Заметки Лии Райт

      – Пусти меня! – яростно прокричала Джинни, – я сама разберусь!       Не обращая никакого внимания на сестрёнку, Фред, придерживая её за локоть, отводил подальше от Джорджа. У того была такая же задача, только с Райт. Идущие навстречу студенты, удивлённо оборачивались им вслед, тихо комментируя происходящее. Да, Джинни умела привлекать внимание.       – Фред, я не шучу! – повторила она, прежде чем, парень сумел отвести её подальше, во дворик школы, где на удивление было безлюдно.       – Сядь, – сухо попросил он, когда они дошли до небольшого фонтана.       – Никуда я не сяду! – едко огрызнулась девчонка, на что Фред, пожал плечами. Решил не трепать себе нервы лишний раз, и сам опустился на бортик фонтана.       Его каменная поверхность, несмотря на прохладное дыхание осени была нагрета солнечными лучами. Рассевшись где-то сбоку, Фред, прищурившись от солнца, ожидающе глянул на Джинни. Рассерженная сестрёнка глядела на него сверху вниз. Должно быть так, когда сидящий брат оказался ниже неё, девчонка почувствовала себя более уверенно. Кровь на щеке больше не текла, но на скуле всё же остался размазанный и засохший развод.       – Чего ты меня сюда привёл? – фыркнула она, – я сейчас же вернусь к ним и набью ей…       – Иди, – ровным голосом перебил Фред, заставляя Джинни умолкнуть.       Не ожидая от брата такого ответа, девчонка растерялась. Глаза забегали по маленькому дворику, и не найдя за что зацепиться, задумчиво взглянули в пустоту. Там, должно быть, интереснее.       Протестующе фыркнув, тем самым, проигрывая Фреду, Джинни цокнула языком и раздражённо уселась рядом. Нагретый бортик фонтана приятно обогрел ягодицы. Сложив руки на груди, девчонка демонстративно отвернулась от парня и шумно выдохнула.       – Ждёшь пока я начну? – спокойно предложил Фред, на что Джинни мгновенно вспыхнула, уловив в вопросе брата нервозность.       – А что ты ожидаешь услышать?! – спросила она, вскинув голову. – В том, что произошло касается только меня и Лианны. – Джинни раздражённо сложила руки на груди. – И я не собираюсь говорить об этом с тобой. Это наше дело.       После сказанного, Джинни вдруг услышала, как Фред фыркнул, раздражённо поведя плечами.       – О, Джинн, кончай! – сказал Фред, закатив глаза. – Давай обойдёмся без этих клишированных "Между нами – девочками". – Завершил брат, томно хлопая ресницами, изображая девчонку. Словно Джинни не смогла бы понять, если бы он сказал обычно. – Какого Мерлина вы там устроили?!       – Мы решали конфликт, и если бы вы не вмешались, то мы…       Джинни не успела договорить, потому что Фред резко перебил девочку, поднявшись с каменного бортика фонтана. Вся наивность и дружелюбие брата исчезли по щелчку пальцев. Парень включил истинного Фредерика Гидеона Уизли – засранца, который доставал ещё во времена тренировок. Колкий и суровый.       – То вы что?! – резко выдохнув, Фред шагнул ближе. – Убили бы друг друга?! – в голубых глазах гриффиндорца сверкнула глыба льда. Джинни это не понравилось. Однако она решила обождать с перебиванием и возражением, нервно поджимая под себя ноги. – Дуэли вне занятий запрещены и опасны! Особенно перед двумя малолетками, не поделившие очередного старшекурсника!       Услышав это, в глазах Джинни же вспыхнул огонь. Противостояв с леденящим душу взглядом старшего, девчонка гневно нахмурилась. Наплевав на решение молчать, она раздражённо пихнула Фреда в плечи, вставая с бортика.       – А ну замолчи, Фред! – шикнула она на брата. – Я не позволю приплетать мне стереотипные возможности девичьих разборок!       Упирая руки в бока, ей хватило и доли секунды для того, чтобы глубоко вздохнуть. Набирая в лёгкие побольше воздуха, чтобы словесно уничтожить парня и доказать свою правоту, Джинни продолжила:       – Или ты и впрямь решил рассуждать, как очередной мальчик в мужской туалетной философии? Что дальне – "женщины-истерички"? Ты не приёмный, так что будь же настоящим Уизли!       – Я и есть настоящий Уизли! – поспешно перебил её Фред, нервозно сложив руки на груди.       Джинни обречённо выдохнула оставшийся воздух, который приберегла для длинного высказывания. Будет она ещё старшим перечить.       – Настоящие Уизли уважают всех! – продолжила спорить девушка.       – Вот именно. Настоящие Уизли уважают всех и каждого! Имеют хорошие отношения с каждым гриффиндорцем. Ты же с Лией сцепилась как кошка с собакой! Так что не надо увиливать на тему семейных ценностей, Джинневра!       Сильней сжимая кулаки, девчонка была готова покляться, что испытала жгучее желание ударить брата. Но она воздержалась.       – Тогда перестань через каждую возможность приплетать мне парней, Фредерик! По-твоему – это единственная причина, из-за которой я могу встрять с Райтвуд?!       – Так просветите же мою безмозглую голову, о прекрасная госпожа Уизли! – едко огрызнулся Фред, после чего Джинни раздражённо повела плечами, словно хотела сбросить с себя мантию.       – А вот ничего я тебе и не скажу! – сквозь зубы прошипела девчонка и гневно сверкая глазами, развернулась лицом к фонтану, обиженно сложа руки на груди.       