Заметки Лии Райт

      Как только Лия вошла в Большой зал, то заметно сжалась внутри.       – С возвращением, Лия, – мысленно поздравила себя она и медленно двинулась между столами факультетов.       Все столы ломились от различных вкусностей, которые появились буквально несколько минут назад. В воздухе витал запах дымящихся мясных блюд, тыквенного сока и свежеиспечённого хлеба со специями. Ощутив все запахи воедино, Лия поняла как сильно она голодна. В подтверждении своих мыслей, её живот предательски заурчал, потому поджав губы, Лия ускорила шаг, стараясь игнорировать ежегодное восхищение потолка Большого зала.       Зачарованный потолок – одна из любимых локаций Лии в Хогвартсе, ей очень нравится смотреть на него и любоваться имитированным небом, украшенным реалистичными мерцающими звёздами, в которых видны проблески облаков. Будь её воля, она бы круглосуточно лежала на полу и наблюдала за тем, как дрожат свечи от движения тёплого воздуха.       – Эй, Лия! Я здесь! – вдруг услышала Лия из дали гриффиндорского стола, – Иди сюда! – Невилл, который кричал подруге, высоко поднял руку и принялся махать Лие, дабы быть замеченным.       Самопроизвольно нахмурив брови, девушка заметила, что осталась не без внимания и на крик Невилла обернулись десятки (если не сотни) чужих глаз. Ну спасибо, Лонгботтом…       То же сделало и золотая троица, которая сидела рядом с Невиллом. Все трое обернулись, проследив за его взглядом.       Гарри, что сидел рядом с Роном и напротив Гермионы поначалу был озадачен. Должно быть, он, как и близнецы Уизли не понял, кто такая Лия, но увидев повзрослевшую Лианну Райтвуд его взгляд расслабленно смягчился. Встретившись с его изумрудно-зелёными глазами, Лия коротко кивнула в знак приветствия, он сделал то же самое.       Гермиона, сидящая лицом к Лии, рядом с Невиллом, подняла голову и её взгляд также прошёлся по девушке. Обе с лёгким интересом мимолётно осмотрели друг друга, стараясь заметить какие-либо внешние изменения, но в отличие от Гарри, Грейнджер была менее приветлива. Хоть и не демонстративно, но Гермиона отвернулась, продолжая копаться в своей тарелке с тушёными овощами, игнорируя Лию.       Лишь Рон обернулся самым последним. С набитым ртом он повернулся и увидев Лию, едва заметно махнул рукой, блеснув жирными от масла пальцами. Неловко улыбнувшись, Лия поджала губы и подошла к ним, садясь рядом с Уизли, прямо напротив Невилла.       – Я занял для тебя место, но ты долго не появлялась, – беспокойно проговорил Невилл, – где ты была?       Ёрзая на месте, Лия быстро махнула рукой, стремясь сесть удобней.       – Пустяки. Пивз решил самолично встретить и "проводить" меня до Большого зала.       – Ого, а я уже успел и позабыть про Пивза. Странно, что нас он не встретил. – Пожав плечами, Невилл потянулся за карамельным пудингом и взглянул на Лию. – Надеюсь, он не сильно тебя достал?       Мотнув головой, Лия отмахнулась и принялась думать над тем, что бы она сейчас хотела съесть. Она взяла себе немного тушёного мяса с картофелем и луком, а после придвинула к себе пастуший пирог.       Пока Лия молча поглощала свой ужин, то параллельно вслушивалась в разговоры. Неподалёку от них сидела Джинни и пассивно слушала Парвати Патилл и её любовную сплетню, как очередная пара из Когтеврана и Пуффендуя рассталась. По лицу Уизли младшей можно было понять, что та не вовлечена в подобный разговор. Помешивая ложкой чай с молоком, Джинни ехидно хмыкнула.       – Потому что он – тупица в плане отношений. Я бы тоже от такого убежала. – Возмущённо повернувшись к Парвати, Джинни раздражённо закатила глаза и отпила свой чай. – Кому интересно на свидании слушать пересказ о скучном докладе для Мистера Биннса?       