Заметки Лии Райт

      История магии первым уроком в понедельник – настоящее сокровище.       Развалившись на парте, Лия крепко спала. Скучающий рядом Невилл лениво выписывал конспекты про очередное восстание гоблинов в 1612 году. Он сам был на грани того, чтоб не опуститься вместе с подругой и "прогулять" этот урок в царстве снов. Голос профессора Бинса звучал так монотонно и беспрерывно, что лишь усиливало желание провалиться в сон.       Единственным разом, когда Лия проснулась, было из-за самой драматичной эмоции за весь урок – Симус Финниган чихнул.       Посмотрев на Невилла заспанными глазами, Лия устало зевнула. Обвив вокруг его локтя свою руку, она положила голову на его плечо, стараясь лечь как можно мягче.       Она была разбита.       Когда урок закончился, Невилл мягко похлопал Лию по плечу, призывая к пробуждению.       Выходя из кабинета истории магии, у Лии трещала голова. Ей хотелось спать. Устало протирая опухшие от бессонной ночи глаза, девушка не переставала зевать.       – Тебе нужно срочно просыпаться, – обеспокоенно сказал Невилл, когда друзья спускались по мраморной лестнице.       Лия, чуть не шагнула в пропасть, не успев ступить на уходящую из-под ног лестницу. На благо Невилл успел схватить её за локоть и испуганно оттащить назад.       – К тому же у нас сейчас зельеварение… – обеспокоенно добавил он.       – Мерлинова борода, – измученно ответила Лия, – совсем забыла.       Подождав, пока к ним передвинется другая лестница и начав спускаться, юноша не выпускал из рук локоть подруги, чтобы та ненароком больше не вступала никуда.       – Так не пойдёт. Ты что, всю ночь не спала?       Не ответив Невиллу, Лия продолжила идти молча, стараясь побороться с желанием прогулять сегодняшний день и как следует выспаться. Может приобрести парочку товаров у близнецов Уизли?.. подумала бы Лия, не испытай она к ним особую ненависть.       – Слушай Лия, – вновь произнёс парень, когда друзья спустились на первый этаж и должны были пройтись в подземелья. – Есть идея. Я могу достать для тебя бодрящее зелье.       – Ты, для меня? – удивлённо спросила Лия. – Где ты возьмёшь такое?       Неловко поджимая губы, Невилл взъерошил волосы и придвинулся к Лие. Наклонившись к её уху, он прошептал так тихо, что девушка еле разобрала его слова. Говорил так, словно это страшная тайна, которую никто не должен знать.       – У профессора Стебль в теплице третьего курса есть шкафчик с базовыми зельями, на случаи непредвиденных обмороков от всяких растений. Там есть зелья, которые хорошо бодрят. Я… иногда туда заглядываю.       Стараясь переварить услышанное, Лия заторможенно усмехнулась.       – Да ты у нас ещё и наркодилер, Лонгботтом! – фыркнула девушка, потирая глаза.       Застыв на полуслове, юноша удивлённо вскинул брови.       – Ч…что такое нарко…дилер? – лицо Невилла было озадаченно, а Лия позабыла о том, что не все разбираются в магловских выражениях.       – Не что, а кто, – устало проговорила она и снова зевнула, – но тебе лучше не знать об этом.       Секундно закатив глаза, Невилл поджал губы, а девушка не успела удивиться этому жесту, как Лонгботтом спросил вновь.       – Так что? Я схожу за ним быстро, ты дойдёшь без меня?       – А ты уверен, что профессор Стебль разрешит тебе взять зелье?       – … Разрешит, если её там не будет, – немного сконфуженно ответил юноша. – Ну что, я пойду?       – Нет Невилл, брось! – протестующе сказала Лия. – Не надо подставляться из-за меня.       – Да ладно тебе, – старался утешить он, – даже если поймают, мне ничего за это не будет, Стебль меня любит! – неожиданно громко проговорил он, и его гордость мгновенно обратилась в стыд. Невилл запнулся и покраснел. – Эм, ну… то есть, не так, как ты подумала… не в том смысле…       Устало хмыкнув, Лия кивнула.       – Да поняла я в каком, успокойся…       Неловко прокашлявшись, Невилл виновато огляделся по сторонам, однако Лия его остановила.       – Невилл… пойдём на урок… Я очень ценю твою помощь, и постараюсь проснуться, обещаю. – Взяв юношу под локоть и поведя его к подземельям, девушка слабо улыбнулась. – Вот видишь, твой разговор уже пробудил меня. Всё в порядке, не волнуйся.       Поджав губы, тот пожал плечами.       – Просто… я боюсь, что ты ненароком взорвёшь котёл и Снейп прибьёт тебя.       Вновь услышав имя профессора, Лия поджала губы. Ей нужно рассказать мужчине о своём состоянии. Душа противилась признаваться ему, однако девушка понимала, что это необходимо и никто не способен помочь ей кроме Снейпа. Даже если он последняя задница на земле. Только он сможет спасти её.       