Заметки Лии Райт

      Возвращаясь вечером из подземелий, Лия чувствовала неприятное давление мочевого пузыря. Девушке хотелось в туалет, и она начинала волноваться, что не успеет дойти до своей гостиной. Ещё до ужина ей хотелось "облегчить ситуацию", но кто знал, что Снейп позовёт к себе?       Мужчина выдал Лие новую порцию эликсира на всю неделю, из-за чего удивил девушку. Однако профессор объяснил это тем, что немного изменил рецепт зелья и поменял дозировку некоторых ингредиентов. Благодаря этому, Лия избавится от лишнего дискомфорта и продолжит жить спокойно, не мучаясь от новой эссенции. Проблема с ногой миновала. Наконец-то!       Напрягая живот и все свои мышцы у бёдер, девушка разозлилась, когда буквально у неё из-под носа улетел нужный ей лестничный пролёт. Теперь она точно обоссытся…       Понимая, что не может сдерживаться, Лия растерянно огляделась вокруг. Она находилась на втором этаже. Единственный туалет поблизости был женским и заброшенным, с наличием Плаксой Миртл в нём. Выбора у неё не было. Собрав последние силы в кулак, Лия торопливо зашагала в сторону туалета.       С грохотом отворив дверь, в нос сразу же ударил неприятный запах. Пахло изобилием хлорки, сыростью и чем-то неописуемым. На секунду девушка даже возмутилась: а это точно заброшенный туалет? Почему в нём пахнет так, словно здесь испражняются какие-то тролли? Забежав в первую кабинку, Лия, даже не закрывая дверь на крючок, принялась молниеносно задирать юбку. Спустя несколько секунд ноги её довольно расслабились от долгожданного облегчения.       Заправляя рубашку под юбку, Лия спокойно вышла из кабинки и прошлась к ржавым умывальникам, стараясь найти там хотя бы одну рабочую раковину. После четвёртого поворота крана, девушка наконец-таки обнаружила наличие воды. Пустив руки под холодную струю, она поёжилась. В туалете было значительно прохладнее в отличие от тех же коридоров. Глядя в грязное и треснутое зеркало, девушка скорчила гримасу. Ей были неприятны все те запахи, что перемешались в заброшенном помещении. Думая над этим, Лия машинально перебирала в голове каждый оттенок вони. Однако глаза её сверкнули, когда среди всего этого ужаса она уловила до боли знакомый запах, присущий магловскому миру.       Только им он знаком…       Это были сигареты. Такое Лия чувствовала в Хогвартсе впервые. Ещё никогда она не ощущала и намёка на этот запах, но сейчас она была более чем уверена, что это сигареты. Терпкий запах табака и приятная лёгкая дымка, которую девушка не сразу уловила. Тонким и плавным шлейфом она исходила от дали туалета. Неужели здесь кто-то есть? Медленно выглянув вдаль, Лия так никого и не заметила. Любопытство взяло вверх. Медленно шагнув вдоль туалета, девушка, стараясь разглядеть кого-нибудь в конце, с трепетом затаила дыхание.       – Кто здесь? – тихо спросила Лия, однако звонкое эхо прошлось по коридору словно рябь.       Дойдя до конца туалета, девушка осторожно выглянула за последнюю кабину. Там, в пустом от унитазов пространстве тихонько стоял Джастин Финч-Флетчли. Выглядел он и испуганно, и подавленно одновременно.       – Джастин?       – Лия?       Одновременно спросили студенты и нервно улыбнулись. Щёки девушки побагровели от стыда.       – Ты чего тут?       – Я…       – Это женский туалет! – пристыдила его Лия, на что парень, такой же смущённый осторожно показал руку, спрятанную за спину. В пальцах была зажата тлеющая сигарета.       – Извини, что стал свидетелем… кхм… – прокашлялся пуффендуец, из-за чего девушка побоялась смотреть ему в глаза. – Только не говори никому, что видела меня здесь… – Почти умоляюще проговорил Джастин. Опустив голову, он неловко переступил с ноги на ногу, нарочно пряча руку и начал оправдываться: – Если кто-то узнает, что я здесь, в неположенное время, так ещё и в женском туалете… курю… – Глубоко вздохнув парень поджал губы. До Лии дошёл крепкий запах сигарет. – … Это сильно испортит репутацию Пуффендуя… даже маглорожденные это не одобряют.       