Разбитый сосуд джинна

      Синдрия не знала сна ещё долгое время. Шум стихал только к рассвету и снова набирал громкости к полудню, когда молодожёны появлялись на публики для очередной официальной церемонии. К ночи наступал пик торжеств – звон барабанов, дребезг стекла, вспышки фейерверков, под которые супруги возвращались во дворец, молча расходясь по разным сторонам.       С той самой ночи они практически не разговаривали. Только на людях или если нужно было обсудить планы на следующий день. Вернее, Синдбад пытался как-то привлечь внимание Арии интересными рассказами или невинными прикосновениями. Но между ними словно пробежала чёрная кошка. Девушка вела себя слишком сдержанно, не позволяя переходить на личные темы. И тут мужчине было не понятно: то ли это от обиды, то ли от резких жизненных поворотов, то ли от усталости, то ли от всего вместе. В конечном счёте, через неделю и его инициативность куда-то пропала.       Возможно, он просто устал биться об глухую стенку, но, скорее всего, внимание переключилось на тревожные новости с востока – великое морское королевство Бальбад резко разорвало все торговые отношения с альянсом. Дипломаты лишь разводили руками, а переговоры проваливались с треском. Требовалось личное вмешательство короля – о чём Синдбад и сообщил супруге в письме, покинув вместе Джафаром и Масруром страну.       – Да он спятил! – возмущалась придворная дама. – Две недели прошло со дня свадьбы, а он уже сбежал из страны минимум на месяц! – девушки, несколько раз перечитавшие письмо, переглянулись, прибывая в полном недоумении. – Это всё ты виновата, госпожа недотрога. Надо было не платье рвать, а на него залаз…       – Дафна! – последовавшие следом возмущения потонули в ладони. – Не напоминай мне об этом… И так стыдно, – щёки горели при всплывающей перед глазами картины. Особенно от того его взгляда.       Перспектива не пересекаться с супругом какое-то время не могла не радовать Арию, уставшую от его повышенного, активного внимания. С другой стороны кроме него и всегда находящегося где-то рядом Джафара она здесь никого не знала, а сидение взаперти в четырёх стенах гарема в полном одиночестве её удручало.       После свадьбы девушка официально получила титул «Её Величества», так как являлась единственной супругой короля, у которого не было наследников мужского пола от других женщин. Она могла свободно перемещаться по всему дворцовому комплексу, однако визирь настоятельно рекомендовал лишний раз не покидать пределы внутреннего двора в их отсутствие. Первые дни Ария была просто благодарна судьбе за предоставленную возможность отдохнуть после всех церемоний, ритуалов и пиров. Она наслаждалась тишиной, видами сада, общением с братьями, массажами и вечерними длительными походами в хамам, сопровождаемыми интересными рассказами дворцовых слуг. Синдбад был прав – Арии потребовалось три вечера, чтобы узнать обо всех интригах и сплетнях дворца.       Но в скорости ситуация в корне изменилась. Родные отплыли, оставив с девушкой только придворную даму и пару служанок. Привыкание к жаркому климату новой королеве давалось с трудом – днём находиться на открытом солнце было просто невозможно, вечером, когда зной сходил, начинались испарения, а ночной сон и вовсе растворялся в неимоверной духоте. Аппетит пропал, пища казалась безвкусной, а платья становились всё свободнее. Окончательно добивали тоска по дому, безделье и одиночество.       Её хватило ровно на десять дней. Когда очередная попытка поспать ночью провалилась, Ария тихонечко, чтобы не разбудить Дафну, выскользнула из дворца. Она медленно прогуливалась по петляющим между клумбами и фонтанами аллейкам, отмечая плачевное состояние некоторых растений, как нос уловил приятный аромат пряности. Ноги сами развернулись в сторону, откуда доносился запах. Через пару минут она вышла к небольшому одноэтажному зданию – королевской кухни. Воздух, густой от ароматов специй, жареного мяса и дрожжей, застилал зрение и обволакивал всё, как невидимое одеяло. На грубо сколоченных столах горками лежали овощи и фрукты, а связки сушёных трав свисали с потолочных балок       – Не спиться, Ваше Величество? – у большого котла стояла миниатюрная шатенка, держащая в руках небольшой поднос. Ария замедленно кивнула, выражая согласие. – Ох, наверное, не привыкли к духоте… Ничего. Сейчас что-нибудь придумаем…       Девушку молча усадили за стол, с которого ловко убрали наваленные фрукты. Взгляд карих глаз только и успевал, что