Лия также отказалась от помощи друга – пить бодрящее зелье, потому что не знала, как её организм отреагирует на этот раз. Хватит с неё зелий.       Спускаясь вниз по подземельям, друзья постепенно слились с толпой гриффиндорцев, шедших на тот же урок. Поравнявшись со спорящим Роном и Гермионой, Уизли внезапно вплёл в разговор Невилла. Понимая, что на одной линии все не уместятся, Лия чуть помедлила, начав идти позади них. Так, позади двух старост факультета отставал и Гарри Поттер.       Ненароком эти двое поравнялись в ходьбе. Подумав о том, что Лия могла бы сказать ему, она вдруг задумалась вовсе: а зачем ей заводить с ним диалог? С чего бы?       – Эй, Гарри! – вдруг послышался девичий голосок, и Лия обернулась вместе с Поттером.       Неподалёку от них стояла Чжоу Чанг – когтевранка, явно питавшая симпатию к Гарри. И он видимо тоже. Поджав губы, Поттер, даже не задумываясь предупредить друзей, отошёл к девушке. Они принялись болтать.       Не понимая, зачем Лия вообще обратила на это внимание, девушка устало продолжила путь и развернувшись, столкнулась с Пэнси Паркинсон. Какого Мерлина она там оказалась? Лия её не заметила.       – Может разуешь глаза и станешь смотреть, куда идёшь?       Она была в компании двух слизеринцев. Кажется Блейз Забини и Теодор Нотт.       – Извини, – не разбираясь ответила Лия. Было бы глупо вступать из-за этого в конфликт.       Зайдя в класс зельеварения, двушка сжалась. У учительского стола, как всегда, стоял профессор Снейп. Деловито скрестив руки на груди, демонстрируя свою изящную мантию, мужчина стоял не шевелясь, напоминая Лие горгулью. Лишь пробегающие по ученикам глаза выдавали в нём жизнь. Когда все прибывшие гриффиндорцы и слизеринцы расселись по местам, Снейп заговорил почти загробным голосом.       – Приготовьтесь, – холодная отстранённость профессора пробудила как никогда. Лия поняла, облажайся она на уроке, и никакая помощь ей не светит, потому, даже села ровнее.       Взмахнув своей палочкой, Снейп с громким хлопком закрыл дверь от аудитории, и все разом умолкли. Один только вид этого слизеринского дементора гарантировал полную тишину в помещении.       – Сегодня вам предстоит приготовить зелье, с вероятностью, что оно попадётся на СОВ. – Вновь заговорил он, пройдясь вдоль столов своего факультета. – Миротварево. Это зелье, снимающее беспокойство и возбуждение.       На секунду, Лия задумалась о том, что это зелье наверняка бы ей не помешало. Что-то вроде успокоительного в магловском мире.       – Учтите, что, если вы проявите неверный способ приготовления и неловкость при обращении с ингредиентами – сон человека, принявшего ваше зелье будет тяжел, а в некоторых случаях и непробуден… – Лия хоть и не смотрела на Невилла, но была готова поклясться, что услышала его нервный глоток. – Зачастую бывают и случаи, когда неверно приготовленное зелье действует в точности-наоборот, вызывая у спящего кошмары или же бессонницу.       Продолжая проходить вдоль столов, профессор прошёл мимо Лии, когда та расправила плечи.        – Состав и способ приготовления, – мужчина едва заметно махнул палочкой, – на доске перед вами. – В следующую секунду, на доске, как всегда, возник рецепт. – А всё, что нужно, вы найдете, – повторный взмах палочки, – в шкафу. – Дверцы от шкафа распахнулись с грохотом, заставив многих студентов вздрогнуть. – У вас полтора часа на приготовление. Приступайте.       Студенты принялись за готовку. Вместе с Невиллом, Лия направилась к шкафу и взяла оттуда нужные ингредиенты.       – Нужно хорошо его приготовить, – волновался Невилл. – Раз на СОВ попадётся.       Нервно поджав губы, Лия кивнула и протянула ему колбочку с чемеричным сиропом. Оба вернулись к столам. Зелье оказалось очень капризным и требовало пошаговой инструкции. Лие пришлось занятно попотеть, чтобы добиться нужного результата.       Сон, как рукой смело, и при этом не понадобилось никакое бодрящее зелье. Один лишь взгляд Снейпа прогонял желание спать, иначе казалось, что придёт не только кошмар, но и сонный паралич.       Добавляя ингредиенты в котёл в точности по последовательности указания и в тщательно отмеренных объёмах, Лия ждала Невилла. Им не хотелось, чтобы тот налажал. Убедившись, что и у него всё идёт по плану, девушка продолжила. Заглянув в книгу, она вычитала:

«Добавить порошок лунного камня, помешать три раза против часовой стрелки (невольно Лия нахмурилась, вспоминая, как выпила "антидот от цветных волос" близнецов Уизли). Оставить на медленном огне на семь минут, затем добавить две капли чемеричного сиропа.»