Несколько секунд во дворике повисла удручающая тишина. Её нарушала лишь безмолвно стекающая ко каменной скульптуре вода. Не успела Джинни насладиться красотой архитектуры, как за её спиной послышался самодовольный смешок брата.       – Надо же… – спрятав руки в карманы брюк, парень махнул головой, отбрасывая волосы от лица и неспешно прошёлся к сестрёнке. – Тогда я это сделаю. Скажу, почему ты с ней не ладишь.       Возмущённо вскрикнув, Джинни придала всё усилия, чтобы не обернуться и не огрызнуться. Продолжила молчать, лишь сильнее обвивая руки, и до хруста сжимая челюсти. Она даже не взглянула на провокации парня и продолжая молчать, угрюмо смотрела в фонтан. Он продолжал лениво журчать, будто не замечал, как рядом трещала тишина, натянутая до предела.       – Ты боишься её.       – Что? – не сдержалась Джинни.       – Завидуешь ей.       – Ты нормальный вообще?       – Испытываешь вину за место в команде?       – Хватит! – раскричалась Джинни, не сдержавшись.       – Признайся, что тебя прямо-таки и грызёт совесть.       Как прирождённый змееуст шипел над её ухом Фред. Нет, не тот Фред, который был заботливым братом, кормящий весельем… это был тот Фред, который хоронил свою душу и выпускал наружу другого себя. Такого парня, который выходил лишь на квиддичное поле. Он был резким, колким и беспощадным.       Юмор пропадал так быстро, что никто опомниться не успевал, как его тотчас же заменяла жестокость. Эпично было то, что он выпускал её лишь для врагов и соперников… но больно становилось тогда, когда такого Фреда он выпускал для своих… родных и близких.       – Закрой свой поганый рот и не говори о таком! – истерично вскрикнула Джинни, заметив, что руки стали дрожать.       – А что, не так? – парировал Фред, – хочешь сказать, я не прав?       Джинни промолчала. Облизнув пересохшие губы, Фред упрямо уставил руки на бока и продолжил сверлить сестру взглядом. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы взорвать её окончательно. Резко повернувшись к нему, Джинни оттолкнула его от себя и всхлипнув в слезах, прокричала:       – Да что ты знаешь об этом?! Ты только и можешь что подшучивать над чужими страданиями! Перестаньте делать меня несчастной! Я не хочу повторить судьбу Лианны!       Изумлённо раскрыв рот на мгновение, Фред опешил.       – Мы делаем тебя несчастной? – Джинни не ответила. Вместо этого, девчонка вновь отвернулась к фонтану и принялась вытирать текущие слёзы, стараясь успокоиться. – Тебе не кажется, что ты слегка драматизируешь? – немного помолчав, Фред неловко переступил с ноги на ногу, продолжая прятать руки в карманах мантии. – И если и говорить о действительно несчастных, то думаю, что Лия – одна из них.       – А я, по-твоему, счастливая, переживать всё то же? – гневно выпалила та и сразу же шумно всхлипнула.       Фреду припомнились их тренировки…       – Когда я получила своё место в команде, то была счастлива. Искренне счастлива! Для меня это была огромная возможность оправдать своё место на гриффиндоре и равняться на вас! Я не хотела быть простой сестрёнкой Уизли, и оправдать это – местом в команде стало лишь честью для меня!       Разочарованно опустив трясущиеся руки, Джинни медленно отвернулась от фонтана, встав к нему спиной.       – Я не думала ни о чём, кроме как из запасных пробиться в основные… мне удалось это лишь после ухода Алисии… – помолчав ещё немного, Джинни отчаянно вскрикнула: – Но это место принадлежало Лианне… она должна была его занять…       Брату с сестрой припомнились первые тренировки Джинни, когда та была лишь на втором курсе. Начинала девчонка тоже не важно, как и Райтвуд. Должно быть во всех новичках играла детская неуверенность. Фред с Джорджем же на тот момент мотивировали сестрёнку, и очень жёстко. Они говорили лишь то: какая вялая Джинни, и что с такой техникой на поле делать нечего. Припоминая прошлую участницу, место которой она заняла, Джинни обижалась на братьев.       Они твердили, что Райтвуд была несомненно, лучше. Быстрее и опытнее. Тогда Джинни только начинала узнавать девочку по имени Лианна Райтвуд и воспринимала её как ту, на чьём месте Уизли младшая стояла всё это время.       Она не знала, каким игроком Райтвуд была на самом деле, но ощущала от неё молчаливую угрозу, опасность и враждебность. Джинни было известно лишь то, что после падения с метлы на матче её исключили. Девочка боялась и в то же время желала того, чтобы сблизиться с Лианной – тёмной лошадкой из школьного квиддича, тайны которой ещё предстоит узнать…       – А потом… – хрипловато продолжила Джинни, тихо опустившись на каменный бортик. – Невилл вдруг подружился с Лианной… И в следующем году, когда проходил Турнир Трёх Волшебников, мы на год освободились от квиддича… Тогда, если ты помнишь, на Святочный бал я пошла с Невиллом…       На мгновенье Джинни припомнилось, как было весело на тот момент.       – Потом… я узнала от него, что Лианна… – горло мгновенно пересохло, а дыхание стало резким, будто кто-то схватил изнутри её душу. Произносить это было больнее, чем квоффл летящий в грудь без предупреждения. – Меня ненавидит.       