метаться из стороны в сторону, наблюдая за суетившейся фигурой. Женщина представилась именем Сахэр, попутно возясь с ингредиентами и занимая королеву будничными разговорами. Она вскользь упомянула, что приходится женой одному из генералов, но сонный мозг девушки не запомнил кого же из них. Ария не упустила момента разузнать больше информации о великой восьмёрке, которой Сахэр охотно делилась. Пока женщина готовила, Ария примерно уже имела представления о каждом из них, особенно для себя отмечая двоих: рыцаря Сасана, неплохо владеющего копьём, и бывшего генерала Партевии, с которым сталкиваться не хотела. Уже с первых дней между Драконом и Арией возникло напряжение, хоть никто никому ничего не говорил и подавно не делал. Королева втихую помогала женщине перетирать шоколад, когда из-за спины раздался мужской грубый бас:       – Дорогая, ты ско…       «Только не ты», – Ария и Дракон так и замерли, одна с ножом, другой в дверном проёме, глупо моргая.       – Ой! А вот и мой муж, Ваше Величество, – нож и дощечку с крошкой ловко забрали из рук. – Тут госпожа неожиданно пришла, вот я и решила её побаловать. Не стой на пороге, заходи, мы недолго.       Как Сахэр не чувствовала витающих в воздухе разрядов напряжения другие двое не понимали. Женщина усадила мужа прямо напротив девушки, что-то увлечённо рассказывая, пока янтарные глаза буравили упрямо избегающую его взгляда соседку.       – И вот представляете себе, Ваше Величество, вместо того, чтобы с чудовищем сражаться эти двое спарринг решили устроить… – затишье прекратил стук тарелок по столу – Сахэр поставила перед каждым порцию мороженного, украшенного шоколадом и свежими фруктами, а сама подсела к мужу под бок. – Вам моя стряпня не понравилась?       – Дорогая, не в…       – …этом дело, госпожа Сахэр, – Ария зачерпнула ложкой вязкую массу, отправляя себе в рот. – Вы очень вкусно готовите. Просто… – продолжила скорее даже апатично, нежели спокойно. – Господин Драгул, если у Вас есть какие-то претензии ко мне, то не стесняйтесь высказать их мне прямо в лицо, – прищуренный взгляд упёрся прямиком в генерала.       – Что Вы, Ваше Величество, мне не в чем Вас упрекать…       – Вы двое вообще о чём? Неужели… – лёгкий подзатыльник прилетел по чешуйчатой макушке, – уже успел с госпожой поругаться?       Мужчина ловко перехватил руку жены, укладывая себе на колени.        – Не сочтите за грубость, госпожа, но Вы уж сильно похожи на Вашего отца, к которому я не питаю позитивных чувств.       – Позвольте напомнить, – Ария ощетинилась, защищая своего отца, – что Партевия первой нарушила наши государственные границы – три города сожгли дотла, а сколько сирен убили. Долг императора – защищать своих граждан.       Сахэр застыла, её взгляд метнулся от мужа к королеве и обратно. Воздух сгустился. Дракон не моргал, постепенно его глаза сузились.       – Так Ваш отец и сделал, – пауза, а потом тяжелое, хриплое продолжение. – Подписав приговор моему.       Тишина. Ария почувствовала, как холодок пробежал по спине. Она знала историю войны, но не проводила параллелей между множеством титулов и званий двух партевийских офицеров.       – Его казнили после того, как император Август завоевал Тавриду, – он смотрел прямо на неё. Ни ненависти, ни горя, одна лишь пустота. – Так что мои «претензии», Ваше Величество, – он горько усмехнулся, – не к Вам. И даже не к Вашему отцу. Скорее к судьбе… – оба синхронно горько вздохнули.       – Дорогие мои, – тихо, но твёрдо вмешалась Сахэр. – Мороженое… Оно уже совсем…       Сладкая масса превратилась в лужицу. Но никто не смотрел на тарелки.       – Простите. Я… не знала.       – За что Вам извиняться? – Дракон пожал плечами. – Вы даже не родились ещё тогда. Да и вряд ли смогли бы повлиять на судьбу. Как и я. И любой другой человек, – сильная рука притянула жену за плечи.       – Отставить сырость разводить, – скомандовала Сахэр, смахивая с ресниц что-то блестящее и снова устремляясь к столу. – Никаких больше тяжёлых разговоров! Дорогой, будь полезен – расскажи, как Хинахохо пытался в прошлом месяце на спор целую свинью съесть и что из этого вышло.       – Женщины… – генерал громко выдохнул, когда в уголке его глаза дрогнула едва заметная усмешка. – Это, Ваше Величество, история о глупости, жадности и… кхм… последствиях, которые потом неделю лечили все лекари королевства…       

