Третий

Хёнджин замечает.  Парень натягивает на себя водолазку и заправляет её в брюки. Он подтягивает чёрные слаксы, поправляет их на талии и смотрит в зеркало напротив. Хван смотрит не на себя, поправляя волосы и заправляя прядь за уши, а на своего парня, который поедает его взглядом.  У Феликса в глазах огонь пляшет так, что старшему кажется — он сейчас сгорит. Ли облизывает свои губы, прикусывает нижнюю и обводит взглядом тело перед ним. Хвану кажется, что младший не моргает, смотрит пристально и внимательно, будто ему хочется после закрыть глаза и всё равно видеть это тело.  Такое желанное, любимое и….вкусное.  Взгляд голодный и жадный. Любой бы спутал его с влюбленным: таким, как смотрят на своих любимых. Взгляд, который кричит о своих чувствах. Взгляд, который даст начало лёгким поцелуям и невинным прикосновениям, а в конце — громкие стоны и смятые простыни.  Хёнджин знает этот блеск в глазах и томное дыхание позади себя. Он поворачивается к Феликсу, вздыхает и смотрит на него.  — Ты не поел,— утверждает парень и выгибает бровь,— или я ошибаюсь?  Феликс сглатывает, теребит край своей домашней футболки и опускает глаза вниз. Он обхватывает своё запястье двумя пальцами, образуя кольцо, и проводит им вверх.  Чуть ближе локтя пальцы размыкаются, а парень тяжело вздыхает.  — Прав,— встаёт с кровати, отряхивает невидимую пыль с себя и прикрывает глаза. Резко тёмные пятна расплываются перед ним, в ушах звон, а сфокусироваться на чём-либо сложнее. — Сейчас поем,—он аккуратно переступает с ноги на ногу и подходит ближе к парню, — очень хорошо выглядишь.  — Спасибо, милый,— Хван наклоняется и целует его в макушку. Он чувствует холодные руки, которые потом медленно сжимают его кожу через водолазку, у себя на плечах. Будто льдом провели по ткани, не давая даже возможности отпрянуть.  Феликс слабо улыбается, убирает свои руки от парня и отходит в сторону. Он долго смотрит на Хвана, его губы, выраженные скулы, красивые глаза.  — Идеален,— шепчет Феликс только губами и встаёт на носочки, оставляя лёгкий поцелуй на губах Хвана.  Парень ухмыляется и смотрит на отдаляющуюся фигуру. Худую, тонкую и прозрачную.  Хван натягивает рукава своей водолазки до пальцев, пытаясь скрыть всё, что у него находится на теле.  Его секрет. *** Феликс встаёт на холодный глянец стекла и пластика. Он замер на мгновение, затаив дыхание, словно от этого зависела его жизнь. Резкие красные цифры на дисплее безжалостно констатировали факт. Никаких иллюзий, только голый, безэмоциональный результат.  Он поджимает губы, обнимает своё голое тело руками и тяжело вздыхает. Результат не такой, какой он представлял себе в голове. Не тот, с каким он ложился спать, ощущая боль в животе. Не тот, из-за которого парень вчера пил воду вместо салата.  — Доброе утро,— заспанный, немного с хрипотцой, раздаётся голос позади Ли. Он чувствует руки у себя на талии, его дыхание у себя на шее и легкий поцелуй на коже,— выспался?  — Да,— тяжело выдыхает Феликс и сходит с весов. Он наступает на цифры своей ногой, скрывая их, и кладёт свои руки поверх его рук. Парень молчит о том, что полночи ворочался от болей, а после проснулся от кошмара. — Будешь завтракать?  — А ты? — Хван прижимает парня к себе ближе и разворачивает его к себе. Он следит за сменой его эмоций, за его уставшим взглядом. Хёнджин наклоняет голову в бок, пытается поймать его отстранённый взгляд в сторону и обратить на себя. — Феликс?  — Работа, — спокойно отвечает парень, отходя в сторону. Он натягивает на себя домашние штаны, футболку с длинными рукавами.  Хёнджин видит выступающие позвонки, тонкие руки, не соприкасающиеся друг с другом бёдра. Парень боится опускаться ниже, рассматривая его тело всё больше и больше.  Длинные, аккуратные пальцы, чёткие линии скул и выпирающие ключицы.  Это маленький секрет Феликса.  «Незаметный». Феликс идёт на кухню, ставит чайник, находит свою кружку и кидает туда три ложки растворимого кофе. Он нервно постукивает пальцами по столешнице, облокачиваясь головой о дверцу верхнего шкафчика, и прикрывает глаза.   Желудок отдаёт жалобным урчание и болезненным спазмом. Сердце бьётся бешено, дыхание учащается. Дрожащей рукой он обхватывает ручку чайника, придерживая второй, наливает кипяток и отпивает немного. Горячий напиток сразу обволакивает его горло, спускается ниже и отдаёт теплом по всему телу, растекаясь внутри.  Он блаженно причмокивает и поворачивается к своему парню, облокачиваясь о столешницу. Тот с аппетитом ест, измазывает свои руки и губы в соусе и буквально стонет от удовольствия.  Странно, что такие же эмоции испытывает Ли от чёрного кофе, а не от еды.  Феликсу нравится смотреть, как едят другие. Он подходит ближе к столу, садится напротив Хёнджина и аккуратно ставит бокал на стол. Кладёт руки на свой живот, давит на него, чтобы приглушить урчание, и с интересом наблюдает.  Вот, Хван берёт пальцами ломтик ветчины, сворачивает его в трубочку и отправляет в рот, параллельно смотря что-то в телефоне. Его палец быстро листает ленту новостей, пабликов, каналов, сменяя одну статью за другой. Пухлые губы смакует каждый укус, растягиваются в улыбке от смешной картинки, обхватывают пластиковую трубочку, чтобы отпить напиток. Хёнджин поворачивает экран к своему парню, тихо посмеивается с набитым ртом.  Вот только Феликс жадно смотрит на его губы, тарелку перед ним. Голодно облизывается, представляет, как сам отправляет себе в рот кусочек хлеба, перед этим окунув в чесночный соус, и запивает холодным кофе с сиропами. Он сжимает свои руки под стол сильнее, глотает скопившуюся слюну и наклоняется ближе, чтобы рассмотреть тарелку получше. И только потом смотрит на телефон. Потому что устройство загораживает ему лицо Хёнджина, его губы и стекающий по пальцам соус.  — Милый,— быстро кидает ему Феликс, смотря на картинку ежа. — И колючий, — парень отпивает остывший кофе и морщится от горечи. Слишком крепко.  — Прям как ты, —  Хёнджин разворачивает экран к себе и выключает телефон. Он кладёт его в сторону, складывает руки перед собой и опускает на них голову. — Когда мы последний раз разговаривали? Нормально? — Парень прикусывает язык и выжидающе смотрит на Ли.  — Хван,— тянет Феликс и запрокидывает голову назад, прикрывая глаза. Он поджимает губы, кусает нижнюю и проводит руками по лицу, пытаясь спрятаться от изучающего взгляда напротив. — Ты же знаешь, я на работе много провожу времени, ты тоже. Мы встречаемся только вечером здесь,— он опускает руки на стол и сжимает их в кулаки.  — Если бы ты не пропадал так часто там, то виделись бы чаще,— бросает ему в ответ парень и выгибает бровь. Глаза Феликса сужаются, как и Хёнджина, блестит небольшой огонёк, ярость и… … родной голод при опускания взгляда ниже, на губы Хвана. Он облизывается, смотрит, изучает, будто видит в первый раз.  Феликс приподнимается на локтях, руки дрожат под его весом, — и в голове промелькает мысль о том,что ему стоит сбросить ещё — наклоняется ближе к Хёнджину через стол.  — Поцелуй меня,— на выдохе просит Ли и прикрывает глаза. Хван замечает, как одинокая слеза течёт по щеке, скатывается к подбородку и падает на стол, оставляя после себя мокрую дорожку на коже и маленькое пятно на поверхности,— прошу.  Близость? Ни о какой близости речь идти не может, пока в голове Феликса даже сейчас крутятся мысли о том, что ему тяжело опираться на руки из-за своего веса, а у Хвана — боязнь за партнёра и собственные страхи. Хёнджин приподнимается и кладет свою ладонь на его шею, притягивая ближе. Накрывает своими губами его, сминает нижнюю, переходит на верхнюю. Чувствует пальцы Феликса в своих волосах, как оттягивает пряди, наматывая их. Хван отстраняется, причмокивает и садится обратно.  Его руки трясутся, дыхание учащается, а ресницы подрагивают. Ли опускается на своё место, касается пальцами своих губ. Парень растирает на подушечках небольшой…жир?  