sugar chains

      джихун не совсем уверен, насколько это хорошая идея, но молчать он больше не намерен. надежда на то, что чувства сами собой постепенно сойдут на нет, разрушилась окончательно после того, как сунён игнорировал его целых две недели. поначалу он действительно верил во все отговорки, потому что он прекрасно осведомлен, как учеба никого не щадит, а работа порой крайне выматывает. правда, он старался войти в положение сунёна и не беспокоить лишний раз, но потом до него дошло, что тот его просто избегает.       его терзают сотни мыслей, что он мог сделать не так. может, он чем-то спугнул сунёна? прокололся, и он понял, что у джихуна вполне себе настоящие чувства к нему? что-то определенно произошло в то утро у его родителей дома, потому что отдаляться сунён стал после этого. только джихун понять не может, что именно послужило причиной.       зато это служит толчком к реальным действиям, к признанию. без сунёна было пусто, практически невыносимо. не слышать его глупые шутки и жалобы на преподов, не видеть его улыбку и не держать руку в своей – просто ужасно. правильно, видимо, говорят, что ценить мы начинаем, когда теряем. а джихун не хочет сунёна терять и намерен сделать всё возможное, чтобы он оставался с ним.       за время их общения черновиков текстов и музыкальных наработок накопилось немало, поэтому джихуну не составило труда по кусочкам собрать мини альбом. у него и так работы навалом, а он ещё за это взялся, ну не псих ли?       если быть честным, это единственное, что помогало ему отвлечься бессонными ночами, чтобы не думать о сунёне слишком много. не сказать, что в процессе создания джихун о нём не думал, но всё же это другое. это сублимация чувств, на которую у джихуна уже не хватает консервных банок. ну, метафорических.       он бьет все свои собственные рекорды по срокам создания альбома. не полноформатного, конечно, но те чувства, что он в него вложил, очень даже полноформатные. компенсирует.       название смехотворно простое, но очевидное лишь дня одного человека – "0615". сунён сразу всё поймет, когда придет на закрытую презентацию альбома. джихун не совсем уверен, выйдет ли он в дальнейшем на стриминговых площадках. скорее всего это будет зависеть от квон сунёна и того, ответит ли он взаимностью.       если да – то грех будет не выпустить своё очередное детище, можно будет даже снять клип на заглавный трек (если сунён согласится, то с его участием). а вот если сунён его отвергнет, то джихун до конца жизни будет делать вид, что никакого мини альбома не было, и вообще это эффект манделы.       подумать только, неужели джихун втрескался настолько, что посвятил человеку сразу несколько песен? черт возьми, да он ни перед кем в своей жизни не был настолько слаб. да, он не раз влюблялся – его чувства возвращали, его отвергали; он был в отношениях – в довольно длительных, с надеждой на совместное будущее, и в коротких интрижках, что прекращались слишком быстро. но никто не вызывал в нем такую бурю эмоций, точно не настолько сильную, как квон сунён с его глазами полумесяцами, когда он широко улыбается, и обсессией тиграми.       в день икс у джихуна с самого утра дрожат коленки, его слегка подташнивает от волнения, что ему даже приходится пропустить завтрак из-за страха, что еда попросту вернется обратно моментально.       он пишет сунёну, чтобы напомнить о вечере и уточнить, точно ли всё в силе. с облегчением выдыхает, когда получает в ответ подтверждение.       весь день джихуну не сидится на месте, поэтому все время он проводит в месте проведения мероприятия. говорит организаторам, что хочет убедиться в том, что всё идеально, когда на самом деле ему впервые плевать на собственный перфекционизм, и он просто хочет занять себя хоть чем-то, чтобы не сойти с ума.

