Фрагменты любви и страданий

22 июня, 2004 год. Сеул, квартира № 51 Как вы думаете, а легко ли закончить свою жизнь в моменте? Легко ли попрощаться с таким даром, как жизнь? Хан знал. С самого детства ему не везло. Быть всегда на втором плане и быть запасным вариантом – это стало в привычку для Джисона. В раннем детстве его сравнивали с грязью, потому что, видите-ли, он родился каким-то не таким. Родители гнобили его, кидая колкие и мерзкие слова в сторону своего сына. В школе его буллили и избивали, так что иногда он попадал в больницу. Были серьёзные травмы, но это никак не решали, ведь : « Он всё равно вырастет пустым местом. Зачем ради него что-то делать? » « Пусть, научится давать отпор, а то он, как маленький ребёнок » Эти слова он слышал на протяжении всей школьной жизни. Ему не было места в этом мире. Он был, по словам других, ничтожеством, которое родилось, благодаря своей матери. Они даже сочувствовали ей, ведь её чадо — дно. Один раз он попытался покончить с собой, но эта попытка окончилась неудачей. Его вернули. Он проснулся в больничной койке, а за дверью стояли родители. Зайдя в палату сына, они устроили скандал, ведь он неблагодарный. А что, если бы они остались здесь одни? Что, если бы Хана не вернули? Его ответ был кроток: — Радовались, потому что всю жизнь вы меня ненавидели, — через несколько минут по палате послышалась звонкая пощёчина. Щека Джи горела от удара матери. Та смотрела на него со всей злостью, будто она стала буйволом. — Не хочу тебя видеть, — женские глаза стали словно стёклышко. Она вышла за дверь, и через минуту послышался тихий плач. И сейчас, стоя на табуретке, которая вот-вот упадёт от движения ногами, стоял Джи. На крючке в потолку висела верёвка, смазанная мылом. Он смотрел в стену пустым взглядом. С того момента ничего не изменилось. Да, возможно, что-то да и начало налаживаться, но Хан страдал. Чувство вины за своё нахождение здесь, в этом мире, оставляет горькую совесть внутри. Минута перед решающим шагом. Хан пишет единственному близкому, чтобы попрощаться. Он отсылает огромный текст о том, что он бы ещё много раз встретился бы с Кимом. Много раз бы ещё посидел на крыше, слушая вместе с ним песню. Много раз бы поел корндог, деля пополам с ним. Хан надевает петлю на шею. Он отталкивается от табуретки. Воздух перестаёт поступать внутрь, и тело обездвижено висит в его квартире. Удивительно, всего-лишь одно движение, которое изменит твою жизнь ко дну. Всего-лишь одно движение, которое прекратит твою жизнь, как задуть свечку. 22 июня 2025 год, Сеул, квартире № 51 Ким Сынмин — работник офиса. Работает в нём уже, как четыре года. Его взяли сразу, так как было много качеств, подходящих для программиста. Он решил переехать в дома, которые находятся ближе к работе, потому что постоянно тратить деньги на такси было затратно. Да, зарплата, конечно, у него превышает до ста тысяч, но он деньги бережно оберегает, чтобы остались на старость. Его друг Хёнджин не понимает, как можно свои деньги не тратить. Хван Хёнджин — друг и работник того же офиса, где работает Ким. Всего он проработал в офисе два года, но уже обзавёлся друзьями. Самый близкий друг, на которого он может положиться — это Сынмин. Они познакомились в первый рабочий день Хвана. Сынмин сидел за компьютером, что-то сосредоточено рассматривая. Хван же сидел за соседним столом, немного разговаривая с другими сотрудниками. Ким был удивлён, что в такой дисциплинированной компании кто-то болтает, а не работает без отдыха. — Ты можешь быть чуть тише? Я работаю, — Сынмин отстранился от экрана, поворачивая голову к новому сотруднику. Глаза болели, но он обязан доделать дело до конца, а то его накажут. — Хорошо, но давай сначала познакомимся. Я Хван Хёнджин, — Хёнджин улыбнулся и протянул руку к новому знакомому. — Ким Сынмин, — Ким пожал руку и снова вернулся к монитору. Так началась эта дружба. Возможно, сначала они разговаривали не так много, но, когда нашли общие темы, то стали самыми близкими друзьями. — Вы точно хотите переехать в эту квартиру? — спросила владелица квартиры, нервно перебирая что-то пальцами. Это было похоже на какую-то безделушку в виде сферы? — Да, вполне, — Сынмин улыбнулся, второй раз оглядывая помещение. Ничем не обычная квартира. — Хорошо, вот ваши ключи. Оплату можете перевести по номеру, который лежит на столе. Всего хорошего, — женщина оживилась и ушла. Ким усмехнулся. Видимо, деньги оживили владелицу. Но посмотрев на стол он ничего не увидел, только пыль, которую никто давно не вытирал. Сынмин изогнул бровь в недоумении и почесал затылок, ведь женщина точно сказала, что бумажка с данными для оплаты лежит на столе. — Странно, но ладно. Может, забыла, если