Неловко опёршись плечом о край деревянного угла от кабинки, Лия поджала губы. Взяв себя за плечо, девушка облокотилась на левую ногу и тихо спросила.       – А есть ещё одна?       Удивлённо глянув на Лию, парень медленно улыбнулся, глядя в её глаза. Сразу же после свободная рука пуффендуйца зашарпала по карманам брюк.       – Не знал, что ты… тоже. – Лия не ответила. Она лишь шумно выдохнула в подобии некой улыбки. – Да и в общем я сам… о тебе ничего не знаю.       – Предлагаю начать узнавать, – приветливо предложила Лия. И всё же к таким же как она девушка была более открыта. – Я начну. Что куришь?       Усмехнувшись, парень достал слегка помятую пачку и повернул её лицом к Лии. «Marlboro». Удивлённо присвистнув, девушка вытянула из пачки одну штучку, внимательно разглядывая. Девушка знала об этой марке, как – адски дорогущей в Лондоне. Лия и подумать не могла, что сможет попробовать нечто такое завышенное и западное.       – Ты где деньги откопал, они же дорогие?       – Да ты чего, я их не покупал…       – Украл?       – Нет конечно. Мой отец работает корпоративным менеджером в международной фирме в табачном бизнесе. «Philip Morris» знаешь такую? Потому у нас дома этих пачек навалом. Если оттуда пропадёт несколько из них – он и не заметит.       – А ты тот ещё сынишка, я погляжу… Инсендио! – подпалив своей палочкой кончик сигареты, Лия осторожно затянулась.       Джастин в то время любопытно глянул на неё, ожидая реакции. Впустив горячий поток дыма в горло, Лия почувствовала, как оно зацарапало от непривычки и нового вкуса. Он будто обжёг всё изнутри, а вкус табака показался ей сухим и землистым. Далее последовала некая металлическая горчинка – такая, будто во рту растаяла капля ржавчины. Но за этим горьким привкусом последовала какая-то сладковатая нота, странная и мягкая. Терпкая. Она затянула её куда-то в глубины разума, словно запах костра на ветру. Эти Мальборо оставили после себя не только тяжесть в груди, но и ощущение какой-то взрослости, тайны и интимности.       – Ну что? – тихо прошептал Джастин.       Выпустив тонкий поток дыма пуффендуйцу в лицо, Лия улыбнулась.       – Приятное послевкусие… – хрипло ответила Лия. – Правда в начале слишком горчит… Тепло улыбнувшись, парень пожал плечами. Затянувшись вслед за Лией, он сказал:       – Теперь моя очередь: Расскажи, как ты начала курить?       Забавно хмыкнув, Лия облокотилась всей спиной и встав более расслабленно, вдохнула очередную порцию табака, погрузившись в воспоминания.       – Меня сосед научил…       – Я могу его знать? – тактично спросил парень, на что Лия выдохнув дым, коротко мотнула головой.       – Не думаю…       – Ну так-то мы с одного города же… Ты с какого района?       Замявшись на секунду, Лия кротко ответила.       – Литтл Уингинг.       Напрягая брови, пуффендуец сомнительно кивнул.       – Я бываю там время от времени в гостях у родственников. Там ещё кажется, Гарри Поттер живёт, если не ошибаюсь?       Вспомнив, как Лия пересекалась с Поттером в летние каникулы, гриффиндорка поджала губы. Она видела его очень редко, но знала, что тот проживал на Тисовой улице. Это было в нескольких кварталов от неё, однако ничего не меняло. В последний раз она видела Гарри в Литтл Уингинге год назад.       Девушка каталась на велосипеде, когда резко затормозив упала с него. Тогда, Лия ещё плохо понимала свой организм и на колкость в колене отвечала порой через чур драматично.       