиком на Минхена. — Не смей трогать его! Не смей угрожать ему! Не смей! — Ликс, нет! — Хван попытался встать: тело плохо слушалось, руки и ноги отзывались болью, но Ли не мог пострадать и не должен был разрушить их план. — Остановись! Оставь его! Но Феликс не слышал: он с кулаками набросился на Минхена, едва не отправляя его в нокаут ударом в челюсть. Ни Пак, ни его соратники явно не ожидали от Ликса, который так долго терпел их присутствие, такого напора. Не успел Минхен опомниться от первого хука, как ему тут же прилетел второй — уже в живот. — Мудак! Сволочь! Ненавижу! — оказывается, за это время в Феликсе накопилось столько злости, что сегодня он спешил выплеснуть ее на того, кто лишил его спокойного сна. Пак заслужил, безусловно, но Хенджин не хотел, чтобы Феликс был причастен. А еще он был приятно удивлен навыками Ли и тем, как яростно он бросился на его защиту. — Это полиция Сеула, вы арестованы за нападение на полицейского! Всем отойти назад, руки за голову! — в дело наконец вступил офицер Ким, и издав стон облегчения, Хенджин вновь опустился на землю. Наконец-то. Но Ликс, кажется, не слышал приказа и не замечал ничего вокруг себя. Он вцепился в шею Пака, пытаясь то ли придушить, то ли вырвать ему кадык. Выглядел он при этом устрашающе. — Феликс! Остановись! — только окрик Хенджина заставил Ли отступить и удивленно оглянуться по сторонам. Наконец он выполнил команду копов и поднял руки: один из подчиненных Кима тут же нацепил на него наручники, видимо, опасаясь, что тот может вновь накинуться на Минхена. — Я ни на кого не нападал! — заорал Минхен, не пытаясь однако оказывать сопротивление. — Это на меня напали, пытались обокрасть! Я лишь защищался! — Мы в этом обязательно убедимся, проверив камеры наблюдения, — с улыбкой заверил его офицер Ким. — А пока вам придется проследовать в участок, где вас обыщут и допросят. Пака и его сообщников под белы рученьки повели к полицейской машине, а Ким, подходя ближе, протянул Хенджину руку помощи. — Хорошенько же тебя потрепало. — Потрепало бы еще больше, если бы ты подольше ждал. — И это вместо благодарности? Я вообще-то ради тебя закон нарушил! — Ким практически возвел руки к небу, еде сдерживая улыбку. — Как будто в первый раз, — закатил глаза Хван, тут же кривясь от боли. — Фел, ты как? — Порядок, — Ли тут же приблизился, оглядывая его повреждения. — А вот ты… — Буду в норме, — попытался приободрить его пострадавший. — На мне заживает как на собаке. — Простите, но я вынужден попросить вас всех проследовать в участок. Таков порядок, — пожал плечами Ким. — Позже поболтаете. — Зануда, — фыркнул Хенджин, но за коллегой все же поплелся. Им предстояла долгая ночка.

***

К утру, когда, наконец, их выпустили из участка, Хенджин едва держался на ногах. Он был рад, что все закончилось, но ему хотелось лишь простого человеческого закинуться обезболом и проспать минут шестьсот на каждый глаз. Видимо, мученическое выражение лица не удалось скрыть, потому что Феликс подхватил его под руку и повел к такси. Он явно переживал, быть может даже сердился. Но молчал. — Офицер Ким не был с тобой слишком строг? — уточнил Хван, косясь на плотно сжавшего губы Ликса. — Нет, он был очень вежлив. Объяснил, что я выступлю как свидетель. А не как обвиняемый. — Теперь все закончится. Пак под следствием за нападение на копа и за хранение наркотиков, — от осознания этого факта на лице Хвана расплылась торжествующая улыбка. — Он больше не доставит тебе неприятностей. — Да, но какой ценой! — воскликнул Феликс, переведя на него полный боли взгляд. — Ради этого тебе пришлось пожертвовать собственной безопасностью и здоровьем! Разве я этого стою? — Конечно, — выдохнул Хенджин. Для него такой ответ был единственно верным. Нужно было бы — он бы сделал это еще раз. Столько, сколько потребуется. — Так нельзя — Ли яростно замотал головой. — Как мне после этого смотреть в глаза тебе? Почему ты ничего не сказал мне, хен? Мы бы придумали план получше… — Я знал, что ты выступишь против, — возразил он, аккуратно ловя чужую ладонь. — Потому и молчал. Мы с Кимом все спланировали, ждали, пока Пак не выдержит и высунет голову из норы. Стоило