***

      сунёна долго нет, и это напрягает. начало в шесть, джихун специально выбрал день, когда у сунёна нет смены в кофейне, даже отправил ему деньги на такси. он должен быть вовремя.       и вовсе не имеет значения, что на часах лишь 18:05, что это не так уж и критично, что гости только начали подтягиваться, а начало основной части мероприятия всё равно не скоро. но джихун слишком взволнован, чтобы самого себя убедить в том, что всё в порядке. в голову сами собой закрадываются мысли, что сунён в последний момент передумал и решил не ехать; что для него это всё-таки ничего не значит, что джихун единственный из них, кто испытывает нечто большее.       он хочет успокоиться, хочет мыслить более рационально, но тупо не может. джихун буквально на взводе.       ничего страшного, такое бывает, успокаивает он себя. не всегда мы получаем желаемое, не всегда наши чувства оказываются взаимными. и это абсолютно нормально, ведь это жизнь, а в жизни, как правило, всегда есть нечто неподвластное нам.       однако это не исключает того, как же джихуну, черт возьми, больно. он пытается игнорировать бьющееся в глотке сердце и это тупое чувство в груди, но боль хочет, чтобы её чувствовали, и она не отступит так просто. ему не впервые разбивают сердце, он обязательно с этим справится, джихун сильный. просто не сразу, просто для начала он пострадает недельку другую, а может и вовсе целый месяц. нужно иногда позволять себе побыть слабым, да?       на часах уже 18:17, джихун провёл целых двенадцать минут в жужжащем рое мыслей. была б его воля, он бы прямо сейчас свернул всё мероприятие к чертям и уехал домой, но не может. как минимум это странно воспримут окружающие, как максимум – подрыв репутации. он не может так рисковать.       ещё три минуты спустя в зал врывается сунён. джихун его раньше слышит, чем видит, потому что он спотыкается о развязанный шнурок своих конверсов (тех самых, которые подарил ему джихун) и чуть не сносит с ног официанта, что предлагает гостям шампанское. квон громко извиняется, держась за сердце, и жутко краснеет от стыда. джихун бы посмеялся над его неуклюжестью, если бы не подступающие слёзы облегчения. он всё-таки пришёл.       сунён замечает его почти сразу после своего не самого грациозного прибытия и со всех ног спешит к нему. однако в том, как он двигается, всё же прослеживается некая сдержанность, и это джихуну совершенно не нравится. он привык к лёгкости, присущей сунёну, которая куда-то вдруг исчезла.       – ты здесь, – практически благоговейно на выдохе произносит джихун. по шкале от одного до десяти, насколько он жалок?       – прости, пробки, – виновато и так неловко улыбается сунён, словно он мог как-то повлиять на ситуацию на дорогах.       господи, сердце джихуна сейчас просто взорвется прямо в грудной клетке, и он умрёт, глядя в блестящие глаза квон сунёна. если так подумать, не самый худший способ уйти, однако хочется всё-таки долго и счастливо.       – ничего страшного, ты как раз вовремя, – это не совсем попадание, потому что джихун надеялся увидеть его раньше, но он не собирается вгонять сунёна в ещё более неловкое положение. – голодный?       – нет, я в порядке, – отмахивается квон. даже если он лжёт, джихун решает не давить. не маленький ведь, захочет – подойдёт к столу с закусками.       – тогда я... ну, мне нужно, – джихун кивает в сторону небольшой сцены, и сунён кивает в ответ.       – конечно, – его рука ложится на плечо джихуна, и тот слегка вздрагивает и от того, как это неожиданно, и от того, как сильно он соскучился, – уверен, ты отлично справишься.       ли выдавливает маленькую благодарную улыбку, потому что на большее сейчас не способен, его изнутри трясёт от волнения. крошечный голосов в его голове говорит ему дать заднюю, но он уже слишком далеко зашёл, чтобы просто взять и сбежать. и дело даже не в том, сколько времени ушло на подготовку, что гости уже собрались, нет. джихун уже пообещал самому себе выпустить из груди свои чувства.       справишься.       да, прекрасно справится со своим замороченным признанием, и это сунёна либо тронет, либо он исчезнет из его жизни. действительно, с чем тут не справиться, не так ли?