Например, как в тот раз, когда из-за падения ободрала себе ноги даже через штаны. Лето тогда было жаркое, девушке хотелось носить коротенькие шорты, но не могла себе их позволить из-за уродского синяка и уродской бабушки. Одно другому не мешает.       Как раз в тот день, через дорогу Лия заметила Гарри. Он шёл вразвалочку и чуть ли не в обнимку с одним мужчиной. Узнав в нём Сириуса Блэка, что целый год красовался на плакатах, как сбежавший узник из Азкабана, Лия очень удивилась. Оба выглядели счастливыми и поедали сливочное мороженное. Гарри был так занят с Сириусом, что даже не заметил Лию. Вернувшись в Хогвартс, она узнала, что тот самый узник на самом деле – крёстный отец Поттера и тот отныне живёт у него. В тот же год с Сириуса сняли всё обвинения.       – Жил, – коротко ответила Лия. – Но сейчас он переехал.       – Понятненько…       Улыбнувшись друг другу, оба молча затянулись.       – В общем, – продолжила Лия. – У Гарри есть кузен – Дадли. Один из его друзей живёт рядом со мной, его зовут Пирс. Пирс Полкис. Знаешь такого?       Задумчиво устремив взгляд к потолку, глаза Джастина затерялись в Мальборовской дымке. Хмыкнув, парень мотнул головой.       – Должно быть мой кузен имел чести знать его, лично мне это имя ни о чём не говорит.       – Ну… это в общем-то никакой по сути роли не играет… Просто он… меня научил.       – Хороший парень?       – Что? Ах, нет. Придурок, конечно, тот ещё! Он почти всё детство задирал меня.       Удивлённо вскинув брови, Джастин случайно потушил сигарету о стену.       – Чёрт!       Пока тот вновь полез в карман за палочкой, Лия молча протянула ему свою тлеющую сигарету. Приняв её и поблагодарив, Джастин вновь прикурил, возвращая её Лие.       – Интересно узнать, как так вышло…       – Да не знаю, влюбился может. – Лия махнула рукой. – Хотя не знаю, так и есть. Он сам в этом потом признался… сказал, что в последнее время я типа похорошела, и в знак своей симпатии он перестал меня кошмарить.       – Как благородно, – иронично отметил парень, выпуская кольца из дыма.       – Не совсем так. Он ведёт себя, как полный кретин в присутствии своих дружков. Но когда он один, то превращается в смазливого идиота.       – Зачем ж ты так?       Хмыкнув, Лия хотела было ответить, но у девушки резко закружилась голова в приятной эйфории. Её накрыло лёгким дурманом никотина и пошатнувшись, она придержалась за пуффендуйца.       – Ты чего, уже накрылась?       – Походу да…       – Завидую. Я в последнее время вообще не чувствую. Ты как?       – Порядок… – сказала Лия, постепенно приходя в себя.       Тело ощутимо расслабилось. Улыбнувшись ощущениям, девушка вновь затянулась, надеясь, что чувство повторится.       – Ну… в общем… Меня мама к соседям отправила за солью. А родители у Пирса неплохие, мама с ними ладит, но дома их не оказалось. Зато был он. Я тогда, помню, с сигаретой застала его, а он приставать начал, мол, давай научу, это круто, все дела!       – А ты что?       – А я и подумать не могла, что сначала откажусь, а потом сама приду. – Глупо хмыкнув, Лия запрокинула голову назад. Дурман от сигарет так и манил.       – И что же тебя сподвигло на это?       – Бабушка.       О да, Лия прекрасно помнила тот день. Это было больше года назад, когда она прошлым летом приехала на каникулы. Девушка вернулась с солью от дома Полкисов, и бабушка Анна успела уловить запах сигарет от одежды Лии. Старая карга не верила тому, что виновником был соседский мальчик Пирс, она непременно обвинила в курении Лию.       Девочка тогда долго обижалась на бабушку и протестовала матери. Она же наоборот была спокойна и ни разу не поругала дочь. Мать попросила, чтобы Лия не расстраивалась. Поддержка матери грела как никогда, и этого оказалось достаточно.       