ему покинуть машину, как мой коллега использовал свой особый навык и подкинул ему немного наркоты. Ты сам понимаешь, что за сталкерство такому как Минхен не дадут справедливого наказания. Даже за нападение на копа — можно отвертеться. А вот с дурью дела плохи. Я обещал тебе, что это прекратится, и я сдержал слово, — улыбнулся Хван. — Поверь, был и не в таких передрягах. Я буду в порядке. — Прости меня, — Ликс опустил тяжелую голову ему на плечо, а после уткнулся носом в шею. — Я не хочу, чтобы когда-то еще ты рисковал жизнью из-за меня. Твоя работа и так полна опасностей, а тут еще и это. Я сглупил — надо было изначально набить ему морду. Быть может, ничего этого и не было бы. — Когда я увидел, как ты дерешься, то был сражен. Ты меня очень удивил, Ликси. Дашь пару уроков? — Хван ярко улыбнулся, и можно было подумать, что он дразнится, но мужчина говорил серьезно. — Прекрати, — Ли несильно пихнул его в плечо, помня, что на полицейском нет живого места. — И все же я должен был… — Хватит, — Хенджин прижал указательный палец к его пухлым губам, не позволяя продолжить. — Все позади, никаких сожалений. Ты все сделал правильно. Я не хотел, чтобы ты пачкал руки. — И поэтому решил испачкать их сам. — Такая работа. Мне не привыкать. — Я не хочу, чтобы рядом со мной ты был офицером Хван Хенджином и вечно опекал. Это безусловно приятно, но я хочу, чтобы рядом со мной был просто Хван Хенджин, такой, какой он есть. И чтобы я тоже мог о тебе позаботиться. Хенджин переплел их пальцы и поднес сцепленные кисти к щеке, оставляя на чужом запястье легкий поцелуй. Он не мог не защищать Ликса — это было у него в крови, где-то в подсознании. Но принимать от него заботу было так же приятно. Она проявлялась в мелочах: в спешно приготовленном ланче, коротком «Ты поел?» или «Не забудь зонт, передавали после обеда дождь». В том, как Феликс запоминал его предпочтения, стоило ему хоть раз обмолвиться отб этом. И эта забота, не самая заметная на первый взгляд, но невероятно важная, заставляла Хвана чувствовать себя на седьмом небе от счастья. — Ты…уверен, что хочешь этого? Я не смогу все время быть рядом, Феликс. Буду пропадать на работе, рисковать жизнью. Я не хочу, чтобы ты не спал ночами и переживал за меня. — Я в любом случае буду волноваться, станешь ты моим парнем или нет, — серьезно заявил Ли. — Уже слишком поздно. Я влюблен в тебя окончательно и бесповоротно. Хенджин даже перестал дышать. Замер, пораженный тем, с каким спокойствием и смирением Ликс говорил все это. Будто и правда не видел иного выхода. — Феликс, я… — Ты не обязан отвечать, — немного вымученная улыбка украсила очаровательное лицо. — Просто скажи, все что между нами было…это же не ради того, чтобы разозлить и выманить Минхена? Я тебе хотя бы немножечко нравлюсь? В его глазах было столько надежды и переживаний, будто этот вопрос не давал Ликсу покоя уже много дней. Как мог этот чудесный парень в себе сомневаться? Как мог подумать, что Хенджин к нему ничего не чувствует? — Конечно, нравишься, — Хван осторожно взял чужое бледное лицо в свои ладони. — На самом деле я влюблен в тебя уже некоторое время, просто не давал своим чувствам шанс. Подавлял их, считал, что мы друг другу совсем не подходим. — А мне кажется, наоборот, — Ли облегченно выдохнул, а улыбка его приобрела радостный оттенок. — Да, мы очень разные, но мне хорошо с тобой. Так комфортно и тепло, как ни с кем другим. Как будто я на своем месте. Не выдержав наплыва чувств, Хенджин потянулся к нему и коротко поцеловал сначала пухлые губы, потом аккуратный нос и каждую из очаровательных родинок. Феликс низко хихикнул и зажмурился от удовольствия, подставляя под поцелуи довольное до невозможности лицо. Он на ощупь нашел руку Хенджина и переплел их пальцы, больше не желая отпускать. — Как же замечательно, что я чувствую то же самое. «Даже посредственность может быть восхитительной, если она на своём месте.» Хенджин никогда не считал себя особенным или выдающимся. Но за то короткое время, что ему посчастливилось провести с Феликсом, он осознал, что он может быть удивительным и бесценным для одного конкреитного человека. И этого ему вполне достаточно.