I can do both

Палящее лето. Кондиционеры в офисе работают на всю мощность, помогая офисным пчелам выполнять ежедневные задания. Чимин не жалуется, отбивает ритм на клавиатуре ноутбука, слагая из букв слова и предложения. Им на редакцию пришёл интересный роман современного, молодого автора, и Пака назначили ответственным за данный заказ. Написано было сыро, без должных речевых оборотов. Задача Мини – превратить “это” в читаемое произведение. Обещали существенный гонорар по окончанию. Всё было бы идеально, если бы из холла, в котором стоят удобные диваны, не доносились женский смех и мелодичный мужской голос, развлекающий дамскую компанию. Чимин мог бы за это предъявить, да время обеденное, и это именно он занимается не тем, чем положено заниматься в отделенный для отдыха перерыв. – Чонгук~и, я слышала, ты подцепил ту красотку из пиар отдела, – говорит почти на весь офис Мина, хотя с радостью бы заняла место этой пиарщицы, да давно уже в браке с не менее солидным мужчиной, – Тебя видели с ней в баре, а потом на пути к мотелю. – Да слухи это всё, – отмахивается Чон, хотя вполне есть вероятность, что лжёт здесь конкретно он. На члене этого джентльмена недоделанного побывало уже с десяток коллег, и это только за последние полгода. Откуда Паку это известно? Да потому что обсуждается подобное обычно именно так и настигает практически везде: в курилке, в столовой, на тех диванчиках и даже в кафе неподалёку от их бизнес-центра. Мини знает, что в обхвате Гук не меньше 5 см, а языком способен заставить кончить девушку за несколько минут. Создаётся впечатление, что младший не работать сюда пришёл, а устроить тест-драйв всему женскому коллективу. В интрижках с мужчинами замечен не был. Да и кто скажет, что эта груда мышц не гетеросексуален? Любой бы решил, что его линия “ровнее”, чем экватор на карте мира. В действительности, как бы Чимина это не раздражало, работник из Чонгука также отличный. Они из одного отдела, и заказы направляются к Чону не реже, чем к самому Паку. Хвалебные отзывы писателей не оставляют сомнения в профессионализме младшего. В глубине души, хоть они и идут рука об руку по рабочему графику, Мини всё же ощущает тщетность собственного бытия. Травма ли детства, или приобретённое... Однако старший не мог поставить себя на уровень с Чонгуком, потому что кроме работы, по сравнению с ним, у Чимина проседало всё. Он не имел отношений и чурался однодневных связей. Пак выглядел симпатично, но привлекал девушек скорее как милый мальчик, с которым во взрослые игры не поиграешь. Стать накаченным он отчаялся ещё в подростковом возрасте, поэтому просто придерживался подтянутой формы тела и уповал на ту единственную, которой понравится Мини таким, какой есть. У него не было трудностей с социализацией в целом, однако трепаться на перерывах и дружить с коллегами для него не звучало привлекательным. Поэтому старший до сих пор довольствуется парочкой товарищей со времен университета и школы, с которыми видится раз в месяц, а то и в два. На фоне постоянных похождений и внимания к персоне Чона, всё, чем живёт Чимин, кажется несущественным и блеклым. Ещё и вечерний корпоратив в ресторане, на котором следует быть кровь из носу, не добавляет ярких красок в настроение Пака. Они опять будут безостановочно пить, а потом Мини будет блевать через несколько часов дальше, чем видит. Классика. Суджон, вторая коллега, которая любит проводить время в компании Гука, возвращается в их отдел, чтобы внезапно остановиться рядом с рабочим столом Чимина. – Господин Пак, я хотела бы, чтобы Вы сегодня пришли на встречу. В прошлый раз начальник Со был недоволен Вашим отсутствием, – она неплохая девушка и старается “поддерживать атмосферу коллектива”. На самом же деле, старший видит, как Чхве Суджон рьяно пытается выглядеть значимой в глазах окружающих, особенно своего