На грани

Ушел... Целая группа обученных и вооруженных до зубов спецназовцев не смогла взять одного единственного человека. Весь город наблюдал за спецоперацией, по всем каналам крутили прямую трансляцию, и такой провал. Все отделение общей хирургии затаив дыхание смотрело на экран маленькой плазмы над постом медсестер, даже тетушка Эмма, санитарка служившая городской клинике ровно столько, сколько эта клиника существует, перестала махать шваброй. Самым страшным потрясением, которое когда-либо переживал их маленький город был протест школьников, требующих отмены Комендантского часа. А теперь эти самые школьники вот уже две недели как после пяти вечера нос из своей комнаты боятся высунуть.Нет, бунтующая молодежь не обрела внезапно мозги и инстинкты самосохранения. Виной пустующих магазинов и прячущихся за семью замками граждан стало появление в городе беглого преступника. Все знали его имя. Все знали его лицо. Каждый был с ним знаком, хоть и лично не встречался. Ему даже прятаться было не нужно, ибо в городе с населением меньше тридцати тысяч человек имелся лишь один участок полиции, где доблестно трудились, защищая покой граждан аж десять офицеров. Долгих двенадцать дней Гордон Лоу держал в страхе Кроулфолз, и сегодня наконец прибыл отряд для задержания особо опасного преступника. Двадцать пять парней в черных масках с автоматами наперевес заняли позиции у небольшого пятиэтажного дома, где по последним данным жил Лоу. Была ли это его квартира, или он захватил в заложники какую-нибудь невинную старушку, неизвестно, но спецы были точно уверены, что не ошиблись. Видимо, был источник.Совершенно ненадежный, как оказалось. Лоу сбежал. А может его там и вовсе не было. Спецназ за несколько минут прочесал каждый этаж, вывели гражданских, добрались до самой крыши...и ничего. Вышли из подъезда спокойным шагом, погрузились в автобус с эмблемой, и след их простыл. Прямой эфир прервался, даже комментариев журналиста не последовало. Чертыхнувшись себе под нос, Джек схватил со стойки карты пациентов. Нужно было заканчивать вечерний обход и ехать домой, надеясь, что и сегодня пронесет и глава отделения не станет первой жертвой киллера. Старенький пикап не спеша катился по потрескавшемуся от времени асфальту, противно поскрипывая колодками. Джек хоть и не был механиком, но даже он понимал, что старичка уже не спасти и давно пора пересесть на машину выпуска хотя бы этого века. Всеми силами он уговаривал держать себя в руках, но нет-нет, да дергался на неопределенное шевеление фигур у многоэтажек погрузившегося в ночь городка. И всякий раз это оказывалась либо бегущая мимо собака, либо игра уже слегка паранойного воображения. Сейчас хотелось лишь как можно скорее оказаться дома, запереть стальную дверь на все замки, отказаться от проветривания комнат привычными форточками в пользу кондиционера. Оставлять окна открытыми на ночь было бы опрометчиво. Но холодильник стремительно пустел, а с последнего визита в магазин прошло уже шесть дней, и в тот раз Джек носился между полками как умалишенный, сваливая в тележку чуть ли не все подряд, даже ар ахисовую пасту, на которую с детства сильнейшая аллергия. Но было плевать. За стеклянными стенами супермаркета он чувствовал себя настолько незащищенным, будто уже находился под прицелом снайперской винтовки или профессионального пистолета с длинным черным глушителем.И вот теперь снова придется идти в этот огромный стеклянный ящик. Заглушив пикап на абсолютно пустой парковке, Джек сильно сжал руль, что кожа под ладонями жалобно затрещала, а затем решительно выпрыгнул из машины и быстрым шагом направился к автоматически раздвигающимся дверям. Заметивший появление ночного гостя продавец нервно подпрыг нул.- Здравствуйте, Доктор Маррол. - Привет, Стю. Твоя смена? - сочувственно поинтересовался Джек. Этого юношу он знал еще пацаном, а теперь это уже вполне состоявшийся, хоть и не сумевший поступить в колледж мужчина. Но звезд с неба хватать Стюарт никогда не стремился, поэтому особо не расстроился, когда получил письма с отказом. Устроился в супермаркет напротив и работает вот уже почти пять лет. Джек готов был поклясться, что на черной как смоль шевелюре Стю за эти недели проступили седые волоски. Парень в ответ лишь тяжело вздохнул и тяжело упал на свой стул за кассовым аппаратом. Маррол не глядя набросал в корзину замороженные полуфабрикаты, готовые обеды, мясо, крупы и овощи, и уже через несколько минут тащил увесистые пакеты в кузов пикапа.