Нахмурив брови, Джинни упрямо размазала слёзы, которые попали на застывшую кровь у щеки и нахмурила брови. Ступня невольно затряслась в эмоциональном зажиме. Непроизвольно рыжую дёрнуло будто от разряда. Болтая ногой, она услышала, как глубоко вздохнул Фред. И хорошо, что он молчал. Облизав сухие губы, брат лишь вновь опустился на бортик фонтана и сел рядом с Джинни, позволяя ей продолжить.       Но она не хотела. Внутри девчонки сжималось сердце, а обида кипела так сильно, как не кипел ещё ни один котёл у Снейпа на зельеварении. Ковыряя указательным пальцем складки юбки, будто там могли спрятаться подходящие слова, Джинни обдало горечью.       – За что она могла меня ненавидеть? – отчаянно спросила она, повернувшись к Фреду, тот лишь задумчиво смотрел перед собой. – Что я ей сделала?..       – Если формально, то Райт не имеет право тебя ненавидеть, – спокойно отозвался Фред, продолжая сидеть рядом и сложив руки на груди.       – … Формально да, – тихо прошептала она. – … А вот по-человечески…       – Ты просто заняла её место…       – Я украла её мечту…       – Послушай, Джинн… – Фред глубоко вздохнул и повернулся к сестре. Огромные глыбы льда в его глазах растаяли и на их место пришёл привычный тёплый блеск заботы. – В том, что произошло никто не виноват… Было бы глупо обвинять кого-то одного. – Фред поджал губы. – Я… помню, как Лия попала в команду… и её тренировки я тоже помню… она часто ошибалась, но мы хотели для неё лучшего… потому что видели, как блестели её глаза… –       Потупив взгляд, Фред будто шагал по прошлому. Видимо наткнувшись на нечто неприятное, парень нахмурился.       – Но то, что с ней произошло… я бы не пожелал такое никому… ну разве что слизерину. – Тут же нервно исправил себя Фред. – … но и не в этом дело. Райт хоть и жила квиддичем, всё же была плохим игроком, и мы все это знали…       Замешавшись на секунду, Джинни хотела было перебить парня, однако тот уже заговорил:       – Для того, чтобы добиться признания не нужен блеск в глазах… Нужно действовать… и как бы не горел твой взгляд от восхищения… иногда он и не нужен вовсе… Лия была из тех, кто светился… но этот свет её не спас. Она видимо поняла это, да только поздно… ведь сейчас её глаза потухли, а во взгляде бушует бесконечная зима…       – И тёмная ночь… – добавила Джинни.       Беззвучно кивнув, Фред и Джинни одновременно поджали губы, переваривая разговор. Слегка наклонив голову в бок, парень нахмурил брови.       – Так… с чего ты взяла, что повторяешь её судьбу?       – Да потому что вы с Джорджем унижаете меня!       Удивлённо вскрикнув, Фред возмутился и потребовал объясниться. На что Джинни привела в аргумент – как они твердили, что Лианна до неё играла лучше.       Устало потирая глаза, Фред сознался в том, что лгал и лишь подхватывал слова Джорджа в адрес Лии, и вообще, это была такого рода мотивация для неё.       – Ну вы идиоты, – тихо подытожила Джинни.       Усмехнувшись, Фред приобнял её за плечи и потрепав по макушке, неуклюже приобнял, заставляя выглядеть очень глупо.       – Зато смотри какая выросла! И не пропала ведь! Из тебя вышел отличный игрок. И уж точно не запасной, а основной!       И тому была заслуга братьев. Все летние каникулы они протренировались в "Норе". Рона и Джинни загоняли до такой степени, что девочка не могла думать о чём-либо другом кроме того, что уже в этом году она впервые выступит за гриффиндор!       – А за Лию, не переживай. – Проговорил Фред, вырвав сестру из воспоминаний. – Подружитесь ещё!       Немного помолчав, Джинни тоскливо отвела взгляд.       – Исключено. Это невозможно.       – Ха! – усмехнулся брат, – Джинни, поверь: нет ничего невозможного! Было время, и мы с ней собачились. А сейчас вот! – Фред мечтательно взмахнул рукой. – Она уже не желает нам смерти, представляешь?.. Того гляди и здороваться скоро начнёт!       Усмехнувшись брату-идиоту, Джинни еле как отлипла от его объятий и встав с бортика, оглянулась на фонтан.       Когда-то величественная архитектура, сияющая чистотой и светом, сейчас покрылась мхом и трещинами. Посреди фонтана находилась скульптура молодой волшебницы. Однажды они проходили урок по истории магии, где профессор Бинс рассказал курсу Джинни об этом фонтане. Это было не совсем по теме, однако им яро интересовался её сокурсник Коллин Криви.       По древним сказаниям в этой скульптуре изображена первая маглорожденная волшебница, получившая образование в Хогвартсе. Девушка была едва взрослой, возможно, лет шестнадцати.       Её юное тельце обрамляла тонкая и открытая мантия, едва прикрывающая лицо. Стояла она гордо и уверенно, с раскрытыми в сторону руками. В одной из них был нож. Этим же ножом, девушка проводила по своей руке, из которой вместо должной крови текла вода. Но несмотря на это, скульптура продолжала гордую стойку и только сейчас Джинни заметила, что в глазах у статуи зияли маленькие дыры и из них точно также текла вода.       Однажды, Коллин даже поведал Джинни о том, что на закате можно увидеть, как вода, стекающая из скульптуры от золотых, закатных лучей начинает светить красным, создавая впечатление крови. У подножия скульптуры находилась табличка.