***

      насколько сильно переживал сунён по дороге на закрытое мероприятие джихуна? на все сто, нет, даже двести процентов. это не было чем-то необычным, последние месяцы он только и делал, что ходил с джихуном на различные вечеринки и презентации, но в этот раз всё ощущается как-то иначе.       взять хотя бы сам факт, что этот вечер организован лично джихуном, а не каким-то его коллегой. и джихун не просто отправил ему сообщение с адресом и временем, он лично пришёл в кофейню, где сунён работает, чтобы пригласить его. хорошо, тут, возможно, дело в том, что сунён сам его игнорировал, и тот пошёл на крайние меры. однако было в голосе джихуна что-то такое, что пустило электрический шок по всем его внутренним органам, заставило испытать странное волнение.       словно это не просто модное мероприятие, чтобы напомнить индустрии о своём существовании, а нечто большее. переломный момент, точка невозврата. сунён не знает, почему, но он чувствует, что это так.       весь день он как на иголках и думает о чём угодно, кроме учёбы. преподаватели даже не делают ему замечания, просто со вздохом спрашивают вместо него другого студента. сунёну было бы стыдно, если бы он не испытывал всепоглощающую тревогу.       он чуть ли не пишет джошуа хёну, чтобы тот подсказал, какую молитву стоит прочитать всевышнему, чтобы всё было хорошо. и плевать, что сунён не католик, а сам джошуа посещает воскресные службы лишь из привычки.       то, что он стоит в пробке добрые полчаса, ситуацию лучше не делает. сунён ненавидит опаздывать, а сегодня он даже пораньше решил вызвать такси (отчасти потому что не мог уже спокойно сидеть в комнате общежития), и что в итоге? проверяет время каждые две секунды, внутренне сокрушаясь от того, что вовремя уже точно не прибудет.       в зал он скорее заваливается, чем заходит, и чувствует себя до жути неловко, хотя внимание на него никто не обращает. никто, кроме джихуна. он чувствует его взгляд на себе раньше, чем видит его самого. сердце пропускает несколько ударов, потому что ли джихун как всегда до ужаса прекрасен. а ещё сунён до ужаса соскучился. он чувствует себя идиотом из-за того, что самостоятельно лишал себя встреч с ним. ну и придурок.       говорить с ним вновь ощущается так же странно, как и впервые, и сунёну это совсем не нравится. он привык к тому комфорту, что он чувствовал рядом с джихуном, но опять винить кроме себя самого некого.       просто он подумал, что так будет лучше, что небольшая разлука поможет ему совладать со своими чувствами, но это было так глупо. чувства лишь усилились, как и желание быть рядом, и сунён действительно не знает, как теперь быть. в одном он теперь уверен точно – бежать от джихун явно не вариант.       стоит ли поговорить с ним после того, как сегодняшний вечер подойдёт к концу? предложит ли джихун подвезти его как обычно? если да, то лучше приберечь разговор именно на поездку, потому что если признаться до, то ехать в одной машине им будет явно не очень комфортно.       да, конечно, сунён рассматривает только самый худший вариант развития событий. что джихун его выслушает и аккуратно отошьет. аккуратно, потому что с сунёном он никогда не проявлял грубость. наверное, именно это ранит ещё больше, потому что резкие и злые отказы всегда проще пережить. можно махнуть рукой, назвать человека мудаком и двигаться дальше. но это явно не тот случай, так что сунёну предстоит бесконечно страдать.       сейчас он наблюдает за тем, как джихун поднимается на небольшую сцену, больше похожую на некий подиум, и проверяет звук и работу проектора. народ это тоже замечает – все отвлекаются от своих разговоров и подходят ближе, по залу проносятся шепотки предвкушения.       свет погасает, проектор выводит на белый экран картинку. это абстракция в оранжевых тонах, которую сунён невольно сравнивает с тиграми.       в полной тишине джихун начинает говорить:       – дамы и господа, я рад приветствовать вас на закрытой презентации моего нового мини альбома. он называется "0615" и посвящён человеку, который стал очень важным для меня.       и вдруг сердце сунёна начинает биться так быстро, точно птица, рвущаяся вылететь из клетки.       