6
4 сентября 2025 г., 21:42
— Ну что, мы готовы? — Гынхо стоял в дверях и тревожно осматривал помещение, пытаясь вспомнить, все ли он взял.
— Готовы. Автобус отбывает в восемь, у нас есть достаточно времени, чтобы добраться до вокзала.
За время, проведенное в доме Ли Гынхо, Джисон уже успел как следует познакомиться с местными порядками: узнал о различных видах транспорта, о работах, о еде, о развлечениях, о животных… Ему начинало здесь нравиться. Он даже понял, что люди на самом деле не такие плохие, как ему изначально показалось.
Единственное, чем он был недоволен — что динозавры больше не ходили по земле. Эти гигантские рептилии со страниц энциклопедии просто покорили его. У старика была целая библиотека обо всем на свете, так что в свободное от работы время Хан активно изучал мир вокруг и его историю. Даже обзавелся телефоном и стал активным пользователем интернета. Больше всего ему нравилось смотреть всякие документалки на Ютубе — сколько всего там можно было найти! Просто поразительно. В магазине, куда он устроился, было не так много покупателей по ночам, так что времени на просмотр всякой всячины у него было предостаточно, что и позволило ему быстро влиться в ритм этой планеты.
Гынхо был в восторге от такого гостя: вежливый, любознательный, помогает ему со всем, деньги в дом приносит… Он даже умудрился привязаться к нему за это время – словно еще один внук появился. Ему было интересно, поладят ли Минхо с Джисоном. Хотелось бы, конечно, чтобы да.
«Ну, скоро и узнаем».
— Пора выдвигаться, сынок. Ты взял поесть?
— Конечно, положил вам несколько бутербродов, печенье, бутылку воды, и кофе в термосе.
— Вот и славно, а себе-то взял?
— Да я поел уже плотно, не проголодаюсь, — было непросто скрывать тот факт, что бесам не нужна еда или сон, но ему пока удавалось держать старика в неведении. Хан быстро понял, что всё незнакомое и непонятное люди избегают и страшатся, поэтому всеми силами пытался сойти за «местного».
***
«Так, сегодня, вроде, свободное утро. Может, сходить, наконец, на исповедь?» — Пока Хёнджин валялся в кровати, разные мысли копошились у него в голове. Все эти дни он был либо занят, либо просто откладывал обещанный поход в церковь. Но сегодня он твердо решил — пора. Захотелось, правда, еще немного понежиться в кровати, так что он взял свой скетчбук и что-то быстро набросал, а потом отправился на кухню искать еду. Там было уже пусто, но на столе осталась стоять миска с сушеными фруктами, что не могло не обрадовать. Быстро сообразив себе завтрак и заварив кофе, он присел за стол и продолжил работать над начатым ранее наброском. «Интересно, что из этого получится?» — На листке бумаге не очень четко, но уже начинали угадываться черты лица. — Так, уже почти десять. Пора выдвигаться, — он переоделся, убрал скетчбук в сумку и, закинув ее на плечо, отправился в церковь. Всю дорогу у него по шее бегали мурашки и кровь словно прекращала свой ток. Уже на подходе его бросило в холодный пот, а потом резко стало жарко. «Да что такое происходит со мной… Как-то страшновато. Я правда собираюсь это сделать?» — Он немного помялся у входа, пытаясь выровнять дыхание и успокоить бешеное сердцебиение. Когда стало чуть полегче, он наконец зашел в церковь. Его тут же встретил Чанбин, алтарник, с которым они довольно быстро сдружились. — О, Джинни, а ты чего тут? — А, да я к Святому Отцу хотел наведаться. Он не занят, не знаешь? — Да вроде нет, сегодня у него не особо много дел, если я правильно помню. Возможно, он в алтарной сейчас. Позвать? — Да, если тебе не сложно. Спасибо. — Без проблем, минутку. Чанбин ушел за священником, а Хёнджин уселся на край ближайшей скамейки и уставился на распятие и иконы вокруг. «Имею ли я право здесь находиться? Тут все такое чистое, а я…» — Хёнджин! Здравствуй, давно не виделись. Как твои дела? Молодец, что зашел. — Доброе утро, Святой Отец. Все хорошо, спасибо, а у вас? — Да потихоньку, не жалуюсь. Бинни сказал, ты хотел меня видеть? Немного стушевавшись, Хёнджин негромко ответил: — Да, я… Я бы… хотел