Серая стрела. Часть 3. Море

***Джейн***

      С берега поднялись Эндрю в компании девушки с длинными тугими каштановыми кудрями, они шли в обнимку, нежно урча и переговариваясь. Так совпало, что они поднялись аккурат тогда, когда странники, поднявшиеся еще утром, вернулись с прогулки по окрестным лесам, с которой принесли целую охапку лесных цветов и изрядный урожай грибов, которые Джейн несла в подоле. Эндрю помахал им рукой, но дальше крыльца навстречу не двинулся, а кудрявая особа нависла над гамаком, где определенно кто-то спал.       — Шторм, мне кажется, ты сильно замотанный. Всё в порядке?       — Боги, мой Ветер, ты просто прекрасна, — Кай подняла взгляд на девушку и залипла, глаза ее расширились, — я… я… не знаю, прости.       — Ветер? — Джейн удивленно подняла взгляд на Васко.       — Я назвалась его ветром, когда получила крылья, — после некоторой заминки пояснила Васко, наклонилась ниже над гамаком, и к ней потянулись изящные руки Соль. Еще мгновенье, и оба метаморфа оказались в тканевом коконе, только златоглазая села поперек, свесив наружу ноги, а сероглазая забралась к ней на руки и устроилась, поглядывая снизу вверх.       Джейн успела отнести свою лесную добычу в хижину и, чуть погодя, вынести небольшой поднос с чашечками и кувшином чая с травами, который остался остывать на веранде исходя ароматными пряным паром, когда невдалеке послышались звуки приближающихся всадников. Эндрю отошел, выглядывая, кто это, но быстро вернулся.       — Кавалькада легата, а мы при полном параде, Курт слюной истечет насмерть.       — Ничего страшного, мне кажется, Де Сарде морально готов даже к тому, что я окажусь склизским гадом с щупальцами, а вот наше Золото в таком виде его точно застопорит. — проворчала Соль, но все же выбралась из гамака, компрометирующая поза в обнимку сейчас была бы излишней.       Звуки стали громче, стало возможно распознать голоса, один из всадников — Константин, он въехал на площадку на белой тонконогой кобыле, легко справляясь с норовистой лошадью, и осмотрел собравшихся.       — Только не говорите мне, что я пропустил что-то действительно интересное!       — Всего лишь маленькую дружескую пьянку.        — Вот блин, а я надеялся… Я привез кое-что по-настоящему крепкое, — он весело заулыбался.       Васко подошел, лошадь недовольно заржала и поднялась на дыбы, но принц совладал с ней без видимых усилий. На площадку выехал легат на вороном жеребце и Курт на гнедом тяжелом коне. Они, не долго думая, спешились, только после поприветствовав собравшуюся кампанию.       — Доброго дня.       — Рад тебя видеть, цветочек, — Курт соскочил с коня и подошел к Серой, она обняла его, весело улыбаясь, и показала на Призрака и Ветра.       — И я тебя тоже, мой доблестный страж. Знакомьтесь, это мои старые друзья, мы привезли их погостить на остров. — Она представила странников и стражника с легатом.       Васко приветствовал Де Сарде радушно, они обменялись объятьем-рукопожатием, навт коротко свистнул, принц отставил бутылку и побежал привязывать лошадей, специальной коновязи у них не было, поэтому животных привязали к столбу веранды у гамака.

