Оттепель

      Люмин не умела соблазнять мужчин. Во-первых, её этому никто не учил (мама любила повторять, что ей ничего и делать не надо, всё придёт само с возрастом), а во-вторых… ну, ей достаточно посмотреть в зеркало, чтобы понять, что идея довольно провальная. Кого она сможет соблазнить с таким лицом? Педофила, предпочитающего постарше?       Поэтому да, она не могла похвастаться длинным списком увлекшихся ею мужчин: лишь неадекватный Предвестник и престарелые алкоголики.       Она не была такой изящной, как Е Лань, Джин или Навия. Она не была такой яркой как Ёимия, Фурина или Дэхья. Но и такой загадочной как Нин Гуан, Яэ Мико или Розария она тоже не была.       Люмин была Люмин: вечной девчушкой со сбитыми коленками, наклеенным то тут, то там пластырем, в порванной одежде, которую она уже устала штопать. Ну кто такую воспримет как леди-вамп? А если она всё же решалась надеть платье (потому что она отдавала себе отчёт, что у неё очень красивые ноги, грех их не демонстрировать) и пойти… даже не на свидание, просто на дружескую встречу с парнем, рядом всегда был Беннет, чтобы совершенно случайно и нечаянно опрокинуть на неё что-нибудь кипящее, а потом смотреть на неё глазами побитой собаки.       Последняя такая попытка была в Инадзуме с Томой, после чего Люмин плюнула и смирилась, что не носить ей в этом мире короткие юбки, полностью сменила гардероб на штаны и поставила крест на личной жизни.       И её всё устраивало.       Но кто-нибудь объясните ей, как она оказалась в одном нижнем белье в комнате Варки?       К такому жизнь её не готовила.       И где её три цепных пса, двое из которых огнедышащие, а один прицельно плюётся ядом? Где её мальчики, когда они так ей нужны?       Варка прошёл мимо огромного кресла, где в самом его углу сжалась Люмин, закутавшись в флисовый плед так, что наружу торчал только нос, и подойдя к камину пошевелил угли кочергой. Обернулся к ней вполоборота и весело подмигнул:       — Отогрелась? — Кончик носа Люмин дёрнулся. Варка предпочёл это принять за знак согласия. — Ну и чудно. А то на улице ты походила на Снегурочку из местных детских сказок.       Точно.       Они играли в снежки. Беннет предложил, Люмин и Дурин поддержали, Скара заставили. И устроили снежное побоище два на два. Потом к ним присоединился кто-то ещё, и ещё, и ещё. И вот едва ли не весь город ввязался в это сумасшествие: все против всех и каждый за каждого. Рыцари Ордена Фавониус, фатуи, дети морозный луны, нордкраевцы, путешественники, искатели приключений — вне зависимости от принадлежности к той или иной группировке на пару часов забыли про своё положение и как дети носились, уворачиваясь от снежков и швыряя их в ответ.       Шум, гам, хохот. Даже холод Норд-Края не так сильно ощущался. Люмин словно вернулась в своё детство, когда она также играла с соседскими детьми. Носилась, как угорелая, хохоча и визжа, когда ей за шиворот кто-нибудь запихивал снег.       На выходящего из трактира Варку она свалилась сверху как снег на голову (ха-ха, смешное сравнение), поскользнувшись на холмике, который они соорудили, чтобы играть в царя горы. Вся облепленная снегом, разрумянившаяся, с горящими глазами.       И, наверное, с синими губами, потому что мужчина окинул её цепким взглядом, лёгким движением, будто она ничего не весила, закинул себе на плечо и унёс в свою комнату сушиться и отогреваться.       Что показательно, мальчики даже не возмутились такому самоуправству, лишь помахали удивлённой Люмин вслед и продолжили кошмарить какого-то агента фатуи.       И вот она сидит в комнате у Варки, её одежда сушится в ванной, а сама она оттаивает под пледом у камина. Она даже и не чувствовала, что так замёрзла.       