исповедаться. Я этого никогда не делал, так что простите, если не вовремя, просто Йени сказал, что это может помочь двигаться дальше. — Нет такого слова — не вовремя — когда дело доходит до исповеди. Ты правильно сделал, что решился. Проходи вот сюда, — он указал на одну из дверей исповедальни, — Я зайду в соседнюю дверь. Между нами будет небольшое окно, для большей приватности. — Скажите, а это правда, что… ну, что вы никому не расскажете? — Конечно. Тайна исповеди священна. — Просто… Мне очень стыдно. Я не привык делиться ни с кем… — Все хорошо, дитя, не нужно стыдиться. Грех есть неотъемлемая часть жизни. Не стыдно его признать. Господь создал нас неидеальными не просто так, это часть Его плана. Наша задача здесь — быть честными перед самими собой и перед Богом. Эти слова немного подбодрили Хвана. Он кивнул и прошел за дверь, на которую ранее указал Минхо. Следом в другую дверь вошел и сам священник. — Что привело тебя сюда, сын мой? — Простите меня, Святой Отец, ибо я согрешил. — Покайся в грехах своих, дитя, и да простит Господь твою грешную душу. — Я… ограбил ювелирный магазин. Сам не знаю, как это произошло. Вот только я стою на работе в кафе, а потом – раз — и уже сижу на полу своей комнаты, что усыпана деньгами. Я помню все, что сделал. Помню, как наорал на гостей, как обругал босса с ног до головы, как угрожал продавщице ножом, что украл из того же кафе… Я помню все, но это словно было не со мной, понимаете? Наверное, звучит как оправдание, но что-то будто изменилось в какой-то момент. Я так долго жил в нищете и нужде, но никогда бы не подумал, что докачусь до такого. Я всегда жил честно. А потом этот голос, что заставлял делать не самые хорошие вещи… Не знаю, был ли это мой собственный голос, но он был очень громким. Я не мог ему противиться. Хотя, когда сидел в куче этих грязных денег, то понял, что не могу их потратить. Но я также не знал, что мне делать после всего, что я натворил… Меня же наверняка посадили бы. В общем, я решил сбежать. Оставил записку, якобы не смог смириться с тем, кем стал, и решил отнять свою жизнь, чтобы меня не искали. Деньги я все до воны оставил в комнате. Надеюсь, полиция вернула их тому магазину. Он ненадолго притих. По ощущениям все это время он почти не дышал, поэтому сделал глубокий вдох, а затем такой же глубокий выдох. Совершенно неожиданно для себя он выложил священнику все как на духу. Что за магия? Дискомфорт исчез, страх тоже. Теперь осталось лишь странное послевкусие какой-то непонятной тоски. — Раскаиваешься ли ты искренне в содеянном? — Спросил голос за стеной. — Да. Ли прочел разрешительную молитву и закончил исповедь привычной фразой: — Прощаю и разрешаю тебя от всех грехов твоих, сын мой. Ступай в мир и живи по законам Божьим. — Это… это все? — Он думал, что будет какой-то ритуал или обряд отпущения грехов. Неужели все так просто? — Да. Как себя чувствуешь? — Не знаю. Потерянно? — Иногда нужно потеряться, чтобы найтись. Главное – иметь в жизни маяк, который будет помогать тебе не сбиться с пути и будет светить даже самой темной ночью. «Маяк…», — перед глазами возникло милое веснушчатое лицо соседа, – «Свет во тьме». И вдруг он понял, кого рисовал с утра. Появилось желание немедленно закончить портрет.***
Несколько часов тряски в автобусе, пара остановок на размяться — и вот они прибыли в Дончон. По виду остановки сразу было понятно, что здесь Сеульских благ им не видать. «Даже вокзала нормального нет, что за дыра…» — Бес уже привык к радостям жизни в мегаполисе, но пришло время сосредоточиться на миссии. Времени осталось всего-ничего — около месяца. Привыкнуть к течению времени здесь было сложно, но Хан и с этим справился, и теперь он умел спокойно понимать и считать время на Земле. Сейчас был примерно обед, самый разгар дня. — Так, Минхо мне прислал адрес, можешь найти на карте? — Гынхо протянул Джисону бумажку с адресом, и тот быстро вбил его в навигатор. «Какая же отвратительная здесь связь… можешь еще дольше грузиться?» — Не прошло и получаса, а Хан уже был взбешен этим местом. «Надо