Был во всем этом безумии один несомненный плюс - домой Джек теперь добирался не полчаса, а семь-десять минут. Дороги были почти пустые. Ворота автоматически захлопнулись за припарковавшемся во дворе автомобилем, отсекая хотя бы часть опасности. Бегать в несколько заходов, чтобы выгрузить и занести в дом продукты не хотелось, поэтому он закинул рюкзак с рабочей формой за спину и сгреб все покупки. Впереди были выходные. Целых два выходных, который он будет сидеть в доме и в одиночестве пересматривать давно отложенные в онлайн кинотеатре фильмы. Датчик движения на крыльце отчего-то не сработал и пришлось в полной темноте искать по карманам ключ, а потом подсвечивая телефоном вставлять его в замочную скважину. Дав себе зарок утром все проверить на наличие поломок, Джек отпер дверь и согнулся, чтобы поднять пакеты. И тут почувствовал, как что-то твердое и холодное коснулось его затылка. - Не дергайся, – приказал низкий голос за спиной. – Сейчас мы тихо зайдем внутрь и поговорим. Успевший уже попрощаться с жизнью доктор, облегченно вздохнул. Не убили сразу, уже хорошо. Может фортуна в кой-то веке повернется к нему своей прелестной рожей и позволит Марролу пережить эту ночь. - Я понял. Захвати пакет, у меня руки заняты, – похоже, страх вконец вытеснил здравый смысл. Иначе объяснить свое поведения и внезапную языкастость Джек не мог. Пройдя на трясущихся ногах на кухню и сгрузив с не менее трясущихся рук продукты, Джек нашел в себе смелость обернуться… И охренел, увидев перед собой спецназовца в полном вооружении. Точно такого же, какие сегодня штурмовали пятиэтажку. - Так вот как тебе удалось ускользнуть! – усмехнулся врач собственной догадке. – Это ведь ты, да? Ты Гордон Лоу? Черная маска с прорезями для глаз хоть и скрывала лицо, но вот для каких целей Джек не понимал. Такой вид привлекает еще больше внимания, ибо в Кроулфолзе отродясь спецназа не было. А тут бродит по городу один потеряшка. Мужчина закатил глаза и свободной рукой стянул с себя черную плотную ткань. - Угадал! – вслед за маской на барную стойку упал автомат и пистолет, а киллер стал спокойно стаскивать с себя бронежилет и форменную куртку. Совершенно самоуверенный ублюдок. В голове мелькнула мысль попытаться схватить оружие и самому ликвидировать преступника. Остановило то, что Маррол оружия в руках не держал с самой армии. А у наемного киллера реакции и подготовка были куда лучше – А эти дебилы только спустя час сообразили, что одного не хватает. - А он… Ты его того? – спросил врач и взглядом показал на пистолет. - Убил? Зачем? – искренне удивился Лоу – Связанный на чердаке отдыхал. Уже нашли его давно. Ну, должны были во всяком случае. Таких тупых солдафонов я еще не встречал. Даже напрягаться не пришлось. Как тебя зовут, кстати? И можно одолжить у тебя одежду? Мы вроде одного размера. Свою пришлось выкинуть. С каждой минутой абсурдность происходящего зашкаливала все больше. Джек уже сомневался точно ли это опасный преступник, а не старый друг, о котором он напрочь забыл, приехал в гости. Поэтому этой ночью он видимо решил побить рекорд по идиотским вопросам. - Доктор Джек Маррол – зачем-то назвал свою профессию Джек, - А ты не боишься, что я сейчас уйду в другую комнату и оттуда вызову копов? - Не вызовешь, – совершенно уверенно и расслабленно ответил Лоу. А потом стянул с себя футболку, оставшись в одних свободных брюках. Джек окинул глазами широкую грудь, затем спустился к четким кубикам пресса… и завис. - Почему же? – хриплым голосом спросил он, продолжая пялиться на полуголого Гордона Лоу в своей кухне. - Потому что спецгруппа покинула город. Сейчас в участке дежурят пять офицеров, один из которых едва успел окончить полицейскую школу. Ты действительно хочешь их смерти? Потому что я перебью их все так быстро, что ты даже пикнуть не успеешь. Суровый прогноз, сказанный тем же ровным голосом отрезвил. Джек поднял глаза, Гордон смотрел прямо на него и кривил губы в подобие улыбки. Маррол кивнул и направился в спальню. В шкафу быстро отыскал домашние трико и серую растянутую футболку. - Серьезно? А поприличнее ничего нет? - Ходи голый или могу принести тебе смокинг. Киллер недовольно скривился, но вещи принял. И прямо на глазах доктора стал стягивать форменные спецназовские штаны, открывая взору хорошо прокаченные бедра и икры. И крепкие ягодицы, обтянутые, внимание, белыми в красное сердечко боксерами! Джек снова пялился, только теперь с приоткрытым от удивления ртом. - У тебя слюнка. Вот здесь. – рассмеялся Лоу, указывая себе на подбородок. Джек смущенно отвернулся. Мозги точно взяли отгул, раз он сделал стойку на самого разыскиваемого преступника штата, убийцу, на счету которого уже десятки