Лучше без тебя

— Я не могу это сделать. — сказала мангуст в микрофон, одним вечером, после особенно долгой репетиции. Она не сразу поняла, что эта мысль сорвалась с её губ. Четыре слова в таком порядке были обычным припевом для поп-звезды Мины Мангуст, но не это она репетировала для конкретного выступления. Она устало подняла голову, которую до этого прятала в скрещенных руках, и посмотрела усталым взглядом на очень озадаченного Эша. Остальные члены группы «Knothole Knuts» разошлись несколько минут назад, оставив их вдвоём. Рецепт блаженства, раз уж на то пошло. — Что не можешь сделать? — спросил он. Как бы он ни «смягчал» свой голос, звук его голоса звучал в её ушах каждый раз, когда он злился на неё. — Это… просто, ещё один тур. Я не могу. — ответила Мина, проведя рукой по взмокшим фиолетовым волосам. — Думаю, мне нужен перерыв. Дело было не в гастролях, приносивших ей доход. Конечно, это была работа, но стремление не разочаровать публику давало ощущение жизни, которого так не хватало. Дело было даже не в коллегах по группе — в отличие от многих других артистов, поп-звезда прекрасно ладила с музыкантами, которые воплощают в жизнь её песни. К несчастью для неё, единственным способом попасть из студии на сцену, к своим фанатам, был через её парня-менеджера. Ей нравилось думать, что мать воспитала в ней вполне стойкую девушку, и она с радостью пела бы всю ночь напролёт, но «выступать» за пределами сцены, для Эша, было невыносимо. — Мы можем это устроить. — сказал Эш, немного подумав. — Да, пусть просят ещё! Мы можем это сделать без проблем, малышка. По её спине пробегали мурашки каждый раз, когда он её так называл. — Спасибо. — ответила Мина, слабо улыбнувшись. — Я пойду подышу свежим воздухом. Не жди меня. Не успел жалкий инструмент, в виде голоса её парня, сыграть ещё одну «ноту», как она встала и вышла из комнаты в ночь. Когда она вернётся, он будет вести себя пассивно-агрессивно, потому что он ведёт себя в отношениях с ней также плохо, как и профессионально выполняет роль менеджера. Но это станет проблемой для Мины в будущем. — Пф, будущее. — горько усмехнулась Мина своим мыслям. — Как будто у меня есть какое-то будущее. Она шла одна в тишине и темноте, и единственным источником света, освещающим скрытую ото всех деревню Нотхол, была Луна над головой. «Мёртвый воздух» не был её любимой мелодией, но она начинает нравится, когда девушка слышит «Вот что значит быть дерьмовым парнем: громкость хрен знает какая» слишком много раз. Однако тишина рассеялась, когда она услышала в небе знакомый звук. С высоты в сотни футов звук был значительно тише, но она всё равно узнала звук «Торнадо», заходящего на посадку. Если Хоуп не ввязалась в какую-нибудь авантюру, это означало, что она встретила Тейлза, а там, где Тейлз… — Соник… — пробормотала она себе под нос. Даже шёпотом это имя звучало для неё как музыка. Затем она в панике огляделась, чтобы убедиться, что Эш не услышал её. К счастью, этого не произошло, так что она избежала чувства вины. Она не собиралась падать к его ногам и умолять обнять её, если он не любил её также, как она любила его. Она знала, что не сможет соперничать с Салли за сердце ежа, и была рада просто дружить с ним. Правда. …Эш постоянно упоминал его и практически заставлял её думать о том, насколько лучшим парнем он мог бы быть. Возможно, это немного подорвало её платоническую привязанность, но она была полна решимости сохранить дружбу, которую он так охотно предлагал… даже после того, как она однажды поцеловала его. Ей не нужно, чтобы он любил её. Она пошла на звук снижающегося «Торнадо», на мгновение стиснув зубы, услышав громкий гул двигателя, прежде чем тот заглох. Она подошла к самолёту и увидела как из него выходит… один пилот. Силуэт его двух хвостов разрезал надежды застать Соника, как самые пушистые ножницы в мире, которые она видела. — А? Кто здесь? — пилот обернулся, чтобы посмотреть на неожиданного ночного гостя. Его голубые глаза быстро узнали её. — Мина? Мина! Что ты здесь делаешь? — удивился лис. — О, ничего особенного, просто… проходила мимо. — ответила она, чувствуя себя немного неловко из-за того, что разочаровалась, что это не Соник. Тейлз тоже был её другом, просто… они не так много общались, не так часто проводили время вместе и у них было не так много общего… по крайней мере, насколько она знала. — Круто! — сказал Тейлз. — Я просто решил полетать на «Торнадо», чтобы проветрить голову. Тебе что-нибудь нужно? — Не знаю, Тейлз, у меня… много всего на уме сегодня… — вздохнула