Часть 4
4 сентября 2025 г., 13:31
В тот вечер Юнги увез Чонгука с собой, когда парня более-менее начало отпускать. Чимина забрал Тэхен, оставляя Намджуна с Джином в кальяной.
— Тэхен, какого хера он будет у тебя ночевать? — кивает головой на заднее сидение, где студенты дремали. В голосе Юнги отчетливо слышится раздражение.
— Юнги-хён, — смеется Тэхен, откидываясь на красную кожу салона друга. — Он милашка, который испугался за своего друга.
Ким подмигнул Мину и повернулся к парням. Чимин дремлет и чуть похрапывает, а Чонгук медленно моргает, потягивая маленькими глотками воду из бутылки, что сунул в руки барыга.
Дорога продлилась дальше в тишине, Тэхен иногда оглядывался на задние сидения, в то время как Юнги лишь на светофоре бросал краткий взор на своего младшего.
Ночной воздух приятно ласкал опьяневшие щеки троих и лишь Юнги закатил глаза, пока пытался помочь Тэхену вытащить Пака из автомобиля возле дома лучшего друга.
— О да, я раскидал пьяный кильдим.
— У тебя ещё он, — с усмешкой кивает на заднее сиденье Тэхен, удерживая пьяного паренька за талию.
— Он не считается, я его к себе забираю.
Автомобиль движется плавно в сторону дома Юнги по ночному городу. Барыга время от времени оглядывается на Чонгука, уже мирно спящем на заднем сидении. Старший вздыхает, сжимая руль крепче, до побеления костяшек. От дома Тэхена до собственного расстояние не маленькое. Хоть преодолеть его можно в считанные минут десять, Юнги не торопится из-за спящего обдолбаного студента.
— Малыш, иди сюда, — треплет по плечу Мин, пытаясь немного потянуть на себя.
— Шу-у-уга, — улыбка до ушей и пьяный смех с едва заметным прищуром.
— Да-да, Гук-и, это я, идем домой.
Несколько минут уходит на то, чтоб все же вытащить Чонгука из машины и отвести его расслабленное тело в квартиру. Юнги в голове перебрал всевозможный мат на нескольких языках, от части и обвиняя себя за состояние студента.
В доме все стало проще, Мин бросил младшего на кровать в своей спальне, сняв только обувь и толстовку.
— Спи, придурок.
Юнги тушит свет и уходит в гостиную, усаживаясь за компьютер, где на экране стояла пауза на фильме, а на столе — кружка уже холодного чая. На самом деле его собственное похмелье после предыдущей ночи никуда не ушло, но если речь зашла про Чонгука, все стало неважным.
{｡^◕‿◕^｡}
Неделей позже.
{｡^◕‿◕^｡}
Чонгук с того вечера суток трое не выходил из дома Юнги вовсе. Первый день просто проспал до обеда, а дальше головная боль из-за пересыпа. Мин не трогал его, разве что поделился свежей одеждой и во второй половине дня заставил поесть. К ночи Чонгук сам разошелся, и поболтать ему, и потискать барыгу. Старший не отказывался, но и не выглядел счастливым от этого.
— Гук-и, на пары не пойдешь опять?
— Скажу, что был на больничном после серьезного отравления. — Улыбается, зарываясь в жгуче черные волосы барыги рукой.
— Отравление как же, — смеется Мин, хватая его другое запястье Чонгука и утягивая ближе к себе. Обнять, вдохнуть аромат и расслабиться.
— В какой-то степени я прав, — подмигивает Чонгук, прижимаясь к старшему.
Вскоре они уснули за мелким спором, что Чону не стоило пробовать наркотик, а тем более голодным и под воздействием алкоголя. Юнги поставщик, не употреблявший сам, но прекрасно знает, как на людей действует то или иное вещество.
Вторые и третьи сутки Юнги ставил себе короткий график, дабы побыть с Гук-и подольше, но и не остаться без заработка. Последней ночью барыге необходимо было забрать новую поставку, запасы кончались, а заказы увеличивались. Чонгук сидел в машине, уткнувшись в телефон. Несколько новых диалогов всплывало, отвлекая от просмотров подкастов. Намджуна он сразу проигнорировал, зная что тот до утра подождать может, а в случае необходимости позвонит. На втором же задумался, не понимая, листает аккаунт, пытаясь понять кто это. Тщетно. Из задумчивости возвращает в реальность голос на ухо:
— Малыш, что беспокоит?