отнятых жизней. И долгое… Ладно, очень долгое отсутствие секса не могло оправдать этого неправильного и опасного для жизни влечения. - Ну, чем займемся? – тем временем уже одевшийся Гордон свернул спецназовские шмотки в рулетик, начинкой которого послужил автомат. Пистолет с глушителем, именно такой, каким Джек себе его представлял, Лоу спрятал за спину. С размером он все-таки ошибся. Свободные штаны на более широких ногах киллера не были такими широкими, подчеркивая всю красоту тренированного тела. А футболка едва по швам не трещала, хоть и пошита из эластичной ткани. Он был похож на стриптизера с пушкой. - Ты готовишь? – спросил Джек, чтобы отвлечься от развратных мыслей. - Не совсем. Но могу помогать, если скажешь, что делать. Маррол вывалил из пакетов сегодняшние покупки, сразу же откидывая на разделочный стол стейки, зелень и овощи. - Я бы предложил приготовить их на гриле во дворе, но насколько я понимаю, это не вариант? - Правильно понимаешь. – одобрительно улыбнулся киллер, и приблизившись, встал рядом. - Тогда мясо приготовим на сковороде, а овощи запечем в духовке. Ты же не вегетарианец? - Нее, друг! Я мясоед до мозга костей! – ответил он и так лучезарно улыбнулся, что Джек чуть не порезался, открывая в этот момент герметичную упаковку со свининой. Следующие полчаса они готовили в тишине. Лоу сосредоточенно резал помидоры, картофель и луковицы на четвертинки, а Джек украдкой поглядывал на своего неожиданного гостя. У Гордона было по-мужски красивое лицо, светлая кожа, украшенная россыпью мелких шрамов, тонкие губы, горбинка на носу (очевидно тот когда-то был сломан, а затем неумело вправлен и сросся немного неровно), густые темно-русые брови, сведенные к переносице и такого же оттенка короткий ежик волос. Конечно, он знал, как выглядит Лоу, видел на листовках с красной надписью РОЗЫСК. Но вот так, вживую, он был совсем другим, не черно-белым компьютерным портретом, а самым что ни на есть живым привлекательным мужиком. Сам Джек не отличался подобной харизмой. Природа красотой его не наградила. С юности он был каким-то неказистым. Позже, повзрослев, занялся своим телом, привел в порядок, накачал мышцы. И теперь он был обладателем горячего тела при совершенно непривлекательном лице. Разглядывая себя в зеркало, иногда мелькало желание лечь под нож пластического хирурга, чтобы исправил на бесцветном лице хотя бы слишком большой нос и торчащие в стороны уши. В общем, себе Джек Маррол совершенно не нравился. И понимал, отчего на личном фронте у него полное давнее затишье. Последние отношения были еще во времена ординатуры и продлились семь месяцев, после чего его бойфренд изменил Джеку с красавчиком на шикарной тачке, и с ним же умчал в закат. После были одноразовые встречи без обязательств, раз в пару месяцев. А потом вся эта история с погибшим пациентом, судом и увольнением. Джек так глубоко погрузился в свои мысли, что перестал замечать преступника по правую руку от себя. Плохие воспоминания утягивали в свою черную дыру, и чтобы в нее не провалиться Маррол попытался отвлечься и сообразить, как долго он уже хранит целибат. По сему получалось, что уже два года и два месяца. Да уж, он тот еще герой любовник.        А может послать все к черту и рискнуть? В конце концов, сколько у него шансов остаться живым после визита Лоу? Скорее всего в подходящий момент Гордон пристрелит его, как ненужного свидетеля. Так хоть может потрахаться получится напоследок. Джек снова украдкой глянул на киллера. Нет, это точно плохая идея.        Закончив с овощами, Лоу прошел в гостиную и по-хозяйски развалился на диване, щелкая на большом экране телевизора каналы.        - Там ты вряд ли найдешь что-то интересное. Переключи на Нетфликс или подключись к флэшке, там есть пара фильмов, - доктор перевернул мясо, выключил плиту и отставил в сторону, чтобы немного потомилось и отдохнуло. Дольки овощей отправились в разогретую заранее духовку. Джек выудил из дверцы холодильника две бутылки пива, сел у другого края дивана и протянул напиток гостю. Гордон глубоко вздохнул, будто сомневаясь, но все же протянул руку и отвинтил крышку.        - Слушай, я что-то не понимаю тебя. Другой бы на твоем месте уже в штаны со страха наложил. Ну или все-таки позвонил бы копам. А ты сидишь себе спокойно, пиво пьешь, - сделав глоток, задал волнующий его вопрос киллер. И уставился на доктора, ожидая пояснений.        - Так мне и страшно. Но что я могу сделать в этой ситуации? Дернусь к телефону, ты меня пристрелишь. Начну истерично вопить, ты меня пристрелишь. Да, и в любом случае я не жилец. Так лучше провести последние часы с удовольствием! - прямо ответил Джек, и вдруг понял, что совершенно не соврал.        - Допустим. А как на счет семьи? - Лоу включил старый шпионский боевик про Борна и отложил пульт в сторону.        - Отличный выбор! - одобрил фильм доктор. - Нет у меня никого. Родители погибли. Я единственный ребенок в семье. А свою я не завел.        - Чего так? - казалось, киллера действительно интересовали детали чужой жизни.        - Парень, ты меня видел!? - усмехнулся Джек. - Кто на такую красоту позарится?        - Внешность - дело второстепенное. Смазливое лицо в амурных делах производит впечатление только при знакомстве. Все решает характер. - Гордон поучительно поднял руку с оттопыренным мизинцем над головой.        - Ну, как-то в последнее время со свиданиями не очень. А ты? Какая нелегкая занесла тебя в Кроулфолз? Не бабулю же ты навестить приехал! - дальше говорить о своей скудной личной жизни не хотелось, и он перевел тему в более интересное русло. Гордон как-то странно усмехнулся, а потом засмеялся в голос. Джек подождал, пока он успокоится и вопросительно поднял бровь.       - Не поверишь, угадал! Моя ба уже совсем плоха, и вряд ли доживет до конца недели. Месяц назад ее отправили домой после обследования, сказали, что ничего нельзя сделать.       - Погоди-ка! - Маррол подался навстречу. - Миссис Уорен - это твоя бабушка? – город был не таким большим, да и просто умирать пациентов домой отправляли нечасто.       - Да. Откуда ты..?       - Я был ее лечащим врачом. Ей уже почти девяносто и ее организм стал постепенно отказывать. Я предлагал варианты интенсивного лечения, но она отказ алась. Решила спокойно и с достоинством уйти. Но про внука она никогда не говорила.       - Да я все понимаю и не обвиняю тебя. А что по поводу внука, то я не тот родственник, о котором рассказывают друзьям. Если ты понимаешь , о чем я! - Лоу криво ухмыльнулся. - Но она меня искренне любит и была рада видеть!       - Вау! Ты подставился под удар, чтобы попрощаться с бабулей. Это... Благородно что ли.       - Ой, да заткнись ты! – Лоу снова блеснул своей улыбкой на миллион, и Джек не смог не улыбнуться в ответ. – Она мой последний живой родной человек.               - Сочувствую, правда. Миссис Уорен хороший человек… С очень специфическим чувством юмора, – Джек внезапно вспомнил, как эта премилейшая особа «случайно» зашла в мужской туалет, распугав там всех писающих мальчиков, а потом еще долго называла застуканных номерами, в зависимости от размера достоинства. И как только успела все рассмотреть? Их там было шесть человек. К собственной гордости, Маррол целый месяц проходил с почетным вторым номером.               - Ахаха, это верно! – киллер, конечно, мыслей доктора не слышал и воспринял все по-своему. А может ему тоже вспомнился какой-то забавный случай.               Со стороны кухни послышался писк таймера духовки. Джек поставил пиво на журнальный столик и отправился сервировать тарелки. Куски мяса легли на большие листы салата, а румяные овощи дополнили композицию.               - Соус? – из вежливости что ли поинтересовался он, хотя сам уже потянул ручку холодильника. В буфете больницы уже все повара знали, что доктор Маррол соуса переводит чуть ли не больше, чем самого мяса.               - Да, давай. Мы можем поесть перед телеком, или у тебя ужинают на кухне? – отозвался гость, даже головы не отвернув от увлекательного боевика.       Джек поставил тарелки на поднос, кинул рядом столовые приборы и направился в гостиную. Лоу отрезал кусок от прожаренной до степени аль денте вырезки, отправил в рот и блаженно закатил глаза.               - Вот что этим бабам не хватает, а? Врач, домосед, хозяйственный, готовишь такую красоту, что слюной подавиться можно. Любая должна сама тебе на шею прыгать!              Маррол подавился уже отправленным в рот куском мяса. Отпив несколько глотков пива, решил на всякий случай прояснить.               - А разве я что-то говорил про женщин? – осторожно сказал он, боковым зрением наблюдая за реакцией киллера. Тот медленно отложил вилку и нож в сторону и прочистил горло.        - Гмг. Даже так? – на секунду Джек подумал, что совершил серьезную ошибку, четко обозначив свою ориентацию. Похоже, он сам себе сократил оставшееся время жизни. И словно в подтверждение, Гордон потянулся правой рукой за спину, туда, где прятался пистолет. Окончательно потерявший страх и впавший в отчаяние Джек рванул вперед и перехватил широкое запястье ладонью.               - Не надо. Хорошо же сидели. – он смотрел на Лоу как кот из мультфильма про Шрека, огромными просящими глазами.              Гордон сначала ошарашено, а потом понимающе посмотрел на хозяина дома.               - Вообще-то я убрать его хотел, чтоб не мешал, - с улыбкой ответил киллер. Он, как и обещал, оставил пистолет на стеклянном журнальном столике, а потом резко притянул Джека к себе за руку, которую тот так и не сообразил убрать.               Поцелуй вышел столь неожиданным, что Маррол растерялся и не ответил. Да, еще час назад он сам рассматривал возможность переспать со своим будущим палачом, но то были лишь глупые и ничего не значащие мысли. Мало ли, что со страху в голову взбредет. К решительным действиям он оказался как-то совсем не готов.       Лоу тоже это понял и отстранился.               - Давай смотреть кино, – сухо сказал он и схватился за пиво. А Джек не стал спорить.       Часы показывали уже три ночи, а на экране поплыли субтитры третьей части шпионского боевика. Маррол уже поминутно клевал носом, но всеми силами старался разбудить вымотанный сменой и пережитыми эмоциями организм.               - Ты не возражаешь, если я приму душ? – спросил Лоу, как оказалось, чисто из уважения к хозяину. Сам он уже поднялся и стянул с себя футболку, зачем-то забрал грязную посуду и понес в раковину, где принялся намыливать ее пенной губкой. Тут и бодрость Джека подоспела, взбудораженная открывшимся видом широченных плеч и обтянутой хлопком задницы. Мысленно обозвав себя чертовым извращенцем, Маррол исчез в спальне и вернулся через минуту, держа в руках большое белое полотенце.               Гордон поблагодарил за заботу и закрылся в ванной, спустя пару минут послышался шум воды. Джек сидел на диване и представлял мускулистое тело киллера, украшенное пеной, стекающей под напором капель, как играют мышцы под кожей при каждом движении, и как крепко могли сжимать эти стальные руки податливое тело… Он помотал головой, чтобы прогнать видение, и тут увидел то, что взбудоражило его сознание до глубины души. То, что могло переломить ход всех событий этой ночи.              Лоу оставил пистолет.              В голове ураганом проносились мысли. Не мог же наемник его уровня так глупо облажаться и подставить свою жизнь под удар. А может все это не спроста? Может он намеренно оставил Джека одного, чтобы дать возможность уйти? Время летело слишком быстро. У Джека на принятие решения оставались считанные минуты.              Уйти или остаться?               Разумнее всего было бежать сломя голову, сообщить в полицию, и это будет правильно. Но что-то, какая-то неведомая сила не давала доктору поднять свою задницу с дивана. Неужели он настолько разочаровался в собственной жизни, что сам идет навстречу той самой пуле…       Послышался хлопок двери из прихожей. Вот и все, момент упущен. Лоу вошел в гостиную в одном полотенце, повязанном вокруг бедер и замер.               - Ты все еще здесь? – очевидно, Джек подумал правильно и Гордон не рассчитывал его больше увидеть.              - Почему? Ты же прекрасно понимал, что рискуешь. Это не было оплошностью. Ты намеренно оставил оружие. Совсем не боишься? Я ведь умею им пользоваться, – не соврал Маррол. Он сидел все на том же месте и задумчиво крутил в руках пистолет.               - Встречный вопрос, почему ты остался? Мог бы уйти, – Гордон сделал пару шагов навстречу.       Если бы Джек сам знал ответ на этот вопрос. Всего секунда, чтобы поднять ствол и выстрелить в преступника, на чьих руках столько крови невинных. Он это точно заслужил. Но Джек кладет оружие назад на стол и откидывается на спинку дивана.               - Принеси еще пива.              Лоу, оказалось, тоже был крайне напряжен все это время, но умело это скрывал. И только когда решение было принято, он облегченно выдохнул, улыбнулся и пошел к холодильнику. Джек понимал, что творит редкостную глупость и очень скоро за нее же поплатится. Но отчего-то именно в эту ночь, именно этому человеку захотелось рассказать то, что так долго держал в себе. Вывалить копившееся внутри дерьмо и потом со спокойной наконец душой уйти.               - Ну тогда рассказывай, – Гордон сел рядом и кинул ему на колени бутылку.               - Что рассказывать?               - Ой, да брось! Тебя явно что-то гложет. Ведешь ты себя как конченый псих и явно торопишься на тот свет. Так что, раз остался, то говори.               - Надо же! Серийный убийца и психолог в одном лице. Или ты как священник, выслушивающий последнюю исповедь? - Джек не мог понять почему, но страх куда-то исчез. Он видел такое, когда смертельно больной пациент принимает тот факт, что жить ему осталось пару месяцев. Он словно отпускает ситуацию, и приходит покой. Маррол испытывал сейчас нечто подобное.               - Эй! Я – наемник. Попрошу не путать. Серийники убивают ради собственного удовольствия, а мне за это платят, – притворно оскорбился Лоу.               - Да? И много?               - Достаточно, чтобы за мной прилетел вертолет и вытащил из той задницы, в которой я оказался, – подмигнул он доктору. – Не съезжай с темы. Я слушаю.              Джек немного помялся, соображая с чего бы начать.               - Я закончил ординатуру в двадцать восемь лет, решил пойти по стопам отца и ушел в армию. Там был полевым хирургом четыре года. Побывал в горячих точках, ну знаешь, где повсюду только кровь, грязь и слезы. Затем вернулся, жил в Нью-Йорке. Там работал хирургом общей практики, и довольно успешно. Карьера шла в гору со скоростью истребителя.       Маррол прервал рассказ, погрузившись в воспоминания, но тут же заставил себя вернуться в реальность. Киллер терпеливо ждал, не пытался перебивать или вставлять неуместные комментарии.               - Однажды к нам в отделение поступил мужчина. Позже выяснилось, что он тоже ветеран, и мы даже в одной точке побывали, только в разное время. И я в более благоприятное и безопасное. В той стране шла война, и некому было позаботится об опасных для жизни отходах. Тогда все просто сжигали. Никто не знал к чему это может привести. Дым от этих пожаров оказался крайне токсичен. Сначала он уничтожал легкие, затем токсин попадал в кровь, медленно уничтожая остальные жизненно важные органы. В таких случаях ничего нельзя сделать, – голос доктора дрогнул, и он поспешил протолкнуть вставший в горле ком большим глотком алкоголя.               - А как же пересадка?               - Слишком обширные повреждения. Ни одна врачебная комиссия не одобрит такую операцию. Пересадить даже один донорский орган сложно, велик риск отторжения. А там требовалось заменить чуть ли не всё. Мне не оставалось ничего, кроме как выписать обезболивающие, которые ничерта не помогали, и отправить его домой умирать. И тогда пациент попросил меня о том, что в том штате считается убийством. Эвтаназия. Он испытывал настолько мучительные боли, что буквально молил меня убить его. И я это сделал. И об этом узнало мое начальство. Все выглядело как сердечный приступ, и шум поднимать не стали, боясь за репутацию больницы. Меня уволили и велели убираться на край света, занесли в черный список. Ни одна уважающая себя клиника не возьмет меня к себе на работу. Так я оказался в этой дыре.               - Погоди, но ты же работаешь! – тем временем бутылка Лоу стремительно пустела, но за новой он решил не ходить.               - Работаю. В Кроулфолзе всегда нехватка врачей. Здешнее руководство закрыло глаза на нелестную характеристику. Нужно же кому-то работать.              Джек откинул голову и устало закрыл глаза. Признание вымотало его даже больше, чем двенадцатичасовая смена. Но как приятно было наконец проговорить это вслух, сбросить с себя хоть маленький кусок этого огромного балласта.               - Мне жаль, – крепкая ладонь участливо сжала плечо и в этот же момент будто дышать стало легче. Не отдавая себе отчета, Джек наклонил голову и потерся щекой о его руку.               - Спасибо, но не стоит. Я не жалею.               - И правильно. Ты все сделал правильно, – Лоу ответил на ласку и уже всей шершавой ладонью гладил его лицо, изредка касаясь губ подушечкой большого пальца.              Джек открыл глаза и наткнулся на такой взгляд голубых глаз, что стало ясно – он понимает.               - Вот почему я все еще здесь. Я такой же убийца, как и ты. Только сумевший избежать наказания. Возможно, ты и есть моя кара за грехи прошлого, – тихо заключил Маррол, не разрывая зрительного контакта.               - Такой же убийца, как и я… - еле слышно ответил Гордон и потянулся к его губам.       На этот раз не было ни неловкости, ни сомнений. Джек видел в киллере своего человека и желал его всем своим существом. Одним ловким движением он откинул край пушистого чуть влажного полотенца в сторону и с жадностью набросился на стремительно твердеющий член. Маррол чувствовал, как ствол толчками поднимается и становится больше прямо у него на языке. Гордон тяжело задышал над головой, происходящее ему явно нравилось.               - Какой голодный! – Лоу запустил пальцы в чуть отросшие пшеничные волосы и с силой потянул вверх. Маррол злобно зарычал, сцепив зубы. - Дааа! Таким ты мне нравишься больше. Давай, не сдерживай себя, - приказал Лоу и опустил его голову к своему паху. И Джек опустился, заглотил по самые яйца и довольно замычал. Все было таким порочным, но таким правильным. Словно две сильнейших стихии слились в горячем танце, словно два гордых льва - одинаково сильные и свирепые - сражаются за право главенствовать.        Выпустив член изо рта, Джек притянул Гордона за шею и заставил поцеловать себя, ощутить на языке собственный вкус. Не то, чтобы Лоу сопротивлялся, напротив, он словно чувствовал момент, когда надо прогнуться, а когда надавить.        Не было долгих раздеваний и предварительных ласк. Каждый сам срывал с себя одежду, бросая куда придется. Им не нужна была кровать, слишком необузданным было желание, чтобы тратить драгоценные секунды на перемещение по дому. Они дарили друг другу поцелуи-укусы, Лоу царапал ему спину, сжимал ягодицы так сильно, что наверняка утром вся задница будет в синяках.              И Джек сжимал в ответ. Вдавливал в себя мускулистое тело, будто пытался слиться в единое целое. Откуда-то взялось дикое звериное желание укусить, пометить, чтобы Гордон, глядя на зарубцевавшуюся рану, вспоминал свое приключение в Кроулфолзе и самого Джека. И когда Лоу все-таки прогнул его, повалил на лопатки и толком не растягивая, лишь смочив головку слюной, начал протискиваться в тугое отверстие, Джек вцепился в его ключицу зубами.        Гордон не отпрянул, не оттолкнул, лишь громко зашипел, принимая условия. Они разделяли боль на двоих, чтобы потом наградить друг друга удовольствием. Джек так сильно сжимал чужую плоть, что в какой-то момент во рту стало горячо и появился металлический привкус. Лишь тогда он отстранился, и чужая кровь тонкой струйкой вытекала из уголка рта.              Гордон замер, перестал напирать, и Джек испугался, что все испортил, что это оказалось слишком. Он неуверенно поднял взгляд, собираясь извинятся, если придется, но столкнулся лишь с потемневшим затуманенным взглядом. И лишь тогда понял, что Лоу вошел в него полностью и просто великодушно дает ему короткую передышку.               - Дикарь! – прорычал ему в лицо киллер и потянув за волосы заставил запрокинуть голову и открыть доступ к шее. А затем двинул бедра чуть назад и снова вошел грубым резким толчком. Джек застонал от смеси боли и наслаждения. Как врач, он точно знал, что Гордон его порвал, но было абсолютно наплевать. Какая разница, завтра он уже будет остывающим трупом в собственном доме, боли не будет, ничего не будет.              Лоу врывался в его тело снова и снова, рычал и стонал, кусался и матерился, но не останавливался ни на секунду. Взвинчивал темп все сильнее, пока долгожданная острая волна оргазма не накрыла его, заставив замереть на распластанном теле доктора. Его так долго скручивало в судорогах удовольствия, что осознать тот факт, что Маррол успел скинуть его с себя и перегнуть через подлокотник дивана получилось не сразу.               - Моя очередь! – не терпящим возражений тоном сказал Джек и вдавил его голову в диван, чтобы не рыпался.              Сплюнув на ладонь, он так же, как и Лоу некоторое время назад, смазал головку и попытался войти, но рефлекторно сжавшиеся мышцы не пускали. Маррол попытался еще раз, и снова безрезультатно.               - Ну же, расслабься. Тебя что никогда не трахали? – не просил, требовал доктор.               - Никогда! – прорычал Лоу в ответ и попытался спрятать лицо в сгибе локтя.               - Вот же… Да чтоб тебя! – досадливо выругался Джек и отстранился.              Схватив Гордона за шею, он потянул его к себе, а затем надавил, приказывая встать на колени. Лоу никогда никого к своей заднице не подпускал, но Джеку готов был дать. Но новый план ему нравился гораздо больше, и он приглашающе открыл рот. И снова не было никакой нежности. Маррол трахал горячий рот, держал его за затылок и заставлял насаживаться до основания, задерживался на доли секунды, лишь чтобы ощупать пальцами горло, почувствовать в чужой глотке собственный член, а потом отпускал, позволяя сделать глоток воздуха.              Просто не было. Слюна и слезы текли не прекращаясь, горло саднило, но Лоу покорно принимал все, что Джек готов был ему дать. Спустя несколько минут Маррол в последний раз ворвался в тугую глотку, удерживая голову Гордона у своего лобка, и согнулся пополам, изливаясь глубоко внутри. Сознание покинуло черепную коробку и воспарило где-то высоко над землей.              В себя его привели несильные шлепки ладони по бедру. Лоу просил его отпустить и позволить отдышаться. Джек отпрянул и рухнул на колени, благодарно целуя растраханные припухшие губы.       