босса и всех, кто выше по званию. – Хорошо, Суджон~щи. Я слышал о том, что он был недоволен, и сегодня буду в баре, – успокаивает госпожу Чхве Мини, при этом ловя глазами ещё одного коллегу в виде Чонгука. Тот идёт сразу на своё рабочее место и как-то странно смотрит на собеседников перед собой. Расшифровку того взгляда Чимин узнает в курилке, куда отлучается между главами, чтобы в одиночестве перевести дух. Однако как только он переступает порог заветной комнаты, за ним заходит Чон собственной персоной. Даже в этой ситуации Пак надеется, что на него не обратят внимание, но сталкивается с провалом. – Суджон хочет тебя уже давно, почему ломаешься? – лезет в чужую постель младший, прикуривая импортные Marlboro. Вишневые, ванильные, с кнопкой – это всегда Marlboro. – Я же не говорю, что ты прыгаешь из койки в койку. Вот и это не твоё дело, – всё же поддевает оппонента Мини, вытаскивая из кармана потёртую пачку Winston. – Будто это нечто плохое, – усмехается Гук попыткам старшего унизить его, когда его слова звучат скорее как комплимент на арене за привлекательность в глазах женщин. Если многие его желают, значит, лакомый кусок. – Давно на венеричку проверялся? ВПЧ? – Чимин лукавит, потому что сомневается, что такой аккуратист как младший может допустить подобное. – Тебе эта справка нужна? Для чего? – он акцентирует внимание на местоимении, словно издевается и обращает всё так, будто Пак собрался с ним чем-то заниматься, для чего требуются такие документы. – Мне она не нужна, но девушкам бы посоветовал у тебя её спрашивать, – такой диалог не совсем похож на обычные мужские, как и в принципе всех их диалоги. Может с Мини что-то не так... – Что ещё бы ты им посоветовал в отношении меня? – Чонгук внимательно останавливает взгляд на чужом лице, действительно заинтересованный в ответе старшего. – Да не спать с тобой. Ты же ими пользуешься и после одной ночи уже ищешь другую, – слова вырываются прежде, чем Чимин понимает, что эти предложения звучат как личное мнение, – Я имею в виду... – Рыцарь, ты готов их всех заменить, раз так рассуждаешь? Никто никого насильно в постель не тянет, – Чон наступает, а его черты лица становятся серьёзнее, – Мы взрослые люди. Почему бы не обременять себя обязательствами? Пак напрягается от такого напора и вовсе теряет дар речи от данного нахальства. Как он посмел Мини приписать к подобному времяпровождению? – Они могут сказать одно, а мечтать в глубине души, что ты обратишь большее внимание. Поэтому и идут на риск, – вот теперь старший и правда звучит как одна из девиц, брошенных Гуком после совместно проведённой ночи. – Какой же ты наивный... Мы просто доставляем друг другу удовольствие. Попробуй, может и тебе понравится, – Чонгук от всей души хохочет от невинного и в то же время враждебного лица Чимина, словно тот готов драться за честь всех опороченных Чоном девушек. А если он узнает, что там были не только они и также вкусно стонали от его члена, то рабочий коллектив, видимо, господина Пака потеряет. От разрыва сердца. – Ты слишком приуменьшаешь чувства людей, когда говоришь про обычное сексуальное удовольствие. Половой акт может происходить не только с малознакомыми людьми, и он в любовных отношениях, очевидно, будет намного лучше, чем всё, чем ты занимаешься, – у Мини развязался язык на почве гнева то ли на себя, то ли на стоящего перед ним человека. Для него такие откровения – нечто сокровенное, и обсуждать это следует только с близкими людьми. В дальнейшем, безусловно, он будет ругать себя за многословность. – А также он будет обременять обоих, потому что заботиться придётся не только о себе, но и о своём партнере. В современном мире это муторно и порой бессмысленно, – Гук давно решил для себя, что отношения – нечто ненужное. Возможно, потому что однажды ему разбили сердце, а может, любовь и её