Хихикнув, Парвати поддержала подругу, и она продолжила рассказывать ей новые сплетни, а Лия тем временем переключилась на другой разговор. Она часто так делала, что другие даже представить не могли, насколько много знала Лия.       Девушка всегда грела уши, слушая чужие планы на вечер, любовные драмы и конфузы на уроках. Это приносило ей особое спокойствие и расслабление. Как губка – воду, Лия впитывала в себя огромное количество информации и была очень наблюдательна. Она сама и не знала, зачем это делает, но знала одно – ей всегда было интересно. В голове сразу же вырисовывалась анимационная сцена с различными ситуациями, которые та слушала. Это было неким ритуалом для Лии, когда она находилась в Большом зале, или же в общей гостиной гриффиндора.       – Во сколько?! – вдруг возмущённо крикнул Рон, моментально заставляя Лию сосредоточить внимание на нём. – Неужели так рано?       – Ну а чего ты хотел? – невозмутимо переспросил Гарри, – ты теперь часть команды. Разве Анджелина не отправила тебе сову летом?       Услышав знакомое и родное, у Лии больно кольнуло в сердце. Стараясь не поднимать головы и продолжать делать вид, что она не слушает, девушка всё же немножко подвинулась ближе к Рону, что даже задела под столом его колено, но тут же отпрянула, боясь стать рассекреченной. Однако это было лишь её точка зрения, на деле же Рон не обратил на этот жест ни малейшего внимания.       – Отправить то отправила, – неловко замямлил тот, – вот только Анджелина не упоминала, что вставать придётся в пять утра!       – А что ты хотел? – в разговор вклинилась Гермиона, – квиддич тебе не шутка, там всё серьёзно и, если Анджелина увидела в тебе потенциал для вратаря, значит ты просто обязан соответствовать и не должен подводить свою команду!       Что? Рон Уизли – новый вратарь в команде гриффиндора?       Сильнее сжимая вилку, Лия нахмурилась. Как же она давно не слышала разговоры других о квиддиче.       Во времена её участия, капитаном команды был Оливер Вуд и, пожалуй, самым добрым по отношению к ней в квиддиче тоже был он. Но он окончил обучение в Хогвартсе в тот же год, когда Лия получила травму, на третьем курсе. Весь четвёртый курс прошёл без квиддича из-за Турнира трёх волшебников, но вот теперь в этом году учёба возвращается в своё привычное русло.       От слов Гарри и Рона, Лия поняла, что капитаном команды стала Анджелина Джонсон – превосходная охотница, какой Лие никогда не было суждено стать. Это и неудивительно, что капитаном стала именно она, у неё на это были все шансы. Интересно, а какой состав у команды вообще сейчас?       Новым вратарём стал Рон, Гарри всё тот-же ловчий, Анджелина – капитан и охотник. Джинни же наверняка с запасных игроков стала основным и тоже охотником. От одной лишь мысли о том, что на её месте должна быть Лия, девушка отодвинула недоеденный пирог. Аппетит пропал. Вместо этого, она вяло потянулась к горячему шоколаду и продолжила анализировать.       Загонщики – всё те же Фред и Джордж, это сто процентов. Иначе мир бы перевернулся, узнай Лия, что эти Превосходные игроки ушли с команды.       Метнув взгляд в сторону близнецов, Лия убедилась в этом. Всё верно, они наверняка в команде, ведь это их последний курс в Хогвартсе и Лия была уверена, что в этом году они бы хотели выжать из себя все силы для игры. Они сидели со своей сокурсницей и капитаном – Анджелиной. Один из них (Лия не понимала кто) наверняка очень близок с девушкой, ибо она бы не позволила просто так липнуть к себе… они точно в отношениях.       Оставалось одно место… кто же третий охотник?       – Эх… – тяжёлый вздох Рона вырвал Лию из раздумий и заставил переключиться на него. – В этом году не получится расслабляться. Как успевать тренироваться и заниматься обязанностями старосты?       – Ну на квиддич не всегда придётся вставать так рано… лишь в некоторых случаях. И не забывай про С.