что напишет мне, — Сынмин фыркнул и лёг на кровать, проваливаясь в сладкий сон, ведь этот переезд забрал много сил. 02:30 ночи Ким просыпается от слишком, как можно сказать мягче, возбуждённого сна. На лице появился горячий и липкий пот, а снизу неприятно тянуло. Ким оглядел спальню, но никого вокруг не было, значит это сон. Как обычно Ким возвращался после рабочего дня домой. Принял душ, поужинал и лёг спать, чтобы встать пораньше завтра, так как рабочий день у них в офисе начнётся в семь утра. Он ненавидел директора за это, потому что изматывает работников, что те выглядят, как трупы. Но через двадцать минут он чувствует, как кто-то садится на его колени. Сынмин открывает глаза и видит молодого человека с покрашенными волосами в блонд. Щёчки, словно два шарика, такие милые и круглые. Глаза, как бусинки, которые смотрели ровно на него. — Милый, ты проснулся, — нечто улыбнулось и огладило его горячую шею, оставляя невидимые ожоги. — Кто ты? И что тебе надо? — Сынмин рычит и убирает ладонь этого странного парня. Что вообще делает посторонний человек в его квартире? Вроде бы он дверь закрывал, когда заходил в квартиру. — Ну, милый, ты меня не узнаешь? — Парень дует губы и замкнул их ладони в замок. Но Ким не чувствовал эту ладонь физически. Ким расширил глаза от шока, полностью начиная рассматривать лицо этого парня. Точнее не парня, нечто. — Это я Хан Джисон. Ты совсем что-ли память потерял спустя несколько лет после моей смерти? — Джисон улыбается и оставляет красную отметину на шее Кима. Он ехидно хихикает нервной реакции его парня, но внутри что-то…Хотя, внутри даже ничего не чувствуется. 26 июня 2004 год, Сеульское национальное кладбище Сынмин стоит около плиты своего парня, плача в свою рубашку. Рядом с фотографии Джисона лежит три красной хризантемы. При жизни Хана любил эти цветы, потому что для него они были чем-то вроде, как оберега. Сынмин не верил в эти дурацкие амулеты, но всегда дарил эти цветы парню, потому что всё же любил его. — Почему ты так рано ушёл, милый? — Ким смотрит на фотографию Джи и плачет, захлёбываясь в слезах снова и снова. Узнав о том, что его парня не стало, Ким закрылся в себе, впал в глубокую депрессию и не выходил на работу. Было больно внутри, потому что у него отняли самое ценное, что есть. Хан помог встать Киму с коленей, всегда был рядом, улыбался ему и целовал так тепло и спокойно, что эти моменты просто начали разрывать глотку от обиды и отчаяния. — Ты говорил, что навсегда рядом. Так вот, мы будем рядом всегда, — Сынмин достаёт из кармана раскладной нож и подводит к сонной артерии. — Надеюсь, мы не потеряемся там, — Ким режет ножом и через несколько минут обездвижено падает, не подавая знаков жизни. Кровь растеклась по плите, а рядом лежала фотография Джи. 23 июня 2025 год, Сеул, квартира № 51 — Ну, милый, — Джисон снимает с Кима футболку, начиная играться с сосками. Сынмин протяжно простонал, но отодвинуть парня не мог. Тело не слушалось его. Его будто приклеили самыми крепким клеем, чтобы тот не сдвинулся с места. — Какой же всё-таки ты у меня красивый, — Хан блуждает руками по телу парня и достаёт из под шорт член Кима, начиная играться с ним, словно игрушкой. Проходит несколько минут, и Ким просыпается. — Шесть утра, — Сынмин смотрит на часы и проводит рукой по лицу, убирая пот. Он встаёт с кровати и идёт в ванну, чтобы убрать тягость снизу и умыться. 03:30 ночи — Почему ты прошлый раз убежал, милый? Я обижен на тебя, — Джисон дует губы снова и сегодня сидит на краю кровати, подальше от Кима. — Что ты хочешь от меня? Я не помню тебя. Может, даже я не твой Сынмин, — Ким смотрит на приведение грозным взглядом. Оно не отстаёт его уже, как второй день. Хотелось бы наконец-то уснуть без каких-либо вмешательств. — Что ты только что сказал? — приведение рычит и поворачивает голову медленно и так пошагово, будто он какой-то робот. Из его глаз потекла кровь, ровно очерчивая линии. Хан подорвался и начал изучать Кима со всей животностью. — Ты мой Ким, — Хан пытается укусить, но Ким просыпается с криком и со слезами на глазах в…..психушке? — Мистер Ким, вас опять мучают кошмары? — женщина средних лет заходит в палату к парню, начиная рассматривать больного. — Хан…Хан…Кровь на глазах… — Тише, тише, скоро вам дадут успокоительное, и вы можете наконец-то поспать, — женщина гладит Кима по голове и уходит за дверь, чтобы поторопить с таблетками. Ким Сынмин — больной медицинского госпиталя при Сеульском Государственном университете. Находится в нём с октября прошлого года. Попал по запросу женщины-соседки, ведь увидела, что Сынмин ведёт себя ненормально. — Сынмин, я ещё вернусь, — послышалось где-то сзади, отчего Сынмин начал трястись