Тем же вечером, когда отец вернулся с работы, бабушка же вернулась к этой теме за ужинным столом. Тогда от злости Лии у бабушки Анны треснула кружка с горячим чаем прямо у неё в руке. Она конечно же сразу поняла, что это было "приятного аппетита" от внучки, но раскричалась пуще прежнего, из-за чего Лия была наказана.       Ей поручили поздним вечером перебрать кладовую на заднем дворе. Как раз по соседству, с краю тихо сидел Пирс с сигаретой во рту. На следующее утро бабушка Анна негодовала, почему кладовая так и не убрана, зато Лия была хорошо обучена курению. Лучше получать действительно за дело, чем получать за просто так.       И это была не единственная тема студентов. Когда сигареты были скурены, вслед доставались ещё одни. Лия наблюдала за тем, как Джастин глубоко втягивал дым. Было в нём что-то своё, простое, личное и неподвластное чужим законам. Он держал сигарету уверенно, как будто делал это не первый год, а в уголках губ мелькала усмешка. Теперь он казался Лие не простым и умненьким пареньком из пуффендуя. Отныне она взглянула на него по-новому, и заметила в нём родное и простое магловское. Правда, как поняла Лия, маглом он был не среднестатистическим и всё же они с лёгкостью находили общие темы для разговора.       – Вот это Ли, – сказал он, выпуская сизое облако, которое лениво растянулось в воздухе. Лия позволила себя так называть, потому что в ходе разговора, они перешли на кроткость. Лия для него теперь была просто Ли, а у девушки же порой выбивалось Джас. – … я понимаю – перекур… Давно не курил в компании.       Никак не прокомментировав, Лия лишь улыбнулась, стараясь повторить за Джастином и его идеально ровными дымовыми кольцами. Выходило так себе.       – Ты оказывается хорошая, – растянуто сказал он. – И не скучная.       – Я кажусь плохой? – задумчиво спросила Лия.       Покачиваясь на месте, он лениво мотнул головой.       – Нет, но… просто, вчера о тебе всякое говорили…       – О Боже, ты серьёзно? – упрекнула Лия, на что Джастин поспешно принялся извиняться.       – Всё нормально, – противоречиво ответила она. – Просто перестань верить всему, что говорят… Это чушь собачья.       Далее Лия принялась рассказывать о Пэнси и её сплетне, что та породила, и заверила, что это всё неправда. Услышав версию Лии, Джастин пообещал, что отныне будет пререкаться со всеми, от кого услышит слухи. Девушка одобрила.       – В общем… ты тоже неплохой.       Надув губы, парень покачал головой и нехотя обнаружил, что докурил. Потушив сигарету, он принялся дожидаться пока закончит сама Лия, ибо делала она это медленнее.       – Неужели ты прихватил в Хогвартс целую сумку сигарет?       – Хм, нет конечно, – отмахнулся парень. – Я же не помешанный псих, что без сигарет жить не может. Просто… время от времени для меня не будет лишним.       Понимающе кивнув, Лия потушила свою сигарету и оба двинулись к выходу из туалета.       – Но если мой отец узнает, что я таскаю его пачки, – шутливо начал он, – то думаю, что он сам меня на сигареты скрутит.       Хихикнув, Лия весело ответила, размахнув перед ними рукой.       – Тогда это будет новая марка: «Мальборо Джас»!       Засмеявшись, оба быстро покинули туалет. Возвращаясь к мраморным лестницам, девушка пошутила, что точно бы попробовала их.       – Нет, запрещаю! – довольно ответил Джастин.       – С чего бы? – также шутливо переспросила Лия.       – Просто, не позволю.       Усмехнувшись, Лия ступила на лестницу и услышав это, сложила руки на груди. Повернувшись к пуффендуйцу, девушка вскинула брови и язвительно проговорила.       – Тогда я твоему папе расскажу!       Как раз в этот момент, лестница, на которую вступила Лия резко затряслась. Оторвавшись от проёма, она переместила Лию в другую сторону. Но перед этим, она услышала шутливо-протестующее "Эй!" и это заставило её искренне засмеяться. Давно ей не было так просто.