***

      Редкие ночные посиделки на кухне, к которым вскоре присоединилась и Дафна, превратились в тихий, регулярный ритуал, ставший для Арии якорем в новом мире. Эти вечера, наполненные запахом домашней еды и обычными разговорами, по капле облегчали непривычную жизнь.       Ещё быстрее процесс адаптации пошёл, когда спустя шесть недель в Синдрию вернулся Джафар в компании нескольких подростков. Визирю стоило один раз взглянуть на госпожу, чтобы понять – по возращению Синдбада, отплывшего в империю Ко, не сносить ему его белоснежной головы. Королева чахла от безделья на глазах. Ни артисты, ни спектакли, ни дорогие одежды и украшения не могли её занять.       В ход пошло всё, что мог придумать визирь. Узнав о любви госпожи к старинным текстам, мужчина сопроводил её в королевскую библиотеку, предоставив доступ ко всем свиткам, найденным ими в лабиринтах.  Бывший ассасин был поражён, когда через несколько дней на своём рабочем столе обнаружил аккуратную стопку листов с безупречным переводом того самого манускрипта, что годами лежал у него мёртвым грузом. Он искал госпожу, чтобы выразить признательность и удовлетворить профессиональное любопытство, но во дворце её не было. Он остановился в крытой галерее, спрятавшись от полуденного зноя резной колоннадой, когда услышал доносящийся снизу шум.       «Бардак», – подумал Джафар, и это было самое мягкое из слов, крутившихся у него на языке.       Прямо под ним, у гигантского колодца работал паренёк лет одиннадцати с волосами цвета морской волны. Он неуклюже таскал воду в тяжёлом деревянном ведре, которое качалось в его руках, расплёскивая всё содержимое на песчаную аллейку. Когда он доходил до цветов, воды в ведре почти не оставалось, и мальчик расстроено бежал набирать новое.       Чуть дальше по аллее светловолосый юноша, чьи пшеничные пряди слипались от пота на лбу, сражался с мешком свежей земли. Мешок, явно превосходивший его по весу и упрямству, то и дело норовил выскользнуть из рук. Парень тяжело дышал, упирался ногами, но земляная гора неумолимо тянула его назад. Развязка наступила мгновенно и изящно: с лёгким вздохом к нему подошла розоволосая девушка в простом льняном платье. Она мягко схватила его под плечи, обхватила неподъемный мешок и взмыла с ними вверх, будто поднимала охапку пуха, неся их к клумбе.       Между ними, на коленях у каменной кладки дорожки, склонились две девушки. Их пальцы ловко и терпеливо выуживали из щелей между плитами тонкие, наглые ниточки сорной травы. Каждый выдернутый корешок откладывался в плетёную корзину со щёлкающим, едва слышным звуком. Солдаты с покрасневшими, серьёзными лицами выкапывали засохшие кусты. Лопаты входили в сухую землю с глухим стуком, поднимая комья, опутанные мёртвыми, седыми корнями. На их место тут же вносили новые горшки.       – Ари! – заверещал мальчишка, отбросивший ведро и прибежавший к одной из сидящих на корточках девушке. – У меня не получается с водой. Может я лучше с сорняками помогу?       – Предупреждали же, – девушка обтёрла руки, чтобы поправить съехавший с детской головы платок. – Не стоит расстраиваться, в следующий раз сможешь, – зелёные глаза распахнулись в ужасе, когда поднявшаяся на ноги повернулась к мужчине лицом. – Господин визирь?       – Ваше Величество! – бывший ассасин быстро оказался внизу, спрыгнув с балкона и ловко приземлившись рядом. – Вы зачем в земле копаетесь?! Да и что здесь вообще происходит?       – Проснулся. Уже казну бы успели вычистить, – недовольно прошипела Дафна, потирая надавленное колено и метая ответные молнии. Эти двое были слишком похожими, чтобы хорошо друг с другом ладить. Их общение можно было описать только двумя словами – профессиональное соперничество.       – Решили сад в порядок привести – не всё же время сидеть в пыльной библиотеке. Да и Вы, господин визирь, просили помочь приобщить, – фразу договаривать не стала, взглядом ведя в сторону присевшей в тенёк троицы.       Действительно, за несколько дней до этого они беседовали о прибывших гостях. Арию интересовали и спутники короля, и общая ситуация с торговыми путями. Под конец же разговора Джафар, не выдержав, разоткровенничался: он признался, что совершенно не представляет, что делать со спасённым принцем, юным магом и их спутницей.       – Ваше Величество, – из воспоминаний вырвал мужской голос, – скоро…       – Прибудет Его Величество, – застывшее лицо напротив говорило громче любых слов.       – Откуда Вы знаете?       – Просто предположила, – театрально пожала плечами, мельком наблюдая за тем, как рух начинали постепенно разделяться на два потока.       