только после этих слов сунён вдруг замечает на обложке альбома маленькие аккуратные цифры. это его день рождения, явно не просто совпадение. вновь чувствует на себе взгляд джихуна – он смотрит прямо на него через всю толпу, пока аплодисменты не стихают. сунён же настолько поражен, что не в силах даже поднять руки.       включается первый трек, это интро на полторы минуты, и слов "i need you so damn much" уже достаточно для того, чтобы понять, что именно всё это значит. сунёну кажется, что это просто слишком хороший сон, что вот-вот прозвенит будильник, и ему нужно будет изо всех сил отлепить себя от постели и пойти на пары.       однако этого не происходит, а джихун продолжает говорить.       – это о том, как неожиданно можно встретить того, кто станет для тебя особенным; как кто-то заполоняет твои мысли и сердце настолько сильно, что становится трудно дышать, когда этого человека нет рядом, – он делает паузу, чтобы вновь сцепиться взглядами с сунёном. – о том, как страшно признаться в этом даже самому себе.       сунёна пробирает дрожь от того, как сильно он понимает джихуна; от того, что всё это время они чувствовали одно и то же, но оба молчали; от того, что всё совсем не так страшно, как он уже успел себе представить.       от того, что чувства взаимны.       – со мной бывает сложно, потому что я далеко не из тех, кто может легко говорить о своих чувствах, – короткий смешок, который заставляет сердце сунёна приятно затрепетать. – мне проще запереть всё в себе, чтобы пережить шторм, а затем двигаться дальше. но в этот раз я понял, что если снова промолчу, то потеряю что-то очень ценное. мне всё так же нелегко говорить словами напрямую, но ведь не зря я продюсер, правда?       джихун вновь слегка посмеивается, и гости подхватывают его смех аплодисментами. на этот раз сунён всё же находит в себе силы похлопать вместе со всеми. к этому моменту он уже заметно расслабляется, ему уже не так страшно и волнительно. в груди расцветает нечто приятное, и ему так сильно хочется сорвать джихуна со сцены и увести за собой подальше от чужих глаз.       – эта работа очень много значит для меня, так что я надеюсь, что вы оцените этот скромный альбом. возможно, позже он официально выйдет на стриминговых платформах, ну а пока наслаждайтесь прослушиванием здесь и сейчас. спасибо!       ли делает небольшой поклон под аплодисменты и прибавляет громкость на пульте. музыка разливается по залу, теперь освещенному оранжево-красными лучами. гости возобновляют разговоры и распитие напитков, несколько человек пытаются выцепить джихуна, чтобы поздравить с новым творением и поговорить подольше, но он вежливо ускользает от них. сейчас ему поговорить нужно с кое-кем другим.       – эй, сунён, – джихун выглядит ужасно застенчивым и уязвимым, когда наконец-то подходит к нему. – ну... как тебе?       квон не сразу находит, что сказать, потому что сказать, на самом деле, хочется очень и очень много. пока он подбирает правильные слова, чтобы не слишком сильно мучать джихуна, берёт его за руку, как бы показывая, что всё в порядке. они в порядке.       джихун заметно расслабляется, плечи опускаются, когда напряжение наконец-то его покидает. он сжимает руку сунёна в ответ и большим пальцем гладит костяшки.       – ты целый альбом для меня написал, а я даже несколько слов сказать не могу, – наконец-то со вздохом говорит сунён.       – не целый, а мини, – поправляет его джихун.       – для меня никто не делал ничего даже близко похожего на это, джихун. не уверен даже, что я заслужил...       – мои чувства к тебе не нужно заслуживать, сунён, – ли крепче сжимает его руку в своей и делает шаг навстречу. так, чтобы расстояние между ними уменьшилось. – просто... прими их, если сможешь.       квон сунён не может, а хочет. на данный момент в мире не существует ни единой вещи, которой он жаждал бы больше, чем любить ли джихуна и быть любимым им в ответ.       – я хочу, джихун, – он наклоняется к его уху и говорит так, словно кто-то может их услышать, – если ты тоже примешь мои чувства.       джихун лбом упирается в плечо сунёна, и тот незамедлительно оборачивает свои руки вокруг него. он так давно мечтал обнять его.