      Выполнив всё по указаниям, Лия принялась ожидать, пока за ней повторит Невилл. Пламя, на котором варилось зелье, требовалось уменьшить за указанное число минут и добавления последнего ингредиента.       – Сейчас над вашим зельем должен подняться серебристый дым, – неожиданно проговорил Снейп, внимательно следя за котлом Драко Малфоя. Урок подходил к концу.       Нервно облизав губы, Лия принялась жадно следить за своим котлом и спустя несколько секунд, обнаружила там довольно чёрный дым и заметно напряглась. Какого чёрта?       В отчаянии оглядев помещение, Лия нахмурилась. Невилл вроде делал всё то же самое, однако его дым был вовсе каким-то малиновым. Дым над котелком Гарри клубился тёмно-серым и тот, паникуя, кажись также осматривал чужие котлы. На секунду их взгляды пересеклись и Гарри, посмотрев на её чёрный дым, беззвучно простонал. Рон и вовсе отличился, его зелье искрилось зелёными клубами дыма. Гермиона же наоборот, выглядела спокойной, у неё получился идеальный образец зелья.       Беспомощно переглянувшись с Невиллом, девушка лихорадочно поднесла к себе книгу и принялась быстро перечитывать пошаговый рецепт. Что она сделала не так?       – Скажите-ка мне, Поттер, что, собственно, вы намеревались приготовить?       Услышала за своей спиной Лия и ужасно разнервничалась, сильнее прижав к себе учебник.       Что не так?       Может что-то забыла?       Где я промахнулась?       Пока профессор Снейп с превеликим удовольствием отчитывал Гарри за её спиной, Лия судорожно перечитывала строку за строкой.       – Вы выполнили всё, что сказано в третьем пункте, Поттер? – продолжал давить Снейп. Лия почувствовала, как у неё на лбу появилась испарина.       – Нет, – тихо ответил Гарри. Зажмурившись, Лия встряхнула головой, стараясь не слушать их.       – Простите, не расслышал?       – Нет… Я забыл чемеричный сироп.       Чемеричный сироп!!! Лихорадочно отыскав глазами пункт про сироп, Лия вчиталась.

«Добавить две капли.»