ценность правда преувеличены. – И почему такому как ты достаётся всё женское внимание... – добавляет в свой гроб гвоздей Чимин, опять говоря то, что приходит на его дурной ум. Это от сигаретного дыма крыша протекать стала? – Суджон, блять, мы только о ней говорили, – напоминает Чонгук, не собираясь никого топтать в грязь. Не его прерогатива, – Вот тебе женское внимание. Заметь. – Она вчера плакалась по телефону своей подруге, что ты не видишь в ней объект желания, – не выдерживает и тут старший, потому что ему не надо подачки со стороны. Он хочет быть первым вариантом, а не запасным, – Или закуски на твоём столе магически появляются из неоткуда? – Оу... Тогда это многое объясняет, – задумчиво тянет Чон, словно в глаза до этого не видел, что ему оказывает знаки внимания одна из его трещалок на обеде, – Но ты бы мог показать себя с лучшей стороны. Может, она бы поняла, что ты... Пак не хочет дослушивать то, что собирается сказать Гук, поэтому бросает краткое, – Мне надо работать, – и уходит из курилки в ещё более отвратительном состоянии, чем до этого. Знал бы Чонгук, что под фразой: “В надежде найти ту самую”, также можно подразумевать “того самого”. И младший, как бы грустно это не было, самый сладкий типаж Мини из иллюзорных снов, которые только можно себе вообразить. Однако он бабник и натурал, ещё и не видит смысла в чувствах, поэтому Чимин старается быть слепым, когда наблюдает и слышит своего коллегу на работе. Будний день слишком быстро подходит к концу, поэтому собирается Пак с лёгким чувством ненависти ко всему живому. Он выходит немного позже, чем остальные сотрудники, спускается на лифте вниз и сворачивает к двери слева, где напротив находится бар, в котором они договорились встретиться. Ещё большим идиотом он себя чувствует, когда созерцает единственное свободное место за столом, и оно какого-то черта между Суджон и Чонгуком. – Да вы ж издеваетесь, – бубнит себе под нос Мини, злобно огибая сидящих, и падает на предоставленный стул, тут же оглядываясь в поисках рюмки и бутылки соджу. – Чимин~а, ты пришёл, – ободряюще кричит господин Со, привлекая внимание всех к его разгневанной персоне, – Мы без тебя скучали в прошлый раз. – Да, конечно. Я пришёл, – слащаво тянет Пак, а сам готов вскочить и унестись прочь из данного заведения, – Как я мог пропустить... – Ну что ж, раз все в сборе, то хочу поздравить наш отдел с отличной выручкой в этом месяце. Прошу, коллеги, наполняйте стаканы, – бал был дан, и за столом загремела посуда. Сначала пропустили по первому напитку, а после преступили к готовке. Мясо, алкоголь, напряжённое общение с людьми – и вот Мини уже навеселе и может всё это терпеть. Ёрш идёт как миленький, самгёпсаль залетает в рот на ура. Госпожа Чхве будто сошла с ума. Она три раза попыталась погладить Чимина по ноге, поправила ему рубашку и два раза взяла за руку. К середине вечера Пака откровенно начинает трясти от негодования. Что это за цирк? Он похож на козлика на привязи? Суджон снова отпивает из его стакана, и Чон едва успевает схватить Мини за подмышки и утащить покурить, чтобы тот не высказал девушке всё, что о ней думает. – Ну тише, не горячись, – в губы впихивается фильтр, а огонёк из-под зажигалки поджигает табак, – Что ж ты так на неё реагируешь? Нравлюсь я ей, а в штаны-то сегодня она лезет к тебе. Провели бы хорошо ночь. Тут мотель недалеко. – Да какой мотель?! А как же чувства?! У меня даже не встанет на такое времяпровождение, – старший в ярости и затягивается чересчур сильно, чтобы хоть немного расслабиться. – Ты девственник что ли? – уточняет ради забавы Гук, изучая слегка покрасневшего то ли от выпитого, то ли от гнева собеседника. – Да какой я... девственник... – Чимин давится дымом от подобного заявления, во все глаза таращась на младшего, – Мне 28. У меня пару лет отношения серьезные были. – Тогда