Юнги не заглядывает в чужой смартфон, с интересом смотря на самого студента. Тот хмурится и закрывает социальную сеть, оставляя телефон на приборной панели.
— Вероятно с кем-то спутали.
Но в голове вертится это короткое: «Как поживаешь?». Ни никнейм, ни фотографии не были знакомы.
{｡^◕‿◕^｡}
День проводов Намджуна и Джина.
{｡^◕‿◕^｡}
Намджун не привязан к работе, поэтому улететь с любимым человеком в его страну за решением нескольких вопросов не составит труда. Чонгук пообещал Юнги не накидываться сильно, тем более что в их компании, кажется, запустил корни Тэхен. Сколько бы Пак не звонил по делу или без, всегда на фоне голос или смех Кима, социальные сети тоже пестрили совместными фото, и действительно, лучший друг Чонгука обрел счастье благодаря своей выходке со срывом свидания. Только Мин не мог отойти и отпустить ситуацию из-за которой дал по лицу Чонгуку, потому отказался ехать на проводы. Да и не знаком толком с ними. Компании более чем из трех человек для него неуютны.
— Я позвоню, — посылает воздушный поцелуй на камеру ноутбука Чонгук.
— Дурак, боже, — смеется Юнги, но ловит невесомый поцелуй и припечатывает себе на щеку.
{｡^◕‿◕^｡}
— Твой друг сегодня не выкинет чего-то такого? — интересуется Джин, застегивая ворот на последнюю пуговицу на черной рубашке.
— Нет, он сказал, что в аду эти отходняки видел.
Спокойно отвечает Намджун, но про себя ругается на Чонгука. С того вечера у него не было возможности устроить одному из младших вечер нотаций.
Джин обходит Намджуна со спины и поправляет его воротник, оставляя короткий поцелуй на плече через темно синюю ткань. Раньше ходить в рубашках на повседневной основе было странно, а теперь это кажется таким приятным. Джин доволен собой, что с партнером схож вкус на многое, и очень рад, что встреча в кафе в Америке их свела, хоть и странным образом.
{｡^◕‿◕^｡}
Чонгука забрали Тэхен с Чимином и направились прямиком в гости к Намджуну. Кимы приготовили ужин, напитки и даже создали особую атмосферу при помощи светодиодного освещения. Время шло незаметно и весело, Тэхен действительно влился в их коллектив и даже перед уходом подарил Намджуну и Джину по сувенирной ручке с логопотипом компании отца, в будущем его. Чонгук задержался немного дольше, желая поболтать со старшим другом и рассказать то, что так Намджун не услышал в тот злаполучный день.
— Вот как-то так я познакомился с Шугой, — широкая улыбка и светящиеся глаза Чона заставили улыбнуться даже Джина этой истории.
— Ты уверен, Чонгук? — голос Джуни спокойный и в какой-то степени ласкающий, нотка переживания присутствовала. Все помнили первую любовь Чона и как закончились отношения длинной в три с половиной года.
— Пусть это разобьет мне сердце, но я хочу с ним многое. — Качает головой с той же улыбкой. — А вдруг это моя судьба?
— Он прав, Джуни, — прерывает тишину Джин, опускаясь на подлокотник кресла, в котором сидел его возлюбленный. — Даже если он не судьба и расход не исключен, пусть самостоятельно пройдет все эти этапы и эмоции.
Чонгук переводит взгляд с одного старшего на другого и щелкнув пальцами, мигает, подтверждая слова корейского американца.
— Ладно! — наконец выдыхает Намджун, — Ладно.. Я просто переживаю за тебя, Гук-и.
Не все темы они обсудили, но пора стало уходить, дать паре выспаться перед перелетом. Чонгук глянул на время, было около двух ночи, Юнги последний раз в сети час назад. Младший отправил короткое сообщение «я еду домой» и спрятал телефон в карман джинс. Такси поджидало у дома Кима, когда студент вышел на улицу. Барыга не отвечал ни сейчас, ни через двадцать минут, как младший подъехал к своему дому.