Люмин неуверенно улыбнулась, не зная, как реагировать на сравнение со Снегурочкой.       — … Спасибо?       Он хмыкнул и подошёл ближе к ней. Остановился, не доходя шага до кресла и наклонился, протянув руку.       — Позволишь?       — Что?       Люмин чувствовала себя неимоверно глупо. Она совершенно перестала понимать, что происходит. Варка вёл себя… странно.       Вместо ответа он медленно, будто боясь её спугнуть, протянул руку ближе, стащил с её головы плед и дотронулся до её щёки. Люмин замерла. Огладив тёплой (тёплой ли? Горячей! Раскалённой!) ладонью лицо, он дотронулся до кончика её уха, слегка сжал и потёр между пальцев. От неожиданности Люмин пискнула.       — Всё ещё холодная, — пробормотал он себе под нос.       Холодная? Да от неё сейчас пар пойдёт, настолько ей жарко!       Отняв руку, вновь погладив её по щеке напоследок, он уселся перед ней, скрестив ноги, и засунув руку под плед, нашёл там её ногу и потащил наружу.       — Чт… Эй! — Люмин пришлось съехать чуть ниже по сиденью, чтобы было удобней.       — Прости-прости, — без капли раскаяния в голосе произнёс мужчина.       А потом взял её ступню в ладони, наклонился ещё чуть ниже и выдохнул горячий воздух. Люмин вскрикнула. И закрыла лицо руками, чувствуя, как щёки заливает стыдливым румянцем. Да что там щёки, она вся пылала, пока бессовестный Варка, явно наслаждаясь зрелищем перед ним, делал ей массаж ног.       И кто знал, что ступни у Люмин — эрогенная зона? Как и уши.       Она вот не знала.       Он закончил с одной ногой и, ещё раз потянув на себя, поставил её ногу себе на согнутое колено, после чего протянул руку за второй ногой. Которую Люмин высунула из-под пледа сама. Отведя взгляд в сторону и приняв наиболее независимый вид. Варка хмыкнул, но ничего не сказал, также как и первую ступню обхватил ладонями, согрел дыханием и принялся разминать, то и дело проводя ногтями по подошве.       Люмин дёргалась от щекотки и возбуждения (кто бы ей сказал, что можно испытывать эти два ощущения одновременно, она бы рассмеялась тому в лицо), но молчала, прикусив плед.       — Тебе настолько неприятно? — Варка бросил на неё взгляд исподлобья.       И Люмин не могла не ответить. Мама всегда её учила быть вежливой и отвечать на заданные вопросы, если, конечно, они не риторические.       — Нет, я-а-а-а, — она захлебнулась стоном, когда он как-то по-хитрому очертил сухожилие на подъеме стопы.       — Всё-таки нравится, — удовлетворённо кивнул он сам себе.       — Ты не там проверяешь, нравится мне или нет, — ляпнула Люмин.       Кто-нибудь. Вырвите. Ей. Язык.       Он явно не работает в связке с мозгом. Иначе какого хрена?!       Варка изумлённо поднял на неё взгляд. Люмин зажмурилась. Это же её кошмар, верно? Просто сон, где она опять (ОПЯТЬ) опозорилась до седьмого колена. Просто потому что вовремя не сумела заткнуться. Когда боги раздавали разум, её явно по недосмотру обошли.       И она набрала уже воздуха, чтобы затараторить извинения и предложения забыть это как массовую галлюцинацию, как он произнёс:       — В таком случае… Позволишь?       Люмин поперхнулась набранным воздухом и прикусила от неожиданности язык. Она ожидала чего угодно, но не этого. Варка давал ей выбор. Позволял отыграть назад, если она ляпнула ту фразу просто так, наобум. Она-то может и ляпнула, но… Люмин закусила губу. Она не была девственницей, знала, что бывает после таких вопросов, однако согласиться с ним, значит впустить в свою жизнь, куда как глубже, чем она планировала. Если она согласится, он перестанет быть просто волнующим её мужчиной, магистром рыцарей Ордена Фавониуса или кем-то, о ком ей много и часто рассказывали. Нет, он обретёт черты лица. Станет тем самым мужчиной, Варкой, кем-то, кого она не захочет терять. Займёт место в её сердце наравне с мальчиками.       