***

      Прошло почти три месяца, когда тяжёлые удары гонга прокатились по всему острову, возвещая о возвращении короля. В ту же минуту визирь послал за королевой, но застал её уже готовой: в гипостильном зале, под сенью мраморных колонн, Ария ожидала сопровождения, облачённая в голубое сари, расшитое серебряными нитями.       К её удивлению, Масрур и Хинахохо повели её не к главной аллее, где уже выстроились шеренги почётного караула и толпились министры всех ведомств, а к одной из смотровых беседок неподалёку от королевского кабинета. Отсюда, сквозь ажурную каменную решётку, открывался вид на внутренние дворы и галереи.       Вскоре показался Синдбад. Три месяца отсутствия ничуть не изменили его – он шагал так же стремительно и раскованно, словно лишь вчера покинул дворец. По бокам, не отставая, двигались Джафар и два генерала – Спартос и Шарркан. Король успевал кивать стражам, перебрасываться шутками с придворными и посылать многозначительные взгляды служанкам, мелькавшим в арках. Подобное поведение Арию не удивляло, но стоящая за её спиной Дафна не могла сдержать громкого, неодобрительного хмыканья.       – Как дела у Алибабы? – по галерее, ведущей к беседке, прокатился знакомый бархатный бас.       – По прибытии он долго пребывал в унынии, – ответил Джафар, слегка запыхавшись, – но благодаря заботам Её Величества довольно быстро пришёл в себя.       – Её Величества? – Синдбад внезапно остановился, уставившись на визиря с искренним недоумением. – Я так долго отсутствовал, что вы успели обрести нового правителя?       Джафар замер, его лицо на мгновение стало абсолютно пустым. Затем, словно осознав нечто ужасное, он порывисто шагнул к королю, прикрыв рот широким рукавом, чтобы скрыть слова от окружающих.       – Рады видеть Вас в добром здравии, Ваше Величество, – королева элегантно закрыла свой веер, присаживаясь в поклоне.       Тишина, повисшая в галерее, была красноречивее любых слов. Ария наблюдала за этой немой сценой, так полностью и не раскрыв «подарок супруга». Дафна за её спиной сложила руки на груди, выразительно приподняв бровь. Спартос неловко переминался с ноги на ногу, пряча взгляд в швах между каменными плитами. Шарркан, присвистнув, рассматривал королеву откровенно оценивающим взглядом. Хинахохо из-за спин женщин отчаянно подавал королю какие-то знаки. Лишь Масрур сохранял каменное, абсолютно бесстрастное выражение лица.       Синдбад, казалось, только сейчас по-настоящему увидел супругу. Его уверенность растаяла, а лицо побледнело. Взгляд метнулся от растерянного Джафара к Арии, слегка потрясшей рукой с кольцом, затем снова к визирю, словно ища подтверждения невероятной догадке.       – Судьба моя… – наконец выдохнул король, медленно делая шаг вперёд.       «Действительно… забыл?» – проскочило у Арии в голове, пока его пальцы мягко касались её щеки, шее, спускались по руке, находя её ладонь. Пока тёплые и слегка обветренные губы прижимались к костяшкам, оставляя на коже лёгкий, влажный след.       – Приветствую вас, Ваше Величество. Лицезреть Вашу красоту – лучшая награда за все тяготы пути. Ради которой хочется возвращаться.       Ария не поддалась на лесть, лишь спокойно обхватила подставленный правый локоть. Её взгляд оставался ясным и чуть отстранённым.       – Приведите гостей ко мне, – женскую руку неожиданно сжали, привлекая внимание, продолжая шёпотом. – Тебе мне тоже есть, о чём рассказать.       – О ситуации в Бальбаде? – Ария бросила на него быстрый, заинтересованный взгляд.       Мужчина расплылся в довольной, хитрой ухмылке. И в тот же миг локоть исчез. Прежде чем она успела отреагировать, широкая ладонь скользнула по её спине, твёрдо и неоспоримо легла на изгиб талии и притянула её вплотную.       – Похоже, – продолжил он ещё более тихим и заигрывающим голосом, – я выбрал не ту тактику той ночью, – Ария нервно мотнула головой, наблюдая за тем, чтобы открывающие двери солдаты не заметили её румянца и попыток убрать со своего тела нагло вцепившуюся в ткань руку. – Нужно было просто начать говорить о торговле, а не в шах…       – Тише, – от возмущения изящный палец коснулся мужских губ, – Вас могут услышать.       – Тебя, – и под немой визг Арии его губы вновь раскрылись, обдавая палец тёплым дыханием. А затем легко и игриво прикусил вторую фалангу.       – Вас, – чётко поправила она уже вслух, отступая на положенный шаг в сторону, к левому краю позолоченного трона. Вся её осанка, поднятый подбородок и холодный взгляд говорили яснее слов: «Замолчите и займите своё место».       Он посмотрел на неё долгим, пронзительным, чуть насмешливым взглядом. Затем, без тени смущения, развернулся и занял трон, приняв вид триумфально вернувшегося короля.       