***

      Проснувшись пятничным утром раньше времени, Лия глянула на часы заспанными глазами. Понимая, что может понежиться в постели ещё некоторое время, девушка нащупала под одеялом пушистую лапку кота. Обхватив её рукой, она машинально притянула его к себе, из-за чего Граф только сонно потянулся. Вновь накрывшись одеялом, Лия любяще обняла кота. Питомец не противился. Устроившись у неё под мышкой, Граф довольно зевнул, и принявшись мурчать, устало вздохнул, словно только что прилёг поспать.       Поглаживая кота по густой шёрстке, девушка, к сожалению, обнаружила, что за эти несколько минут взбодрилась. Видимо весь сон перешёл к её мирно посапывающему питомцу. Обречённо вздохнув, она оглядела спальню. Все соседки мирно спали, за исключением одной. Кровать Джинни пустовала, но Лие несложно было догадаться, что та ушла на тренировку.       Шмыгнув носом, девушка отвела взгляд от её кровати и уставилась в потолок балдахины. На губах её медленно появилась улыбка. Всё потому, что сегодня защита от тёмных искусств. Совместный урок со слизерином. Наверняка, их курс продолжит тему с «Протего» и на этот раз Лия будет готова. Она хотела, чтобы все вновь разбились на пары, и девушка бы очутилась с Пэнси. Тогда-то она ей покажет тако-о-ое "Протего" за свой длинный змеиный язык.       Лия пыталась с ней поговорить ещё вчера, но Паркинсон нарочно её избегала. Гриффиндорке удалось подойти к ней лишь к концу зельеварения, когда та, даже не дав сказать Лие и слова, растерянно глянула за её спину, а уже после гневно шикнула на неё. Она просила держаться от её подальше, и больше никогда не затрагивать тему сплетни, а после обиженно ушла. Тогда девушка чувствовала себя досадно и оборачиваясь назад поймала на себе пристальный взгляд профессора Снейпа. Он наверняка наблюдал за этой сценой. Может его испугалась Пэнси?.. Так или иначе, сегодня Лия собиралась отомстить ей, и она это сделает легально.       Вскоре подошло время к подъёму, девушки начали просыпаться. Гермиона, как всегда, пошла умываться первой. Лия принялась молча собираться. В тишине одевались и Лаванда с Парвати. Когда Лия вернулась с позднего "перекура" с Джастином, обнаружила, что соседки поругались между собой из-за очередного расклада карт. Парвати не устроило то, что парень, который ей нравится – больше проявляет симпатию к Лаванде (если верить её раскладу). Патилл не верила сказанию Браун и потребовала отдать ей колоду, чтобы погадать самой. Лаванда не собиралась делиться, потому Лие, Гермионе и Джинни приходилось слушать перед сном словесные перепалки двух подруг.       – Вот же сучка! – вдруг вскрикнула Лаванда и гневно подошла к Парвати. – Знала, что нагадишь мне обязательно! Где они?       – Ты нормальная? – язвительно переспросила Парвати. – Кто они?       – Не строй из себя дурочку, ты прекрасно знаешь о чём я!       – Дура здесь только ты, – спокойно ответила Патилл и продолжила собираться. – Так что перестань кричать и скажи нормально.       – "Таро" мои где?       – Так мне откуда знать?! Ты же у нас могучая гадалка, великая прорицательница! – С упрёком сказала Парвати.       – Брось! Так и скажи, что до сих пор завидуешь, что Трелони подарила их мне, а не тебе!       – Да пошла ты со своими картами, понятно?!       Наблюдая за ними в отражении зеркала, Лия, плетя косы, старалась не смотреть на их разборку. Она не желала в это вмешиваться, но искренне не могла понять, что люди способны ругаться из-за каких-то бумажек.       Соседки тем временем продолжали спорить. Лаванда была уверена, что пока она спала – Парвати перепрятала её карты, или вовсе забрала их себе. Та же, слушая мнение подруги посылала её подальше к Мерлину. Фыркая, что Браун – помешанная дура, Патилл покинула комнату.       