О.В. – нравоучительно напомнила Гермиона, – Миссис Уизли расстроится, если узнает, что её Староста набрал низкий балл. –             Удивляясь и этому, Лия наклонила голову в сторону Рона. У него на груди гордо сверкал новый значок старосты. – Не то гляди, может в следующем году у тебя отберут этот значок, – язвительно закончила Гермиона.       – Если не раньше, – тихонько буркнул Гарри, надеясь, что его услышит только Гермиона. Однако Рон не так глух и пихнул Поттера локтем, вызвав смех у Грейнджер.       – Да ну вас! – угрюмо буркнул Рон и уставился на недопитый тыквенный сок.       Нервно облизнув пересохшие губы, Лия тихонько спросила, стесняясь, что другие её услышат.       – Ты стал старостой? – она увидела, как Рон повернулся к ней.       – Ага, – невозмутимо ответил рыжий, – нас с Гермионой назначили в этом году за факультет.       Метнув глазами напротив, Лия заметила, как внимательно Гермиона смотрела на них. Райтвуд опустила взгляд на грудь сокурсницы и увидела, как у неё тоже висел значок старосты девочек. Вернув внимание на Рона, Лия робко улыбнулась ему.       – Я поздравляю тебя, – тихонечко проговорила та, – надеюсь, что ты во всём преуспеешь в этом году. – Лия желала искренне. Без укора. Рон это знал, потому ответил ей гораздо теплее, чем Гарри с Гермионой.       – Спасибо.       Вытирая рот салфеткой, Невилл отодвинул от себя пустую тарелку и медленно встал с места, посмотрев на Лию.       – Я всё. Ты останешься, или… Помотав головой, Лия быстро поднялась вслед за ним. Ей не хотелось оставаться здесь без него.       – Я с тобой.       Кивнув, он понаблюдал за тем, как Лия торопливо допивала горячий шоколад и скорчила лицо, видимо от того, что обожгла губу. Затем друзья покинули Большой зал.       Провожая их взглядом, Гермиона с интересом спросила у друзей.       – Думаете, они встречаются?       – Райтвуд и Невилл? Шутишь? – Скептически спросил Рон. – Не думаю, что у этих двоих какие-то мутки. Ай! – Гермиона пнула его под столом.       Вновь посмотрев на удаляющиеся спины сокурсников, Гарри встретился взглядом с подругой.       – Да кто их знает, – отстранённо ответил Поттер. – И вообще, с каких это пор, Лианна таскается за ним? – Спросил Гарри, лениво ковыряя вилкой в тарелке.       – Если ты не заметил, – нравоучительно начала Гермиона, – то с третьего курса. Буквально через несколько месяцев после того, как… это… – Гермиона задумчиво прикусила губу, видимо стремясь подобрать слова, как можно мягче. – Ну-у-у… – она всё ещё выглядела смущенно и начала неловко жестикулировать руками, думая, что её поймут.       – После того, как она шлёпнулась на матче?       – Рональд!       – Ау! Может хватит?       Поджимая ноги подальше от Гермионы, Рон повернулся к Гарри.       – Ну скажи, так же и было?       Пожимая плечами, Гарри махнул рукой.       – Я вообще не обращал внимания, так что без разницы.       – А вот если бы ты иногда обращал хоть малейшее внимание, – продолжала сплетничать Гермиона, – то наверняка бы уже привык, что Невилл с Лианной постоянно вместе!       Усмехаясь, что их темой для обсуждения стала Лианна, Рон потянулся к шоколадному эклеру, не желая развивать эту тему. В итоге под внимательным взглядом Грейнджер сдался.       – ‘у ‘Ерм‘она, – усердно дожёвывая дессерт, Рон проглотил вкуснейшую сладость и уже без набитого рта, договорил, замечая, как Грейнджер морщится в лёгком отвращении, наверняка готовясь вновь пнуть его под столом за отсутствие этики. – Может ты ошибаешься. Ведь если бы Невилл действительно встречался с Райтвуд, то наверняка бы пригласил её, а не Джинни на Святочный бал в прошлом году… – и помолчав немного, укоризненно завершил: – … да и тем более не приглашал бы тебя для начала.       