***Васко***

      Встреча затянулась до поздней ночи, когда вся компания перебралась в дом, удобно устроившись на диване и в креслах.       Странники, пользуясь знаниями, подчеркнутыми из переведенных томов, живописали Восточные земли, разговор раз за разом возвращался к делам, дошло до того, что принц фыркнул, что ему скучно, и достал карты, к нему присоединился Эндрю. Странница сначала устроила спарринг с монстражем, а потом весь вечер бросала ему взгляды, которые тот ловил, в конце концов Джейн и Курт куда-то незаметно исчезли, но никто не уловил, в какой конкретно момент.       Когда перевалило за полночь, захмелевшего легата отправили спать в хозяйскую постель, пожелав доброй ночи, а остальные сели за карты.       Васко вышел на крыльцо, осмотрелся, прислушиваясь, спустился и глубоко вдохнул. Достаточно скоро его взгляд нашел целующуюся парочку за деревьями, и он отвел глаза со смешанным чувством. Но скоро его уединение нарушил Призрак, который весь вечер был более задумчив, чем обычно, хотя и старался общаться, шутить и поддерживать разговоры. Алкоголь словно бы не действовал на него в этот вечер, парень пил много и не слишком разбирая, что и в какой очередности, но в голове лишь начало неприятно гудеть. Решив проветриться, он вышел на крыльцо, глубоко вдохнул свежий воздух и залип, глядя в небо, но его отвлекло вежливое покашливание.       — Тоже решил проветриться? — он перевел взгляд на долговязого капитана.       — Вроде того, — навт почесал в затылке. — Слушай, когда Кай говорил, что у вас открытые отношения, он шутил или нет? Просто я немного смущен происходящим, — он бросил взгляд в сторону тропки, ведущей в лес.       — Нет, он не шутил, — ответил прямо, повернул голову в ту же сторону, едва заметно улыбнулся. — Тебя подобное сильно удивляет? — перевел взгляд на Васко.       — Если б на месте Джейн был Кай, то Курт бы лишился головы. Уже. Буквально. — метаморф даже не думал шутить. — Даже несмотря на всё, через что мы прошли до этого. Но если для вас это нормально, то у меня никаких вопросов. А ты с чего сегодня пытался накачаться?       — Как все же хорошо, что там Джейн. Мне искренне симпатичен этот наемник, и я бы не хотел ему смерти. — Посмотрел на Васко серьезно. Его взгляд потемнел после вопроса навта. — Я и сам не до конца понимаю.       — Совет на будущее — не пытайся заливаться, если ты действительно на взводе, то алкоголь тебя возьмет только когда ты расслабишься. — Васко подошел и кивнул на стулья у столика, приглашая сесть. — Может расскажешь? И разберемся в процессе.       — Я… не стоит, я думаю. Я должен попытаться разобраться сам.

***Кай***

      Принесенное Константином пойло действительно оказалось чем-то действительно пробивным. Последний раз такое воздействие на Кая алкоголь оказывал очень давно. Когда-то он сболтнул другому синтетику, что если он напьется. то может потерять самообладание достаточно, чтоб откатиться к своему первоначальному виду. Тогда так и вышло.       И сейчас, кажется, тоже происходило что-то подобное.       Серый плыл, потеряв четкий контур, он мягко поднялся и направился к двери, девичья оболочка сошла с него, как отжившая шкура со змеи. Его несло и шатало, в таком виде он и вывалился наружу, чуть было не повиснув на двери. Следом шагал Эндрю, готовый подхватить метаморфа в нужный момент.       — Какого?.. — Драуг испуганно посмотрел на Кай, шагнул к ней, протягивая руки. — Боги… Кай!       — Не трогай его, — Васко грубо оттеснил его, и поймал любовника под руки, но тот отрицательно покачал головой.       — Все хорошо, золото… — его встретила глупая улыбка.       Мягким вальсирующим движением Кай вывернулся из хватки и, взяв Зубастого и полосатого за руки, продолжая пританцовывать, вышел на середину полянки, посыпанной песком. Он вздохнул, глубоко и шумно, запрокинул голову, распахнув глаза к звездам. И тут из морфа будто вытянулся внутренний стержень, внутренние системы окончательно отпустил контроль, тело взяло ситуацию в свои руки и стало решать проблему опьянения по-своему.       