побыстрее разобраться со всем и валить отсюда. О! Наконец-то». — Нашел! Отсюда минут пятнадцать пешком. Судя по всему, немного в гору придется идти. Справитесь? — Да уж как-нибудь доковыляю. Ради внука-то! Веди. И они пошли искать дом Минхо, попутно разглядывая все вокруг. Хан сразу почувстовал, что здесь действительно что-то было не так: ему было довольно некомфортно, как будто шерсть дыбом встала. Сеул — погрязший в грехах город, так что там ему было очень даже комфортно. Здесь же чувствовалось какое-то божественное присутствие. Или он уже успел сам себе напридумывать? «Любопытственнее и любопытственнее … Воздух такой чистый, не то, что в городе. И зелени столько. Интересно, почему в больших городах так мало зелени? Я слышал, что это положительно сказывается на ментальном здоровье, так почему бы не сажать больше деревьев?» На пути им встретились немногочисленные жители города, и все, как один, улыбались. Хан, уже привыкший к хмурым лицам жителей Сеула, подумал: «Это ненормально. Или это как раз-таки нормально? Я так и не понял, какое состояние для людей считается нормой. Но выглядит это жутковато». Они подходили все ближе к месту, отмеченному на карте, и Хану становилось все хуже. Мурашки бегали туда сюда табунами, голова начинала ощутимо болеть, а в глазах все поплыло. Пока он остановился проморгаться, Гынхо уже успел убежать на несколько метров вперед. Чуть пошатнувшись, бес попытался найти хоть какую-нибудь опору. Этой опорой стал проходящий мимо парень; увидев человека, которому явно нужна помощь, он подошел и поддержал его за руку. — С вами все в поряке? Может, в больницу? — Да нет, все нормально, спасибо. Сейчас все наладится, — ответил Хан. «Что? Почему этот голос… такой знакомый?» — По позвоночнику пробежал холодок. Парень, что секунду назад хотел помочь, вдруг инстинктивно отшатнулся. Бес попытался разглядеть подошедшего и, когда смог различить его черты, не поверил своей удаче: это же та душа, что последней от него сбежала! Но что он может сейчас сделать? Он не в лучшей форме. Придется подождать и придумать план. Точно, ему нужен четкий план. «Этим сегодня и займусь». — Простите, мне пора, всего доброго, —Хёнджин, попятившись, шустро направился подальше от странного человека. «Мы еще встретимся, потеряшка, обещаю», — подумал Хан и попытался догнать старика, что оказался на удивление полон сил. Больше придуривался. Когда навигатор сказал, что они прибыли в пункт назначения, Джисону уже хотелось открутить себе башку, а еще вытащить глазные яблоки, промыть их как следует и вставить обратно. Потому что они оказались у церкви. У церкви! Неудивительно, что ему становилось все хуже по пути сюда. Только почему они здесь? Они же искали дом его внука. — Ты как? Ужасно выглядишь, — Гынхо обеспокоенно оглядел Хана и прислонил ладонь к его лбу. — Все в порядке, просто, наверное, перегрелся. Солнце так и жарит, — сделав убедительный вид, он спросил, — А почему мы пришли сюда? Я думал, это домашний адрес. — А, ну, из-за того, что автобус пришел днем, Минхо попросил зайти к нему на работу за ключами. Я предупредил, что приеду не один, и он сказал, что все подготовит, так что не переживай. Заберем ключи и пойдем чуток передохнем, да? — Ага. Я посижу здесь, в теньке, вы не против? — Конечно, нет. Я быстро, — и он пошел прямиком внутрь, искать своего любимого внука, которого он так давно не видел. Минхо рассчитал примерное время, когда прибудут гости, поэтому уже ждал их в главном зале. — Дедушка! Как же хорошо, что ты приехал! — Они крепко обнялись. — Ой, не говори, а я-то как рад! Хотя, если бы не Джисон, на вряд ли я бы смог такое провернуть. — А где он, кстати? Я думал, вы вместе прибудете? — Он снаружи, сказал, хочет немного в теньке посидеть. Перегрелся, бедняга. — О, тогда надо ему хоть воды принести. Ты сам-то будешь? — Нет, я в порядке. А ему бы и правда не помешало, а то он был белый, как простыня. Быстро сбегав за водой, Минхо повел дедушку обратно на улицу. Там, в тени дуба, полу-сидел парень, опираясь на многовековой ствол. