24 способа убить мотивацию

ʕ••ʕ••ʔ••ʔ••ʕ••ʔ••ʕ••ʕ••ʔ••ʔ••

— Нет, Чимин, не сегодня! — сонно тянет Чонгук в трубку. — Никакого универа, никакой помощи и никакого брата твоего парня. Я. Сплю. — Чонгук опускает руку вниз и кладёт телефон на пол, оставляя собеседника с тишиной. "Интересно, как долго Чимин будет болтать сам с собой?" — но мысль тут же обрывается, потому что её владелец проваливается в сон. Во второй раз Чонгук просыпается от трели дверного звонка, которая точно не предвещает ничего хорошего. С некоторыми усилиями получается выпутаться из одеяла и, потирая лицо, проследовать к источнику шума. Вряд ли за дверью он встретит кого-то приятного. Вряд ли сдержится, чтобы не наорать. — Чимин, какого… Намджун? — эмоциональный коктейль, что успел собраться к этому моменту, приходится проглотить, потому что орать на Чимина — привычное дело, а вот Намджун… Намджун не имеет таких привилегий, но ему вполне достаточно других, например, быть главой студенческого совета. "Чёрт!" — Чон ругается единственным доступным ему способом. — Почему ты всё ещё в кровати? — Чимин расхаживает по комнате, словно она принадлежит ему. — Дай угадаю, — поворачивается к нему, — лень? — Смешок — Ты предсказуем, дружище. — Один, — чуть слышно произносит Намджун, усмехаясь. — Какого чёр... — тормозит он с вопросом. — Зачем ты это делаешь? — выкручивается под пристальным взглядом Намджуна. — Он пытается тебе помочь, — спокойно отвечает Намджун. — Я не просил мне помогать. У меня вообще всё отлично, — размахивает руками Чонгук. — Поэтому ты уже неделю прогуливаешь пары? — влезает Чимин. Чимин, подойдя к шкафу, сразу начинает вытаскивать оттуда вещи, перебирает их, кидает некоторые на пол, выискивая что-то особенное, видимо. — Послушайте, — начинает Чонгук. — На вот, — Чон еле успевает поймать джинсы, которые летят идеально в лицо. — Десять минут на душ, пять на кофе. — Да не пойду я, у меня это... как его... — Воспаление хитрости? — Чимин складывает руки на груди. — Два, — снова едва слышно говорит Намджун. — Чёрт с вами! — Кхм-кхм, — Джун покашливает. — Я тебя не приглашал, Намджун. А в моём доме я могу говорить всё, что пожелаю, — закрывая дверь, отрезает Чон. — Думаешь, получится? — Намджун подходит к Чимину, слегка приобнимая. — Видно же, что ему это всё не нужно. — Много он понимает! — Чим всё ещё на взводе. — Он просто не знает, кто твой брат, а если бы знал... — Чимин разворачивается, улыбаясь. — Просто поверь мне, хорошо, Джуни? Оба уходят на кухню, ведь пять минут на кофе можно себе позволить только в одном случае... когда его уже кто-то приготовил... Пятнадцати минут, естественно, не хватает, но спустя полчаса все трое выходят в сторону университета. Чонгук не разговаривает ни с Чимином, ни с Намджуном. — Мы с Джуном записали тебя участником праздника, — Чимин говорит это между делом. — Весь сегодняшний день ты будешь помогать Джуну с подготовкой. Чонгук идёт ещё некоторое время молча, а потом, видимо, его мозг обрабатывает полученную только что информацию. — Стоп, что? — он останавливается посреди улицы. — Вы, — разворачивается и тычет пальцем в грудь Чимина, — что сделали? — возмущению нет предела. — Записали куда, прости? — Прощаю, — с ухмылкой говорит Чимин и просто обходит его. — Но... но, — уже растерянно, потому что сбежать теперь точно не получится. — Угадаю, лень? — довольно громко говорит Пак. — Три, — шепотом считает Джун. Чимин исчезает практически сразу, как они заходят в холл университета, потому что у него своя зона ответственности, а Чонгук должен быть паинькой и делать всё, что ему скажет Намджун. А если он скажет что-то непристойное, то сразу звонить Чимину и делать то, что говорит он. "Дур-дом! — выдыхая, думает Чон. — Как же вы еще не сошли с ума друг с другом-то?" Про брата и уж тем более знакомства никто ничего больше не говорит. Видимо, рекламная акция была по телефону, но условия он, как обычно, пропустил. Намджун быстро находит нужную аудиторию, которую им выделил помощник ректора... сам... Помещение просторное, но видно, что рассчитанное для небольших собраний. Столы сдвинуты в центр комнаты, а поверх находится