Продолжая собираться, Лия наблюдала за тем, как в порыве гнева, Лаванда принялась рыться в тумбочке Парвати, ища свою колоду. Параллельно, девушка ещё и бурчала себе под нос различные оскорбления к Парвати.       Накидывая на себя рубашку, Лия мимолётно глянула на соседку. Теперь уже она рылась в шкафчике Гермионы.       – Ч…что ты делаешь? – обвиняюще спросила девушка.       Глянув на соседку, Лаванда продолжила копаться в прикроватной тумбочке Грейнджер.       – Ищу свои карты, – нетерпеливо ответила та. В голосе её читались нотки раздражения, словно Браун была недовольна вмешательству Лии.       – В чужих вещах?       – Слушай, Райтвуд… – вынырнув из-под мебели, девушка отвлеклась от поиска вещей и недовольно глянула на соседку. – Не лезь, а? Ты просто Парвати не знаешь… – вернувшись к Гермионовой тумбочке, Лаванда принялась перебирать записи старосты, вытряхивая из них надежду – найти свою колоду. – Она и не на такое способна.       Наблюдая за тем, как без зазрения совести Лаванда проверяла каждый листочек записей Грейнджер, Лия нахмурилась.       – То, что произошло с тобой и Парвати должно касаться лишь вас двоих… Сейчас ты нарушаешь чужие границы…       – Поверь, Лианна, мне не интересны чужие вещи. – Сказала она, вернув всё содержимое обратно и перешла к тумбочке Джинни. Принявшись копаться там, Браун продолжила. – Я просто хочу найти своё… А зная эту сучку… она могла спрятать их куда угодно, лишь бы я не нашла.       Скорчив гримасу, Лия отвернулась и продолжила собираться. Но желание покидать комнату пропало ровно в тот момент, когда девушка заметила действия соседки. Выходит, что даже в своей спальни у неё нет своего пространства? Что, если это не первый раз, когда кто-то так бесстыдно лезет по чужим вещам? Сколько раз копались в тумбочке Лии без её ведома?       Но… там ведь вся её жизнь, все её заметки. Не уж то они были прочитанными чужой парой глаз? Нежеланной? От одной только мысли, что Лаванда, или кто-либо другой мог знать содержимое её записей, девушку бросило в жар.       Так и не найдя Таро в тумбе Уизли, Лаванда обречённо вздохнула. Глаза её остановились на Лие.       – Слушай, Лианна… – чуть мягче начала она, – могу я заглянуть в твой… шкафчик?       Завязывая галстук и даже не глядя на неё, Лия сухо поинтересовалась.       – Спрашиваешь, потому что я всё ещё в комнате? – Лаванда замялась. – Нельзя.       – Ну почему? – удивилась Лаванда. Её детский ответ разозлил Лию. – Вдруг они именно у тебя?       – Потому что это мой шкафчик, Лаванда. – Повернувшись к соседке лицом, Лия будто встала на дыбы, защищая своё пространство. – А прежде, чем лезть в чужое, разберись со своим!       Сложив руки на груди, Лаванда собиралась было ответить, но резко вошедшая в комнату Гермиона напрочь отбила у неё желание. Если Грейнджер узнает о том, что Браун рылась в её тумбочке, то она не будет столь милосердна, как Лия. На том Лаванда и умолкла.       Пока собиралась Гермиона, Браун так и не ушла. Лия предполагала, что соседка дожидалась ухода обеих, чтобы проверить везде, куда она не смогла пробраться. Хмуря брови, Лия опустилась на пол у своей кровати. Глядя на тумбочку, девушка приоткрыла дверцу и убедилась, что никаких карт на её территории нет. Но девушка была уверена в том, что Браун всё равно залезет в её шкаф.       Несколько секунд, гриффиндорка глазела на массивную стопку старых пергаментов, от и до прописанные её заметками. Если Лаванда прошмонает каждый лист бумаги, как она это делала с записями Грейнджер, Лия себе этого не простит. Никто не должен знать о её слабостях.       Открыв свою сумку и решительно спрятав туда все свои записи, девушка покинула спальню, плотно прижимая к себе сумку. Пусть лучше они целый день побудут с ней. А к вечеру, Лия поищет какое-нибудь надёжное защитное заклинание от недоброжелателей и нарушительниц её личного пространства.