Кай выпрямился и вырос, вернув начальную форму, одежда треснула на широких плечах, он прижал возлюбленных к себе в медвежьих объятиях и расхохотался… весело, счастливо. Голова была пустой до гулкости.       Морф развел руки в стороны, чуть пошатываясь, сделал шаг назад, крутанулся на носочках и рухнул в траву, распластав в стороны огромные композитные крылья, он уже не хохотал, просто лежал, раскинув руки и ноги, и улыбался, глядя в небо.       — Нам нужна луна! — выкрикнул Кай, совершенно опьянённый, никто еще не видел его в таком состоянии, он ткнул пальцем в зенит. — Вооот здесь!       — Но зачем?.. — подал голос Ветер, высунувшийся вместе с Константином на веранду.       — Потому что она прекрасна, она тащит за собой приливы, она чарует по ночам, она… — он загудел поэтическим басом:       Луна уже плывет медлительно и низко.       Она задумалась — так, прежде чем уснуть,       В подушках утонув, мечтает одалиска,       Задумчивой рукой свою лаская грудь.       Ей сладко умирать и млеть от наслажденья       Средь облачных лавин, на мягкой их спине,       И всё глядеть, глядеть на белые виденья,       Что, как цветы, встают в лазурной глубине.       Когда ж из глаз ее слеза истомы праздной       На этот грустный шар падет росой алмазной,       Отверженный поэт, бессонный друг ночей,       Тот сгусток лунного мерцающего света       Подхватит на ладонь и спрячет в сердце где-то       Подальше от чужих, от солнечных лучей.       — Первый раз слышу, чтоб он читал стихи, — растерянно выдал Эндрю, — в смысле песни да, но стихи…       — Это точно не из моих сборников, — Васко поднял брови, — кто такая одалиска? — навт проследил глазами, как Призрак сел прямо на землю рядом, запрокинув голову, и хохотал.       — Наложница, — пояснил мансер, — из гарема. — Они стояли чуть поодаль, чуствуя, что так просто это не кончится, у Эндрю аж покалывало за загривком.       — Эндрю… — к ним подошел Ветер и с опаской спросил, — а что, если он СЕЙЧАС создаст тут Луну?..       — А он может? — вскинулся навт.       — Не создаст, — нахмурился мансер, — тут не из чего, но… — его прошибло догадкой, — он знает, где есть одна бесхозная луна… Черт! Кай, не смей! — он бросился к Серому.       — Где?..       — В солнечной системе нашего Марса Земля уничтожена, а луна вроде как нет, — пояснил навт, он вскинул брови и выпучил глаза, — Шторм, нет! Нас же смоет к чертовой матери! — он бросился следом за мансером, они прижали Кая к земле за крылья, он уже вытянул обе руки к небу, как будто держал в них шар.       Морф был пьян, совершенно пьян, он толком их не слышал и снова начал декламировать, на сей раз на ли-гои.              Заскучала в небе тёмном одинокая Луна…       Она в космосе далёком, словно перст — сейчас одна…       Млечный путь её поманит в те далёкие Миры…       Будут сниться ей в дороге очень сказочные сны…       Джейн влетела на площадку перед домом. Она резко затормозила при виде открывшейся картины.       — Что?.. Какого?.. — ее взгляд метнулся к распростертому Каю, она рухнула на колени позади него, положив ладони на плечи, и продолжила стих, правда, не на ли-гои, а на земном языке.       — Но Земля не отпускает, скучно ей без той Луны… Что дорогу освещает ей с обратной стороны…       — А! Не мешай! — тот вяло отмахнулся, большие серые глаза обратились к страннице. — Во-первых, надо говорить слова на нужном языке, во-вторых, нет у нее Земли, а в-третьих, все равно… — он широко улыбнулся и ткнул пальцем в небо, — Луна качает море, прилив-отлив… Я, конечно, не инопланетный заяц со швапалкой, но, — он воздел палец… глаза его закрылись, и морф уснул, не договорив, просто сложив руки на груди.