Мина, прежде чем поняла, что, возможно, не стоит всё вываливать на одиннадцатилетнего мальчика. — …Как думаешь, Хеджхоги не будут против, если я загляну к ним? — Вовсе нет! — Тейлз просиял и спрыгнув с самолёта на порог дома своей приёмной семьи, распахнул перед ней дверь. Мина прищурилась, привыкая к свету, лившемуся из дома. Она не могла сказать, бодрствует ли Соник в такой поздний час и здесь ли он вообще, но она зашла внутрь хотя бы для того, чтобы уберечь двухвостого лиса от холодной ночной погоды. — Мама, я дома! — воскликнул Тейлз, входя в дом следом. — Мина захотела зайти, так что я впустил её. Надеюсь, ты не против! Юный пилот подбежал к Бернадетт, чтобы «весело поцеловать» её на ночь, а затем побежал в ванную чистить зубы. — Всё в порядке, Тейлз. Мина всегда желанная гостья в нашем доме. И молодец, что ведёшь себя как настоящий джентельмен, и не оставляешь бедную девочку на холоде! — сказала Берни, улыбаясь малышу, которого они приняли как родного, а затем повернулась к гостье. — Что привело тебя сюда, Мина? Сжав свой локоть, Мина оглядела комнату и не увидела Соника. Словно прочитав мысли поп-звезды, Берни жестом пригласила её сесть за стол, что она и сделала с неохотой. — Я… хотела с кем-нибудь поговорить. — смущённо призналась она. — С кем-то, кому я могла бы довериться и рассказать всё, что у меня на уме, но кто потом никому не расскажет… — Что ж, тогда хорошо, что моего Соника сейчас нет. — хихикнула Берни и Мина покраснела. — Он много чего умеет, дорогая, но хранить секреты — не его сильная сторона. Мне ли не знать. Мина с трудном сглотнула, почесала затылок и перевела взгляд на стол, просто потому что смотреть больше некуда. — Что у тебя на уме, милая? — спросила ежиха. — Ты можешь рассказать мне всё, что угодно. Я хочу, чтобы здесь ты чувствовала себя в безопасности. — Это… м-мой… Ну… — начала Мина, но остановилась, а затем вздохнула и продолжила. — Можно спросить, когда вы поняли, что ваш муж — тот самый? — Оу, это серьёзный вопрос, значит за ним стоит серьёзная проблема. — с улыбкой поддразнила Бернадетт, смутив подростка, а затем успокоила её. — Всё в порядке, дорогая, но давай я сделаю нам чай. — Хорошо… ответила Мина, застенчиво улыбаясь. Вернувшись с двумя чашками горячего чая, Бернадетт начала рассказ. — На самом деле, я не могу выделить какой-то конкретный момент. — ежиха протянула чашку гостье, сделала глоток из своей и продолжила. — Просто… мы провели столько времени вместе, что это казалось естественным. Ежиха взглянула на своё обручальное кольцо, которое навеяло тёплые воспоминания. — Вы когда-нибудь… сомневались в выборе? — обеспокоенно спросила мангуст, которая уже выпила весь свой чай, нервно прихлёбывая его. — Не совсем… хотя, между нами говоря, его брат тоже неплох. — подмигнула Бернадетт, от чего Мина ахнула, после чего они обе рассмеялись. — Но почему ты спрашиваешь? У тебя самой есть сомнения? — Нет! — импульсивно ответила певица, прежде чем её решимость дала трещину, когда Миссис Хэджхог выдержала её взгляд. — …Вроде того. С Эшем… всегда было непросто, но какое-то время казалось, что есть что-то, ради чего стоит стараться… Но… — Но потом Соник вернулся? — договорила за неё Берни, глядя на неё поверх чашки и делая глоток. — Н-не то чтобы он был виноват! Честно, я так рада, что он жив, и он не имеет никакого отношения к нашим проблемам… сколько бы Эш не настаивал на обратном… — девушка вздохнула, потирая виски, пока Бернадетт слушала её и кивала. — Когда я пишу песни, я вкладываю в них всю душу и чувства. — объяснила поп-звезда, тщательно подбирая слова, чтобы не показать несправедливой. — И иногда то, что я пишу, может заставить его чувствовать себя униженным… Но даже когда я не выступаю и мы просто общаемся с друзьями, он как будто не сможет жить, не убедив себя в том, что он лучше их… Думаю, в наших отношениях есть проблемы с ревностью. — Похоже, в ваших с Эшем отношениях есть проблема по имени Эш, если говорить откровенно. — заявила старшая, заставив Мину напрячься… Но затем она смягчилась и кивнула. Берни уже это слышала. — Хочешь знать правду? Я думаю, ты могла бы оставаться с ним ещё несколько лет, работая над отношениями и делая их более стабильными, но тебе нужно спросить себя, хочешь ли ты прожить эти годы именно так? Ты хорошая девушка, и я уверена, что ты сможешь изменить жизнь Эша к лучшему, но это мог бы сделать и кто-то другой на Мобиусе. Тебе нужно понять, стоит ли он того, чтобы остаться, и стоит ли что-то доказывать. Когда до Мины дошли эти слова, на