      Две! Две, а не одну!       Вот же капризное зелье! Реагирует даже на одну каплю ошибки! Должно быть в тот момент, Лия отвлеклась на Невилла. То, как он ковырялся в ингредиентах у своего котла. Должно быть в тот момент Лия машинально капнула лишь раз, а после – забыла.       Небрежно отбросив от себя учебник, Лия судорожно потянулась к колбочке с сиропом, случайно опрокинув на стол другие ингредиенты. Открывая колбу трясущимися руками, Лия со скоростью света набрала сироп в пипетку. Она успела добавить ещё одну каплю за долю секунды до того, как к ней подошёл Снейп.       Так он и застал её – с обрывистым дыханием, лохматыми волосами, пряди которых прилипли к вспотевшему лицу и пипеткой в руках. Несколько секунд ничего не происходило. Потом, слава Мерлину, чёрный дым над её котлом постепенно затих, поменявшись на нужный серебряный.       Не скрывая облегчения, Лия устало закрыла глаза и тихо выдохнув, с ожиданием глянула на Снейпа. Сжимая руки на груди, тот лишь уничтожающе хмыкнул, и не сказав ни слова, повернулся к Лонгботтому. Ему повезло меньше…       Когда профессор осмотрел каждый котёл, то приказал собрать образцы в пустые колбочки и подписав своим именем, сдать ему на проверку. На дом задал: Двенадцать дюймах пергамента о свойствах лунного камня и его использовании в зельеварении. Сдать работу в четверг.       – Ты идёшь? – спросил Невилл, выжидающе глянув на Лию, когда заметил, как та неотрывно смотрит на учительский стол.       Профессор Снейп на тот момент отчитывал слизеринца – Винсента Крэбба за то, что тот приготовил зелье "на уровне гриффиндорцев".       – Ты иди без меня, – не отрываясь от них, сказала она Невиллу и тот странно глянув на неё, с сомнением поплёлся к выходу.       Поджав губы, Лия с тем же сомнением, принялась подходить к профессору. Возможно, сейчас не лучшее время, потому что он зол… Но ведь Снейп всегда зол? Особенно когда дело касается гриффиндорцев.       – Взгляните на пузырёк мистера Лонгботтома, Крэбб, – говорил он. – Замечаете ли вы хоть одну разницу между ними, кроме цвета, который явно портит ваш вариант?       – Моё зелье более густое, – сразу же ответил Винсент, туповато почёсывая затылок.       По всей видимости теряя терпение, Снейп раздражённо закрыл глаза. Лия предположила, что он сдерживается, факультета ради, чтобы не отнять у своего же студента очки. Несмело подойдя ближе, Лия тихо проговорила.       – П-профессор Снейп?.. – он не отвечал и всё ещё сидел с закрытыми глазами, глубоко дыша, словно пытался не сорваться. – Я хочу с вами… поговорить…       – А я хочу уволиться с этого балагана, – незамедлительно ответил мужчина, и открыв свои до того почерневшие от ненависти глаза. Повернул голову к Лии. – Не все получают то, чего хотят… увы.       Неловко посмотрев в пол, Лия заметно ссутулилась и прокашлявшись, будто это придаст ей решимости, проговорила вновь.       – Но это, – взглянув в глаза Снейпа, Лия заметно притихла, – важно…       – Знаете, что сейчас важно, мисс Райтвуд? – теряя терпение спросил он и в следующую секунду, ответил сам. – То, что вы должны подождать до завтра. – Резко отчеканил он, давая понять Лие, что именно завтра она должна к нему подойти, и больше он не намерен слушать.       Нервно сглотнув, Лия, не переставая смотреть под ноги, заторможенно развернулась. Тихо покинула кабинет…       Во время обеда Лия сидела молча и обдумывала возможность подойти к Снейпу снова. Ещё одну ночь без эликсира она не протянет. После перерыва Лия с Невиллом разошлись. Друг ушёл на прорицание, а Лия на магловедение.       Этот урок прошёл также мирно, как и история магии. Профессор Бербидж неизвестно откуда достала стиральную машину, удивив волшебников. Без электричества она показывала её "волшебные" функции и посвятила этому целый урок. Лия же, воспользовавшись моментом, принялась писать очередную заметку. «В моём организме происходят изменения. Вот уже второй день, я чувствую себя не в своей тарелке. Словно в любой момент моё тело может дать сбой, и хромота вернётся, а вместе с ней и нетерпимая боль. Я не знаю причину, по которой это всё произошло. Я кричу – меня не слышат. Очень скучаю по себе прежней, когда я занималась квиддичем и не была зависима от эликсира. Сейчас во мне таится огромная тревога, что это может случиться в любой момент. Я бессильна в своём же теле, а никто кроме Снейпа не в состоянии мне помочь. Но и