.
9 октября 2025 г., 20:33
Чонгук мог бы сказать, что его история началась бы с таких слов: "В штате Вашингтон, под покровом туч и за пеленой дождя, есть маленький городок Форкс". Вот только жил он в малюсеньком городке в штате Мэн, и жил там на постоянной основе. Вокруг леса и горы, как и во многих других штатах на севере страны, тишина и золотистая осенняя листва.
В этом году он пошёл в колледж, организм уже был на стрессе, а ночная прогулка на свежем холодном воздухе способствовала успокоению. Ему повезло жить в своём доме, а не в комнате общежития, ведь не хотелось бы проходить через жуткие "обряды" посвящения в студенческую жизнь. В наушниках играла Full Moon группы The Black Ghosts, погружая его в атмосферу прямо как в излюбленных "Сумерках". Осень началась, а значит было самое время начать пересматривать глупую, но любимую вампирскую сагу.
Он гулял у самой кромки леса, недалеко от жилых домов, когда из кустов что-то резко выскочило, точнее вывалилось, а ещё точнее — кто-то. Чон так и замер, глядя на человека, который на дрожащих ногах поднялся, а когда заметил его, то тоже замер. Парень медленно вынул руки из карманов куртки, дёрнул наушники вниз, сорвав их, и моргнул. Перед ним стоял высокий брюнет, гора мышц, смуглая и перепачканная грязью кожа, и он совершенно голый! Чонгук старался не смотреть вниз, сохраняя зрительный контакт, когда как незнакомец неотрывно смотрел на него, будто сам призрака увидел.
— Эй, у тебя всё в порядке? — наконец спрашивает Чонгук, прокашлявшись. — Ты... э... потерял свою стриптиз-группу? Или ты один из этих? — из "каких" Чонгук не пояснил. — Прикрылся бы хоть.
Тут парень перед ним наконец-то оживает и стыдливо прикрывается руками, едва не выглядя как побитый щенок. Чонгук снимает свою куртку и протягивает ему, не уверенный, что это поможет делу.
— Если тебя ограбили, то советую заявить в участок, — он неопределенно машет куда-то за свою спину. — Держи, прикройся. Выглядишь так, будто тебя только что родили. В прямом смысле.
— Всё в порядке. Спасибо, — наконец произносит тот, натягивая куртку, которая оказывается ему как раз. Куртка, которая была Чонгуку велика и чуть ли не до колен, этому парню пришлась в самый раз. Незнакомец заметно успокаивается, глубоко дыша носом, словно втягивал запах чего-то вкусного.
— Что ж, ладно, — Чон разворачивается и бросает через плечо: — Удачи.
Быстрым шагом он покидает окраину леса, направляясь прямиком по улице к своему дому. Бывают же странности. Да уж, в лесу определенно не встретишь вампиров, а вот всяких извращенцев и психов — пруд пруди. Через пару метров он оборачивается и видит, что тот парень сидит на траве, прижав к себе ноги и как-то жалобно смотрит ему вслед. На щенка похож. Это заставляет его замедлиться, вызвав странное чувство то ли жалости, то ли умиления. Как будто из вежливости он решил помахать на прощание, а потом всё-таки поспешил домой. Ему и так может влететь за то, что гулял так поздно. Минусы того, что твой папа коп — нельзя гулять одному поздно. И это один пункт из множества.
☆ ★ ✮ ★ ☆
На следующий день Чонгук уже и не вспоминал о том, что произошло. Лишь с жалостью вспомнил свою отданную куртку. За первую неделю в колледже он сумел обзавестись парочкой знакомых, с которыми можно было позависать в столовой или после занятий, но на какую-то крепкую дружбу это не тянуло. Сидя в столовой, молодой человек чувствовал на себе чей-то взгляд, по крайней мере так казалось. И лишь только он собрался обернуться, чтобы уже наконец проверить пялятся на него или нет, как чья-то горячая рука легла ему на плечо. Вскинув голову, он обнаруживает над собой высокую фигуру — тот самый вчерашний красавчик, только теперь не голый и чистый. — А, привет, — Чон вежливо улыбается, растягивая слоги. Видно, что тот мнётся, а в руках держит его куртку, уж слишком аккуратно сложенную. — Это твоё. Держи, — наконец произносит незнакомец и протягивает куртку. Движение было немного тугим, как будто бы он от сердца отрывал вещь. — Ого, спасибо, — удивлённо вскинув брови, Чонгук забрал куртку. Оба уже не обращали внимания на остальных за столом, да и те были не слишком то заинтересованы в происходящем с их стороны. — Но как ты меня нашёл? Лицо незнакомца немного меняется, взгляд кажется вновь растерянным, хотя ещё секунду назад тот был спокоен. — Я тебя унюхал, — это произнеслось так тихо и скомкано, что Чонгук решил переспросить. — Я тут учусь, а в кармане куртки нашел твой пропускной лист. — Вот как, — Чонгук крутит куртку, улавливая тонкий аромат кондиционера похожего на хвою и сырую кору. Надо же. Покосившись, он заметил, что тот парень смотрит на него неотрывно и даже не моргает. И в глазах что-то необъяснимое, интенсивное. Вместо прощания он лишь кивает и спешит покинуть столовую, всё ещё чувствуя на себе этот взгляд. Может стоило хотя бы спросить у него имя?☆ ★ ✮ ★ ☆
В течение нескольких дней Чонгук чувствовал на себе пристальный взгляд, а иной раз начинала накатывать паранойя, что его преследуют. Тот странный симпатичный голый парень из леса постоянно оказывался в поле его зрения, куда бы он не пошёл. Разве что на занятиях они не сталкивались. Тот не прятался, но явно держал дистанцию. И вот даже сейчас, идя к библиотеке, он чувствовал за собой чужую тихую, но тяжёлую поступь. Резко обернувшись, Чонгук явно застал преследователя врасплох, столкнувшись с преданным, но немного грустным взглядом побитого щенка, который будто бы хотел подойти, но боялся, что его прогонят. — Так-так-так, и снова привет, — Чон начинает идти прямо на него, когда тот сразу же пятится, делая широкие шаги назад. — Ты либо мой личный сталкер, либо самый неудачливый частный детектив в мире. Тебе платят за то, что бы ты просто грустно смотрел на меня из-за угла? Говори, зачем преследуешь? — он остановился, сложив руки на груди, а потом нахмурился. Парень напротив лишь стыдливо опустил глаза, изогнул печально брови, а потом снова взглянул исподлобья. Его губы слегка подрагивали, он явно подбирал слова для собственного оправдания. — Ну что, сталкер, тебе понравился мой сегодняшний маршрут? От кампуса до библиотеки — просто захватывающий дух триллер. Завтра будет ещё круче: планирую сходить в столовую. Не пропусти, — Чон фыркает, но почему-то не злится. Ему интересно что же этот псих всё-таки ответит. — Я не сталкер, — наконец выдаёт тот. И всё? Это весь ответ? Чонгук нервно выдыхает, тем самым сдувая несколько прядей челки вверх. — Что ты хочешь? Мой номер телефона или мою душу? — видя напуганный взгляд красавчика, он решает добавить: — Если ты хотел пригласить меня на свидание, есть способ проще. Обычно люди используют слова. Или записки. А не устраивают многоуровневую операцию по слежке с элементами мистического триллера. — Всё совсем не так! — выпаливает тот, вздрагивая будто его ударили. — Расслабься, я же шучу, — усмехается Чонгук, разворачиваясь обратно к дверям библиотеки. — Ты знаешь, что ты похож на огромного щенка, который потерял хозяина? Большой, грустный и почему-то очень красивый. Я почти жду, что ты положишь мне голову на колени и вздохнешь, — ехидно выпаливает парень, потянувшись к ручке библиотеки. — Я просто... убеждаюсь, что с тобой всё в порядке. — он сказал это с такой искренней озабоченностью, что это звучало ещё более подозрительно и мило. — Со мной всё всегда в порядке. Я же не из хрусталя. Тут тяжелая сумка с книгами и тетрадками соскальзывает с плеча и падает прямо на ногу, прижимая пальцы. Чонгук взвизгивает, хватаясь за ногу и смачно матерится, так что уши могли запросто свернуться в трубочку. Сразу же за спиной он слышит утробный звук похожий на рычание, и который человек явно не способен издать. Замерев и всё ещё держась за ушибленную ногу, Чон резко оборачивается и видит в глазах незнакомца-красавчика жёлтое свечение, неестественное для человеческих глаз. Более того, этот странный красавчик оказался слишком близко, будто пытался закрыть его от невидимой угрозы, сжимая кулаки. Чонгук едва не роняет челюсть на пол, когда в голове с щелчком складывается картинка: голое появление из леса, странные фразочки и повадки, сверхбыстрая реакция и золотистые глаза. — Обалдеть! — восклицает он, приводя парня в замешательство. — Ты точно не человек! Тогда кто? Неужели оборотень? — Что, — замирает тот, испуганно глядя на догадавшегося Чонгука. — Как ты... — Так значит я прав? — Чонгук едва не визжит от восторга, а потом, схватив, этого парня за руку затаскивает за собой в библиотеку. Они застывают между стеллажей, Чонгук садится прямиком на пыльный пол, что моментально заставляет парня напротив снять с себя кофту и постелить её рядом. — Сядь лучше на мою кофту, — смущённо произносит он, а сам садится напротив, всё ещё глядя этим странным преданным взглядом. — Ну хорошо, — соглашается Чонгук, а у самого миллиард вопросов в голове. Неужели он не сошёл с ума из-за своей любви к вампирской саге и напротив него действительно