***Курт***

      Курт осмотрел переполох, поднял глаза к небу и недоуменно уставился на толпу.       — Кай накачался и решил улететь, что ли?       К нему подошел Константин, который все это время держался поодаль, боясь, что его затопчут.       — Вроде того, — он странно посмотрел на Курта, — ему хотелось больше лунного света, он читал про него непристойные стихи.       — Черт, я все пропустил…       Джейн перевела взгляд на Васко, искренне надеясь, что он сейчас что-то объяснит.       Навт переглянулся с мансером. Они не понимали пределов возможностей этого крылатого существа и то, что могло быть просто пьяной фантазией могло случиться и на самом деле. Маловероятно, но вдруг?       — Я должен проверить причал, — тихо сказал навт и сорвался с места, оставив спящего Кая на попечение Эндрю, за ним метнулся Призрак. Серый повернулся на бок и прикрылся собственным крылом, всхрапнув во сне.       — Инопланетный заяц со швапалкой, когда ему не понравился снег, поправил погоду задним числом, — пояснил техномант.       Маленький песчаный пляж у причала остался таким же как был, следы на скале говорили о том, что так было всегда, даже на столбиках причала, которому был всего год, были белые соляные полосы от разного уровня воды, приливы и отливы оставались теми же. что и всегда. Васко резко остановился, ударив сапогами в песок. Призрак едва не налетел на навта.       Все было в порядке.       Навт подошел обратно к Серому, тот сладко спал, они обменялись взглядами с Эндрю, кивнули друг другу, Васко взял Кая на руки, тот никак не отреагировал, и понес его к дому, только крылья волочились по земле. Морфа уложили в гамак, оставив длинные перья торчать в сторону. Константин увел лошадей за хижину, Курт спокойно воспринял происходящее, как минимум потому, что видел на попойках странное, и ему было достаточно, что это не драка, потому что он представления не имел, как растаскивать этих существ. Зубастый и Полосатый сели на стулья, закинув ноги на соседние, и почти синхронно закурили. Странники устроились на крыльце, а монстраж держался особняком, сколь бы ему ни была симпатична Джейн, обниматься с малознакомыми мужиками он не собирался, а трое уже собрались в кучу, лапая друг друга. Для них это могло быть нормально, сколько угодно, но для него не подходило никак. Он выдернул стул из-под ног Васко, навт спокойно переложил длинные конечности на ноги Эндрю и продолжил курить, выдыхая. Повисла тишина, которую на минуту прервал мансер, попросив Константина поставить чайник.       Драуг просидел совсем недолго, а скоро тихонько попросил Ветра помочь ему, и парни ушли в дом. Джейн, оставшись одна, слегка поежилась от ночной прохлады, она посмотрела на Курта.       — Ты удивительно спокойно принимаешь чудеса.       — При мне вот этот мальчик вырос, заболел, оброс рогами, чуть не стал богом, умер, написал мне письмо с того света, воскрес, ушел в море и спустя пару месяцев вернулся на пять лет младше, чем уплывал, — он показал на принца, который принес чай и стал раздавать чашки, его самого пошатывало от выпитого, но он держался хорошо. — И все это из-за Йара. Среди них я просто воспринимаю все как данность. — Тем временем константин вернулся и накинул плед Джен на плечи осторожным прикосновением. — А ещё у этого пацана камердинер — порыв ветра, который превращается в остроухого стервеца.       Девушка улыбнулась Константину, тихо прошептав слова благодарности, потом спохватилась.       — Ой… точно, с тобой же был Маата. Где он сейчас?       — Сейчас он с остальными, он меня проводил до дома, а потом свинтил, — принц отмахнулся.       Серый заворочался в гамаке, зашелестели крылья, когда он убрал их. Морф повернулся, и из гамака высунулось помятое мужское лицо в навтских татуировках и рука, на которую он оперся подбородком. Кай душераздирающе зевнул и со стоном потер висок.       — Ну вот… кажется, мы тебя разбудили? — она посмотрела на него внимательно.       — Не думаю, — он посмотрел, — тело само справилось и привело себя в порядок. Судя по тому, насколько у меня мощное похмелье… — он потянулся к Эндрю, тот посмотрел на него строго, и морф сник и спрятался в гамак, мансер хихикнул и кинул в гамак портсигар, оттуда донеслось сдавленное «спасибо».       — Я впервые тебя таким счастливым и бухим видела, хотя надирались мы с тобой и в сопли… — Джейн усмехнулась, потом поднялась и поставила кружку на стол, постояла в задумчивости, глядя на Курта.       — Ну потому что когда ты со мной пил, я не был счастлив. Ну и тебя обычно срубало слишком быстро, чтоб застать что то интересное, — немного раздраженно выдал Кай.       При бледном свете ламп узнав, что не защита       Невинность от ночных неистовых услад,       На смятых ласками подушках Ипполита       Вдыхала, трепеща, запретный аромат.       Она встревоженным, завороженным взором       Искала чистоту, которой больше нет,       Как путешественник, охваченный простором,       Где сумрачную синь готов сменить рассвет.       И слезы крупные в глазах, и полукружья       Бровей, приверженных заманчивой мечте,       И руки — тщетное, ненужное оружье,       Все шло застенчивой и нежной красоте.       Дельфина между тем на стыд ее девичий       Смотрела с торжеством, в нее вперив зрачки,       Как хищник бережно любуется добычей,       Которую его пометили клыки, — снова загудел морф из своего гнезда, для Курта эта поэзия была исключительно откровенной, хотя он не возражал.       — Серый, откуда в тебе это все и почему ты не показывал этого раньше? — улыбнулся Васко.       — Как-то к слову не приходилось, Золото. Ну и стихи у меня в основном бордельные.       — Пусть и бордельные.       Морф свесил ногу и стал раскачиваться.       - «Нежное тело будет страдать», — думая так, не оставляй ее.       Видел ли кто-либо где-либо цветок, сломавшийся под тяжестью пчелы?       Мадхава! Запомни мои слова!       Ее словам «нет, нет» не верь, иначе заря наступит впустую.       Выпей сок ее губ, пусть они потускнеют, зато возникнет благое чувство.       Мгновение за мгновением растет наслаждение любви, как день за днем — лунный серп.       — Может, стоит разогнать всех спать? Близится утро, впечатлений вроде хватило, — заговорил Эндрю, — а утром я намерен отправить Странников в Новую Серену вместе с тобой, Малой, — он оглядел собравшихся, — Нам категорически не хватает одиночества.       — Тогда действительно стоит расходиться спать.       — Константину придется спать с Де Сарде, для Курта лежанка в той же комнате, — мансер кивнул принцу. Тот поднял брови и кивнул, забрал чайник и ушел.       — Что-то он как-то слишком послушно ушел, — Кай вопросительно поднял бровь.       — У него полбутылки вискаря припрятано, и сейчас он ее утащит, главное, чтоб нам одеяла не залил.       — Полбутылки — это сильная заявка на победу! — хихикнула Джейн и тоже направилась в хижину, — Доброй ночи, лунный свет.       — Это прилипнет, — констатировал мансер, — Доброй ночи.