он та ещё перхоть. Думала, что сумею обойтись без него. Ошиблась. Опять. Этой ночью боль была такой невыносимой, что хотелось, как следует прокричаться. Я даже была готова пойти к нему посреди ночи, лишь бы он помог – убрал эту боль. Если сегодня Снейп откажется выдавать мне эликсиры, то боюсь, что завтра я буду вынуждена пропустить уроки, потому что буду не в состоянии. И пусть пойдут слухи, пусть позовут Макгонагалл, плевать! Я больше не буду казаться слабой. Пусть эта сторона так и останется где-то далеко, в глубинах моей памяти. Осталось лишь разобраться в том, почему нога принялась болеть чаще, а остальное уже неважно. Я считаю, что то, что никто не знает – хорошо. Не люблю жаловаться другим. Они не поймут (если разве что не падали с метлы точно также). Так что, оно и к лучшему. Иначе, если скажу, что устала – мне скажут: "Все устали". Но я не говорю. Я молчу… и кажется от этого просто сойду с ума…»       Последним уроком была защита от тёмных искусств. Встретившись с Невиллом в коридоре, друзья пошли к мраморной лестнице. Поднимаясь вверх по ступеням, юноша принялся жаловаться.       – Сегодня Трелони особо разошлась, – сказал он Лие, – весь урок предсказывала Гарри скорую смерть.       Хмыкнув, Лия так ничего и не сказала. Когда они дошли до кабинета ЗОТИ, то все прибывшие столпились у коридора. Из аудитории сонно выходили старшекурсники. Проходя сквозь многочисленные потоки старшего курса, девушка, изначально ходящая прямо позади Невилла, отстала. Друг уже заходил в аудиторию. Стараясь преуспеть за ним, девушка случайно навалилась на старшекурсника, наступив ему на ногу.       – Ой, – тихо проговорила та, готовясь извиниться, но когда подняла голову и увидела наглую рыжую морду, то и вовсе передумала извиняться. Потому, Лия даже не задержалась в позировке и мигом обошла близнеца. И опять она забыла обратить внимание на то, кто это был!       Зайдя в аудиторию, Лия заметила, как все стулья с партами были расставлены по краям кабинета. Означало это одно – сегодня у них практика.       – Добрый день гриффиндор, слизерин, – любезно поприветствовал профессор Люпин и попросил всех встать вокруг него. Сам же он, как всегда, стоял, облокотившись поясницей об учительский стол. – Сегодня я хочу провести такую тему, как "Щит" и познакомить с новым для вас заклинанием "Протего".       Немного помолчав, профессор оглядел каждого и заговорил:       – И я хочу, чтобы вы поняли одну суть… Щит – не всегда о том, что нужно отразить… Иногда он – о том, чтобы сохранить себя. Даже если заклинание летит прямо в сердце. – Переглянувшись с Невиллом, Лия не поняла сказанную Люпином философию, но не перестала слушать учителя. Встав с места, он принялся медленно расхаживать вокруг. – Сегодня мы разберём эту тему, и я научу вас щиту… Но не обычное "Протего", а осознанное.       Поджимая губы, Невилл топчась на месте, вдруг спросил:       – Что значит "осознанное"?       Улыбаясь Невиллу, Лия гордилась за друга. Лонгботтому очень нравился профессор Люпин и его методика обучения. Девушка заметила это ещё с третьего курса, когда тот только прибыл преподавать им.       Своей эмпатией и пониманием к студентам, Люпин вызывал уважение даже у некоторых слизеринцев. Невилл же, когда понял, что Люпин – не Снейп, решил открыться на ЗОТИ. Чувствовал он себя почти уверенно. Но всё равно было видно, что травология у Невилла на первом месте.       – Щит – это про вас, – незамедлительно ответил он Невиллу. – Про то, что вы чувствуете, когда на вас нападают. Это не просто рефлекс. Это выбор: защищаться – или нет.       Услышав это, и у Лии возник вопрос.       Люпин улыбнулся слегка устало и мягко. Вновь окинув класс знакомым внимательным взглядом лица студентов, сердце Лии ушло в пятки. Когда тот повторно глянул на неё, девушка поджала губы и набравшись смелости, подняла руку.       – Да, Лианна? – любезно спросил тот, отчего Лии стало не по себе, когда на неё обернулись стоящие рядом сокурсники.       – Простите, у меня возник вопрос… – тихо произнесла она, боясь, что её не услышат. Однако профессор ожидающе глянул на неё и кивнул, давая понять, что она услышана. Нервно поджав губы, Лия невольно уцепилась за край мантии и приняла теребить его. – Вы говорите… что… Щит – про то, что мы чувствуем…       – Так?       – … Именно, когда на нас нападают… Я н-не знаю, поймёте ли вы мой вопрос, – вновь засомневалась Лия, отстранённо глянув на пол.       