сидит настоящий оборотень? Такой красивый и такой похожий на щеночка. А то что он за ним ходил всё это время? Неужели он чувствует благодарность после спасительной куртки? — Как тебя зовут? — для начала спрашивает Чон, прикладывая титанические усилия, чтобы успокоиться. — Ким Тэхён, — быстро отвечает тот как по команде. — Чон Чонгук, будем знакомы, — протянув руку, молодой человек улыбается. Тэхён же не спешит пожать руку, внимательно смотрит на ладонь, принюхивается, а уже потом жмёт в ответ, максимально аккуратно, будто боялся сломать. У него отразился в глазах такой искренний восторг, что казалось ещё немного и у него вырастит хвост, которым он начнёт вилять. Чон, не гнушаясь тем, что они только-только нормально познакомились, начинает задавать интересующие его вопросы. Всё это казалось бредом, но он ни разу не остановился во время своего допроса с пристрастием. Оказалось, что Тэхён обратился совсем недавно и сейчас только учился управлять собой и своей звериной сущностью. И тот вечер, когда он выскочил на него голым был всего лишь неудачной тренировкой. Жил он со своей "семьёй" на окраине, где уже находились фермы и лесопилки, за такими домами обычно были закреплены большие территории уходящие в лес. Вот это находка. — А ты можешь показать мне свой... волчий облик? — Не думаю, что это хорошая идея, — неловко отозвался Тэхён, опуская взгляд в пол. Чонгук лишь мог слегка недовольно запыхтеть. Но он понимал, что возможно парню было неудобно или сложно делать это. К тому же какой-то незнакомец вроде него узнал такую тайну и ещё накинулся с расспросами. — Слушай, я не буду болтать об этом. Клянусь, — закивал Чонгук, улыбаясь. — Знаю, — громко, по-собачьи, выдохнул Ким и улыбнулся в ответ.☆ ★ ✮ ★ ☆
Для Тэхёна эта встреча была не менее знаменательной, чем для Чонгука, возможно даже важнее. В тот поздний вечер, он пытался управлять своими превращениями и, не совладав с собой, превратился в человека в самый неподходящий момент, так ещё и выпал из кустов. Когда он увидел Чонгука, то ему показалось, что время вокруг застыло, а кроме глубоких карих глаз он совсем ничего не видел. Тело расслабилось, он даже забыл где он и кто, только видел это очаровательно застывшее лицо и чувствовал нежный запах. Будто бы он знал этого незнакомого парня уже много и много лет. Тогда он ещё не знал, что это такое и как с этим жить. Но потом он узнал — этот парень его пара. Тот, кто будет всегда ощущаться как дом. Именно поэтому его запах успокаивал Кима, именно поэтому стало так тоскливо, когда тот сбежал от него в тот же вечер. Но кто бы мог подумать, что Чонгук не заверещит от страха, узнав его тайну, а, наоборот, с восторгом примет. Спасибо за популяризацию оборотней и вампиров в тинейджерских кругах! Теперь Чонгук не отплипал от него, задавая самые разные вопросы, иногда вводя в ступор, потому что Тэхён просто не знал как ответить и, собственно, что. Но парень продолжал преданно следовать за своей парой, стараясь скрывать правду и природу своих поступков. Он только-только поступил в колледж и нашёл тут самого настоящего друга и не хотел его спугнуть, даже несмотря на то, что тот являлся его парой. Они шли по парку, когда Чон делился с ним своей теорией о том, что про оборотней обычно мало чего-то фантазируют, но некая Стефани Майер уделила им много внимания. — А кто эта Стефани? — искренне спросил Тэ, вызвав смех у друга. Тот едва не упал на землю, усыпанную листвой, так что Ким дёрнулся в его сторону, пытаясь предостеречь от падения. Хотелось защищать, укрывать, беречь. Но всё что он мог позволить себе — это жесты в рамках их дружбы. Смех Чонгука заставил парня понять, что он спросил что-то глупое. — Она создала "Сумерки", — вскинул руки вверх Чонгук, но Тэхён лишь расстроено опустил взгляд и покачал головой. — Ты не смотрел? Мы обязательно должны посмотреть вместе, — закивал Чон, а потом столкнулся всё с тем же преданным и восторженным взглядом. Они стояли посреди ярко-жёлтых и красных деревьев в лесу, по которому прогуливались, лишь бы скрыться от любопытных глаз и ушей. Тэхён постоянно напоминал ему пса, преданного своему хозяину. Озорство и любопытство взыграли в Чонгуке, так что он поднял с земли палку и помахал ей перед лицом друга. — А если я кину тебе палочку, ты принесёшь её? — посмеялся тот, но заметив озадаченный вид парня, выдохнул. — Да я шучу. Знаю же, что не станешь. Ты ведь человек, хоть и немного волк, — отвернувшись, он откинул палку, а потом растёр руки, которые уже немного стали мёрзнуть. — В любом случае, мне нужно больше подробностей про... — обернувшись обратно к другу, он увидел что тот уже сидит перед ним на корточках. Его волосы были чуть растрепанными, а грудь часто вздымалась из-за сбившегося дыхания. Но кроме этого — в зубах он держал ту самую палку. Глаза Чонгука округлились, а потом он рассмеялся, присаживаясь напротив Тэхёна. Вытянув руку, он потрепал его по голове. — Хороший мальчик? Я даже не знаю, что сказать... Ким покраснел и выплюнул палку на землю, опуская голову. Было так стыдно, он сам не знал почему поддался этим глупым инстинктам и побежал за палкой, словно был не волком, а самой настоящей собакой. Возможно всё из-за того, что он просто хотел понравиться Чонгуку, порадовать его, движимый чувством глубокой и природной связи, которую, к сожалению, чувствовал только он.☆ ★ ✮ ★ ☆
Чон и сам не понял как они с Тэхёном так быстро подружились. Сначала он таскал его с собой только чтобы утолить любопытство и завалить вопросами об оборотнях, но когда первичный шок и эйфория прошли, он стал смотреть на Кима не только как на оборотня, подобно Джейкобу из Сумерек, но и как на человека. На девятнадцатилетнего парня, который как и он только-только поступил в колледж и пытался адаптироваться к новому кругу людей. А ведь ему явно было ещё сложнее, потому что всё это время он учился в школе на "своей", другой территории, а теперь, столкнувшись с неуправляемыми обращениями, он ещё должен был и учиться среди обычных людей. Стресса больше, чем у любого другого студента! Тэхён был неуклюжим, постоянно смущающимся, но преданным и искренне добрым. Он улавливал любую перемену в настроении Чонгука, и ловко избавлял его от грусти или тревоги, когда был рядом. Иногда он вёл себя странно, даже если учитывать, что он в целом был не таким как все, мог залипать и смотреть каким-то более глубоким взглядом, словно зверь. Или мог без причины напрячься и засмущаться. Словом, странности были, но Чонгук не испытывал страха или дискомфорта. Это был его друг, пускай и особенный. — Куда ты идёшь? — Тэхён как всегда шёл за ним, подкараулив после занятий. — Скоро тест по истории, я должен подготовиться, — Чонгук не успевает толкнуть дверь библиотеки, так как Ким первый открывает её, пропуская его внутрь. — Могу я с тобой посидеть? — едва не скуля спрашивает молодой человек, от чего Гук не в силах сопротивляться. — Тебе тоже нужно? Тогда давай готовиться вместе, — улыбается и плюхается на стул за свободный стол. Тэхён садится напротив — держит дистанцию, чтобы не натворить глупостей. Он не был уверен, окажись он в миллиметрах от Чона, что его внутренний волк сдержится. Поэтому он сидел напротив, пялился в полупустую тетрадь и втягивал едва уловимый запах Чонгука, который смешивался с библиотечной пылью. Сосредоточиться было едва ли возможным. В ушах клокотало сердце, не собственное — Чонгука, мерное как часы, слышал его дыхание. Он, конечно, слышал сердцебиения и других в зале, кто был неподалёку, и запахи их тоже. Но на этом фоне он остро чувствовал всего Чонгука. Каждый раз когда парень перелистывал страницу учебника, Ким вздрагивал, потому что сейчас этот звук казался ему оглушительным. Всё это давило, так что он громко фыркнул и закрыл тетрадь, поднимая взгляд на Чона, который с головой погрузился в заучивание материала. Чонгук читал, а он не мог. Всё, что он мог, так это сидеть и откровенно пялиться, словно голодный хищник. И вот Чонгук выдыхает, поднимает взгляд и чуть хмурится: — Эй, Волчок, ты тут чтобы помогать мне учиться, а не смотреть на меня как на кусочек мяса, — это заставляет Тэхёна несколько раз моргнуть, будто бы сбрасывая наваждение. — Вон уже слюнки потекли, — после нервного движения по подбородку, Чонгук тихо смеётся. — Шучу. Ким краснеет чуть ли не до корней волос, опуская взгляд на собственные колени. Дыхание было тяжёлым, будто бы он пробежал марафон, а не сидел в библиотеке напротив парня, который был его природной парой. Он понимал, что идти на поводу у своих же инстинктов глупо, но кто бы мог подумать, что внутри него и волк и человек придут к согласию, что не влюбиться в Чонгука сложно. Добрый, хрупкий, немного саркастичный, но искренний. И красивый. И нежный. Тэхён был уверен, что если обнять того с нужной силой, подхватить за бёдра и поцеловать, то Чон непременно застонет — нежно и тихо. Парню пришлось тут же сжать с силой кулаки, лишь бы привести тело в чувство, не хватало ещё стояка посреди библиотеки. Не выдержав, Тэхён вырвал из рук Гука учебник с тихим рычанием и отложил его в сторону. — Спрашивай меня. Я всё запомнил, — ему хватило только нескольких секунд, чтобы пробежаться глазами по собственным корявым конспектом, чтобы запомнить всё, так ещё и вспомнить, что было на лекции. Чонгук моргнул, а потом откинулся на спинку стула, явно не веря словам друга. Но как оказалось, у Кима, в силу его природных способностей, была феноменальная память. Это превратило его в супер-репетитора в глазах Чонгука. — Я теперь буду заниматься только с тобой! Эта фраза как горячее железа разлилась внутри, вызывая у Тэхёна приятное чувство удовлетворения и гордости. Ну и внутреннего волка это заставило радостно завыть. Ещё немного и из волка он превратиться в ручного пса.☆ ★ ✮ ★ ☆
Незаметно пролетел сентябрь. Тэхён потихоньку осваивал свой новый облик, стараясь унимать рвущиеся наружу звериные повадки, контролировать силу и не превращаться лишний раз в волка без надобности. Получалось плохо, но он старался. А ещё старался не выдать себя и свою привязанность к Чонгуку. Это было тяжело, потому что он на высоком и тонком уровне чувствовал Чона. — Это всего лишь формальность, не воспринимай это серьёзно, — парень улыбался, остановившись перед крыльцом своего дома. — Мой папа просто должен удостовериться, что мой друг не преступник. Он же коп, — усмехнувшись, Чон поднялся по ступенькам и обернулся на замершего друга. — Идём. — Коп? — Прости, я разве не говорил? — Чонгук виновато поджимает губы, понимая, что надо было предупредить заранее. — Всё будет хорошо, я же рядом! Тэхёну ничего не оставалось кроме как согласиться, ведь знакомство со стаей Чонгука, то есть его семьёй, это важный шаг. И пускай парень не знал, что нутро Тэхёна выбрало его парой, Ким всё равно знал — это одобрение, подойдёт он или нет даже в качестве друга. Чонгук открыл дверь, и оба парня оказались в маленькой прихожей, которая упиралась в лестницу, ведущую на второй этаж. Принюхавшись, Тэхён едва ли не заурчал от удовольствия, ощущая как всё пропитано запахом Чонгука. Хотя не только его запахом, но и запахом его отца. — Пап, мы пришли! — громкий голос Чона выдернул парня из мыслей, переключив обоняние на запахи с кухни. Оттуда как раз вышел высокий темноволосый мужчина, вытирая руки о полотенце. В его волосах уже играла седина, так же как и в щетине, которая не тянула на настоящую бороду, но выглядела не менее брутально, особенно при суровом взгляде мистера Чона. — Папа, это Тэхён. — Здравствуйте, сэр. Ким Тэхён, сэр, — вытянувшись как по струнке, молодой человек старался не нервничать. Если что-то пойдёт не так, то его могут раскрыть и тогда пристрелят, а в худшем случае запретят приближаться к Чонгуку. Да, для волка худшим из вариантов было бы остаться в живых, но не иметь возможности быть рядом со своей парой. Старший Чон лишь жмёт ему руку в знак приветствия, когда тут же изумлённо выгибает бровь, чувствуя сильную хватку парня. — А ты крепкий парень. Хватка как у зверя, — усмехнувшись, он хлопает его по плечу и разворачивается ровно в тот момент, когда из Кима вырывается глухой и тихий рык. — Идёмте есть. Тэхён чувствовал себя слишком неуютно, даже несмотря на то, что вокруг него так и витал запах Чонгука, его Чонгука, который всегда успокаивал его, помогая совладать с нервами. Он чувствовал себя немецкой овчаркой, а не волком, потому что выглядел слишком надрессированным — чересчур прямая осанка, поверхностное дыхание, руки на коленях и ответы на вопросы. Привлекался — нет, права — да, страховка — да, номер страховки — наизусть и без запинки, местный — да, живёшь — за городом, и так до бесконечности, так что голова шла кругом, а из груди едва не вырывался скулёж. — Пап, ну хватит. Он же не на допросе! Ты так всех моих друзей распугаешь, — наконец заступился за Тэхёна парень, хмуро смотря на отца. — Кому нечего скрывать, тот и бояться не будет, — парировал отец, так же хмуро посмотрев на сына в ответ. — А дискомфорт? Кому будет приятно от такого? Ему даже кусок в рот не лезет! Мистер Чон лишь вздохнул, после чего Тэхён попытался убедить обоих, что всё хорошо. В конце концов он справился с ужином и с натиском отца Чонгука, чувствуя внутреннее удовлетворение, когда тот крепко пожал ему руку на прощание и сказал, что рад был познакомиться и что теперь он спокоен. Ким едва не завыл от счастья, получив одобрение от вожака. Чонгук вызвался проводить друга хотя бы до конца улицы, прежде чем тот убежит в лес. Они шли молча, выдыхая ещё едва видимые облачка пара. Под ногами шуршала листва, а вокруг была тишина и тихие звуки жизни маленького городка. — Ты извини за это... Мой папа... — кутаясь в куртку, Чон прятал нос в воротник и стыдливо опускал глаза. — Он заботится о тебе. Он охраняет тебя. Я его понимаю. — Понимаешь? — Ага, — улыбнулся Тэхён, и его глаза засверкали золотистым в вечернем полумраке. Решив в буквальном смысле сбежать от дополнительных и ненужных вопросов, Ким бросился в сторону леса, зная, что парень не угонится за ним. Ему не хотелось раскрывать душу, говорить правду. Он трусил, не знал как Чонгук воспримет тот факт, что для него их общение никогда не было и не будет дружбой. А это тяжело... И потерять его доверие и общество Тэхёну бы не хотелось.☆ ★ ✮ ★ ☆
В середине октября, в городе появилась ярмарка — местное развлечение для всех, появляющееся каждый год в разгар сырого сезона. А на носу уже был Хэллоуин, так что в этом году ярмарка была частично тематической. Чонгук совершенно случайно упомянул ярмарку, а Тэхён уже ухватился за эту возможность, предложив ему пойти вместе. Для Чона это была дружеская встреча, он знал, но отчего-то внутри него волчья натура заходилась радостным воем, потому что всё это ощущалось как свидание. И Тэхёну приходилось сдерживать себя, сжимая руки в кулаки в карманах своей куртки. На ярмарке было полно людей, то и дело Чонгук с кем-то здоровался, а Ким косо смотрел в их сторону, тихо урча в шарф от ревности. — Откуда ты их знаешь? — Я же учился в школе долгие годы, а ещё мой папа коп, так или иначе начнёшь многих узнавать, — хмыкает Чон, слегка пихая друга в плечо. — А ты никого не знаешь, потому что рос в... типо "резервации"? — он даёт определение ареалу жизни Тэхёна такое же как было у Джейкоба. Тэхён лишь кивнул в ответ. На самом деле, в этом не было ничего удивительного. Вполне логично, что оборотни будут жить отдельными поселениями где-то на окраине, чтобы лишний раз не привлекать к себе внимания. И поэтому Чонгуку ещё больше хотелось показать Тэхёну прелести жизни в городе среди обычных людей. В конце концов, научившись управлять собой он со спокойной душой сможет жить среди них. — А ты не думал, что после того как сумеешь обуздать себя, то сможешь жить среди людей? — они шли вдоль разных палаток, пробираясь через толпу в самую гущу ярмарки. — Есть же оборотни, которые живут в мегаполисах? — Есть, но... — Ким отводит взгляд, чувствуя напряжение. Столько людей, а он едва ли справляет с управлением собственными чувствами, что уж говорить о внезапных превращениях. — Это не так легко. Нужно выпускать волка, а иначе будут последствия. В мегаполисе много людей и нет лесов. К тому же, мало кому хочется отделяться от стаи настолько далеко. Чон решил не уточнять про последствия, прекрасно понимая, что это может означать. Это как с гневом, когда ты его долго копишь, и однажды он превращается в бурю с ужасными и необратимыми последствиями. Из-за своих мыслей, он не заметил нескольких человек, из-за чего те сильно толкнули его, проходя мимо, и едва не сбили с ног. Парень пошатнулся, но почувствовал на своих плечах крепкую, но нежную хватку. Над ухом раздался тихий рык, глаза Кима сверкнули золотистым, когда он обернулся вслед прохожим. — Эй, Тэ, — улыбнулся Гук, резко ощущая себя в безопасности. Очень странное чувство, от того что оно было внезапным. — Порядок. Никто не пострадал. — Ты не пострадал? — было видно, что Тэхёну плевать на остальных, но только не на него. — Нет, — усмехается, задержав взгляд на золотистых радужках. — Я в порядке. Спасибо. В центре ярмарки стояла карусель, с которой доносился детский смех. Вперемешку с детьми на карусели были и парочки — подростки и молодые люди. Тэхён слегка завис, глядя на яркие движущиеся фигуры и искрящиеся огни гирлянд. — Ух ты, смотри, дартс, — Чонгук дёрнул его за рукав куртки, заставляя обернуться. Ким склонил голову, глядя на примитивный аттракцион с множеством шариков в ячейках. Чонгук уже спешил к стойке, чтобы попытать удачу. Внутренний сильный толчок заставил Тэхёна опередить парня. — Хочу того плюшевого лиса, — Чон указал на игрушку среди других. — Давай я попробую? — он осторожно накрыл ладонь Чонгука с дротиками, забирая их. Чонгук удивлённо приоткрыл рот, а потом кивнул, отступая. Расправив плечи, молодой человек сжал пальцами дротик. Прищурившись, он навострил всё своё чутьё, слегка отпуская контроль над внутренним волком. Глаза слегка окрасились золотым, а хватка на дротике стала ещё крепче. Движение руки — точное попадание в цель! Шарик лопнул. И точно, один за другим, Тэхён лопнул необходимое количество шариков. Обернувшись к Чонгуку, он заметил его восхищённый и удивлённый взгляд и тут же гордо выпятил грудь вперёд, словно выиграл не в дартс, а целую битву. Чон довольно схватил игрушку, из-за чего стал выглядеть как самый настоящий ребёнок. — Как тебе удалось так просто выиграть? — Ну… звериная точность? — неловко усмехнулся Ким, почесав затылок. — Ничего такого. — А там сможешь? — Гук указал на тир, чем лишь вызвал усмешку у Тэхёна. Все аттракционы на меткость, которые могли бы существовать на этой ярмарке — они обошли. Чонгук нёс все игрушки, которые хотел, потому что Тэхён слишком легко их выигрывал. Внутри волк прыгал и носился от счастья, потому что чувствовал, что его паре хорошо. Запахи смешивались и забивались в нос, так что иногда Тэхён мог потерять ориентир и был бы очень обеспокоен, если бы рядом не было Чонгука. Они сели на траве в уединённом уголке, наблюдая за суматохой ярмарки. В руках у Чона была сладкая вата и стаканчик яблочного сидра, пока Ким охранял игрушки, попивая свой сидр. — Как ты это ешь? Сплошной синтетический сахар, — поморщив нос, Тэ с брезгливостью взглянул на сахарную вату, которую с большим удовольствием уплетал Чонгук. — Вкусно. Ты ведь даже не пробовал, — Чон протянул ему вату, но молодой человек отвернулся, отпивая сидр. В голове у парня крутилась мысль, что наверное губы Чонгука сейчас сладкие и сахарные, с этим дурацким привкусом синтетической сладости. Эта мысль заставила его покраснеть и поперхнуться. Он не должен думать о таком. Ему казалось, что все его чувства, которые он скрывает, омрачают их дружбу. Ближе к вечеру они покинули ярмарку — Тэхён нёс все игрушки, позволяя Чонгуку наслаждаться лёгкостью передвижения, и проводил парня до самого дома. — Замёрз? — Ким заметил как дрожит Гук, идя рядом. — Немного, — сознался тот с лёгкой улыбкой. — Погоди-ка, — Тэхён завозился, осторожно снял с себя шарф и тут же накинул его на Чона, небрежно обмотав вокруг шеи и подбородка. Шарф был большой и тёплый, а ещё пах чем-то хвойным и шерстяным. — Спасибо, — смущённо улыбнувшись, Гук продолжил идти рядом, а заодно спрятал мёрзнущий нос. Тэхён впервые полностью расслабился, наслаждаясь временем проведённым с Гуком на ярмарке. Уходить не хотелось. Хотелось крепко обнять Чона, прижать к себе до тихого и томного стона, поцеловать так, чтобы коленки дрожали у обоих. Но всё что он мог — пожелать спокойной ночи и скрыться в кромке леса. Шарф он не забрал. Волк внутри скулил и выл, едва не умирая от разлуки. Молодой человек не знал какие последствия могут быть у того, что он не позволяет связать себя и свою пару, сдерживая при этом и внутреннего зверя. По крайней мере он верил в то, что времяпрепровождения с его парой помогает ему.☆ ★ ✮ ★ ☆
Как бы Ким не отпирался, в конце концов, он не смог противостоять настойчивым просьбам Чонгука. На самом деле, он с самого начала готов был согласиться, но понимал, что ему будет крайне трудно находиться наедине с Чонгуком, так ещё и у него дома, пока отец парня на дежурстве. Но вот он стоит в гостиной, глядя на то, как Гук подготавливает место для совместного просмотра фильма. Большая миска попкорна, пузырящийся лимонад в стаканах и включенный телевизор. Глубоко вдохнув, Ким постарался угомонить волка внутри, который так и рвался наружу — схватить, закутать в плед и никому не отдавать. — Ты готов? — стоило Тэхёну сесть на диван как рядом с ним тут же плюхнулся Гук, сжимая пульт. — Ты обязан посмотреть со мной "Сумерки", мой волчий друг. — Зачем мне это смотреть? — попытался отшутиться тот, хотя внутри кричал "да, да! я готов смотреть с тобой что угодно! покажи мне всё, что тебе нравится!" — Ладно, включай. Началась заставка, прозвучали первые реплики. Чонгук сидел прижав ноги к груди и цитировал весь монолог Беллы, глаза горели будто бы он смотрел кино впервые. Несмотря на то, что это был любимый фильм парня, Тэхён был удивлён ироничным комментариям в сторону сюжета. — Она такая нелепая, неудивительно, что Эдвард влюбился в неё, — фыркнул Чон, загребая горсть попкорна. — О, а это ты! Вернее твой коллега! Ну как, чувствуешь какую-нибудь связь? Профессиональную солидарность? — захихикал Гук. — Почему он такой смазливый и патлатый? Никто из нас так не выглядит, — фыркнул Тэхён, а потом задумался. — А он ведь... любит Беллу? — Ага. — А тебе бы больше хотелось, чтобы она была с кем? — Ким понимал, что задавать такой вопрос глупо, а проводить параллель с собой тем более. Но почему-то хотелось услышать "Джейкоб". — Ну, — задумался Гук, протягивая миску с попкорном другу. — Они оба придурки, но Эдвард ей явно подходит больше. — Ясно, — буркнул парень, хотя не думал, что это его заденет. — Ты что... с собой сравнил? — округлил глаза Чон, поворачиваясь к нему полностью. — Да ты же круче Джейкоба раз в сто! — он обхватил лицо Тэхёна и улыбнулся. — Живой, тёплый, красивый и мой друг. А ещё не тупой. — И это все критерии отбора? — за усмешкой молодой человек попытался скрыть дикое смущение. Наконец всё же удалось отвлечься на сам фильм. От ванильных и странновато-диких фразочек воротило, но Тэхён молчал, принимая всё. Это нравится его паре, а значит и он сможет проникнуться и полюбить. У Чона в планах было посмотреть все части за один вечер, но Тэ уже не был уверен, что выдержит. И дело было даже не в странности и нелепости саги, а в том, что плечо Гука плотно примыкало к его, заставляя кожу плавиться, а волка внутри сходить с ума, скребсти душу и скулить. Нутром он хотел к паре, а головой понимал — нельзя. Передав миску с попкорном, Тэхён почувствовал прикосновение тонких и холодных пальцев к своей горячей руке. Словно это он сейчас сидел с Эдвардом в машине. — Спасибо. Кстати, у тебя очень тёплые руки. Мне аж стало тепло, — улыбнулся Гук, а потом перевёл взгляд на экран. У Кима аж сердце перехватило, даже показалось, что это инфаркт. — Ты замёрз? — немного очнувшись от транса, Тэ тут же осознал что Гук мог и замёрзнуть. — Вовсе нет, — отмахнулся тот, продолжая улыбаться. Ох уж эта нежная улыбка и мягкие щёки, за которые хотелось всё время схватиться. — Кстати, твой шарф всё ещё у меня. — Оставь себе. С моей терморегуляцией мне он ни к чему, а ты мёрзнешь, — пожал плечами Ким, а самому захотелось накупить тёплых вещей и сделать из них настоящее тёплое гнёздышко, в которое можно будет спрятать Чонгука от всего мира. — Ты знаешь, что от тебя очень здорово пахнет? Как будто в лесу гуляешь. Серьёзно. Твой шарф пропитан этим запахом, — внезапно заговорил Чон, когда в фильме заговорили про человеческий и волчий запахи. — Правда? — Ким густо покраснел, но надеялся что в полумраке гостиной это не видно. Волки свой собственный запах не чуяли, а нос Тэ и вовсе был забит запахом пары. Сладковато-горький, похожий на запах корицы и снега, с тонкой ноткой морозной мяты и граната. Тэхён даже не заметил как пережил первый фильм и даже половину второго. Он уже понемногу втянулся, начиная больше комментировать происходящее на экране. — Он неправильно всё делает! И зачем он ходит без рубашки? Это показуха. Настоящие оборотни... более сдержанные, — подмечает Ким, недовольно вскидывая руки, чем вызвал смех Гука, так что он аж хрюкнул. — Ну, ты тоже не всегда одет, если вспомнить нашу первую встречу, — уклончиво произнёс парень, прикрывая рот рукой. По телу аж мурашки пробежали когда он вспомнил тело Тэхёна освещённое луной. После очередного комментария от друга, Гук, хохоча, валится на бок и прислоняется к плечу Кима. Похоже тот воспринимал фильм слишком серьёзно, принимая всю авторскую фантазию как чистую правду, а не размышления на «тему». Голова Чонгука всё ещё была на плече Тэхёна, хотя он уже вовсе и не смеялся — просто смотрел фильм. Казалось, Чон даже и не заметил, что Тэхён весь замер и напрягся, ощущая голову на своём плече. Рука едва ли не дёргалась, чтобы обнять парня, но Тэхён титаническими усилиями заставлял себя сидеть ровно, продолжая держать руки скрещенными на груди. Волк внутри него изводился, но стоило глубже вдохнуть и втянуть ноздрями терпко-сладкий запах Гука, как тут же успокоился, довольно поскуливая. Тэхён расслабился, понимая, что может лишь наслаждаться такими мимолётными моментами похожими на соединение с парой. Незаметно для себя, а может и для них обоих, Ким, всё-таки потеряв контроль над руками, стал играть пальцами с прядью волос Чонгука на затылке. Лёгкий жест, явно не похожий на дружеский, но оба молчали, смотря кино. Заметил ли хоть кто-то из них, что что-то не так?☆ ★ ✮ ★ ☆
Приближался Хэллоуин, и Чонгук, как и многие другие, уже продумывал свой костюм. Он метался между разными вариантами, пока не зацепился за идею пойти в парных костюмах вместе с Тэхёном. — Ты же ещё не выбрал костюм на Хэллоуин? — Нет, — пожав плечам, Ким покосился в сторону друга и замер. — Нет, — это уже была совершенно другая интонация — осознание. Он стал качать головой, требуя Чонгука остановить поток мыслей. — Да, — заулыбался Гук, а потом резко приблизил своё лицо к лицу парня, привстав на носочки. — Ты ведь будешь хорошим мальчиком, а? — вопрос был скорее шутливым, но от чего-то Ким захотелось сесть перед парнем, завилять хвостом и вновь услышать «хороший мальчик». И как «хороший мальчик» и самый послушный волк Тэхён вынужден был подчиниться своей паре. Всё, лишь бы Чонгуку было хорошо. Наверное это был первый раз, когда он оказался в комнате друга. Окно, выходящее на задний двор дома, большая кровать, рабочий стол заваленный книгами и бумагами, такие же заваленные книжные полки, плакаты... И запах. Запах Чонгука, заставляющий сходить с ума. — Не стой как истукан, — Чон махнул рукой на кровать, приглашая друга сесть на кровать. — И почему ты в майке? — Идти с голым торсом как-то неловко, — Ким сел на самый край, как будто бы ему вообще было тут не место. — Но ведь это самая лучшая часть костюма. К тому же... У тебя крутые кубики, — хмыкнув, он подошёл к парню, остановившись перед ним. Чонгук хотел достоверный образ, поэтому решил нарисовать Тэхёну на руке натуральную татуировку Квиллетов, какая была у всех оборотней в саге. Он сидел рядом, близко склонившись к голому плечу Тэ, пока тот тихо умирал от такой близости. Его наружное спокойствие требовало титанических усилий, которые сдерживали метания волка внутри. Зарычать, вцепиться, прижать к себе и уткнуться носом в макушку, вдыхая любимый и родной запах. — Готово, — Гук довольно улыбнулся, а потом поднялся с постели и потянулся. Его кофта слегка задралась, оголяя поясницу. Образ Чонгука очень соответствовал Белле — джинсы на низкой посадке, зелёная зипка, выбеленное лицо. А рядом верный друг-оборотень. Киму всё же удалось остановить Чонгука от полного соответствия образу Джейкоба, поэтому он остался в серой майке и сверху накинул косуху. Осень хоть и была холодной, но Тэ не слишком этого ощущал из-за повышенной температуры тела. — Твой отец не против, что ты пошёл так поздно на вечеринку? — Он коп, а не тиран, — улыбнулся Гук, грея руки в карманах зипки. — К тому же, у него дежурство сегодня, чтобы эта ночь прошла очень спокойно. Тэхён понимающе кивнул, идя рядышком. Они дошли до дома одного из студентов колледжа, где проходила большая студенческая вечеринка. Казалось сюда стеклись все, не только студенты кампуса, но и просто проходящие мимо подростки. Громкая музыка, яркие костюмы, грим, напитки и множество людей. Ким неосознанно напрягся, как будто от всех исходила опасность и нужно было защитить не только себя, но и Чонгука. А тот, напротив, ничего не замечал, ведя его через толпу. В руку Тэхёна попадает красный пластиковый стаканчик с резким запахом алкоголя, хотя наверное для обычных людей запах был не таким резким. Он нехотя пьёт, хоть и знает, что эффекта от такого напитка и в таких скромных количествах не будет. Чонгук же, наоборот, спешит осушить свой стакан, чтобы поскорее отправиться на танцпол. — Идём вместе. — Не хочу, мне неуютно в толпе. К тому же я не умею танцевать. — отпирается Ким, обхватив себя руками. Им приходилось перекрикивать музыку, чтобы хотя бы немного слышать друг друга, но видимо Чону это надоело, потому что он тут же положил руки на плечи Тэхёна, заставив того чуть склониться к себе. — Найдёшь себе какую-нибудь девчонку, м? Мне кажется твой костюм точно оценят, — прошептал Гук, обжигая дыханием ушную раковину друга. Ким резко зажмурился, то ли от режущих сердце слов, то ли от желания рассказать правду, то ли просто от неожиданности действия. Выпрямившись, он прикрыл ухо рукой и замотал головой. Чон лишь пожал плечами и отправился на танцпол, решив не мучать друга. Люди в толпе сливались в непонятную массу с такими же непонятными движениями под музыку, но среди них всех Тэхён по-прежнему видел Чонгука, не сводя с него своих волчих глаз. Какое-то ужасное и давящее чувство пробирало изнутри, ему хотелось, чтобы Чонгук был только с ним, не находился там и, в принципе, во всей этой обстановке. Но он знал, что это неправильно. Тихо вздохнув, он сложил руки на груди, продолжая наблюдать за Чонгуком, который отдавался танцполу. В поле зрения попал ещё один парень, который оказался неожиданно близко к Чону. Они как бы случайно столкнулись, Гук извинился, а тот парень завёл разговор. Из-за музыки было очень плохо слышно, даже несмотря на чуткий слух, из-за музыки становилось ещё хуже. Этот парень явно флиртовал. И слишком настойчиво. Почти приставал к Чонгуку, который вежливо старался держать дистанцию. Внутри парня всё начинало вскипать от ревности, от звериного чувства собственности и желания защищать. Не помня себя, Ким ринулся через толпу на танцполе, тела врезались в него, он едва ли не распихивал всех вокруг, оказавшись рядом с Гуком. — Это костюмчик "верните мне мой 2007"? — развязно хмыкнул парень. — Миленькие джинсики. И попка в них ничего такая. — Эй, ты, — почти зарычал Ким, склонив голову и взглянув исподлобья. — Чего пристал? — А ты ещё кто такой? Но вместо ответа, молодой человек схватил бедолагу, так крепко, что взгляд того резко сменился на испуганный. Он сжимал пальцы на его плече так сильно, что казалось сломает. Из груди вырвался тихий и глубокий рык, глаза окрасились в золотистый. — Какого... — кажется вокруг никто не замечал происходящего. — Тэхён, прекрати, — Гук обхватил его за свободную руку, оттягивая в сторону. — Он того не стоит. Пойдём! — ему пришлось дёрнуть друга, чтобы тот хотя бы немного пришёл в чувство. — Никто тебе не поверит, — предупредительно зарычал Ким, а потом быстро направился к выходу, понимая, что только что натворил. Вылетев на улицу, он стал жадно глотать холодный воздух, стараясь унять свои ревность и злость. Ему даже пришлось пройтись вдоль улиц, чтобы немного переключить тело на активность — его буквально трясло. Чонгук выбежал за ним, продолжая обеспокоенно звать его. Всё перевернулось и продолжало переворачиваться, будто бы Ким оказался на американских горках. Он чувствовал себя ужасно, ведь чуть не выдал тайну и испортил отдых Гуку. Его расстроенное лицо с глазами побитого щенка выдавало состояние с головой. — Эй, ну ты чего? — Чон осторожно взял его за руку, нежно проводя пальцами по предплечью. Это вроде и успокоило, но на душе тут же заскребло. — Всё обошлось, благодаря тебе. — Я чуть не выдал себя. И испортил тебе отдых. — едва ли не проскулил Тэхён, опуская голову так низко, что его лицо едва ли было видно. — Да разве испортил? Я бы всё равно не захотел оставаться там после такого... — Чонгук продолжал держать друга за руку, неосознанно начав поглаживать его пальцы. — Эй, всё обошлось. И... мне даже понравилось, что ты так за меня переживаешь. Ты мой личный, немного чрезмерно беспокойный, оборотень, — улыбнулся Гук, заставляя своими словами парня приподнять голову и взглянуть в глаза. — Чрезмерно беспокойный? — вяло вскидывает бровь, чувствует вину. — Да. Но это даже приятно. Расслабься. Теперь я в безопасности, — пожимает плечами парень, хочет отпустить руку, но Тэхён лишь сильнее сжимает хватку. — Ты... Ты не понимаешь, — голос оборотня задрожал, взгляд стал более глубоким и проникновенным. — Для меня это не игра. Не просто забота. Ты моя пара. Моя вторая половина. Так работает моя природа. Я почувствовал это в ту же секунду, как увидел тебя тогда у леса. Чонгук замер, смотря в этот печальный, тоскливый, но такой нежный взгляд. Теперь всё сложилось — вся привязанность Тэхёна, его беспрекословное подчинение, опека, неловкость в поведении, странные фразы... Он не просто друг, он тот, кто был рядом искренне и преданно. — О, так вот почему ты был таким... настойчивым, — всё, что может сказать Чон, пока внутри всё переворачивалось. — Я пойму, если ты хочешь, чтобы я отступил... Парень растерянно моргает, медленно понимая, что за это недолгое время общения с Тэхёном, привязался к нему не из-за глупого фанатизма и фантазии об оборотне, а потому что узнал самого парня — его душу, а не только необычную черту. Тэхён — верный, сильный и невероятно милый в своей неуклюжести, неужели он всегда был и будет для него другом? Гук немного опускает голову, касаясь пальцами своей груди, в которой бешено билось сердце. Нет, Ким уже явно не друг. А это его признание... Это лишь тот толчок, который нужен был Чону. Ведь сам бы он не признался, не понял бы... А может и понял бы, но поздно. — Я не хочу, чтобы ты отступал, — качает головой, обхватывает ладонями лицо Кима и осторожно прижимается своими губами к его. Оба замирают, словно поймали разряд тока. Тэхён отмирает первым, прикусывая губу Чонгука, кладя руки на его талию, чтобы прижать к себе. Они целуются осторожно, неспеша, пробуя друг друга. Волк внутри оглушительно воет, требует вырваться наружу, из-за чего Киму приходится отстраниться, лишь бы не напугать Чонгука своей резкостью. Он медленно выдыхает, прислоняясь лбом ко лбу своей пары. Клетки будто ещё больше напитываются запахом его человека, даруя спокойствие. — Это что-то вроде "запечатления"? — тихо смеётся Чон, всё ещё держа ладони на лице Тэ, когда тот накрывает его руки своими. — Волк влюбился в овечку, — внезапно выдаёт Ким, вызывая новую улыбку и волну тихого смеха. — Глупая овечка. — Ну, а волк просто мазохист. Они улыбаются, по-прежнему прижимаясь друг к другу лбами. — Вообще-то там был лев. — поправляет его Чон, не упустив момента для ехидства. — Но и ты не овечка, — поцеловав его в нос, Тэ, наконец-то, выпрямляется. Чонгука неожиданно передёргивает, он несколько раз клацает зубами от холода, а потом и вовсе начинает трястись. Тэхён спешно снял с себя куртку, укутывая в неё парня, лишь бы тот хотя бы немного согрелся. — Пойдём скорее домой. Вокруг них было полно людей в костюмах, которые совсем не обращали внимания на парочку, спешащую домой по тёмным улицам. Дети бегали с пластиковыми тыквами, собирая конфеты, дома и улицы были "жутко" украшены, а из разных уголков слышалось: "Сладость или гадость?" Среди остальных показался и дом Чонгука, так что Ким облегчённо выдохнул, будто бы тот был на грани жизни и смерти, а не просто замёрз. Внутри стояла почти мёртвая тишина, не считая лёгкого шума от техники и чего-то ещё. Но уху человека, разумеется, эти звуки были едва слышны. Стоило переступить порог, как Гук тут же обнял парня, прижавшись к его горячему телу. — Тебе надо в душ. — Не хочу. Ты тоже горячий. Лучше обниму тебя, — Чонгук продолжал прижиматься к тому, совсем не замечая напряжения. — Чонгук, я... Пожалуйста. Это тяжело. Мой волк... — Тебе нужно обратиться? — резко вскинул голову Чонгук. — Нет. Мой внутренний волк... Мне трудно сдерживать его от тебя. — Так не сдерживай. Зачем это делать сейчас? — Потому что... я хочу тебя. Повисла пауза, неловкая и напряжённая для обоих. По-крайней мере так казалось. Гук склонил голову набок, внимательно разглядывая пожелтевшие глаза возлюбленного. — Значит, — он медленно провёл пальцем по его груди. — Грозный волк держится из последних сил? — Да, прошу не надо, — поймав его руки, молодой человек сделал шаг, обезопасив их обоих. — Ладно, — пожал плечами Гук. — Пойду переоденусь во что-нибудь тёплое. Принесёшь чай наверх в комнату? — Чон показательно растёр холодные ладони, а потом поспешил наверх. Тэхёну стоило догадаться, что дело было вовсе не чашке горячего чая. Внутри волк метался в каком-то странном предвкушении, будто стал чувствовать больше, чем он сам. Неужели связь с Чонгуком укрепилась? Тогда ему нужно научиться понимать повадки своей природы. Поднявшись в комнату, он замер на пороге, глядя на парня, который стоял в одних тёплых флисовых домашних штанах. — Чай, — просипел он, опуская взгляд в пол. — О, спасибо, — Гук забрал кружку, делая короткий глоток горячего напитка. — Хороший мальчик, — в шутку бросил он, а сам заметил как Ким закусил губу и опустил голову ещё ниже. Кружка оказалась на столе, Гук медленно натянул футболку, и рукой зарылся в густые кудряшки Тэхёна. — Хороший мальчик, — повторил он, потрепав парня по голове. — Прошу... не надо, — тихо застонал Ким, сгибаясь. — Но ты ведь хороший мальчик. А хороших мальчиков надо хвалить, — продолжал слегка издеваться Чонгук, открывая для себя новую сторону оборотня. — Хороший мальчик ведь не будет врать о своих желаниях? — Нет... Но перестань меня дразнить! — заумолял Тэ, бросив тоскливый взгляд на Чона. — А я не дразню. Ты хочешь меня, а меня это заводит. Ноги Тэхёна были уже в неконтролируемом состоянии, так что ему пришлось согнуться. Ему дико хотелось прижать Чонгука к полу и... боже, нет, нужно остановиться. — Хочу, чтобы ты выпустил своего волка сегодня. Сейчас. — Но... — попытался воспротивиться Тэхён, всё ещё стараясь сдерживаться. — А что тебе мешает? Мы предназначены друг другу, я знаю тебя, ты знаешь меня... и моего отца сегодня не будет. — Чонгук продолжал перебирать его волосы, задевая ногтями кожу головы. — Не воспользоваться такой возможность глупо. — И правда... — тихо усмехается Тэхён, медленно расслабляясь от движений в своих волосах. — Я хочу... так сильно, что готов с ума сойти. — Хороший мальчик, — заулыбался Чонгук и услышал тихий скулёж на грани со стоном. — Эти твои повадки... А лаять умеешь? Тэхён резко вскинул голову, глядя в глаза с хитрым прищуром. Этот Чонгук, с его подколками, иронией, но искренностью, о, как он его заводил и вместе с этим изводил. Глубоко втянув носом воздух, пропитанный дурманящим запахом Гука, Ким медленно опустился на колени, смотря, теперь, снизу вверх. Приоткрыв рот, он немного покраснел, а потом издал рык смешанный с лаем. Оба вздрогнули. — Ого, это вообще возможно в обличие человека? — глаза Гука стали круглыми и милыми, как у ребёнка. — Как видишь... Но это сложный баланс на грани с превращением, — едва не задрав нос, парень констатировал этот факт как самый настоящий учёный. — Хороший мальчик. А ещё? — Чонгук погладил его по голове. Будь у Тэхёна хвост при человеческом обличии, то он бы точно им завилял. И вновь лай, не похожий на собачий, но присущий волкам. Чонгук закусил губу. Обоих заводило происходящее. Тэхёна — похвала, было слишком приятно слышать "хороший мальчик", отчего его волк заходился в истоме, а Чонгука — волчий лай, ведь он прекрасно понимал, что Ким его безумно хочет и готов даже полаять для него. Рык Тэхёна, низкий и вибрирующий, застрял в воздухе, смешавшись с тяжелым дыханием обоих. Слова закончились. Остался только взгляд — горячий, полный немого вопроса и животного нетерпения. Чонгук больше не мог этому сопротивляться. Его ирония растворилась в дурманящем чувстве власти и нежности к этому сильному, но такому покорному ему человеку. Он сжал пальцами его волосы, слегка потянув, заставляя Тэхёна откинуть голову назад. — Так что же ты за хороший мальчик, а? — прошептал Чонгук, его голос звучал хрипло и совсем не по-доброму. — Покажи, как сильно ты хочешь свою пару. Это было последней каплей. С тихим, сдавленным рычанием Тэхён рванулся вперёд, прижавшись лицом к его животу, вгрызаясь зубами в мягкую хлопковую ткань футболки. Он чувствовал под ней тепло кожи, слышал бешеный стук сердца и сводящий с ума запах — свой дом, своего человека. Прижимаясь носом, он жадно вдыхал аромат, будто бы готов был съесть Чонгука здесь и сейчас. Его большие ладони скользнули под бёдра Чонгука, резко и уверенно приподняв его. Чонгук инстинктивно обвил его талию ногами, сдавленно ахнув, когда Тэхён, не выпуская из зубов ткань, понёс его к кровати. Он чувствовал себя добычей, которую уносят в логово, и это безумно заводило. Они рухнули на матрас, и Тэхён наконец отпустил его футболку, но лишь для того, чтобы снять её одним точным движением. Его взгляд был тёмным, почти волчьим, когда он склонился над Гуком, загораживая его собой. Он обнюхал его шею, ключицы, грудь, глубоко вдыхая, с тихим довольным поскуливанием. — Тэхён... — имя сорвалось с губ Чонгука как мольба. В ответ он почувствовал на своей коже влажное тепло языка. Тэхён облизывал его, как самый настоящий пёс, но теперь — медленно, томно, с неприличным чавкающим звуком, спускаясь ниже по животу. Он задержался у резинок его штанов и боксеров, уткнулся в них носом, снова зарычал — на этот раз нетерпеливо и требовательно. — Хорошо-хорошо, — задышал Чон, приподнимая бёдра, чтобы тот мог стянуть с него всё разом. Тэхён справился с этим за секунду. Он отшвырнул одежду куда-то в угол и замер, рассматривая открывшееся ему зрелище. Чонгук чувствовал на себе его взгляд, жгучий и буквально осязаемый. Он чувствовал себя обнажённым не только физически, но и морально — весь его сарказм и защитная броня были сметены этой животной искренностью. — Ласкай меня, — приказал парень, но голос его дрогнул. — Как хороший мальчик. Тэхён не заставил себя ждать. Он снова опустился, но теперь его язык, слегка шершавый и горячий, коснулся самой чувствительной кожи на внутренней стороне бедра. Чонгук вздрогнул и застонал. Тэхён тихо зарычал, прямо у него на коже, и вибрация этого звука заставляла его сходить с ума. Он лизал и покусывал его плоть, двигаясь всё выше, к самому центру его возбуждения, но дразняще избегая его. — Перестань... мучить... — Чон уже не мог связать и двух слов, его бёдра непроизвольно подрагивали. Тэхён послушался. Но лишь отчасти. Он обхватил губами его напряженный член, не насаживаясь, а просто держа во рту, и поднял на Чонгука взгляд — тёмный, полный обожания и вопроса. Вопрос был один: «Я хороший мальчик? Я всё делаю правильно?» — Да... — просипел Чонгук, сжимая пальцами простыни. — Ты хороший мальчик. Такой прекрасный. Это всё, что тому было нужно. С новым, уже победным рычанием Тэхён взял его в рот полностью, заставляя Чонгука выгнуться на кровати с тихим, прерывистым стоном. Он двигался с неожиданной грацией, глубоко и