«Истина»

«Все мы одного цвета, когда кровь касается земли.»

***

      Проведя в библиотеке очередной час, Лия усердно строчила очередную заметку. Изначально она пришла сюда лишь для того, чтобы начать выполнять домашнее задание по зельеварению. Ничего из этого ей не удалось. Эмоции так и глушили изучением материалов. Хоть её стычка с Джинни произошла ещё днём, девушка до сих пор не могла отпустить ситуацию. На душе, казалось, скребли все кошки мира, которых Лия так и не смогла приютить дома, в магловском мире.       Молниеносно опуская перо в чернильницу, девушка увлечённо насиловала мятый лист пергамента, который нашла скомканным в ведре с мусором. Она, конечно, пожалела, что пришла сюда без письменных принадлежностей, а лишь за книгой. Но в процессе поиска поняла, что если не выльет душу на бумаге, то жизнь окажется прожита зря. Ей было необходимо написать.       Лия была слишком гордой (или же трусливой?) для того, чтобы одолжить лист с чернилами у других постояльцев библиотеки. Девушка удивлённо обрадовалась, когда на столе заметила использованное перо с почти пустой чернильницей, забыто оставленную каким-то студентом. Оставалось лишь найти тело, чтобы вложить в него душу. Бумага. Довольно забавно, что Лия не могла найти её в библиотеке, где этих бумаг должно быть целое количество.       Срывать листки с книг, девушка отказывалась принципиально. Книги – это святое. Да и получать по шее от мадам Пинс было последним, чего в этой жизни хотела девушка.       Понимая, что возможно сейчас она сойдёт с ума, если не выговорится, Лия пошла на крайние меры. Полезла в мусорное ведро, где валялись самые разные вещи. На самом дне лежала пустая обёртка от шоколадной лягушки. Человек, что съел её в библиотеке – исключительный смельчак, раз ему было плевать на правила библиотекарши: никакого шоколада… что ж… Ты – не ты, когда голоден?       Порванный черновик с конспектами по истории магии, который к тому же бы изляпан чернилами. Должно быть, они протекли в сумке какой-нибудь студентки. К своему несчастью, Лия испачкалась этими чернилами и вытерла руку о красную ленточку, также выброшенной в ведро, и видимо служащей вырванной закладкой от какой-то книги.       Несколько засохших и поломанных перьев, скомканный самолётик, где на крыле было написано кривыми каракулями: "Встретимся в полночь у часовни? Кивни, если да". Ох уж эти ванильные сопли… Выброшенный номер из "Ежедневного пророка", к которому была приклеена жвачка, и наконец-таки самый подходящий для Лии кусок бумаги.       То была не совсем любовного ряда записка, и всё же, прочтя его, Лия усмехнулась. В ней, какой-то Майкл предлагал своей девушке расстаться, или же взять паузу в отношениях. Но оно было так плохо написано, что девушке даже показалось, будто это мальчик с младших курсов. Многие слова были зачёркнуты, заменены, потом опять перечёркнуты, и в конечном итоге, записка оказалась в мусорке, а не в руках девушки, которой было адресовано это письмо. Подумав о том, как это жалко, Лия спокойно развернула обратную сторону пергамента и принялась писать своё.       «Джинни Уизли – одна из тех заноз в заднице, что гниют болезненней всех. Да, она меня раздражает. Нет, я не хочу её убить. Единственное, чего я так желаю – это покоя. Мне хочется, чтобы та отстала от меня, ибо, если это не произойдёт – я за себя не ручаюсь. Не буду называть её положительные качества, потому что лично для меня они невидимы. Она гнусная, истеричная, избалованная и жалкая. То, как она отчаянно требует, чтобы на неё обратили внимание – вызывает тошнотворные ощущения. (Мне не хочется иметь с ней ничего общего, но я не собираюсь рвать на себе волосы клоками, говоря…)       (Хмуря брови, Лия зачеркнула последнее предложение. Её дыхание постепенно усиливалось, а злость возвращалась. Начав писать эту заметку, девушка лишь разнервничалась сильнее прежнего, а не успокоилась.)       Я не злюсь на неё… (зачеркнула)… Я не злилась н… (перечеркнула)… Я не хочу зли…       (Разозлив саму себя, Лия раздражённо перечеркнула последние строки, хаотично царапая пергамент тупым кончиком пера, на котором кончались чернила. Гневно макнув перо в самое дно пустой баночки, девушка продолжила писать.)       Я злюсь на неё. И ничего не могу с этим поделать. Есть ли этому причина? Да. Виновата ли она на самом деле? Нет.       