Расплатившись и покинув автомобиль, Чонгук встал, как вкопанный. На лавочке возле дома сидела девушка. Та самая с кем никогда и никого не спутает он. Те же длинные темно русые волосы, собранные в тугой хвост, те же высокие шпильки и броский образ, сочетающий черные кожаные шорты с белым топом под длинным красном плащом. Чонгук дал себе пощечину и потер глаза. Но нет, он был абсолютно трезв и девушка, сидящая на скамейке никуда не исчезла. Наоборот сердцебиение участилось, а перед глазами вдруг все застелило белым. Шепот, слетевший с пересохших губ, испугал даже самого студента.
— Лиса…
Парень быстро прикрыл рот ладонью. Внутри боролись смешанные чувства: подойти и спросить, что бывшая забыла здесь, или же убежать без оглядки. Бежать так быстро и так далеко от своего же дома. Так больно видеть ту, которую год пытался отпустить. Ту, которая врезалась в память ночами, жрала сердце изнутри и не позволяла задуматься о новых отношениях. Сейчас даже Юнги куда-то в памяти провалился. Чонгук болезненно укусил свою нижнюю губу, оставаясь на месте столбом.
Он развернулся и пошел прочь, неважно куда, скрыться подальше первая мысль. Телефон вибрацией напомнил о себе новым уведомлением в кармане. Опять тот неизвестный никнейм: «Круассанчик, давай поговорим.» Чонгук рычит, кровь подступает к вискам. ‘Круассанчик’ только она так звала от большой любви Чонгука к изделию. Телефон летит об асфальт, экран вдребезги.
— Лиса, какого… — голос дрожит и срывается на крик.
По асфальту слышно цоканье каблуков, но Чон их не слышит, шумные мысли витают в голове вперемешку с воспоминаниями, с болью, страданиями. Девушка остановилась в паре метров и окликнула.
— Чон Чонгук.
Все вокруг замерло, мир заглох и потускнел. Лишь ее голос имел окрас. Окрас эмоциональных качелей за предыдущие месяцы перед расставанием больше года назад.
— Лиса. — Хмычет Чонгук, с неохотой оборачиваясь к девушке, — зачем явилась?
— Скучала. — спокойно, будто не виделись несколько дней, улыбается девушка.
— Скучала? — Смеется без радости, проводя рукой по волосам и лицу. — Скучала блять? А тебя не волнует тот факт, что мы расстались?
— Круассанчик..
— Заткнись, Лиса. — Студент перебивает девушку, трясся указательным пальцем перед собой. — Я не хочу знать тебя, видеть тебя. Помнить блять. Я не хочу помнить, что нас связывало.
Рычит и хрипит от злости. Студент поднимает свой разбитый телефон и уходит, оставляя девушку одну посреди улицы. Оказавшись дома, он сползает по стене, дергая себя за волосы.
Контрастный душ, сигарета, бутылка виски из каких-то забытых остатков с последней тусовки. Не берет и не притупляет мысли. Чон открывает ноутбук и наблюдает непрочитанные от Юнги:
«Как добрался?» — 2:01.
«Ты где?» — 2:13.
«Малыш?» — 2:41. Сейчас.
Чонгук смотрит в экран, даже не зная, что ответить. Он делает глоток прямо с горла и набирает. С ошибками, которые терпеть не может, без пунктуации и без сожаления.
«Мы классно провели время, Хён. Будь счастлив.»
Юнги не успевает ни опомниться, ни что-то ответить, как аватарка «любимого Гука» исчезает и вместо никнейма появляется надпись «аккаунт удалён пользователем». Телефон недоступен. Точного адреса нет.
Мин смотрит в монитор своего компьютера и хлопает глазами с открытым ртом. Только утром всё было отлично и уже сейчас не осталось ничего. Без объяснения причины. Без каких-то разговоров. Он не профи в отношениях, но даже так понимает — разговор должен был состояться.
Последняя надежда — Пак Чимин. Юнги написал прямо ему, спрашивая адрес Гуки, и на всякий случай продублировал Тэхену, помечая особо важным достать адрес его студента.