Феликс с ужасом смотрит на Хвана, его сердце начинает биться чаще. Тысячи мыслей пролетают в голове, одна хуже другой, которые не дают ему даже понять произошедшее.  Он видит его спокойный взгляд, равномерное дыхание и поднятую бровь вверх.  Ли быстро встаёт и буквально летит в ванную комнату. Зубная паста, зубная щётка, ополаскиватель. Противно, грязно и жирно. То, от чего он вечно пытается избавиться, чего он так боится и видит в своих кошмар.  Он получил это от своего любимого человека.  *** Хёнджин замечает своего водителя у автомобиля, кивает ему и садится внутрь. Он коротко называет адрес, сверяя его с записью на телефоне, и открывает недавний выпуск с его парнем.  Феликс давал интервью какому-то местному телеканалу. Ему это не нужно, популярности и так много, зачем ещё больше к себе внимания? Для СМИ — повод задать вопросы и подняться в рейтинге.  — Ли Феликс, — милый голос девушки раздаётся из наушника, заставляя Хёнджина сморщиться и убавить громкость, — рада Вас здесь видеть, — она чуть наклоняет корпус вперёд, в качестве поклона, — спасибо, что согласились на интервью для нашего канала.  — Вам спасибо за возможность, — готовую фразу говорит Феликс и запрокидывает ногу на ногу. Острые коленки выделяются через ткань брюк, поэтому он быстро поправляет их, чтобы скрыть видимое. Пиджак немного скрывает болезненную худобу плеч, лёгкий тон и румяна — нездоровый вид лица. — Рад снова появиться на экранах телевидения.  Бла-бла-бла. Хёнджин перематывает видео, чтобы пропустить эти прелюдия, хихикание ведущей и лестные слова в её адрес от его парня. Сжимает телефон сильнее, кусает нижнюю губу и останавливает на самом интересном моменте. Для себя, для зрителей, для всех.  — Давно известно, что Вы состоите в отношениях с известным пиар-агентом — Хван Хёнджином, — ведущая переворачивает лист на планшете и сужает глаза. Быстро проходиться по строчкам и поднимает свой взгляд на модель перед собой, — есть ли у вас секреты между собой?  Хёнджин останавливает видео. Что он услышал? Что он испытывает сейчас?   Страх? Боль? Неприязнь? Или чувство, что в их отношения встревает третий?  А кто этот третий? Эта девушка в короткой юбке и с красной губной помадой, которая задаёт эти вопросы и смеется невпопад? Наверное, долго подбирала свою одежду, чтобы каждый раз поправлять свой глубокий вырез на груди, наклоняясь в сотый раз и роняя листок на пол.  Расстройство Феликса? Липкое, холодное и голодное, которое следует за ними везде: рестораны, дом, парк, постель. Оно между ними, следит за каждым действием младшего и злится, когда Хван мешает ему. Сковывает движения и мысли парня, тихо шепчет на ухо Ли различные гадости в его сторону. Каждый раз хлопает в ладоши и ухмыляется, когда Феликс ругается со своим парнем и, с гордо поднятой головой, уходит в их спальню. Оно между ними, когда старший целует парня, морщится от неприязни к этому и снова шепчет гадости.   Ему кажется, он сходит с ума, если уже видит его в их отношениях.  Навязчивые мысли Хёнджина? Вечно искусанные подушечки пальцев, нижняя губа, внутренние стороны щёк и белые шрамы, которые так выделяются на слегка смуглой коже. При каждом срыве они чешутся, зудят и начинают болеть, стоит ему сказать ещё одно обидное слово в сторону Феликса. Хван всегда проводит по своим предплечьям, ногам, чтобы понять — он тоже живой. Не робот, который выполняет механизированную работу каждый божий день.  А его парень не кукла, которой играются изо дня в день, переодевая и любуясь.  — Нет, — коротко отвечает Феликс и отводит взгляд в камеру.  Знает, что он будет смотреть. Знает, что будет снова кусать губы и слушать, пока кровь не начнет течь по подбородку.  До последнего будет напоминать себе, что живой.  — У нас нет секретов, — мотает головой в знак отрицания и облизывает губы, — мы всё друг про друга знаем.  Правда?