я не понимаю, в чем проблема. Или... – до этого Чонгук крутил в руках зажигалку, однако внезапно замер, а потом шагнул прямо к Паку, – Или тебя не привлекают девушки? Как же я сразу не догадался... – Да привлекают меня девушки, ещё как привлекают, – отрицает сказанное Мини, не осознавая, что из него искусно тянут информацию. – А парни? – решает идти в ва-банк Чон, опираясь зачем-то рукой о бетонную стену за баром. – Что парни? – играет в глупого старший в надежде, что сможет увертеться от ответа. – С парнями спал? Понравилось? – но Гук не из робкого десятка, чтобы делать вид, что он сказал что-то не то. – Да кто ж о таком спрашивает... – юлит растерянно Чимин, потому что любой ответ будет воспринят как вызов. Пак чувствует себя бабочкой на булавке, которая оказалась весьма ценным экземпляром. Сигарета тлеет где-то на асфальте, а сам младший даже не закуривал. А ещё он совсем близко, опасно близко. – Знаешь, таких слухов в офисе не ходит, потому что нет особо симпатичных у нас парней. Но я славлюсь не только отличным куннилингусом, – набор для курения отправляется в задний карман левой рукой, чтобы её освободить для чьей-то талии, талии Мини. Старший перестаёт иногда дышать и делает это с задержкой, когда ловкие пальцы оглаживают поясницу. – Чонгук... – тёмные глаза гипнотизируют и вынуждают поддаться омуту, пока тёплые губы накрывают губы Чимина. Его целуют, сразу же вовлекая в глубину. Язык как варвар врывается и дразнит несчастного редактора, в то время как тот цепляется за чужие плечи, чтобы не рухнуть на землю. Здравости хватает, чтобы в какой-то момент с пошлым чмоком отвернуть голову и избежать такого опасного контакта. Однако никто сдаваться не собирается, – Блять, если бы я знал, что в такой команде ты тоже играешь, завалил бы давно, – удовлетворенно шепчет в самое ухо Гук, перемещая руку с поясницы на аппетитную ягодицу, – Я сказал, что у нас нет симпатичных парней. Но ты грёбаное исключение. Я просто не думал, что тебе нравятся мужчины. У Пака кружится голова от близости и того, что его разоблачили. Он упирается руками в грудь коллеги, однако алкоголь делает его очень слабым. – Чонгук, мне не нравятся парни... – делает последние рывки перед бездной Мини, хотя факт того, что кто-то податливо ответил на наглый поцелуй говорит сам за себя и за любые дальнейшие утверждения старшего. – Ты кому заливаешь? – и вновь в чёртово чувствительное ухо, Чимина выкручивает и едва не подбрасывает, – Пошли в мотель? Только всех предупредим, что у нас срочные дела. Он тянет Пака из закоулка, но тот упирается и начинает отрицательно мотать головой, – Нет. Я не хочу. Я не хочу с тобой никуда. Глаза Мини блестят в свете огней здания, и это останавливает Чона даже больше, чем слова. – Чувства, сладенький, чувства... Твою ж налево... – ему до жути печально, что такая прекрасная ночь накрывается медным тазом, потому что партнёр не хочет, – Ну почему ж ты попался такой романтичный и такой красивый... – Я не могу без них ничего, – чистосердечно признается Чимин и словно стыдится своего поведения. Все же взрослые люди. Так почему он не готов даже раздеваться перед человеком, если между ними нет любви? Младший не насильник, поэтому перемещает руку на плечо, подталкивая в сторону входа в бар, – Ладно. Пошли ещё выпьем. Никто через силу ничего с тобой не посмеет сделать. – Подожди, – Пак целенаправленно тормозит Чона прямо на углу и резко касается напоследок губ, чтобы в следующую секунду отскочить и быстрым шагом отправиться в помещение. Гук заходит следом только через некоторое время, потому что ловит ступор от своевольности старшего. Остаток корпоратива они молча едят и пьют алкоголь, то и дело ловя взгляды друг друга. Никто не собирается трепаться или ругаться по поводу произошедшего, однако этот вечер кардинально изменил их восприятие друг друга.