Гермиона хотела было возразить, но не найдя подходящих аргументов промолчала, нахмурив брови.       – Кстати, а с кем пошла Лианна на Святочный бал, раз Невилл пошёл с Джинни? – интересуясь спросил Гарри и вновь встретился с осуждающим взглядом подруги. – Что? – Гермиона недовольно закатила глаза, словно он задал вопрос по трансфигурации для первого курса. – Я просто не обращал внимания и даже не припоминаю её на балу.       – Не припоминаешь, потому что она не пошла на бал, а уехала домой, на каникулы. – Сосредоточенно хмуря брови, Гермиона задумалась вслух. – Хотя признаться честно, я не понимаю этот поступок… Святочный бал для нас стал единственным за столько лет и больше не повторится, а если и будет, то наверняка задолго после нашего выпуска.       – Значит ей было неинтересно, – равнодушно ответил Гарри, пожимая плечами, явно не понимая, почему они вообще это обсуждают.       – Или её никто не пригласил и поэтому она уехала домой, – предположил Рон. – Звучит вполне подходяще.       – Так мы теперь обсуждаем Райтвуд? – Закончив есть, Гарри встал со стола и удивлённо перевёл взгляд с Гермионы на Рона. – Неожиданно… –       Устало зевнув, тем самым подводя обсуждение к завершению, Поттер махнул рукой. – Пойдёмте лучше в гостиную, стоит отдохнуть хоть немного перед завтрашним днём.       Соглашаясь с другом, Рон с Гермионой тоже повставали с мест и втроём покинули Большой зал.

***

Закончив с разбором вещей по своим местам, Лия услышала, как в спальню врываются её соседки. Первыми, громко смеясь вошли Лаванда Браун с Парвати Патилл. Следом шла Гермиона и разговаривала с… Джинни?       Какого Мерлина она тут?       – В прошлой спальне было тесновато, в отличие от вашей… неужели это преимущество старшаков? – с энтузиазмом спросила девчонка и чуть ли не с разбегу плюхнулась на свободную кровать.       – В этом году довольно много первокурсниц определили в Гриффиндор…       – Да, я только рада жить с вами. – Джинни радостно развалилась в постели и с восхищением осматривалась вокруг. – Девчонки на моём курсе – такие зануды!       Нахмурив брови, Лия пыталась понять, что произошло. Неужели Джинни теперь будет жить с ними? Из её короткого разговора с Грейнджер можно понять, что…       Допустим, распределяющая шляпа довольно многих новеньких девочек отправила в Гриффиндор… стало быть произошло некое переполнение мест и Джинни отныне переселили к ним? Так или иначе, Лию это не особо обрадовало.       – Уже десятый час, – в своей привычной манере произнесла Гермиона. – Думаю нам всем стоит выспаться перед завтрашним днём.       – Ложись, если ты устала, – отнекиваясь, пролепетала Лаванда, – мы постараемся вести себя тихо.       Было видно, что все в спальне не поддержали идею Гермионы – ложиться спать. Сидя на кровати, Лия заметила, как Лаванда достала из своей тумбочки колоду карт. Сверкая глазами, Парвати восхищенно принялась их рассматривать.       – Новенькие? – с интересом спросила та, на что Лаванда забрала их у неё и принялась тасовать.       – В конце прошлого года профессор Трелони мне подарила, представляешь? Перед тем, как уехать на каникулы.       Удивленно вскрикнув, глаза Парвати загорелись белой завистью.       – А мне она не дарила ничего. Вот сучка!       Приподняв брови, Лия принялась стелить себе постель и готовиться ко сну вместе с Гермионой.       Лаванда с Парвати были любимицами этой дуры – Трелони.       Трелони… ох, как же Лия её ненавидела.       Она помнит, как с энтузиазмом и предвкушением выбрала урок прорицания в конце второго курса, ожидая то, каким интересным будет предмет. И он был. До тех пор, пока Сибилла не дала ей идиотское предсказание по поводу травмы…

«Я вижу тень, что накроет тебя… – фанатично предсказывала Трелони. – Будь осторожна на высоте, ибо она – твой враг!»