Но я не могу вспоминать её спокойно!!!       Она – не та, кто столкнула меня с метлы, но та, кто не поднял в итоге. Не протянула руку помощи. Хоть я и не просила об этом. И всё же, новость о том, что моё место отдали ей – дико раздражает. Я не могу смириться с тем, что обо мне так быстро забыли и безболезненно выгнали с команды.       Я думала, что спустя столько времени и каникул без квиддича, я всё же смогу оправиться, но как же я, блядь, ошибалась. В тот день, когда я впервые увидела её после тренировки… Она была такой счастливой, такой… подходящей… Команда искренне ей восхищалась, а я была готова продать душу за их оценку, которой так и не дождалась.       На Джинни была моя форма. Я прекрасно запомнила её и ни с чем не смогла бы спутать…       (На мгновенье рука, держащая перо вдруг застыла на полуслове. В голове моментально вспыхнул образ девушки в своей мантии. Лия очень любила свою форму, и каждый раз, как ловила свои отражения в ней, бескрайне ею гордилась.       Она отличалась поистине (и не по её воле). Спереди на мантии была нашивка герба гриффиндора, сзади же спортивный номер игрока. Цифра восемь. Основных игроков всегда было семь, и эта восьмёрка каждый раз напоминала ей о том, кем она является. Но это не сильно расстраивало Лию, ведь она была не единственной запасной, а к этой восьмёрке даже привыкла. Ведь восемь – не только цифра, она ещё и бесконечность. Девочка верила этому знаку, но порой всё же думала самоиронией, шутя, что она вечно просидит в запасных.       Не нужно было так шутить…       И несмотря на всё это, Лия скучает по своей восьмёрке…       Однажды, Лия неудачно отбила квоффл, в итоге чего случайно разбила нос Джорджу, но близнецы не оставили это просто так и отомстили. Уже на последующих тренировках, на спине Лии, поверху цифры "8", где должна была быть написана должность квиддичиста играющего на поле (в случае Лии было написано "Запасной игрок Л. Р.") привычными буквами красовалась зачарованное слово "Засранка-игрок Л. Р.". Подарочек от близнецов.       Лия поняла, что оно было зачарованно, когда стремилась исправить перешитое слово как прежде. Тогда, она до позднего вечера просидела в раздевалке, проколов иголкой все пальцы, но так и не добившись нужного результата. Злосчастная "Засранка" возвращалась каждый раз, стоило Лие дошить последний штрих в слове "Запасной". Когда её за этим занятием застали близнецы, вышедшие с душа в одних полотенцах (Лия усилено старалась не обращать внимания на стекающие по накачанным торсам капли воды), то прогнали девушку из раздевалки, заявив, что в следующий раз зачаруют мантию на более грубое слово "Залупа". Повторять не пришлось. Девочка пулей покинула помещение.)       Я помню каждую дырочку от иголки, каждое пятно, что не отстирывалось от размазанной травы и грязи. Помню каждое затёртое место на Моей форме, которую теперь носит эта рыжая ведьма! И чёрт побери, как же хорошо она на ней сидит… Так, словно её шили на Джинни. Так, словно она вложила всю душу в эту форму и так, будто не существовало прежде никакой Лии! Одна лишь Джинни… и уже Её… много чего повидавшая форма…       …       Всей душой и всем сердцем, я понимаю, что она не виновна. Я знаю это!.. И не могу смириться с тем, что квиддич для неё – всё, но для меня же… пусто место…       Хотя нет… Он – всё для меня… это я осталась пустым местом…       Дура-Джинни же постоянно липнет ко мне, начиная с этого года и меня это бесит. Она не понимает и поймёт моей невиновной ненависти к ней. Наверное, также, как и я не понимаю её внезапного желания сблизиться. Мы обе этого не хотим, а я уж тем более не захочу. Даже, если меня будут пытать Круциатусом, и в конечном итоге убьют Авадой.»       Дописав заметку, Лия с горечью перечитала написанное и скомкав в тот же комок, спрятала в кармане джинс. Она же не такая тупица, как некий Майкл, желающий расстаться с девушкой, и выбросив эту информацию в такое видное место…       Лия – не крыса, но оказалось, что тоже капается в мусоре…       В первый и последний раз.       Вставая с места, Лия, к личному несчастью, прочувствовала, как колено болезненно стрельнуло, вынуждая девушку согнуться в неудобной позе…