***

      Факультетский стол слизерина ломился от утренних закусок, студенты болтали о всяком: обсуждали грядущие уроки, планы на выходные и многое другое. Одна Пэнси была не в духе. После того, как декан факультета отобрал у слизерина пятьдесят очков по её вине, многие от неё отвернулись. Даже Драко с того дня был с ней неразговорчив.       – Пэнси, милая, – мягко позвала Дафна, едва коснувшись её плеча. – На тебе лица нет, и ты не притронулась к завтраку…       Фыркнув, Пэнси раздражённо повела плечами, сбрасывая руку подруги и демонстративно подвинула к себе дымящийся зелёный чай.       – Иди лучше, ступай к другим… Не то они и тебя начнут игнорировать!       Цокнув языком, Дафна лишь повела плечами.       – Перестань Пэнс! Выглядишь жалко.       – Как и твои попытки – делать вид, что ты за меня.       Не зная, как ответить, девушка лишь задумчиво пододвинула к себе сливочное масло и принялась намазывать его на гренок.       – Я не против тебя… – тихо промолвила та и проследила взглядом за взором Пэнси.       Она смотрела в сторону гриффиндорского стола, где сидела Лианна. Как всегда, она была в компании труса – Лонгботтома. Отвернувшись от гриффиндорцев, Дафна заметила, как Пэнси раздражённо повела плечами при виде их.       – Жрёт так, словно это не о ней судачил Хогвартс…       Услышав это, Пэнси вспыхнула. Цокнув языком, она отобрала сливочный бутерброд у подруги и насыщенно откусила гренок.       – Из-за этой грязнокровки пострадала моя репутация! – прожевав бутерброд и распробовав его на вкус, Пэнси поморщилась и с неким отвращением глянула на сливочный гренок. Повернувшись к Дафне, она нахмурилась.       – Что?       – Обжаренный в масле хлеб со сливочным маслом? Серьёзно?       Возмутившись, Дафна отобрала у подруги бутерброд и обиженно проговорила:       – Я сделала его не для тебя!       – И слава Салазару! – огрызнулась та и принялась вытирать руки от масла. – Уже к вечеру твои пальцы станут жирнющие, как у Миллисенты, а на твоей талии не застегнётся ни одна юбка.       – От одного кусочка?       – Масло масляное…       – Мне кажется, что ты просто обезумела.       Ничего не ответив, Паркинсон скучающе отвернулась и глянула на соседний стол. У гриффиндорцев, как всегда, бушевал жирный хаос и галдёж, присущий лишь им. Лианна сидела лицом к Пэнси и увлечённо поедала жаренную яичницу с беконом.       Паркинсон пожелала Райтвуд скорейшего ожирения.       – Смотришь так, будто влюбилась, – прервала её Дафна.       Скорчив гримасу, Пэнси обожгло горячим чаем. С глухим стуком опустив стакан обратно на стол, девушка шикнула.       – А ты смотришь так, будто давно не получала!.. Меня просто раздражает Райтвуд… почему я поплатилась за правду, а она ходит, как будто ей плевать на свою репутацию?!       – Пэнс, ну ты же знаешь… – успокоила Дафна, потянувшись за яблоком. – О какой репутации может идти речь, когда дело касается гриффиндора?       – В том и дело, что своей у них нет, так они и у других её забирают! Куда смотрит Снейп?! Весь мир словно против меня.       – Не драматизируй, – устало оборвала Дафна, протянув к себе чай. – Просто так своих Снейп не наказывает. Значит он действительно считает тебя провинившейся.       – Провинившейся в чём? В правде?       Раздражённо выдохнув, Дафна с громким стуком опустила стакан и края его разбрызгались горячим чаем. Нахмурившись, девушка принялась вытирать руки и терпеливо повторять Пэнси. Разговор на одну и ту же тему начинал её раздражать.       – Мы уже не раз говорили об этом, Пэнс! Ты перевернула "правду" так как удобно тебе. Возможно, профессор бы и не вмешивался, если бы ты не упомянула его. Да и ты ли в своём уме? Приплетать уважаемому взрослому человеку связь с малолетней грязнокровкой, что пыли на его склянке даже не стоит?       Цокнув языком, Пэнси неловко заёрзала на месте. На мгновенье она растерялась, не зная, что ответить подруге.       – И всё же… – обиженно заговорила Пэнси, тревожно поглядывая на Дафну. Казалось, что у неё не оставалось терпения на продолжения дискуссии на эту тему. – Он вступился за неё… за какую-то грязнокровку.       – Как же ты не поймёшь… – измученно простонала Дафна. Глубоко вздохнув, она глянула в сторону Лианны. Пэнси сделала то же. – Должно быть эта Лианна ближе ему чем ты.       Усмехнувшись, Пэнси взглянула на подругу, как на умалишённую.       – Чтобы Снейп своей ученице предпочёл грязную гриффиндорку?       – Повторяй это сколько хочешь, – вновь нахмурилась Дафна. – Однако факт остаётся фактом: думаю, Снейп вступился за неё, потому что Лианна не плоха в зельеделии. Он даже сам записал её на свой факультатив. Глупо отрицать то, что он буквально чуть ли не покровительствует ей.       Смотря на Райтвуд, Пэнси нахмурилась. Гриффиндорка весело беседовала с Невиллом. Она уже поднялась со стола и с улыбкой на лице копошилась с сумкой, пока Лонгботтом допивал свой чай. Бумаг у грязнокровки было так много, что немалую стопку она зажала между зубов, вторую спрятала под мышкой, и всё равно продолжала поиски внутри сумки.       – Ну и неряха! – не сдержалась от комментария Пенси.       Смотря на Райтвуд со скепсисом, Дафна наблюдала за тем, как поднявшись с места, Лонгботтом предложил помощь подруге. Лианна же, несмотря на личные неудобства, отказалась от помощи, продолжив копаться в сумке.       Вдруг одна из толстых стобок, что была зажата под мышкой рассыпалась по полу в немалом количестве листов. Их было так много, что Невилл, не сговариваясь, принялся помогать подбирать их с пола. Грязнокровка же не оценила этот жест. С лёгкой паникой в лице, она судорожно принялась собирать всё самостоятельно, игнорируя своего друга.       – Что за хрень она творит? – спросила Дафна и высокомерно переглянулась с Пенси.       – Заметила, как кичится из-за каких-то бумажек?       – Навряд ли она бы паниковала так из-за домашки… – Усмехнувшись, Дафна потянулась к своей сумке и достала оттуда расписание. – Надо же, совсем забыла! – Повернувшись к Паркинсон, Дафна встала с места. – Сейчас у нас совместный урок с гриффиндором!       – ЗОТИ?       Дафна кивнула. Пэнси поднялась за ней. Обходя слизеринский стол, девушка не могла оторвать глаз от Райтвуд. Она продолжала крепко сжимать в руках какие-то листочки и обеспокоенно заглядывала под столы. Наверняка, она проверяла, не затерялись ли её бумаги…       В конце концов, что в них ценного? Сколько переживания у неё на глазах. Наверняка – эти бумаги не простые, и в них таится нечто ценное. Вот только что?.. Сопливые любовные письма какому-нибудь старшекурснику?.. Или даже Невиллу? Как она запаниковала, когда он принялся ей помогать… или же… признание в любви какому-нибудь… Снейпу?       Вот если бы Пэнси узнала, что такого в этих простых на вид бумагах спрятано…