Варка не торопил её, ждал решения, легонько поглаживая её по ступням изредка поднимаясь вверх по икрам.       Люмин ещё раз взвесила всё «за» и «против» и медленно потянула за край пледа, скидывая его с себя и раскрываясь перед мужчиной.       — Позволю.       — Тогда нам надо тебя подготовить.       — А?       Варка пододвинулся ближе к креслу, одновременно подтягивая Люмин к себе.       — Ну… Ладно?       Люмин смирилась. Она же хотела, чтобы Варка о ней позаботился, верно? Думала ли она, что под его «позаботиться» подразумевалось, что он стянет с неё трусы, закинет её ноги себе на плечи и…       — Ст-стой! — Взвилась Люмин, пытаясь свести колени, но лишь зажимая голову Варки между бёдер. — Зачем? Я же не…       — Люмин, — мягко оборвал он её панику, — мне нужно тебя подготовить, чтобы тебе не было больно. То, чем мы планируем заняться, — он намеренно избегал слово «секс», понимая, что её психика этого не переживёт, — подразумевает приятный процесс для обоих участников.       — Но…       — Расслабься и получай удовольствие.       Люмин прикрыла глаза и откинулась обратно на сиденье кресла, не зная, куда деть руки: то ли вцепиться ему в волосы, притягивая его голову ближе к себе, то ли пытаться уцепиться за скользкую обивку кресла.       Варка вновь решил всё за неё: не отвлекаясь от вылизывания её… там, перехватил её руку и поместил себе на голову. Позволяя ей тянуть себя за волосы, даже не морщась, если она перебарщивала.       Люмин выгнуло дугой, когда он ввёл в неё свой язык, удерживая её под ягодицы в удобной ему позе. Кажется, он только что нашёл ещё одну её эрогенную зону. Ягодицы, ноги, уши, руки — она возбуждалась от любого его прикосновения.       Его отстранение она сопроводила недовольным хныканьем и попыткой притянуть его обратно. Но Варка не пошёл у неё на поводу, вновь перехватив её руку и целуя центр ладони. А потом ввёл в неё сразу два пальца. Люмин взвыла.       — Потерпи, моя хорошая, — пробормотал он, не отводя внимательного взгляда от её половых губ, — мне надо хорошенько тебя растянуть, иначе ничего не получится.       Люмин уже не осознавала, что именно он ей говорил, лишь насаживалась на его пальцы, бессвязно прося его о чём-то и умоляя.       — Чёрт, Люмин, — выругался он, крепко удерживая её за бедро, мешая ей двигаться, — прекрати провоцировать.       — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, — шептала она.       Но он был непреклонен. Возможно, будь она меньше возбуждена, она бы порадовалась такой осмотрительности. Всё же Варка был гораздо крупнее её, и без должной подготовки легко бы её порвал. Но у Люмин слишком давно не было подобной физической близости, и Варка… Ну, от него у неё сносило голову и без подобной ситуации.       Он ввёл в неё третий палец, и она задохнулась, прогнувшись в пояснице и дрожа всем телом.       Но ей было этого мало. Должно быть Варка не ожидал, что она дёрнется назад, соскользнет с его пальцев, толкнёт его ногой в плечо, повалив на спину, и усядется сверху.       Должно быть он не ожидал, какой именно эффект его действия (и он сам) окажут на неё.       — Люмин, нет, — надо отдать ему должное, среагировал он очень быстро и успел перехватить её до того, как она стянула с него штаны вместе с бельём.       — Почему?       Она и не знала, что её голос может звучать вот так: в капризно-приказном тоне. Она была готова, насколько вообще к такому можно быть готовой. Лучше Варка её уже не растянет. Не пальцами точно. И потом… у неё уже не было сил терпеть.       — Тебе будет больно, — терпеливо, словно маленькой, повторил он, — такой короткой подготовки не достаточно.       — Я сильная. У меня высокий болевой порог.       — Я уже говорил тебе, занятие любовью это не про боль. Это про удовольствие. Всех участников.       Он выглядел непреклонным в своей убеждённости, и Люмин вновь сдалась его уверенности.       — Прости, просто…       — Понимаю, но надо ещё немного потерпеть. Иди сюда.       Она прильнула к его груди, прогибаясь в пояснице и подставляясь его рукам.       — А ты… — она замялась, отведя взгляд и вновь покраснев, — ты не…       — М? — Варка ласково ей улыбнулся, поощряя её интерес.       — Не… поцелуешь меня? — Буквально беззвучно выдохнула она.       Вместо ответа он резко подался вверх, ловя её губы и одновременно принимая сидячее положение. Она не была экспертом в поцелуях, но ей не хотелось ударить лицом в грязь, поэтому она старательно повторяла за ним, запоминая и обучаясь.       Варка вообще очень хорошо влиял на её желание учиться чему-то новому.       Как они вновь оказались на кресле, Люмин даже не заметила, полностью поглощённая его губами, языком и руками.       Он вновь её растягивал тремя пальцами, неторопливо и очень тщательно, внимательно следя за её эмоциями сквозь полуопущенные ресницы. Мгновенно замедляясь, стоило лишь тени дискомфорта мелькнуть на её лице.       — Варка, пожалуйста, — пробормотала она ему в губы, — лучше уже не получится.       Он тяжело вздохнул, признавая её правоту, и кивнул. Люмин просияла и потянулась к завязкам на его штанах. Какое счастье, что сегодня он надел тренировочные штаны, которые крепились лишь на шнуровке, а не его обычное обмундирование. Люмин бы рехнулась, вытряхивая его из одежды, не выдержала бы, психанула и разорвала прям на нём.       Привстав на коленях, она помогла ему распутать узелок и стащить штаны вместе с бельём вниз. И гулко сглотнула.       Варка не преувеличивал, когда говорил, что её надо хорошо подготовить. Возможно, даже преуменьшал.       — Не волнуйся, — он ласково поцеловал её в уголок губ, заметив, как округлились её глаза, — расслабься и доверься мне. — Она отрешённо кивнула, слыша, но не слушая, что он ей говорил. — Люмин!       — М?       — Расслабься.       Она кивнула более осознанно. Варка знал, что делает. Он обещал, что ей тоже будет хорошо, а значит надо довериться окончательно. Он не торопился, целуя и лаская пальцами её шею и грудь (куда, а главное когда, делся бюстгальтер, Люмин бы и под пытками не вспомнила), отвлекал её, заставлял её расслабиться. И Люмин с удовольствием на это велась: подставлялась под его губы, послушно приподнялась на коленях, чтобы ему было удобней её целовать. Прикосновение горячей головки ко входу было совершенно неожиданным. Люмин замерла, широко распахнутыми глазами глядя на Варку.       — Дыши, — ласково усмехнулся он, медленно, потихоньку опуская её на член.       И Люмин судорожно втянула воздух носом, крепче сжимая пальцы на его плечах.       — Больно?       Она помотала головой. Непривычно? Да. Некомфортно? Да. Странно? Да. Но больно? Нет. Он же обещал ей.       Варка действовал аккуратно, даже чересчур, на субъективный взгляд Люмин, но она не рыпалась. Сложно было протестовать, когда её буквально насаживали на член. Она лишь то и дело облизывала пересохшие губы, дышала в унисон с Варкой и не отрывала взгляд от его глаз.       — Молодец, — похвалил он её, бросив оценивающий взгляд вниз. Люмин хотела проследить за его взглядом, но резко передумала.       Вместо этого она прикрыла глаза и на выдохе опустилась до конца. Почувствовав под ягодицами его бёдра, она замерла, тяжело дыша и привыкая к чувству заполненности.       — Ты как? — Тихо спросил Варка, поглаживая её по пояснице, терпеливо дожидаясь, когда она дать разрешение продолжать.       — Странно, но… — Люмин посмотрела на него и открыто улыбнулась, — мне нравится. Можем начинать?       — Ты меня спрашиваешь? — Хохотнул он, отчего член внутри неё дёрнулся, проникая ещё глубже. От удивления Люмин издала какой-то мяукающий звук.       Варка замер, удивлённо глядя на неё.       — А ты полна сюрпризов.       И поцеловал, отвлекая её от очередной минутки самобичевания.       — Это было неожиданно, но мне нравятся звуки, которые ты издаёшь, — шепнул он ей в губы, не переставая улыбаться.       Люмин тихо застонала, уткнувшись красным лицом ему в шею. Нельзя быть таким… таким! В отместку она крутанула бёдрами, вырывая у него судорожный вздох. Вот так-то, один-один.       Переведя дыхание, Варка скосил взгляд вниз, с нежностью глядя на покрасневшую Люмин, всё ещё уткнувшуюся ему в шею. Она даже краснела очаровательно: не только щёки и уши, румянец сполз даже на плечи.       Потрепав её по волосам, он опустил руку, подхватив её под бёдра. Очарование очарованием, но он тоже не железный.       Люмин вскрикнула и слегка выпрямилась, опираясь на руки, помогая Варке.       — Только не торопись.       Люмин отрывисто кивнула и опустилась обратно. Мужчина выбрал неторопливый темп, поддерживая Люмин под бёдра, позволяя ей самой выбирать комфортную высоту подъёма таза. И смотрел, смотрел не отводя взгляда на её приоткрытые губы, на кончик языка то и дело мелькающий между этими губами, на затянутые поволокой глаза, на каплю пота стекающую по шее, и которую он слизнул прежде, чем она скрылась в ложбинке меж грудей.       — Ты так смотришь, — выдохнула она.       — Как? Как на самую красивую девушку? Как на самого очаровательного человека, которого я только видел? Как на кого-то волшебного и неземного? Ты права.       Люмин всхлипнула. Ей всё ещё было непривычно слышать подобное в свой адрес. Особенно от кого-то вроде Варки.       Но она не прекращала двигаться. Не прекращала сжимать пальцы на его груди, сминая рубашку. Не прекращала целовать его улыбающиеся губы и морщинки в уголках глаз.       А Варка не прекращал поддерживать её под бёдра и шептать ей комплименты.       Оргазм заставил её вновь уткнуться ему в шею, вцепившись зубами в ключицу, пережидая пульсацию внизу живота. Варка мягко поглаживал её по спине и ногам, помогая справиться с нахлынувшей эйфорией. Дождавшись более осмысленного взгляда Люмин, виновато лизнувшую место укуса, он помог ей привстать и слезть с члена. После чего несколько раз провёл по стволу, доводя и себя до оргазма, и обильно кончил ей на живот, бёдра и лобок.       В комнате воцарилась тишина, прерываемая лишь треском дров в камине и их хриплым дыханием. Люмин пошевелилась, задумчиво рассматривая потёки спермы на своей коже. Потом провела по ней пальцем и слизнула.       Странный вкус.       — Чёрт, Люмин, — выдохнул Варка, прикрыв глаза рукой, — нельзя же делать такие порочные вещи с таким невинным выражением лица. Это ломает всю мою картину мира.       Люмин смущённо улыбнулась и поёжилась. Сперма остывала, неприятно стягивая кожу. Кажется, ей надо в душ. Но прежде, чем она успела об этом сказать, Варка рывком встал, подхватывая её на руки.       — Пойдём, помогу тебе ополоснуться. А потом можем продолжить в спальне, если захочешь.       Люмин радостно кивнула и обхватила его руками за шею, прижимаясь щекой к щеке. Даже если после ванны она и ничего не захочет, можно просто будет поваляться на кровати.       С Варкой она была готова к любому развитию событий.