Пока её взгляд скользил по интерьеру – вазонам с диковинными растениями, позолоченным колоннам, малахитовому письменному столу, шёлковым обоям и настенным нишам с символикой Синдрии – Ария и не заметила, как на ковре перед столом бесшумно появились Алибаба и Алладин. В реальность её вернул вдруг посерьёзневший голос супруга.       – Начну сразу с итогов, – произнёс Синдбад, и в его тоне появилась редкая деловая чёткость. – Хотя Бальбад и попадает под юрисдикцию Империи Ко, они признали его республикой.       Алибаба, стоявший всё это время как натянутая струна, словно сбросил с плеч невидимые тяжёлые оковы. Он громко, с облегчением выдохнул, и его глаза, сияющие счастьем, встретились сначала с Алладином, а затем – через мгновение – нашли Арию, стоявшую позади трона. Она ответила ему лёгкой, одобрительной улыбкой.       – Однако, – голос короля вновь приобрёл вес, он поднял руку, останавливая начинающуюся радость. Уголки губ принца тут же опали. – Бальбад не может самостоятельно устанавливать цены на торговлю в межтерриториальных водах. Тарифы остаются под контролем империи.       Ария мгновенно напряглась.       «Теперь отправлять суда через Бальбад – чистый риск. Как минимум, выдерут непомерную пошлину. А если губернатором назначали…» – мысль оборвалась, оставив после себя холодный след тревоги. «Плакали мои артефакты. Надо срочно предупредить Кая, связаться с капитаном…» – пока Алибаба раскланивался, изливая благодарности, её ум лихорадочно выстраивал и тут же отвергал новые схемы.       – Боюсь, что помогать дому издалека у тебя не получится, – девушка вздрогнула, с лёгким испугом смотря на короля. К её счастью, он обращался не к ней, продолжая разговор с померкнувшим Алибабой. – На вас обратила свой взор Аль-Сармен…       – Аль-Сармен? – донёсшийся из-за спины тихий женский голос заставил короля озадаченно обернуться.       – Никогда не слышала? Это тёмное братство, которое стоит за всем хаосом этого…       – Я знаю, кто они такие. Я не знала, что вы их так называете.       Бровь Синдбада медленно поползла вверх. В его взгляде промелькнуло неподдельное удивление, смешанное с внезапным интересом.       – Ари, ты с ними сталкивалась? – привлёк к себе внимание взволнованный Алладин.       – Слава Соломону, что лично нет, – девушка задумалась: стоит ли говорить всю правду целиком. Тяжело вздохнув, решила кое-чем всё-таки поделиться. – Мы называем их «Тенями». В своё время они доставили ни мало проблем моей семье, – от карих глаз не скрылось, как напряглись мышцы под белыми одеяниями.       – Но Тартессос же веками был изолирован.       – Как думаете, кто этому поспособствовал? – Ария многозначительно замолчала, наблюдая, как понимание медленно, но верно озаряет лицо супруга. Его золотистые глаза сузились, взгляд стал острым, изучающим, перейдя к притихшим гостям.       «Даже не думай втягивать…» – мысль, возникшую при взгляде на опечаленные и сочувствующие лица мальчиков, нагло перебили громкой, почти торжественной речью:       – В таком случае, Алибаба, Алладин, вы просто обязаны помочь Синдрии в борьбе с Аль-Сармен!       Королю просто повезло, что в этот самый миг в кабинет ворвался караульный, запыхавшийся, с сообщением о нападении чудовища на окраины. Иначе его загорелую шею ничто не спасло бы от перспективы быть задушенной изящными, но неумолимыми женскими руками. И стоящий рядом Джафар бы не спас, присоединившись к наказанию.       В опустевшем кабинете остались только застывшая Ария и Синдбад, задержавшийся на пороге с видом человека, ожидающего интересного продолжения.       – Идёшь?       – Что Вы снова задумали? – девушка нехотя, всё ещё мирясь с реальностью, поплелась к резным дверям.       – Охоту, – мужчина, шагавший впереди, довольно обернулся. Беззаботная улыбка вновь играла на его лице. – Заодно познакомлю и ребят, и тебя с генералами. А вечером устроим Махараджан! Тебе понравится.       – Погодите… – Ария задумалась, шагая позади супруга. – Так кого же назначили губернатором?       Синдбад остановился, давая ей поравняться с собой. Его ответ потонул в многозначительной, чуть виноватой улыбке.       – Нет… – прошептала Ария, догадываясь.       – Да, – подтвердил он, вновь сократив дистанцию так, что его шёпот коснулся её уха. – Твой поклонник и здесь тебе прохода не даёт, – от взгляда не скрылось, как тень тревоги легла на её лицо. – Не переживай, придумаем обходной маршрут. За суда, уже зашедшие в гавань, конечно, придётся щедро заплатить – тут уж ничего не поделать, – попытался приободрить, но девушка отрицательно покачала головой.       – Я боюсь, что деньгами мы тут вопрос не решим, – мужчина нахмурился, встретившись с её обеспокоенным взглядом. – Как бы он вообще весь товар не изъял, а матросов не забрал в рабство. Они-то не граждане республики.       – Не думаю, что он зайдёт так далеко.       – Это Коэн Рен. Тут всё может быть.       