***

      Умирая со скуки, Джордж протирал очередную пыльную скляночку в подземельной каморке Снейпа. Сегодня был последний день, когда он с Фредом отбывали наказание за проступок на позапрошлом уроке факультатива.       – Будет лучше, если мы не будем вмешиваться, – сказал Фред, сидя на деревянном столе Снейпа.       Брат был тем ещё говнюком и искусно забалтывал Джорджа так, чтобы тот всю работу выполнял один. Сам же Фред лишь контролировал процесс и развлекал брата разговорами.       – Может поможешь? – язвительно предъявил Джордж, явно сбившись со счёту, по которому Фред его одурил.       Цокнув языком, Фред предательски посмотрел на парня и ловко спрыгнув, лениво подошёл к стеллажам с различными ингредиентами для зелий.       – Выходит, что Джинни тупо чувствует вину перед Райт? – интересуясь спросил Джордж. Увидев положительный кивок брата, парень хмыкнул. – Но за что, если формально вины Джинн в этом нет?       – Да кто поймёт этих девчонок, – вяло отмахнулся Фред. – Иногда мне кажется, что эта их "женская солидарность" придумана лишь для таких, как ПолОумные… ходят тут всякие… из Когтеврана.       Хмыкнув, Джордж взял в руки очередную склянку и принялся лениво протирать от пыли. Делал он это "на отвали", зная, что это ему не просьба матери – помыть посуду, из которой сам и будешь есть.       – Глупость какая… ну и у Джинни оправдание конечно же…       – Да, – согласился Фред, – а твоя?..       Услышав это, Джордж удивлённо повернулся к Фреду. Тот, лукаво улыбнувшись, игриво повёл бровью, и брату это не понравилось. Скорее всего, под вопросом: "А твоя?", он подразумевал Райт и попытки Джорджа разговорить её, когда он ушёл с ней.       – Она не моя, – презренно фыркнул Джордж. – И в отличие от Джинни, Райт не собирается выговаривать кому-либо о произошедшем.       – Это она так сказала?       – Нет, я… – не замечая, как долго Джордж тёр одну и ту же склянку, уже в сотый раз доведя её до идеального блеска, парень нахмурился. – Но это же очевидно?       – Хех, сама очевидность! – хмыкнул брат, подойдя к Джорджу и хлопнул того по плечу. – Скажите мне пожалуйста, дорогой братец, с каких это пор, мы так чувствуем обворожительную Лианну?       Беззвучно хмыкнув, парень, отпихнув от себя Фреда, проигнорировал глупую провокацию. Спрятав руку в кармане брюк, брат, играя оскорблённого парня, отошёл от Джорджа, протяжно заговорив.       – Ты деградируешь, Джорджи… без девушки уже мозги плавятся.       – У тебя? – сразу же огрызнулся Джордж. – Понимаю Анджелину, я бы тоже с таким не… Эй! – Фред ударил брата скрученной и мокрой тряпкой по заднице.       – Попытка засчитана, но речь идёт о тебе. Найди уже себе кого-нибудь.       – Чтобы что? – Джордж закатил глаза. Ему не нравилась поднятая тема.       – Ну что мне тебе, ещё и магловскую биологию объяснять или дать урок по половому воспитанию?       – Воздержусь. К тому же, твои знания по биологии…       Продолжая кусать друг друга словесно, Фред, чувствующий, что в скором времени доведёт брата до истерики, довольно ухмыльнулся. Его забавляло бесить Джорджа.       Проведя рукой по пыльному деревянному ящичку с висящим чёрным замочком, Фред удивлённо приподнял бровь. Это заинтересовало парня.       – Эй, Джордж… смотри.       Повернувшись к брату и увидев закрытый ящик, Джордж раздражённо закатил глаза.       – И? надеешься отыскать там биологию?       – Придурок, – усмехнулся он и подозвал к себе, осторожно доставая волшебную палочку. – Как думаешь, что там может быть?       Серьёзно глянув на брата, Джордж огляделся по сторонам так, словно их могли рассекретить. Подумав о содержимом в ящичке, парень задумчиво пожал плечами.       – Судя по тому, что мы находимся в логове Снейпа, думаю, что там просто редкие ингредиенты для зелья, которые наверняка запрещено использовать студентам.       – О, надо же! – воодушевился Фред. – Если тут есть экземплярчик Оборотного зелья, то я его позаимствую.       – На хрена тебе оборотное зелье?       – Шутишь? – удивился Фред. – Это ж как поэкспериментировать можно будет с Анджелиной?       – И знать об этом не хочу…       Отойдя от Фреда и вернувшись к протиранию полок, Джордж услышал, как братец произнёс: "Алохомора!" и в следующую же секунду протяжно свистнул.       – Тут вовсе не оборотное зелье! – удивлённо вскрикнул Фред, заставив брата усмехнуться.       – Тогда чего свистишь? Нашёл микстурку, способную увеличить твою волшебную палочку?       