У Дина Томаса, что стоял сбоку от неё, чуть впереди, были пыльные ботинки.       – Не волнуйся Лианна, можешь задать свой вопрос. Уверен, что мы сможем его разобрать вместе.       Нервно вздохнув, Лия кашлянула и наконец нашла в себе смелости продолжить разговор.       – … Как можно почувствовать что-то, когда на нас нападают?.. Нет, я не о том, что можно ощутить теоретически… Я хочу сказать, что… Я не думаю, что буду способна здраво мыслить во время защиты, ил…ли нападения?.. неважно… Просто… мне кажется, что если мы попадём в подобную ситуацию, и нам нужно будет применить… тот самый щит, то… я думаю, что у нас попросту не будет времени на то, чтобы понять, что мы чувствуем… когда на нас нападут…       Промолчав несколько секунд, Люпин заторможенно, и всё же понимающе кивнул, и вновь пройдясь по аудитории, заговорил.       – Я понял твой вопрос, Лианна… То есть, ты думаешь, что, когда на тебя нападут, ты будешь не способна мыслить о чувствах, наполняющие тебя в данный момент? – Кивнув, Лия поджала губы и виновато опустила голову, чувствуя себя неловко за заданный вопрос. – Это хорошо, что ты решила заговорить об этом, – поддерживающе сказал он, отчего Лие стало немного легче. – Тогда позволь спросить у тебя: как ты думаешь, успеешь ли ты почувствовать что-то?       Нахмурив брови, Лия отрицательно замотала головой.       – Не думаю, что на тот момент у меня будет богатый спектр эмоций, профессор… как минимум, я буду чувствовать… страх, – честно ответила она, но в следующую же секунду пожалела об этом, потому что услышала громкие смешки слизеринцев.       – Страх – гордость гриффиндора, – язвительно произнёс Драко Малфой, остальные же его соратники подхватили издёвку.       Гриффиндорцы тотчас же неразборчиво загалдели против слизеринцев, стремясь защитить свой факультет. Однако в перепалку вмешался Люпин. Лия почувствовала себя глупо. Мало того, что сорвала урок своим тупым вопросом, так ещё и факультет свой подставила.       – Нет ничего постыдного, в том, что сказала Лианна. Страх – это естественная для человека эмоция и я горжусь за такой ответ. Все мы люди, и нет на свете такого человека, который бы ни разу не испытывал страх.       Договорив это, Люпин обошёл студентов и остановившись позади Лии, осторожно взял её за плечи.       – О том, что ты сказала Лианна, может переживать лишь тот, кто не будет готов… Здесь же, я обучаю вас защите… Если у вас мало практики – страх будет первым, что вы почувствуете. И это нормально… Но главное не это. Нам всем стоит понять, как мы чувствуем себя и на занятиях по защите. Это хорошо, что ты сейчас не понимаешь смысл чувств во время нападения… И я буду рад, если тебе не придётся его понимать, однако, когда ты будешь готова защищаться… То ты вспомнишь мои слова и поверь, что тренировки раскроют силы… и чувства.       Смотря перед собой, Лия сосредоточенно слушала мужчину и сильней сжимая руки, неуверенно кивнула, давая понять, что согласна. Поддерживающе похлопав девушку по плечу, профессор, отойдя от неё, направился к своему столу.       – Так давайте же вернёмся к теме о щитах! – воодушевлённо заговорил он, привлекая внимание к уроку. – Не о тех, что вы читали в теории, – вновь облокотившись о свой стол, профессор Люпин поясняюще взмахнул правой рукой, левую же спрятал в карман. – Не просто "Протего", как отмашка палочкой. А о том, что стоит за этим заклинанием.       Сделав короткую паузу, профессор изучающе оглядел присутствующих. Большинство слушали его с интересом. Гермиона, даже стоя, выписывала что-то в блокнот, делая некие замечания Люпину.       – Щит – это граница. Линия, которую вы проводите между собой и всем остальным. Он может быть твёрдым, может быть и гибким, а может даже хрупким, как вы сами… "Протего" работает, когда вы по-настоящему хотите защититься. Когда вы понимаете, что именно вы защищаете… Это не броня. Это не сила, выжимаемая из страха. Это – вера в то, что вы имеете право быть в безопасности. И да, – добавляет он уже строже, – это про эмоции. Если вы сейчас взбешены, расстроены, или же подавлены – заклинание может не сработать.       Хлопнув в ладоши, Люпин выровнялся и обойдя стол, прошёлся к плохо-вытертой доске, на которой были видны белые разводы. Выцарапывая мелом сегодняшнюю дату, мужчина писал тему урока:

09. 09. 95 год.

«Протего – щит, рождённый из понимания собственной границы.»