Трясущимися руками он дотянулся до своей футболки и стал осторожно вытирать лицо сегодняшнего любовника от влаги. На дрожащих ногах они добрались до спальни и сразу же нырнули под одеяло. Усталость брала свое.               - Сделай одолжение, - на краю уплывающего в сон сознания пробормотал Джек, - Убей меня во сне.        А в следующую секунду провалился в царство морфея.                     Год спустя.               Джек закинул в рюкзак грязную рабочую форму и застегнул молнию. Накатило чувство дежавю. Ровно год назад он так же, как и сейчас, собирался ехать домой после долгой смены. И именно в этот день он пережил самые яркие часы своей жизни. В то утро он не должен был проснуться, но когда солнце поднялось в зенит и упрямо метало в окно свои лучи, Джек открыл глаза.               Рядом никого не было. И ни в спальне, ни во всем доме не было и намека на присутствие посторонних. Если бы не саднящая до скрипа зубов задница и записка на прикроватной тумбе, то Маррол бы решил, что все это было сумасшедшим сном.        Записка. Маленький зеленый стикер, на котором кривым почерком выведена короткая фраза "Такой же убийца, как и я".        Непонятно зачем, но Джек сохранил этот маленький листок. И даже больше, носил его в бумажнике под защитной пленкой, чтобы каждый день видеть и не дать себе возможности забыть.        Иногда по ночам он задумывался, как теперь живет Лоу. Осел ли в какой-нибудь стране или все еще кочует. Думал, и в тайне надеялся однажды увидеть его снова. А утром гнал от себя эти глупые мысли и шел на работу. День за днем. Неделя за неделей.        В первые дни Маррол не мог нарадоваться, что жив. С искренним восторгом встречал каждое новое утро. Даже навестил миссис Уорен. Та, конечно, уже слабо воспринимала происходящее вокруг и Джека даже не узнала.        Гордон угадал, она умерла к концу недели. Маррол лично занялся организацией похорон и оплатой счетов, так как родственников у старушки не осталось. А тот единственный, кого Джек знал, был, возможно, на другом конце планеты. Он был ничем ему не обязан, но почему-то считал это своим долгом.        С каждым месяцем лицо Лоу все реже мелькало в новостных программах с пометкой "РОЗЫСК". Шумиха стихла, и в один прекрасный день все забыли о преступнике, держащем в страхе Кроулфолз. Людям свойственно забывать плохое. Это отличный защитный рефлекс человеческого сознания, помогающий жить дальше.        Джек ленивым шагом плелся по парковке клиники, где его ждала новенькая Тойота. Вспомнился тарахтящий старичок пикам, которого в ту самую ночь зачем-то угнал Гордон. Серьезно, да проскакав по центру города голым на лошади он бы привлек к себе меньше внимания, чем на этом ведре с гайками.       Маррол усмехнулся своим мыслям и завел мотор. В кожаном комфортабельном салоне кататься было гораздо приятнее, и дорога отчего-то казалась мягче.        Заскочив по пути в супермаркет, где Стю встретил его дежурной улыбкой и даже сделал скидку, Джек закупился продуктами и взял курс домой. На город опустилась ночь.        В голове мелькнула мысль, что намеренно или подсознательно, но он повторяет маршрут того дня. В душе екнуло от одной мысли, что сейчас он поднимется на крыльцо, где снова не загорится свет, а из темноты выйдет Он.        Но Джек зло рыкнул сам на себя и прогнал глупые ложные надежды. Автомобиль плавно въехал во двор, ворота закрылись. Водрузив пакеты на руки, Маррол подошел к двери. Датчик движения сработал, свет загорелся.        На деревянной террасе прямо под ногами лежал большой желтый конверт без подписей, марок и каких-либо опознавательных знаков. Пакеты выскользнули из вспотевших ладоней и громко стукнулись о пол. Кажется, что-то разбилось, но было плевать.        Джек поднял конверт и вытащил из него новенький паспорт Германии на имя Густава Шварца с его, Джека, фотографией. А еще билет в один конец до Мюнхена, с приклеенным прямо по центру стикером с написанными знакомым почерком словами "Жду в самолете".              Пакеты с продуктами так и остались валяться на пороге никому не нужные. Возможно, соседи через пару дней обнаружат его пропажу и поднимут тревогу. А может и нет. Джек не тратил время на сборы вещей. Все это было не важно. Документы были на руках. По пути он остановился у банкомата и опустошил все свои кредитки, получив почти шестьдесят тысяч наличными и помчался в соседний город, где и находился нужный аэропорт.               Впереди ждала новая жизнь.        Где-то там ждал Гордон.        Посадка через два часа.        Он должен успеть.       Он успеет.