***

      Ночь над Синдрией раскалилась от праздника. Воздух гудел низким, настойчивым рокотом барабанов – будто само сердце острова выбивало ритм. К нему привязывались пронзительные зурны и дрожащие струны уд, сплетаясь в огненную, неостановимую мелодию.       Всюду плясали отблески костров. Над главной жаровней, где на вертелах шипело и потрескивало мясо морского чудовища, что Шарркан зарубил ещё до полудня, взвивались языки пламени. Запах дыма, пряностей и жареной плоти висел густым, соблазнительным облаком.       Площадь превратилась в живой ковёр из тел. Профессиональные танцовщицы в причудливых деревянных масках кружились в облаках шёлка, браслеты на их лодыжках звенели в унисон с бубнами. Публика вокруг от них не отставала – танцевали все: солдаты, служанки, горожане. Движения были не отточенными, а дикими, радостными, рождёнными здесь и сейчас.       На временном помосте разворачивался спектакль: актёры в ярких костюмах разыгрывали приключения Алладина и Алибабы. Зрители кричали, смеялись, подсказывали героям, где спрятан злодей.       Королевская чета наблюдала за празднеством с возвышения на главной площади в компании генералов. Масрур и Спартос, не питавшие особой любви к шумным зрелищам, добровольно встали на посты у периметра. Семьи Дракона и Хинахохо устроились за низким столиком рядом с шатром короля, оживлённо споря о чём-то. Шарркан, одной рукой обняв Алибабу, а другой – подобранную в толпе красавицу, от души хохотал над театральным представлением, периодически получая увесистым посохом от сидевшей рядом Ямурайхи. Та, в свою очередь, объясняла что-то о магии присевшему у её ног Алладину. Писти весь вечер провела подле королевы, сбивчиво рассказывая о местных обычаях и развлечениях.       Ария наслаждалась вечером практически в одиночестве. Дафна по её приказу отправилась в порт – передать письма, запечатанные личной печатью Первой Принцессы Тартессоса. Джафар в какой-то момент удалился и более не появлялся. Смотреть же в сторону супруга, который с нескрываемым удовольствием любовался танцовщицами и флиртовал с разносящими вино служанками, ей совсем не хотелось. Представление наскучило ещё час назад, а заигрывающие исполнительницы не впечатляли невиртуозной техникой. Так что Её Величество тихо сидела на краю шатра, уставившись на звёздное небо и погрузившись в свои мысли.       – О, а вот и леди Дафна! – слегка перебравшая Писти вяло помахала брюнетке, неуклюже сползая со ступени и освобождая ей место.       – Ты задержалась, – лениво отметила Ария, переводя на подругу взгляд и роняя голову на ладонь. – Успешно?       – Если бы не один параноик, застукавший меня на служебном выходе, можно было бы считать дело идеальным.       – Один параноик? – Карие глаза уставились на зеленоглазую, отпивавшую из кубка. – Подожди, – Ария придвинулась ближе, чтобы их не услышали. – Ты про визиря? Дафна… И что с ним?       – Спетая колыбельная, стёртые воспоминания, и вот он прилёг отдохнуть на кухне. Устал, бедолага, – сирена говорила так, словно обсуждала погоду, а не устранение главного советника короля. – А король, я смотрю, веселится вовсю. Чего не скажешь про тебя…       Ария жестом попросила не продолжать.       – Не совокупляется при мне – уже хорошо. Большего просить не могу.       Дафна бросила сначала сочувствующий взгляд на подругу, а затем прожигающий на мужчину в глубине шатра, неспешно попивавшего вино из золотого кубка.       – Ему колыбельную петь не будем.       Секунда, две. И девушки разразились сдавленным смехом, прикрывая покрасневшие лица.       – Как красиво! – взгляды метнулись к возвращающейся блондинке, остановившейся полюбоваться на танцовщиц. – Я бы тоже хотела так бёдрами работать…       – Ты уж извини, мелкая, – монолог прервал захмелевший воин Имучакка, – но рост и формы у тебя не те.       – Ваше Величество! – Писти вмиг очутилась рядом с сидящими на лестнице. – Обижают бессовестные!       – Не обращайте внимания, – мягко ответила королева. – Формы – ещё не гарантия, что Вы встретите человека, который сделает Вас счастливой. А вообще… – её взгляд скользнул к танцовщицам. – Для шимми бёдра не главное. Секрет в технике. Если бы я могла вас научить…       – Ого, – в разговор вступила Сахэр. – Её Величество, оказывается, разбирается в танцах.       – Вы правда могли бы научить? – Ария невольно отклонилась назад, когда перед её лицом возникли тёмно-розовые глаза, полные надежды.       – Простите, генерал, но как замужняя женщина, госпожа не может этого сделать, – ладони Дафны мягко легли на плечи девушки, отодвигая её.       – Бросьте, леди Дафна, – довольно громко стукнул пинтой по столу Хинахохо, привлекая всеобщее внимание. – При муже можно.       Ария уже открыла рот, чтобы ответить, как почувствовала, как кто-то нагло облокотился ей на спину. Руки легли на живот, а подбородок упёрся в оголённое плечо.       – Больше скажу – при мне нужно, – Ария недовольно посмотрела на Синдбада, но он лишь ехидно ей улыбнулся. – Если серьёзно – здесь все свои. Хочешь танцевать – танцуй. Не волнуйся, – длинные пальцы ловко выхватили прядь её волос, – я проконтролирую, чтобы не приставали.       «Твои приставания потом кто проконтролирует?» – мелькнуло у Арии в голове, когда Синдбад улёгся на пол прямо за её спиной, игриво подмигнув и прижав к губам украденный локон.       – Вы действительно не знаете, для чего появился Раксшарки и что это за танец? – Карие глаза перебегали с мужчины на мотающую головой Дафну, затем на сияющую надеждой Писти. – Хорошо. Сдаюсь. Убедили. Только вот… – она медленно повернулась, забирая прядь из его пальцев, устанавливая зрительный контакт, – за последствия я не отвечаю.       – Как скажешь, судьба моя, – усмехнулся, предвкушая интересное продолжение вечера.       Ария молча поднялась со ступеней, передала диадему Дафне, плавным движением, сбросила с себя верхний слой белой, драпированной ткани, оставаясь лишь в чёрных ленге и чоли на нешироких лямках. Девушки отошли на край площади, подальше от шатра, чтобы не мешать профессиональным танцовщицам. Писти оказалась смышлёной ученицей. Стоило Арии пару раз приподнять край юбки, обнажив колени и продемонстрировав работу ног, как блондинка уже лихо повторяла дробную тряску, добавляя к ней плавную восьмёрку бёдрами. Урок быстро перерос в весёлое соревнование. Вскоре к ним присоединился заинтригованный Алладин, неуклюже пытающийся повторить движения, вызывая взрыв смеха у Алибабы. Даже сопротивляющуюся Ямурайху Писти уговорила сделать пару шагов, а Шарркан, не отрываясь от своей красавицы, периодически отпускал язвительные комментарии, за которые пару раз поплатился. К полуночи вся шумная и хмельная компания вышла в центр площади, присоединяясь к танцорам.       Воспользовавшись отсутствием супруги, Синдбад оказался в окружении трёх улыбающихся девушек, разминающих руками забитые мышцы. Дафна демонстративно игнорировала скользящие под королевской юбкой руки, уставившись на ночной город.       – Негоже так при супруге, – тихо, но чётко проговорил Хинахохо, не отрываясь от своего кубка. – Вы не в своих покоях.       – Супруга, как видите, занята, – отмахнулся Синдбад, запрокидывая голову назад.       – Удивительно, – вступила задумчивым голосом Сахэр, отводя всеобщее внимание. – Госпожа слишком хорошо знает партевийский танец...       Как бы мужчина ни пытался не слушать разговор, сосредоточив всё внимание на вызывающих прикосновениях обаятельных девушек, острый слух улавливал интересные отрывки разговора, заставляя взгляд золотых глаз раз от разу возвращаться к центру всеобщего веселья.       По сравнению с началом вечера его супруга преобразилась. Её глаза сияли огоньками озорства. На лице играла лёгкая улыбка, то появляясь, то исчезая, когда она, увлёкшись, прикусывала распухшую нижнюю губу. Сама девушка раскрепостилась, исполняя вместе с танцовщицами сложные движения, мерцая в свете факелов золотой вышивкой своего наряда. От резкой, отточенной тряски плечами тонкие лямки чоли сползли. Теперь они небрежно лежали на руках, обнажая зону декольте и длинную, изящную линию шеи. И Ария не пыталась их поправить. Напротив, она подчёркивала это, то откидывая голову назад, то приподнимая тяжёлые янтарные волосы, проводя руками по лицу, скользя ими ниже, очерчивая груди и плоский, слегка рельефный живот. Она игриво раскачивала бёдрами, то приближаясь, то отдаляясь от еле сдерживающей смех Ямурайхи, играющей роль знатного высокомерного купца, для которого девушка танцевала.       – В этом нет ничего странного, – холодно ответила Дафна, продолжая разговор. – Мать госпожи – Вторая Благодетельная Императорская супруга – происходила из знатного партевийского рода. В последствие род был лишён титулов во время войны, и старшей госпоже приходилось подрабатывать танцовщицей. Уже, когда Её Величество подросла, Её Превосходительство научила её многим движениям.       В шатре воцарилась короткая, напряжённая тишина. Синдбад молча убрал с себя руки, присаживаясь и поправляя распахнутые одежды. Взгляд недовольно скользнул по танцору, держащему руку смущённой Арии и исполняющему волну животом.       – Вы не замечали, – продолжила Дафна, обращаясь к Дракону, – что в отличие от меня, госпожа никогда не переспрашивает значения некоторых слов?       Генерал хотел что-то сказать, но замер, увидев, как Синдбад одним движением опрокинул золотой кубок, громко поставив его на поднос. Взгляд его не отрывался от толпы.       Полог шатра был откинут одним резким движением. Фиолетовый хвост резко раскачивался в такт широким, решительным шагам. Пару мгновений, пересечённая площадь и широкая рука тяжело легла на влажное плечо, отодвигая юношу.       – Обещал же проконтролировать, – на губах натянутая улыбка. – Моя судьба, похоже, ты утомилась, – рука скользнула по влажной шее, заправляя выбившуюся прядь за ухо. – Я лично тебя провожу.       