      – А теперь… – медленно проговорил Люпин, продолжая выписывать буквы, – я попрошу вас… разделиться… всем на пары… Гриффиндор против Слизерина… юноши с… юношами, а дамы… с дамами…       Услышав это, все присутствующие растерялись. От неожиданности и нежелания контактировать друг с другом, студенты лишь быстро переглядывались. Лишь нетерпеливо дожидались пока Люпин допишет тему и повернётся к ним.       – Что-то не так? – мягко спросил он, вскинув брови.       Цокая языками и разделяясь на два лагеря, ни один факультет не выполнил просьбу профессора. Им не хотелось работать в парах. Задумчиво облизнув пересохшие губы, мужчина сжал губы и закатив рукава кардигана, прошёлся к студентам.       – Хорошо, я слегка изменю это занятие… Будем выходить по очереди… Сложив руки, профессор Люпин принялся выискивать среди студентов видимых добровольцев. Так никого и не найдя, его глаза остановились на Лие.       – Лианна, попрошу тебя выйти. Сегодня ты откроешь тренировку для гриффиндора. Открытие слизерина же представит… Пенси, прошу.       Удивлённо переглядываясь с Невиллом, Лия в некой панике вышла из плотной цепи сокурсников. За ними, как ей казалось, можно было укрыться, как за стеной. Поравнявшись с Люпином, она застала то, как из такой же толпы слизеринцев вышла Пенси.       Стараясь не выдавать волнения, Лия нахмурилась. Сердце застучало так быстро, что, казалось бы, ещё немного и девушка просто убежит, трусливо прячась за своим факультетом. Но не это её пугало. Одно дело – выйти перед всем классом. Другое же – выйти против слизеринки с лицом, будто она уже победила.       Грациозно подходя к ним, словно Пенси выходила на бал, а не поединок, девушка одарила Лию ядовито-сладкой улыбкой. На кончике её языка так и читалось: "Я сотру тебя в порошок".       – Встаньте напротив друг друга… разойдитесь ещё немного… отлично!.. Лианна, начнёшь защищаться, Пенси, атакуешь. – Вставая между девушками, Люпин повернулся: к Лии… затем к Пенси. – Вы, девушки – две стороны одной медали, зеркала друг для друга.       Услышав это, Лия взглянула на своё "отражение". Она увидела, как "оно", усмехнувшись, с мягкой угрозой вскинуло бровь. Чуть наклонив голову, Пенси сверкнула глазами, словно хищник, выследивший добычу.       – Ваша сила должна заключаться не в том, чтобы уничтожить соперника, а в том, чтобы понять и принять отражение… – Подходя к Лии, профессор обошёл девушку и встав за её спиной, проговорил, глядя на Пенси: – Когда ты видишь в противнике не врага, а своё отражение – ты учишься не только защищаться, но и расти… Только тогда можно отразить удар, не сломавшись. – Сказал он, уже отойдя от Лии. Теперь он направлялся к Пенси. – Помните: противостояние – это диалог, не война.       Многозначительно посмотрев на девушек, Люпин отошёл от них подальше, вставая рядом с остальными студентами. Лия старалась не обращать на них внимания. Пыталась делать вид, что не слышит, как слизеринец – Теодор Нотт делал ставку на Пенси. Но она не могла не игнорировать обеспокоенные и подбадривающие взгляды своих сокурсников. Невилла в особенности.       – Поднимите свои палочки, – мягко попросил Люпин. Нервно сглотнув, Лия, стараясь особо не трясти рукой на глазах, медленно потянулась в карман за палочкой. – Покажите мне, что вы готовы не просто сражаться, а слышать и видеть друг друга. Учитесь отражать – и быть отражением. Вы услышали меня?       Стараясь не отрывать взгляда от Пенси, боясь, что она атакует в любой момент, Лия лишь тревожно кивнула, надеясь, что мужчина увидит её подтверждение. Паркинсон же, гордо и громко проговорила:       – Да, профессор Люпин.       – Хорошо, – согласился профессор и повернувшись назад, попросил студентов умолкнуть. – Лианна, сосредоточься. Пенси, примени что-нибудь лёгкое. Не у всех получается отразить с первого раза… готовы? На счёт три.       Услышав это, Лия и Пенси переглянулись. За долю секунды они идеально отзеркалили друг друга, приняв атакующую позировку. Лия переживала. Глубоко дыша, будто та пробежала марафон, девушка не отводила глаз с палочки слизеринки. Стараясь сосредоточиться на ощущениях, Лия поняла, что ни на секунду не прозрела от длинной философии Люпина и продолжала чувствовать лишь единый животный страх.       – Раз… – осторожно начал счёт профессор. Ещё никогда сердце Лии не билось так быстро. Ей даже показалось, что пока мужчина произнёс этот "раз", сердце уже успело пробить в сто раз, прежде, что профессор продолжит. – Дв…       Не успел Люпин закончить счёт, как вдруг Пенси выкрикнула: чётко и громко.       – Ступефай!       В следующую же секунду в Лию ударила яркая вспышка света. Почувствовав, как удар прошёлся по рёбрам, девушку в тот же момент откинуло отбрасывающим заклинанием. Подлетев на несколько метров, Лию грубо швырнуло через всю аудиторию.       Приземлилась гриффиндорка тоже с позором. Девушку отбросило прямиком в стену и еле как успев, закрыть руками голову, Лия почувствовала адскую боль кажись по всей руке. В следующую секунду, девушка упала на пол и больно ударившись коленкой, болезненно скорчила гримасу. Она, конечно, скучает по полётам, но ведь не по таким же…       В процессе этакого "полёта" мантия Лии вся перевернулась. И слава Мерлину! Иначе остальные бы сейчас увидели, как у неё перекосило лицо, когда та ударилась больным коленом.       – Лианна! – Обеспокоенно вскрикнули позади и вскоре девушка услышала массовые шаги в её строну. Только не это.       Стараясь распутаться от перевёрнутой непонятно как мантией, Лия истерично задёргала руками. Услышав приближающиеся шаги, девушка почувствовала, как чужие руки принялись помогать ей выпутаться. Когда с мантией было покончено, и Лия болезненно прищурила глаза, то первым делом увидела зелёный взгляд под круглой оправой очков.       – Ты как? – торопливо спросил Гарри и перекидывая через своё плечо руку Лии, помог подняться.       – Нормас, – с хрипотцой ответила Лия и сразу же отстранилась от навязчиво поддерживающего к себе Поттера. Она не привыкла к такому оказанию помощи.       Вновь зажмурившись, Лия сконцентрировалась на собственных ощущениях.       Как нога?       Она болела. Колено трещало и это тревожило. Девушка опасалась, что возможно через несколько секунд боль поднимется до такой степени, что она больше не сможет сопротивляться помощи от Гарри. А что, если от такого удара вновь произошёл сбой, и её хромота вернулась? Нельзя, чтобы это увидели.       Где-то близко, но будто так далеко, Люпин на заднем плане отчитывал Пенси за то, что сжульничала, не дав Райтвуд возможности проявить себя. На что Паркинсон, стараясь себя оправдать, твердила, что будь они на настоящей битве, то не стали бы нападать друг на друга с глупым счётом. И в чём-то она была права. Однако это не помешало профессору отобрать у слизерина десять очков.       – Как ты себя чувствуешь, Лианна? – обеспокоенно спросил учитель. – Думаю, ничего страшного не произойдёт, если ты уйдешь с занятий. Тебе нужно в лазарет.       – Ч-что? – удивилась Лия. – Нет, со мной всё в порядке…       – Ты могла пострадать физически. В заклинании Пенси прозвучало намерение. Тебе нужно сходить к мадам Помфри.       – П-профессор Люпин… это просто заклинание… – едва сдерживая гнев проговорила Лия. Её оскорбило, что все кругом считают её слабой, выставляя за дверь по каждым мелочам, посылая в больничное крыло.       – Не спорь, Лианна… – тихо прошептал стоящий рядом Гарри и Лия с удивлением повернулась к нему. – Мы оба знаем, что будет лучше, если ты проверишься у Помфри.       Девушку поражало то, как время от времени Гарри включал режим надоедливого брата, который делал вид, что прекрасно знает о её травме, напоминая при каждом удобном случае. На деле же он не имел ни малейшего представления о том, что творилось у Лии.       – Я в полном порядке Гарри… перестань, прошу тебя. – Так же тихо ответила Лия, напрягаясь от того, как остальные прислушивались к их тихому спору.       – Ты уверена, что с тобой всё в порядке? – и в следующую секунду добил Лию. – Как нога?       Сжимая и разжимая кулаки на складках пыльной от падения мантии, Лия растерянно посмотрела по сторонам. Неужели всем так очевидно, что с ней происходит?       – Нога в полном порядке, – сквозь зубы ответила Лия. – И я не понимаю, почему ты каждый раз спрашиваешь об этом, будто я какая-то калека. – От собственной лжи в глазах мгновенно защипало. – Перестань говорить об этом. Ты ничего не знаешь.       Тяжело дыша, Лия отвернулась от Гарри и посмотрев на Люпина, робко проговорила.       – Профессор Люпин, могу я продолжить дуэль?       …       Лию отправили в лазарет.