      Тогда, Лия особо не придала этому значение, но после этого начала сомневаться в адекватности профессора. Лия помнит, как она усиленно предсказывала Гарри смерть и как открыто конфликтовала с ней Грейнджер.       Устремив свой взгляд в пустоту, Лия вновь возвращалась к тому злосчастному дню…       Она сжалась на метле, чувствуя, как капли дождя в этот роковой день превращались в ледяные иглы. Ветер беспощадно гнал её вниз, а в ушах шумел рёв толпы. Буквально через несколько минут её бок пронзила острая и тупая боль – бладжер попал точно в бедро.       Лия не кричала. Просто почувствовала, как обжигающе-жгучий воздух уходит их лёгких, а дрожащие до тех пор руки, что смертельной хваткой держались за метлу больше не сжимали деревянное древко. Мир закружился в водовороте серого неба и бурых трибун. Последнее, что она успела заметить – это испуганное выражение лица Оливера, который по сей видимости протягивал руку, дабы удержать Лию, но не сумел этого сделать. Остальное – тьма…       Вздрогнув так, если бы Лия вновь упала на мокрую землю квиддичного поля, девушка поймала себя на том, что проводит указательным пальцем по ступне, повторяя причудливый синий узор…       – А вот и неправда! – чуть громче обычного прикрикнула Патилл, чем вызвала недовольное фырканье Гермионы. – Он не может быть в меня влюблён!       Эти слова заставили Лию невольно повернуться к соседкам. Как только она это сделала, девушка заметила, как под её взглядом Парвати с Лавандой мгновенно сжались, избегая её взгляда.       В чём дело?       Эти двое уже сидели в присутствии Джинни. Уизли младшая улеглась на кровати и с лёгким интересом наблюдала за подругами. Гермиона по-прежнему капалась у своей кровати, изредка бросая взгляды на сокурсниц.       – Извини, – вдруг неожиданно произнесла Патилл и до Лии даже сначала не дошло, что та обращается к ней. – Просто Лаванда – такая дура!       – Вот и неправда, сама ты дура! – слегка раздражённо ответила ей Браун и вновь судорожно принялась тасовать колоду. – Всё же сходится! Таро никогда не врут!       Это громкое обсуждение заставило Гермиону оставить свои дела и скептически глянуть на них. Лия тоже продолжила наблюдать, ибо до сих пор не поняла: зачем Парвати извинилась?       – Я же сказала! – победно вскрикнула Лаванда, доставая из колоды несколько карт. – Всё тот же расклад вышел! Карта в карту! Скептически усмехнувшись, Гермиона отстранённо проговорила.       – Может ты карты плохо перемешала?       – Ничего подобного! – упрямо продолжала девушка, – посмотри, –обратилась она к Гермионе, – рыцарь пентаклей!       Подсев ближе к девочкам, Гермиона с сомнением глянула на вытянувшие Парвати карты.       – Это значит, что он надёжный и спокойный. Трудолюбивый. Чаще всего, человек с тёмно-русыми, или даже светло-каштановыми волосами, прямо как у Лонгботтома!       Услышав фамилию своего друга, Лия удивлённо приподняла брови и вновь встретилась с извиняющимся взглядом Парвати. Она явно была смущена и не хотела, чтобы Лаванда продолжала тему, однако Браун не обращала внимания на знаки подруги и продолжала говорить.       – Ещё – сила! Карта гласит, что он преодолевает страхи и стеснение. Со временем он станет более уверенным в себе! – Лаванда победно обернулась к Гермионе, – и последняя карта – рыцарь кубков. Он влюблён в Парвати и имеет романтические намерения по отношению к ней. Это сто процентов Невилл! Я вам гарантирую.       – То есть, ты уверена, что человек, который влюблён в Парвати… это Невилл? – всё ещё не веря спросила Грейнджер.       Вдруг все четверо синхронно взглянули на Лию, заставив её неуверенно попятиться.       – Ч-что? – слегка осипшим голосом спросила Лия, слишком долго молчала.       Все, кроме Браун неловко отвернулись, а та принялась внимательно щуриться на Райтвуд.       – Хм-м… – вдруг, Лаванда вернула внимание к картам и быстро перебрав ими, начала уже по-другому перекладывать карты, разделив всю колоду на семь частей. – Ох, хватит пугать меня! – шикнула та на Парвати и довольно улыбнулась. – Нет у неё ничего! Лия и Невилл просто друзья! – победно повернув голову в сторону Лии, та утвердительно спросила: – так ведь?       У Лии ломался мозг. Она что, только что нагадала возлюбленного Патилл, как… Невилла? А после сделала расклад на… его отношения с Лией?       Было видно, с каким голодным интересом те сверлили взглядом Райтвуд. От этого стало не по себе.       – Ты… сделала расклад на меня с Невиллом? – недоумевая спросила девушка и увидела подтверждающий кивок Лаванды. – Не проще было бы просто спросить?       Пожав плечами, Лаванда махнула рукой и довольно поправила свои пористые волосы, радуясь своим раскладом.       – Зато это правда! И вы с Невиллом не встречаетесь! Теперь у Парвати есть все шансы на любовь с ним!       Увидев, как возмущённо Парвати запустила подушку в Лаванду, Джинни прыснула от смеха.       – С чего ты взяла, что он нравится Мне? Он не в моём вкусе! – упрямо твердила Патилл, после чего Гермиона раздраженно закатила глаза и собралась встать с пола, чтобы уйти. – А ты чего смеёшься? – обратилась та к рыжей и забрала у Лаванды колоду. – Сейчас и твоего возлюбленного узнаем!       Джинни явно не ожидала услышать такое, поэтому мгновенно засмущалась, вызвав смех даже у Гермионы. В прочем, Уизли младшая не выглядела обиженной, она лишь поудобнее разлеглась и махнула рукой.       – Не стройте из себя дурочек! Не нужно быть прорицательницами, чтобы знать кто мне нравится. – Её самоирония отлично защитила Джинни, потому переглянувшись с Лавандой, Парвати пожала плечами.       – Ну, ааа… эм-м… – оглядываясь в поисках жертвы, Парвати довольно блеснула глазами. – Ой, Гермиона! Давай и тебе погадаем?       – Ну уж нет! – Протестующе ответила та и подняв руки, мол: это уже без меня, отодвинулась от девочек. – Я не дам на это согласие, да и к тому же это глупо! Гадания и сам урок прорицания – неподтверждённая наука, которой не стоит верить!       – Пф-ф, да ладно тебе! – протестующе начала Джинни. – Когда ты была в Норе я заметила, как ты смотрела на моего братца – идиота!       – Что?! – Мгновенно быстро выпалила Гермиона и начала возражать, однако голос её стал непривычно писклявым и порой даже дрожащим.       Все трое сплотились против Гермионы и не сговариваясь, по всей комнате пронеслось издевающееся: "у-у-у".       – Кое-кому нравится Рон Уизли, но этот кто-то не признаёт этого!       – Глупости! – Резко отрезала Гермиона. – Вместо того, чтобы выдумывать всякую чушь, ложились бы спать! – Её слова всё ещё не воспринимались всерьёз, и та видимо нашла весомый аргумент. – В конце концов, я – староста! Успокойтесь, иначе я могу вас наказать!       – Да ладно-ладно, мы же шутим… – защищаясь, сказала Лаванда, но Лия успела заметить, как сильно покраснела Грейнждер.       Эти действия вызвали у Райтвуд лёгкую улыбку, и та по привычке потянулась к пергаменту, что лежал у неё на тумбочке подле кровати. Она знала, что сейчас сделает. Лия решила запечатлеть этот момент на бумаге.       Чаще всего это была её привычка. Ещё на первом курсе, когда та осознала, что не может ни с кем подружиться, та принялась писать небольшие заметки, как если бы делилась этим с друзьями. После травмы эта привычка особо усилилась. Она писала многое. Лие нравилось спустя время перечитывать свои же мысли вновь погружаясь в воспоминания, каким бы они не были. Райтвуд вдруг сосредоточилась на всём, что её окружает. Общая атмосфера, чувства, запахи и лёгкое чувство отчужденности… всегда ли она будет находиться "за кулисами"? И когда же она сама станет участвовать в своих рассказах?       Стараясь не зацикливаться сейчас на этом, Лия наклонилась ниже и принялась царапать пером по пергаменту:

«Возвращение в Хогвартс – одно из самых лучших чувств, пожалуй каждого студента (и если не всех, то маглорожденных точно, ведь волшебная школа в отличии от магловских училищ – самое унылое место на свете). Какого это из года в год возвращаться в Хогвартс всё старше и старше? Для каждого это происходит по-разному, но всех нас объединяет одно чувство – предвкушение на весь учебный год. Как приятно возвратиться в свою спальню, после сытного ужина в Большом зале! Ночь перед первым школьным днём – особый ритуал для каждого. Кто чем занят. Такое обильное разнообразие заставляет испытывать некую эйфорию от атмосферы в каждой комнате студента, не зависимо от факультета. В спальнях для девочек не редко происходят настоящие девичьи посиделки: разговоры о том, как провели лето, обмены сплетнями, обсуждение любовных драм и гадания на всякое. А аромат пряных благовоний лишь подчёркивает данную обстановку волшебства. Маглы многое теряют, не зная о том, что скрыто от их глаз. В любом случае то, что происходит сейчас самое удиви…»

      Не успев дописать, кто-то потянул пергамент на себя, и Лия оставила огромную помарку после недописанного, и буква "И" протяжно растянулась под натиском пера.       – Что это ты там пишешь? – дружелюбно спросила Джинни, но её действие явно противоречило дружелюбию.       Как оказалось, она незаметно подошла сзади, когда Лия увлечённо расписывала заметку и принялась всматриваться в лист пергамента. Девушка оторопела от такой наглости, но сразу же после почувствовала страх, что её чувства могут быть услышаны.       – Отдай пожалуйста пергамент, – нетерпеливо попросила Лия и протянула руку, чтобы забрать бумагу, однако Джинни увернулась и принялась читать написанное.       – Это не любовное письмо уж точно! – не унималась Джинни, что начало злить Лию. Она не хотела, чтобы это прочёл кто-то ещё.       – Прекрати это делать, – произнесла Лия теряя терпение и начала вставать с кровати, что бросило Уизли младшей вызов. Она задорно отбежала от кровати и продолжила читать. За всем этим наблюдали Гермиона, Парвати и Лаванда, никак не вмешиваясь в происходящее.       Выходя из своего укрытия, Лия ногой запуталась в одеяле и когда вставала неловко повалилась на пол, но всё же поднялась на ноги, хоть и неуклюже.       Райтвуд не знала, какую именно строку прочла Джинни, однако та больше не убегала и удивлённо рассматривала пергамент. В страхе быть униженной, Лия в несколько торопливых шагов нагнала Джинни и резко вырвала пергамент у неё из рук, сильно сминая бумагу в небольшой комок, мечтая бросить его в камин общей гостиной.       Несколько секунд её синие глаза с злобой смотрели на всё ещё удивлённую Джинни.       – Не нужно так поступать, Уизли, – резко обозначила та, в глубине души боясь, что нарастёт конфликт, или, что кто-нибудь за неё вступится и та наверняка не сможет ответить. – Это как минимум некрасиво. – Джинни молча слушала её. – Не нарушай мои личные границы…       – Я не знала, что ты пишешь, Лианна – вдруг неожиданно проговорила Джинни, – Это очень красиво.       Не найдя, что ответить, Лия с удивлением посмотрела на неё. Неужели она говорит искренне? Или же наоборот, решила поиздеваться над ней?       Судя по лицу девчонки, можно было понять, что она… не зла? Не насмехается и не злорадствует? Это явно удивило Лию, что та даже растерялась и взглянула на соседок.       Гермиона, заметив, что та смотрит на них сразу же встала и направилась к себе в кровать, мол: разбирайтесь сами, я здесь не при делах. Парвати с Лавандой лишь удивлённо переглядывались, явно ожидая чего-то большего.       Сгорая от стыда, Лия так и не ответила Джинни, вновь вернувшись к себе в кровать. Позади себя, она услышала тихий шёпот Лаванды.       – Что там было написано?       Укрывшись одеялом с головой, Лия мысленно отругала себя за то, что вообще взялась за перо.