её глазах выступили слёзы. Она быстро вытерла их, но им на смену пришли новые. Смирившись, она снова взглянула на ежиху, расплывающуюся перед глазами, и ответила. — Вот чего я боюсь… Боюсь, что он того не стоит, а я потратила на него столько времени… А ещё, он менеджер моей группы, и… Я не хочу с-сдаваться… И… Тёплые, заботливые руки обняли Мину. — У меня для тебя хорошая и плохая новость, милая. — тихо сказала Берни в проколотое ухо мангуста. — Хорошая новость в том, что у тебя впереди вся жизнь, и то время, о котором ты сожалеешь, не будет таким уж невообразимо долгим. Даже если сейчас тебе так не кажется. — А плохая новость…? — спросила она, уткнувшись в грудь ежихи. — Плохая новость в том, что тебе будет тяжело справляться с этим, пока ты в таком состоянии. И, хотя у тебя есть друзья, на которых можно опереться, во многом тебе придётся полагаться только на себя. — ответила Берни. — Но ты сильная, дорогая, возможно, даже сильнее, чем ты думаешь. Какое-то время поп-звезда слышала только собственное шмыганье носом, но постепенно к ней вернулось спокойствие, когда мама Соника начала успокаивающе гладить девушку по спине. Вскоре, но не слишком быстро, она отстранилась от ежихи, которая тут же протянула носовой платок. — Спасибо. — сказала Мина усталым от слёз голосом, вытирая лицо. — Думаю, мне нужно сделать пару звонков… Вы не против? Хозяйка любезно покачала головой и указала на домашний телефон. Мангуст нервно подошла к телефону. Сердце бешено колотилось, и она гадала, хватит ли ей сил, чтобы позвонить после репетиции, нервного срыва… пока внутренний голос не напомнил ей, что она — Мина Мангуст и ей приходилось выступать в куда более трудных условиях. Её поклонники верили в неё, и, чёрт возьми, она тоже должна верить в себя. — Ты справишься, девочка! — сказала она сама себе, прежде чем взять телефон и набрать номер Эша. Вскоре в трубке послышались гудки. — Вы позвонили в резиденцию Мистера Никто. Чем могу помочь? — спросил Эш по телефону, явно всё ещё взволнованный внезапным уходом Мины. — Эш…! Не говори так о… — она вздохнула, прекрасно понимая, что он усложняет ситуацию, но всё равно чувствует себя уязвлённой. — Прости что я так сорвалась, правда, я просто… Я устала и не знала как сказать тебе то, что было у меня на уме. — Ладно, не надо выкладывать всё сразу, малышка. — ответил он, так очевидно закатывая глаза, что мангуст услышала это даже по телефону. — Ради всего святого, ладно, слушай, я… звоню сообщить, что сегодня переночую у мамы. — сказала певица, но в ответ — тишина. — Я понимаю, что это может показать внезапным… — Может? — перебил Эш. — Детка, мне кажется, ты говорила, что я становлюсь лучше, что мы справимся со всеми проблемами, которые у нас возникнут! — Я помню, что сказала. И я справлялась, но… — Неужели я никогда не буду достаточно хорош для тебя? Неужели я не могу ничего сделать, чтобы нравиться тебе также сильно, как… — Эш, клянусь, если ты ещё раз заговоришь об этом, я закончу разговор прямо сейчас. — строго сказала Мина своему парню. — Мне правда жаль, что я ушла, не поговорив с тобой, но я пытаюсь донести до тебя, что у нас есть проблемы, которые, как мне кажется, нельзя решить простой песней о любви. Мне нужно время и пространство, чтобы подумать, ты можешь дать мне это? Ответа нет. Только помехи — Эш… ты же знаешь, я хочу, чтобы мы работали… Просто мне нужно это прямо сейчас, понимаешь? …Эш? — Неважно. — резко ответил Эш и бросил трубку. Мина стояла с телефонной трубкой в руке, совершенно неподвижно. В голове роилось столько мыслей, но в то же время она чувствовала себя такой опустошённой. Когда Бернадетт поднялась со своего стула, это привело певицу в чувство и она отложила телефон. — Мина, милая? — с тревогой в голосе позвала Бернадетт. — Я хочу закричать. — процедила Мина сквозь стиснутые зубы, дрожа всем телом. — …но уже поздно и я не хочу всех разбудить. — Ты сказала всё, что хотела, а теперь мы позаботимся о том, чтобы ты хорошо отдохнула. — ответила мать Соника, нежно поцеловав мангуста в лоб. — Я сейчас позвоню твоей маме и скажу, что Жюль проводит тебя до дома, хорошо? — Хорошо… — ответила Мина, прежде чем сесть обратно и спрятать лицо в скрещенных на груди руках. Джулиус положил руку ей на плечо, когда проснулся и был готов проводить её до дома. Пока они шли, и даже уже лёжа в постели, мангуст не могла не заметить… что музыка внутри неё стихла, как только он повесил трубку. И какая-то её часть задавалась вопросом заиграет ли она когда-нибудь снова. Продолжение следует.