много свитков, ведь на праздник Хангыля, проводимый в Южной Корее ежегодно, обязательно необходимо показывать не только современные варианты написания букв, но и устаревший. Поэтому у них программа-максимум на этот день — состарить некоторое количество пергамента. Бумагой это Чонгук не смог бы назвать. — Нужно рассортировать подготовленные материалы и распределить по способам состаривания бумаги. У нас тут несколько вариантов чая, кофе... — не успевает Джун закончить свою мысль. — Кофе! Точно, спасибо, Намджун. Пойду схожу за нормальным кофе, — Чонгук, спеша, выходит из аудитории. — Четыре. — Глубокий вдох. — Как же ты вообще учишься, с такой-то мотивацией? Намджун разгребает завалы, сортируя и раскладывая заготовки аккуратно в стопки. — Ну и как это понимать? — Чимин вваливается в помещение, практически вталкивая туда и Чонгука. — Чонгук уходил за кофе, — спокойно и слегка отстранённо говорит Намджун. — Ну да, конечно, а кофе у нас выдают, видимо, за углом, тут, на подоконнике... в положении лёжа практически. — Ну чего ты? — брыкается Чон. — Скучно мне, вот и всё. — Пять, — ему просто интересно. — Чего пять? — переспрашивает Чон. — Или ты заготовки считаешь? — вырывает руку из захвата Чимина. — Да, Чимин-а, да! Мне. Просто. Лень. — Чуть ли не крик. — Шесть, — спокойно. Под пристальным взглядом Чимина Чонгук всё же начинает что-то делать, но его комментарии Намджуну тоже кажутся подходящими для его статистики. — Ну почему опять я? Я вообще не просил меня никуда записывать, а вы, мало того, что записали, так ещё и ждёте чего-то. — Семь, — уже с лёгким смешком. — Считай это средством от осенней хандры, — со знанием дела говорит Пак. — Каким ещё средством? — Трудотерапия! Помогает от лени, дурацких вопросов и самокопания, слышал о таком? — Пак проходит мимо. — Отлично сказано, любовь моя, — Намджун крайне редко позволяет себе нежности на людях. — Отлично сказано, любовь моя, — повторяет Чон, каверкая каждое слово. — Восемь, — Джун легко целует Чимина, который после поцелуя практически испаряется. Состаривать бумагу Чонгуку нравится, в особенности сушить, периодически подкрашивая и создавая дополнительные эффекты. — Поаккуратнее там, — предупреждает Джун, когда у Чонгука отрывается край квадратного мокрого листа и тот со шлепком падает на пол. — Кто вообще придумал заниматься такой ерундой? Это же просто убийство свободного времени, — ругается, потому что теперь это всё нужно убирать. — Девять, — Джун продолжает счёт, потому что ему очень интересно, как долго Чонгук будет пытаться сбежать и как часто он будет прибегать к нытью. — Перерыв, — торжественно оповещает Чон. — Я устал, — ловит внимательный взгляд Намджуна. — Лениться тоже нужно уметь, глава студенческого совета Ким Намджун, не слышали о таком? Можем обсудить труд несовершеннолетних ещё, если у вас есть вопросы относительно моего отдыха, конечно, — Чонгук усаживается в кресло, сразу съезжая ниже, и прикрывает глаза. "Десять, одиннадцать", — не проговаривает, хотя очень хочется. Чонгук просыпается спустя минут сорок, когда работа практически завершена, остаётся лишь убрать за собой всё, что Намджун успел устроить там за это время. — А ты, я смотрю, работаешь на скорость, а не на качество, — подкалывает Чонгук. — То-то Чимин рассказывал, как вы с... — строгий взгляд Джуна заставляет его замолчать. — Молчу-молчу. Но мне интересно посмотреть, как ты всё это убирать будешь. — То есть ты и тут мне не собираешься помогать. — Я. Не. Хочу, — медленно, — Ты же знал, на что идешь, так что вот, наслаждайся. Я итак много помогал сегодня. "Двенадцать", — хочется треснуть кулаком по парте, но тогда знакомство брату точно не светит, дался же ему этот ленивец. — Заканчиваете уже? — вездесущий Чимин появляется вовремя. — Как хорошо, что ты пришёл! — Чонгук умело использует ситуацию в свою сторону. — Я как раз доделал, а Намджун вызвался всё убрать сам, так что... пойду я, — поигрывает бровями, вставая с кресла, а потом исчезает за дверью. "Тринадцать, Чон Чонгук", — Намджун пытается сдерживаться, ведь он обещал брату, что завтра вечером он точно познакомит его с Чонгуком, будь он неладен.

ʕ••ʕ••ʔ••ʔ••ʕ••ʔ••ʕ••ʕ••ʔ••ʔ••

Следующий день начинается со стука в дверь. — Вы думаете, что я вам открою дверь? — откровенно забавляется. — Оптимисты, хах, — орёт он через дверь. — Открывай давай! — угрожает Пак. — Иначе во второй раз мы придём с ректором университета, ты знаешь меня, Чонгук-и. И это... это действует. Через пару минут дверь открывается, и Чимин презрительным взглядом осматривает своего друга с ног до головы. Намджун сам себе кивает, понимая, что его статистика только что пополнилась. — Чонгук, — говорит Джун, — У нас три с половиной часа, чтобы всё закончить. — Смешная шутка. Или у тебя есть магические способности? Мы с тобой напишем за это время фразы две от силы. — Там будет еще пятнадцать человек, помимо нас с тобой. — Может, просто напечатаем? Это же легче, да и быстрее, — прикидывает варианты. — Сколько насчитал? — тихо спрашивает Чимин. — Это пятнадцатый, — легкий поцелуй в висок. — Тц, — закатывает глаза и идёт дальше. — Смотри-ка, как оживился, — с улыбкой шепчет Пак. — А всё из-за невозможности познакомиться с парнем, который ему нравится. — А вот кстати, ты вообще уверен, что он захочет знакомиться с моим братом? — уточняет. — Тэхёна я вот тоже не понимаю, зачем ему... — показывает на Чона. — Вот это вот. — У-ви-дишь, — а сам еле сдерживается, чтобы всё не рассказать. — Я за кофе, — оповещает Чон, как только они проходят мимо кондитерской. — Стояночка, — Пак хватает его за капюшон. — Идём дальше, хах, — и добавляет шепотом: — Шестнадцать, да? — Джун лишь кивает. Чонгук злится, он специально ускоряет шаг, ощущая себя словно в фильме "Няньки", там тоже два верзилы следили за вредными детками, пытаясь их перевоспитать. Вот только он вообще не ребёнок. Чон надевает капюшон, убирает руки в карманы и идёт, пиная камушки, мысленно прокручивая его из ниоткуда взявшуюся лень и все эти отговорки. Он ведь хотел познакомиться с парнем. Да, тот учится в университете на два курса старше, но возраст никогда не был помехой отношениям. Чонгук уверен, что он подходящая кандидатура, но... стоило ему однажды увидеть ссору Тэхёна со своим парнем, как все надежды тут же рухнули, а в сердце поселилось отчаяние. Вот эти же двое как-то смогли наладить отношения, а ведь тоже разные, так что же с ним не так. — Я, наверное, не пойду, — резко разворачивается. — Не хочется мне, понимаете? Всё это требует столько времени, а в итоге никакой отдачи, никакого удовольствия. — Чонгук... — Да-да, Чимин, я понял, грусть моя тебе до лампочки, лишь бы загрузить чем-то, никакого спокойствия. — Разворачивается обратно, — Как ты с ним вообще встречаешься, Джуни? — кидает последнюю фразу. — Ну и как же я с тобой встречаюсь? — усмехается Джун, смотря на Чимина, — А вот, кстати, ты зачем ему рассказал про тот случай, когда мне нужно было сдавать проект и... я нервничал, поэтому приходилось ускоряться. Он мне вчера, когда это сказал, я... — Давай просто считать его нытье, да? — хитро улыбается. — Семнадцать, да? — Позже мы ещё вернёмся к этому разговору. Когда они заходят в аудиторию, все действительно уже на местах и выбирают себе отдельные буквы, слова и даже надписи. — Это твой фронт работ, — Чонгуку вручают фразу, распечатанную на листе А4 и несколько листов. — Намджун, но я не хочу, — ещё один плюс к статистике Намджуна. — Это вообще всё несправедливо, я... я устал, — с тяжелым выдохом. — Девятнадцать раз, Чонгук, — ловит вопросительный взгляд. — Уже девятнадцать раз ты пытаешься или слинять от работы, или недоволен ей. Сколько ещё нытья мне предстоит от тебя услышать, чтобы ты собрался и просто сделал это? Ну или сразу отказался бы, чтобы не бесить меня, — складывает руки на груди. — А я мог отказаться? Серьезно? — Чон округляет глаза. — Я мог сказать, что мне просто лень и я не хочу? А ведь... ведь мог вообще ничего не объяснять, да? — Двадцать, — Джун опускает ладони на плечи Чонгука. — Пойдём на новый десяток или рискнёшь обойтись без нытья? — Отвали, Намджун. Понял я. У вас с Паком план, видимо, по доведению меня до нервного срыва, — бурчит. — Двадцать один. — Прекрати считать, а? А то моё нытьё начнёт тебе сниться. Расскажу тебе про бесполезность этого всего. Вот кому нужна эта фраза? Кстати, какая? — Познакомимся? — звучит слишком близко. — Меня, кстати, зовут Ким Тэхён, я брат Намджуна, — представляется... Тэхён? Тот самый. — Чон Чонгук, — растерянно. — Рад знакомству, — улыбается ему Ким, который Тэхён. — Так с чем я должен помочь, Джуни? Ты сказал, что у тебя не хватает одного участника, так что я пришёл его заменить. — Меняй, — Намджун указывает на Чонгука рукой. — Вот он тот самый, который так и норовит сбежать отсюда. — Неправда, — с обидой в голосе. — Я всего лишь хотел сходить за... — Кофе? — Джун не может уже сдерживать эмоции. — Браво, Чонгук, двадцать два. — Заканчивай считать, я тоже могу чего-то не хотеть делать! — Двадцать три. — Да вы запарили с Чимином, — глубокий вдох. — Двадцать четыре, да, я понял, как это работает. Двадцать четыре способа я испробовал, чтобы познакомиться с ним, — показывает на Тэхёна. — Но ни один из них не сработал, ни один. А потом я вообще увидел его с парнем, пусть они и ссорились, но... Оба Кима смотрят на Чонгука ошарашенно, потому что... Джуну хочется сказать: "Какого чёрта, Чимин?", но он не решится на такой шаг. Отчего-то не по себе, ведь он только что... испортил знакомство... своему брату и... — Чёрт! — только и произносит он. — Ты правда хотел со мной познакомиться? — сразу спрашивает Тэхён. — Но я... я думал, что... — закончить фразу не получается, потому что в памяти всплывают все моменты, когда Чон оказывался рядом: пролитый кофе на его джинсовку, столкновение, рассыпанные тетради, случайно треснул ему по голове... и много чего ещё. Он и сейчас-то еле подошёл. Хотелось извиниться и познакомиться нормально. Щеки тут же приобретают красноватый оттенок. — А знаешь? Говорят, что знакомства по четвергам особенно удачны, — пытается разрядить обстановку Тэхён, заикаясь на середине фразы. — Может поможешь мне с надписью? А я постараюсь тебя не прибить в процессе, — нервный смешок. — Я же говорил, что всё получится, — Пак появляется неожиданно. — Дома поговорим, — Джун пытается звучать строго, но... Начинать отношения в определённый праздник всегда к удаче, ведь забыть такую дату... невозможно. Двадцать четыре способа знакомства Чонгука были позже переименованы в двадцать четыре попытки Тэхёна убить всякую мотивацию для знакомства.

ʕ••ʕ••ʔ••ʔ••ʕ••ʔ••ʕ••ʕ••ʔ••ʔ••