влажно, и каждый раз, когда Гук терял контроль и поднимал бёдра навстречу, Тэхён издавал тот самый скулеж — одобрения, счастья, полного растворения в служении. Чонгук уже не понимал, где заканчивается человек и начинается зверь. И ему было всё равно. Он просто чувствовал. Чувствовал, как тает его разум, как нарастает безумное, животное удовольствие, подпитываемое каждым его стоном, каждым поглаживанием. — Я сейчас... Тэхён, я... Предупреждающий рык стал глубже, Тэ прижал его бёдра к кровати, не давая двигаться, и это последнее проявление контроля со стороны «волка» свело Чонгука с ума. Его тело напряглось, и он провалился в пучину оргазма с громким стоном, в котором смешались имя Тэхёна и бессвязная благодарность. Тэхён не отстранился, приняв всё, и только потом медленно поднялся по его телу, тяжело дыша. Его губы блестели. Он смотрел на Чонгука, на его затуманенные, полные слёз глаза, и снова тихо ткнулся носом в его щеку, спрашивая. Чонгук, не имея сил говорить, просто обнял его за шею, притянул к себе и утонул в долгом, медленном, успокаивающем поцелуе. Он чувствовал на своем языке свой же вкус и дикий привкус Тэхёна. — Ну и зверь же ты, — выдохнул он, разлепляя их губы. Тэхён хрипло хмыкнул и пристроился рядом, крепко прижимая его к себе, как свою самую ценную добычу. Ему больше ничего не было нужно. Чон почувствовал как к его голому бедру, через джинсы, прижимается пах Тэхёна. Тот был слишком возбуждён, потому что даже через плотную ткань чувствовалась твёрдость, будто там был камень. — И это всё? Разве ты не должен довести дело до конца? — Нет, — заскулил Ким, прижимаясь носом к его шее и громко дыша. — Я не сдержусь и сделаю тебе больно... — Мы ведь не дерёмся, — хмыкнул Гук, понимая, что где-то уже что-то подобное он видел. — Пожалуйста, Тэ... Ты же хороший мальчик? Парень заскулил в самую шею пары, сжимаясь от желания и страха. Ему так хотелось насладиться этим моментом, но он слишком боялся причинить боль Чонгуку, боялся не совладать с собой. Пальцы Гука скользнули под майку парня, проходясь ногтями по кубикам пресса, ощущая тепло тела. А затем он нагло расстегнул его джинсы и нырнул рукой под резинку трусов, обхватывая горячий твёрдый член, который едва ли не пульсировал от возбуждения. Движения были нежными и дразнящими, заставляя Кима тяжело дышать и скулить в изгиб шеи. — Гук... — Мой хороший мальчик, Ким Тэхён, — нежно прошептал парень, продолжая ласкать его член. — Я знаю, что ты будешь осторожен. Тэхён тяжело поднялся и сел на постели, медленно стянул с себя майку, оставшись в одних джинсах. Глубоко вдохнув, он втянул носом сладковатый запах возбуждённого Чонгука, который слегка подрагивал от нарастающего желания. Нежными поцелуями Ким стал покрывать колени Чонгука, пока медленно разводил его ноги в стороны. Джинсы уже мешались, так что парень едва ли не одним движением сорвал их с себя и отбросил на пол. Обхватив бёдра Гука, Тэхён перевернул его на живот и тут же пальцами раздвинул ягодицы в стороны. — Тэхён? — почувствовав это действие, Чон обернулся, попытавшись разглядеть лицо парня, но тут же почувствовал влажный и горячий язык меж своих ягодиц. Он тут же задрожал и уткнулся лицом в одеяло. — Не надо там... — Я хочу тебя всего... — прошептал Тэ, вновь припадая между ягодиц. Он старательно двигал языком, вылизывая и растягивая. Иногда даже довольно поскуливал, создавая лёгкую вибрацию. — Тэхён... я... — он попытался что-то сказать, но слова растворились в подавленном стоне, когда язык уперся в самое сжатое, напряженное место, нажимая и входя внутрь. Тэхён не ответил словами. Ответом был новый, более глубокий стон, который вырвался из его груди и вибрировал против кожи Чонгука. Его руки, большие и сильные, крепче сжали его ягодицы и бёдра, не давая Чону вырваться, но не причиняя боли — лишь фиксируя, удерживая на месте. Его язык, горячий и слегка шершавый, стал работать с новой целью — не просто ласкать, а подготовить, заставить тело принять его. Чонгук вздрагивал от каждого прикосновения, его пальцы судорожно впивались в простыни. Стыд смешивался с диким, незнакомым наслаждением. Он чувствовал себя абсолютно уязвимым и полностью отданным во власть этого сильного, скулящего оборотня. Тэхён заскулил от удовольствия, от его вкуса, от его реакции. Его собственное тело горело, член болезненно пульсировал. Но он сдерживался. Он помнил своё обещание. Он был «хорошим мальчиком». Его движения оставались настойчивыми, но нежными, растягивая и увлажняя, заставляя мышцы Чонгука постепенно расслабляться под натиском этого странного, животного ласкания. Внезапно он отстранился. Воздух комнаты показался Чонгуку ледяным на разгоряченной коже. Он услышал, как Тэхён засуетился за его спиной, услышал причмокивающий и пошлый звук, и через мгновение почувствовал прикосновение к своей коже. Пальцы Тэхёна, смазанные, сменили его язык — они были больше, тверже, но движения были такими же терпеливыми и осторожными. Один палец вошел сравнительно легко, и Чонгук выдохнул, пытаясь привыкнуть к ощущению. Но Тэхён не стал ждать. Осторожно, но уверенно он ввел второй, растягивая, ища, двигаясь всё так же медленно, но с новой, звериной целеустремленностью. — Расслабься... для меня... — его голос был низким, хриплым, почти нечеловеческим. Это был голос его волка. И тогда он нашёл. Чонгук вздрогнул всем телом, как от удара током, и громко вскрикнул, забыв о всяком стыде. Яркая, острая вспышка удовольствия пронзила его. — Вот... вот здесь... — он сам просипел, потрясенный силой ощущения. — Снова... Тэхён издал звук, похожий на торжествующее рычание, и повторил движение, нажимая на ту же точку снова и снова, пока Чонгук не начал терять связь с реальностью, беззвучно шевеля губами и судорожно сжимая простыни. Его собственное тело предательски отзывалось на это, член напрягся до боли. Убедившись, что Чонгук готов, более чем готов, Тэхён медленно вынул пальцы. Он перевернул его на спину — мягко, но неумолимо. Его глаза в полумраке комнаты горели золотистым светом. Он был на грани, его контроль трещал по швам. Он наклонился, прижавшись лбом ко лбу Чонгука, его дыхание было горячим и прерывистым. — Можно? — выдохнул он, и в этом одном слове был и вопрос, и мольба, и последнее предупреждение. — Я не... я не хочу тебя пугать. Чонгук увидел в его глазах не только похоть, но и настоящий, неподдельный страх — страх потерять его, напугать, сделать больно. И это растрогало его больше, чем любая ласка. Он обнял Тэхена за шею, притянул к себе и прошептал прямо в его губы: — Я доверяю тебе. Мой хороший мальчик. Это было всё, что тому было нужно. Утробно зарычав, Ким избавился от нижнего белья, полностью обнажая свой член. У обоих перехватило дыхание, стоило Тэхёну только прижаться к растянутой плоти, готовой его принять. Едва уловимое движение бёдер, и вот Чон чувствует как внизу всё растягивается, расширяется, ощущает лёгкую заполненность, которая увеличивалась с каждой секундой. — Тебе больно? — Ким останавливается на полпути, взволнованно глядя на парня, который громко и тяжело дышал, лёжа под ним. — Всё прекрасно, — выдавливает Гук, а потом сам начинает двигать бёдрами, желая почувствовать всё до конца, насадиться полностью. Лицо Тэхёна оказывается так близко к нему, поцелуй — такой жадный и напористый, словно зверь полностью захватил разум Кима полностью. По подбородку Чонгука стала стекать слюна, потому что поцелуй был таким пошлым и мокрым, что он ничего не успевал, кроме как отвечать на него. Обхватив шею парня руками, Чон заставил его прижаться к себе так, что бёдра Кима прижались к его собственным. — Хороший мальчик, — прошептал в поцелуй Гук, прикрывая глаза. Кажется эта фраза заставила Кима совсем сойти с ума, потому что он сразу же начал с резких толчков, проходясь по бугорку нервов внутри, заставляя Чонгука вздрагивать, стонать и кусать свои губы. В комнате стало невыносимо жарко, казалось весь кислород сфокусировался между ними, накалялся между их телами, становился горячим, так что при каждом вдохе обжигались лёгкие. Звонкие шлепки отражались от стен, смешивались со стонами, громким дыханием и тихим рычанием. — Скажи это снова... Скажи, — требовал Тэ, склонившись над ухом Чонгука. — Хороший мальчик... — Ещё. — Ты — хороший мальчик, — зарывшись пальцами в волосы, Чонгук погладил его по загривку. — Хороший мальчик. Только мой. — Твой, — заскулил Тэхён, начиная целовать его в плечо. Его ритм стал быстрее, стал ещё жестче, заставляя Гука вскрикивать. Чтобы не потерять равновесие, он схватился рукой за изголовье, тут же слыша лёгкий и тихий, почти жалобный треск древесины. Внезапно его челюсть разжалась, зубы впились в плечо, оставляя глубокую отметину, с несколькими каплями крови. Гук вскрикнул, сжался, сильнее обхватывая член собой, вцепился в волосы Кима и прогнулся в пояснице. — Прости! — испугался Тэхён, резко выпрямляясь. — Я не... не хотел... — Всё хорошо, — улыбнулся Чонгук, притягивая его к себе обратно, чтобы крепко обнять. — Мне понравилось... Ты хороший мальчик. Ким лишь жалобно заскулил, тут же начиная зализывать рану от своих зубов. Гук прикусил губу и тихо застонал. — Я хочу ещё. Пожалуйста продолжай... Но не так сильно. — Ты уверен? — Тэ заглянул ему в глаза и увидел полную уверенность. Дыхание перехватило вновь. Это его пара. Он принимает его целиком, таким как есть. Проведя носом по его ключицам, молодой человек стал слегка прикусывать кожу, оставляя маленькие багровые пятнышки, но тут же проводил по ним языком, оставляя влажные дорожки. Но чем быстрее становился его темп, тем больше ему приходилось сосредотачиваться на своих действиях. Бёдра Чонгука резко напряглись, поясница выгнулась, а по животу тут же растеклись белые и вязкие капли. — Не останавливайся, — заумолял Чон, обхватив ногами его торс, лишь бы не дать отстраниться. — Я приму тебя полностью. Это снесло крышу Киму окончательно. Схватившись руками за изголовье кровати, он стал вбиваться в Гука, едва ли не оставляя синяки. Внутри стало горячо, он почувствовал как его сперма полностью заполнила Чонгука, а кровать под ними затрещала. Тяжело дыша, Тэхён метался бешенным и золотисто-звериным взглядом по комнате, пока не ощутил нежное прикосновение к своим щекам. — Хороший мальчик, — улыбнулся парень, обнимая его, прижимая к своей груди. Оба тяжело дышали, тела были липкими, простыня и одеяло мокрыми, а воздух вокруг них сжатым и горячим. Тишина заставила их понемногу успокоиться, отдаться этому нежному моменту, который, кажется, был даже интимнее, чем их секс. Чонгук перебирал его пряди, нежно успокаивая после такого накала. Он чувствовал как трудно Тэхёну прийти в себя, поймать баланс, вернуть контроль. — Мы сломали кровать, — хмыкает Чон и тут же целует Кима в лоб. — Я починю, — парень в тот же момент понимает, что матрас под ними действительно стал немного больше проваливаться на одну сторону, а изголовье слегка треснуло. — Хочешь прогуляться? Тэхёну действительно не помешал бы свежий воздух и, возможно, прогулка в виде волка, но он лишь сильнее прижался к своей паре, вдыхая успокаивающий аромат. Сейчас ему было хорошо, он научится ловить контроль и приходить в себя.☆ ★ ✮ ★ ☆
Ким и правда починил кровать друга, хотя у Чона-старшего были вопросы к сыну — чем он таким занимался, что сломал кровать. А Тэхён лишь получил "звёздочку" в копилку одобрений от отца Чонгука. Осень становилась всё холоднее, но парни всё равно ходили гулять в лес, потому что теперь Чонгук хотел гулять с Тэхёном и когда тот превращается в волка. Казалось их связь становилась всё крепче и крепче, когда они полностью открылись друг другу. — Хм, шишка, — выдыхает Чон-старший, глядя на идеально симметричную шишку на их крыльце. — В прошлый раз это была сосновая ветка. Что только за хулиганы такие? — Да брось, пап, — Гук поднимает с крыльца шишку и прячет её в карман сумки, спускаясь по крыльцу. — Мы живём у леса. Ветром могло принести, звери... Еноты! — Еноты, — задумчиво и немного скептично отозвался коп. — А тот венок из листьев тоже еноты сделали? — крикнул он вдогонку сыну, но тот, кажется, уже не услышал его. Чонгук едва ли мог сдерживать улыбку, находясь рядом с отцом, умиляясь этим находкам. Он прекрасно знал, что всё это приносит ему Тэхён. Его волк так проявлял заботу о нём, ухаживал и оказывал знаки внимания своей паре. Сначала это были просто листики и веточки, какие-то камушки или шишки. Однажды Ким оставил на крыльце камень с дыркой посередине — талисман и оберег, который Чонгук теперь всегда носил с собой. Это были и букет из лесных цветов и даже ягоды! — Мой папа начинает что-то подозревать, — сообщил Чонгук, стоило встретиться у колледжа. — Но я ведь делаю это незаметно! — всполошился Тэхён, но тут же успокоился, когда Гук погладил его по голове. — Продолжай. Я придумаю, что сказать отцу. Но когда-нибудь нам придётся рассказать ему правду, — он заметил испуганный взгляд возлюбленного и рассмеялся. — Я имею в виду наши отношения! Тэхён перехватил его руку, нежно целуя костяшки. — Хороший мальчик, — прошептал Чон, задержав взгляд на заискрившихся глазах парня. — Приходи ко мне сегодня, — неожиданно произнёс Ким. Прошло всего лишь чуть больше недели с момента как они официально стали парой, но для Чонгука приглашение Тэхёна было большим и важным шагом. Дом Тэхёна находился в окрестностях города, с большой территорией, к которой примыкал лес. Оказалось, что дома других оборотней также раскиданы по окрестностям, чтобы не было стычек среди подрастающих волков. Парень ожидал какого-то романтического вечера после занятий, но стоило переступить порог дома, как он почти сразу наткнулся на троих высоких парней, которые внимательно оглядывали его. Они были молчаливыми, с таким же "диким" как и у Тэ взглядом. — Чонгук, это моя стая... То есть семья. — улыбнулся Тэхён, которого явно распирало от того, что он наконец-то смог привести в дом своего человека. — Юнги мой брат, сводный. Хосок мой двоюродный брат. А Джин их друг и самый старший из нас. — Очень приятно познакомиться, — нервно отозвался Чон, сжимая пальцами края рукавов куртки. — Это мой человек. — гордо произнёс Тэхён, беря парня за руку, а потом и вовсе обнял его, прижимаясь носом к макушке. — Видим. От него несёт тобой, Тэхён, — морщит нос Джин, складывая руки на груди, из-за чего его мышцы стали казаться ещё больше. — Очень сильно, — засмеялся Хосок, подёргав игриво бровями. Это заставило Чонгука покраснеть, когда он понял о чём они. — Захлопнитесь, — фыркнул Ким, а потом повёл парня за собой. — Мы собираемся смотреть кино, хотите с нами? — Тэхён, может не будем? Или что-то другое? — зашептал Чон, понимая, что смотреть "Сумерки" в доме оборотней будет очень нелепо. — Всё в порядке, — отмахнулся Тэхён. И вот они все оказались в гостиной на широком и большом диване перед таким же большим телевизором. Ким обнимал Гука, завёрнутого в тёплый плед, а его стая сидела на другой стороне дивана. — Сумерки? Это там где вампиры? — вскинул бровь Юнги, поворачиваясь к брату. — Не знал, что тебе такое нравится Тэ. Первые полчаса фильма прошли очень даже спокойно, но затем старшие волки стали на перебой комментировать события фильма. И этого стоило ожидать, вот только они совсем не сдерживались в словах и мыслях. — Что за блеск? Я уверен, вампиры так не светятся. — Да разве это оборотни? Выглядят как кучка клоунов. — Да они с одним вампиром справиться не могут! Мы бы всю эту блестящую банду за полминуты разорвали! — Какая чушь! — И зачем они все время снимают рубашки? Хвастаются? Сначала комментарии были забавными, вызывая смех, но с каждым разом слова становились грубее и прямолинейнее. Оборотни уже начинали гнобить дурацкий, но всё-таки любимый фильм Гука. Но он решил помалкивать, чтобы не встревать в перепалку с семьёй Тэхёна. Но Ким сам почувствовал, что что-то не так. Волк внутри стал метаться и скулить, а потом и вовсе рычать, чувствуя накатывающую грусть. Взглянув на Гука, что сидел под боком, он заметил, что тот притих и смотрит куда-то сквозь экран. И тут он понял, что прокололся, не заметив того, что его стая уже явно перегнула в комментария по отношению к фильму. Его внутренний волк хочет защитить свою пару от любого дискомфорта, даже от дружеских насмешек, которые уже явно перегибали. — А вам-то что? Фильм классный! — резко повернувшись к стае, он сверкнул золотистыми глазами. — Но ты же сам в прошлый раз... — Я тогда ещё не осознал, что фильм классный. Спецэффекты отличные. И актёры... старались. И история про любовь... она нормальная, — скрывая рычание, проговорил Тэхён, крепче обнимая Чонгука. Он говорил это абсолютно серьёзно, бросая вызов всей своей стае. Он готов защищать даже «Сумерки», потому что они нравятся Чонгуку. Хосок хмыкает, присвистнув, а Юнги лишь кивает, принимая позицию брата. А Чонгук лишь мог только посмотреть на Тэхёна с полным обожанием и умилением. Он понял, что ради него этот большой, сильный и неуклюжий волк готов стать фанатом глуповатых вампирских саг. Их взгляды сталкиваются, Тэ ему улыбается, а Чон лишь с нежностью прижимается головой к его плечу. Волки замолкают, теперь каждое своё слово они обдумывают, прекрасно понимая, что могут нарваться на злость влюблённого волка. Они приняли это — их сородич нашёл свою пару, почти буквально после полного самостоятельного обращения, и теперь будет защищать от всего. И это нормально. — Помнится, ты был таким же, — покосившись на Джина, хмыкнул Юнги, но старший оборотень лишь фыркнул. Они досматривают фильм уже в более спокойной обстановке. Чонгук прижимается к Тэхёну, чувствуя себя защищенным, принятым и бесконечно любимым. Он понимает, что его жизнь стала даже страннее и удивительнее, чем в «Сумерках». И он не променял бы это ни на что. Он смотрит на Тэхёна, который тихонько ворчит на экран, но при этом его рука крепко держит руку Чонгука. Это его настоящая, пусть и мохнатая, история любви.