***

      они уезжают раньше, чем следовало бы, учитывая то, что это мероприятие самого джихуна. сунён не уверен, что это хорошая идея, джихун настаивает, что ничего страшного нет, его коллеги, с которыми он работал над альбомом, со всем разберутся. хотя по вполне красноречивому взгляду сынчоля становится понятно, что лично он не в восторге, но в дискуссию не вступает.       джихун предоставляет сунёну право выбора, куда поехать, и ему неудобно проситься к джихуну домой, но ещё неудобнее было бы приглашать его в свою неприметную комнату в общежитии. ли не задаёт никаких вопросов, лишь говорит водителю, куда ехать.       в этот раз они не только держатся за руки на заднем сидении, как это было раньше. теперь сунён без стеснения сначала кладёт голову на плечо джихуна, а затем утыкается носом в его шею. он всегда улавливал аромат его парфюма, который из раза в раз заставлял хотеть джихуна всё больше и больше, и теперь сунён наконец-то без душевных терзаний может вдохнуть его полной грудью.       джихун сжимает его руку в своей, переплетает между собой пальцы, а другой рукой гладит сунёна по голове. всю жизнь утверждал, что он совершенно не тактильный, что ему не нравятся все эти лишние прикосновения. а потом появляется квон сунён, который переворачивает всё с ног на голову. у джихуна руки буквально зудят от того, как сильно к сунёну хочется прикасаться, обнимать его и гладить.       они практически как две жвачки, слипшиеся между собой, которые разлепить просто физически уже невозможно. и их обоих это устраивает.       даже по дороге до входа в жилой комплекс, до лифта, всю поездку до нужного этажа и по пути к квартире их руки остаются сплетенными. словно если они друг друга отпустят, всё растворится в воздухе подобно миражу.       едва переступив порог и скинув обувь, джихун настойчиво ведёт сунёна в сторону спальни. и нечто, что заставляет всё внутри трепетать, – полное отсутствие похоти в его действиях.       джихун тянет его за собой на кровать, чтобы переплестись конечностями, обнять друг друга так крепко, так сильно прижаться, чтобы через соединенные грудные клетки можно было почувствовать бьющиеся сердца друг друга. чтобы дышать друг другом, чтобы зарыться лицом в изгиб шеи, чтобы запустить пальцы в волосы, чтобы почувствовать друг друга.       почувствовать, что они друг у друга есть, что всё это реально и взаимно.       – я думал, что сойду с ума, если не обниму тебя снова, – едва слышно говорит джихун, но громче и не нужно – они достаточно близко, чтобы сунён слышал каждый его вдох, – после ночи у моих родителей стало совсем невыносимо.       – так ты уже тогда...       – я ещё до.       они оба начали чувствовать друг к другу нечто большее ещё до дня рождения джихуна, до той ночи, когда им пришлось спать в его детской комнате.       должно быть, это зародилось практически сразу и медленно росло в сердцах, пока корням стало тесно в бьющейся коробке и они не полезли за её пределы прямо по всему телу. пока не стало практически больно от того, что это нужно сдерживать, скрывать и молчать. пока не стало физически невыносимо от того, как сильно они друг в друге нуждаются.       – что теперь? – шепчет сунён, бездумно водя пальцами по коротким волосам джихуна. – в смысле, мы с тобой...       – мы, – ли блаженно прикрывает глаза, – мне нравится, как это звучит.       – ну думал, что ты настолько приторный романтик, – шутит сунён.       – я музыкант, конечно, я романтик, – бурчит джихун. – и насчет нас, я бы хотел, чтобы мы были... настоящими.       – то есть, ты больше не мой сладкий папочка?       – фу, – кривится джихун, – никогда не произноси это вслух.       – значит, нет?       – значит, что я с радостью буду давать своему парню деньги, если они ему понадобятся.       сунён на мгновение замирает, а затем немного отстраняется, чтобы заглянуть в глаза напротив.       – парню? – с придыханием переспрашивает он. джихун в ответ кивает. – хорошо... тогда я могу поцеловать тебя? своего парня?       это всё, что требуется, чтобы джихун сам приник к его губам.       сладость может сковать крепче, чем сталь. сунён уже в плену. однако не стоит пытаться его спасти – он именно там, где хочет быть.