К вышедшей из толпы паре подлетела придворная дама, но король жестом отослал её помочь захмелевшим генералам. Ария попыталась воспротивиться, но её крепко прижали спиной к торсу, не оставляла места для спора. Под удивлённые взгляды они скрылись в тени арки, ведущей вглубь дворца.       Прошло несколько долгих минут. За столом царило неловкое молчание. Как вдруг Дракон резко поднялся.       – Пойду я спасать этот брак.       Хинахохо, уже лежащий на столе, фыркнул:       – Ты Сина видел? – жёлтые глаза с намёком быстро опустились под стол. - Он этому рад не будет.       – Ты её лицо видел? – в ответ тишина. – А количество кубков, которое он опустошил? – в пол оборота бросил Дракон и шагнул в темноту вслед за скрывшейся парой.       Он нашёл их в гипостильном зале, у колоннады, окутанной синим ночным сумраком. Девушка оказалась зажатой между телом короля и холодной колонной. Пока мужские губы мягко скользили по её запястью, а прищуренные золотые глаза не отрывались от искажённого от возмущения лица.       – Вы обещали, – длинные выкрашенные перламутром ногти впивались в широкие плечи, пытаясь сдержать мужской напор. – Вы сказали, что за последствия я не отвечаю! Раз уж так неймётся, идите обратно к своим… к своим… Вы поняли!       Он лишь глухо усмехнулся, опуская руку и приближаясь к её губам. Ария уже зажмурилась, отворачивая лицо, готовясь к худшему, когда из тени раздался сдержанный бас:       – Мой король. Вас разыскивает Джафар. Срочно.       Синдбад замер. Тёплое, прерывистое дыхание ещё секунду обжигало её кожу. Затем он медленно отстранился. Мутный от вина и внезапно нахлынувшего раздражения взгляд скользнул к генералу.       Ария, не теряя ни секунды, выскользнула из "ловушки". Её взгляд на мгновение встретился с виноватым взглядом Дракона. Она лишь кивнула, без слов выражая благодарность, и быстро скрылась в тенистом проходе, ведущем в сад.       В зале повисла тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием короля.       – Ты зачем вмешался? – его голос прозвучал хрипло и глухо.       Дракон скрестил руки на груди, глядя на него без тени подобострастия.       – Протрезвеешь – мне спасибо скажешь.       – Чёрт! – кулак с глухим хлопком встретился с каменной кладкой. – И снова та же реакция! – ладонь несколько раз хлопнула по колонне.       – Видишь же, что она боится твоего напора, – чешуйчатая рука скользнула под плечи, уводя Синдбада из гипостильного зала. – Зачем продолжаешь давить?       – Я её не понимаю. Не понимаю! Почему она так сопротивляется? – яростный взгляд устремился к лицу друга.       – Она тебе не проститутка, Син. – Дракон тяжело вздохнул, помогая тяжёлому бесконтрольному телу преодолеть ступеньки. – Она – единственная любимая дочь императора, привыкшая быть центром мира. И ты этот мир рушишь.       – У неё есть старший брат. Думаешь, она не была свидетельницей его кутежей? Сильно сомневаюсь.       – Рассуждения о том, была она свидетельницей или нет, ситуации не изменят, – янтарные глаза серьёзным взглядом впились в поникшую фиолетовую голову. – Син, с таким настроем никакой семьи не построить. Ты так только ещё одного врага себе наживёшь. Поверь, вечно воевать с Аль-Сармен, так ещё и дома… Не там ты врага себе ищешь…       – Я не планировал строить семьи или с ней воевать… Я её просто не понимаю. С самого начала не понимаю.       – Постоянно набрасываясь на неё, как на кусок мяса, и не поймёшь… – устало констатировал генерал, помогая Синдбаду лечь.       – У её отца у самого две жены. Две-е-е! – потряс двумя пальцами перед лицом товарища. – Так чего она требует от меня верности, аргументируя тем, что её мать – любимая жена?       Дракон, уже стоявший у двери, резко замер.       – Любимая, да? – мужчина обернулся, находя взгляд короля. – Хочешь расскажу интересную историю, которую тут вдруг на днях вспомнил?       Синдбад хмыкнул, полузакрыв глаза.       – Помнишь, двадцать три года назад Партевия начала сдавать позиции Рему? Чтобы приободрить войска, нужна была громкая победа. А рядом… оказалось государство, только что вышедшее из вековой изоляции. В тот год войска привезли целые горы сокровищ и множество диковинных рабов…       – Урок истории мне, что ли? – проворчал Синдбад. – Я это всё знаю. Набег превратился в войну, и Таврида перешла под контроль Тартессоса, из-за чего твоего отца...       – Отца лишили жизни не из-за того, что он потерял стратегически важный объект. Его можно было бы вернуть ещё на тот момент.       – А из-за чего тогда? – Синдбад медленно приподнялся на локте, хватаясь за голову.       – Император Август сжёг город дотла, – глаза собеседника в удивлении расширились. – Запер всю знать на ипподроме и поджёг его. Языки пламени полыхали над городом три дня и три ночи. А по слухам, – Дракон коснулся дверной скобы, – всё из-за того, что некий господин пытался изнасиловать одну танцовщицу. Но это я тебе так. На подумать на досуге. Доброй ночи.       Дверь за генералом мягко закрылась, и король остался в комнате один – с гулом в ушах от вина и с тяжёлой подкинутой пищей для размышлений.