Не дождавшись ответа Фреда, Джордж вновь подошёл к нему, и на этот раз присвистнул уже он.       – К-какого хрена?..       В небольшом ящике пространство делилось на два яруса. На верхнем, как и предположил Джордж находились довольно редкие и дорогие ингредиенты для зельеделия. Внизу же были засохшие лепестки Лилии, чей-то обрезанный локон волос и несколько пузырьков с некими зельями. Удивило братьев то, что на них было написано "Лианна Райтвуд. Э. Л. К." Медленно повернувшись друг к другу,       Джордж спросил у Фреда.       – Думаешь о том же, о чём и я?       В следующую секунду, братья ответили одновременно.       – У Лии и Снейпа какой-то секрет? (Джордж)       – Снейп хочет опоить Лию любовным зельем? (Фред)       – Что?!       – Что?       – Ох, Фред! Они же… Фу! Как ты мог о таком подумать?       – Да я просто предположил!       Удивлённо оправдался Фред и махнув рукой, наклонился к ящику.       – И подумать только… – парень пригляделся к пузырьку с неким зельем. – Джорджи?       Наклонившись вслед за братом, Джордж изучающе взглянул на скляночки, именуемые для Лии. В памяти пронеслись события вчерашнего вечера, когда Фред упал на девушку, а перед этим… выхватил точно такой же пузырёк с зельем. После же, благодаря неудачливости Невилла, эта колбочка была случайно пролита на пол. Близнецы же запомнили то, как она выглядела.       – Что-то здесь не чисто… – задумчиво проговорил Джордж.       Оглядевшись вокруг, Фред пожал плечами.       – Да нет, нормально. Мы же убрались.       Удивлённо взглянув на брата, Джордж ничего не сказал. Выпрямившись, братья озадаченно переглянулись, после чего, Фред потянулся к ящику и вынул оттуда одно из зелий.       – Что ты делаешь?       – На всякий случай, – быстро ответил тот, пряча зелье в карман. Принявшись закрывать ящик, словно он был нетронутым, Фред пояснил. – Попробуем выяснить самостоятельно, что за бурду он варит и для чего она Лие… А может найдём в этом что-то для своих вредилок. – Завершил брат, отойдя от закрытого ящика, и с нервной одышкой, повернулся к Джорджу. – Ну? Ты как?       Так и не найдя, что сказать, Джордж сжал губы, и всё же кивнул Фреду, соглашаясь с его идеей. В следующую секунду, дверь от кладовой со скрипом отворилась, и в проёме оказался никто иной, как Северус Снейп.       – Вы всё ещё здесь? – хладнокровно спросил профессор.       Плотно встав друг к другу, соприкасаясь локтями, близнецы непроизвольно закрыли от него вид на ящик. Парни будто опасались, что Снейп мог заподозрить неладное. Однако тот, даже не смотря на них, сухо оглядел кладовую.       – Только закончили убирать, – серьёзно проговорил Фред.       – В таком случае, можете убраться и сами.       Кивнув, братья опустили головы с готовностью покинуть душную каморку. Однако обходя Снейпов стол, Джордж случайно задел лежащую на краю книгу. Неловко поджав губы, парень опустился на пол, потянувшись за толстым томиком, как в следующую секунду у дверей послышался тихий стук. Пока Джордж возился внизу, Фред удивлённо взглянул на Снейпа, думая над тем, кто мог бы навещать профессора в такой час.       Сморщив крючковатый нос, Снейп резко шагнул к двери. Фред же решил, что внизу будет намного приятнее с братом. Опустился на корточки, тем самым скрывая своё присутствие от незваного гостя. Дверь от хранилища протяжно скрипнула. Сразу же после, близнецы услышали нетерпеливый вопрос мужчины.       – Мисс Райтвуд? – услышав это, Фред недоумённо переглянулся с Джорджем. На лице у брата также читалось замешательство. – Что вы здесь забыли?       За дверьми послышалось тихое и неразборчивое бормотание девушки. Осторожно выглянув из-за стола, Джордж увидел, как Снейп раздражённо повёл головой. В следующую секунду мужчина вышел из кладовой, плотно прикрыв за собой дверь.       – Что за херня между ними? – удивился тот.       – Ну, – Фред задумчиво хмыкнул. – Уж точно не заниматься она к нему пришла.       – Ты захватил с собой подслуши? – возбуждённо спросил Джордж, уже совсем позабыв об опрокинутой книге.       – Обижаешь, – покопавшись в кармане, Фред достал оттуда их самое нужное изобретение и протянул брату одно ухо.       Взяв в руки изобретение, Джордж, при помощи волшебной палочки протянул подслушь к самой двери. Прислонившись ко второму уху, предназначенное для прослушивания, братья склонились к нему.

***

      Нервно облизав пересохшую губу, Лия напряжённо таращилась в дверь. Она знала, что Снейп там. Видела, как мужчина зашёл туда буквально минуту назад. И всё же смелость испарялась с каждым шагом, сделанным в сторону кладовой профессора. Девушка боялась, что тот ей откажет. Станет совать свой кривой нос не в своё дело, намереваясь выяснить, куда Лия подевала остальные колбочки.       Сумеет ли она добиться от него дополнительных порций?       Нервно вздохнув, девушка несмело постучала по деревянной поверхности двери. Ощущения были скользкие.       Снейп открыл почти сразу, словно всё это время стоял у двери и лишь ждал её стука.       – Мисс Райтвуд? – почти загробно произнёс он. – Что вы здесь забыли?       Нарочно избегая смотреть ему в глаза, Лия виновато опустила голову и наивно по-детски принялась перебирать пальцы.       – Можно с вами поговорить? – трусливо спросила она, ещё ниже опуская голову.       Фыркнув, профессор вышел из кладовой, озадачив этим Лию. Обычно он всегда приглашал её войти внутрь (хотя слово "приглашал" было очень мягко сказано. Снейп лишь беззвучно хмыкая, отходил вглубь каморки, оставляя дверь открытой, тем самым позволяя девушке войти). Сейчас же он, наоборот, вышел к Лие сам.       – Что на этот раз вы хотите сказать? Хотя, судя по вашему жалкому виду, вы должно быть, надеетесь выпросить у меня эликсир? Я правильно понял?       Услышав верные слова Снейпа, Лия едва заметно выдохнула, радуясь, что ей самой не пришлось этого произносить. Сжавшись всем телом, девушка угрюмо кивнула, продолжая смотреть себе под ноги.       – Нет, – сухо ответил профессор, заставив Лию удивлённо взглянуть на него. – Я не дам вам дополнительные порции эликсира. Приходите завтра вечером в положенное время, которое я для вас назначил и не морочьте мне голову на ночь.       – Н-но профессор! – отчаянно вскрикнула та и испугалась собственной громкости. Её обращение эхом прошлось по сырому подземелью. – Я н-не могу ждать до завтра… У меня… – вновь взглянув в глаза мужчине, Лия испуганно оборвала себя. – У меня… – тихо сглотнув, девушка постаралась договорить. – Больше нет… эликсира.       Даже не удивляясь этому, Снейп ожидающе изогнул бровь, молча требуя объяснений. Почувствовав, как пересохло во рту, Лия нахмурилась. Продолжая сжимать свои руки, она, противясь самой себя, тихо продолжила.       – Это вышло… случайно, и…       – Даже если нарочно, – твёрдо перебил профессор, настаивая на своём. – Я всё равно не дам вам эликсир… Сейчас. Придите за ним завтра.       Собираясь уходить, мужчина развернулся к двери, после чего, Лия испуганно затрепетала.       – Профессор Снейп, пожалуйста! – взмолилась она. – Я… я еле дошла до вас, и не смогу протерпеть всю ночь!       – Это ваши проблемы, Райтвуд, – совершенно бессердечно отозвался он. – Я предупредил вас изначально, что не потерплю неуважения к моему труду. – Лия обиженно повела бровью. – Пусть это побудет для вас уроком, прежде чем вы повторно решитесь разливать эликсир направо и налево.       – Но я не разливала его направо и налево! – наконец обиженно огрызнулась та, повысив голос. – Я же сказала, это вышло случайно!.. – нервно вздохнув, Лия судорожно перевела дыхание. – Мне правда очень жаль, что так вышло, но пожалуйста… прошу вас…       Молча сверля девушку взглядом, Снейп, не выражая ничего, кроме отсутствия интереса, деловито сложил руки на груди.       – Минус пять очков гриффиндору, Лианна. – Беспристрастно заявил он, увидев, как Лия, не скрывая полного недоумения, ужаснувшись, раскрыла рот. – За вашу неподобающую настойчивость и неспособность понять "нет". Уходите. – Завершил он, скрывшись в кладовой.       Отчаянно просверлив закрывшуюся за профессором дверь, Лия больше не могла сдержать слёз. Начав глубоко дышать, девушка зажмурилась и болезненно прислонилась лбом к шершавой двери.       Она тяжело сглотнула, чувствуя, как в животе сжимается от злости нечто тяжелое. Всё внутри кипело – Лия не могла уйти просто так… Чувствуя, как слёзы боли принялись стекать по лицу, девушка тихо всхлипнула. В следующую секунду, она разозлилась и гневно хлопнула по двери, надеясь, что хоть таким маленьким жестом способна побороть рвущуюся наружу злость.       – Еще минус пять очков, – вдруг приглушённо послушалось за дверьми кладовки.       Моментально отпрянув от двери, Лия, хватая ртом воздух, возмущённо уставилась на закрытую каморку. Еле сдерживаясь, чтобы не разнести эту дверь в щепки, девушка лишь отошла от неё на несколько шагов.       Гневно сверля закрытую комнатушку взглядом, Лия напрягла всё своё тело. В следующую секунду, она яростно выставила перед собой руки, и совершенно глупо принялась показывать в неё средние пальцы так, словно если бы, из них могла выстрелить убийственными заклятиями. Продолжая напряжённо хмуриться, девушка неконтролируемо посылала "лучи" своей ненависти прямиком в логово Снейпа, в глубине души желая, чтобы тот знал, как она его ненавидит.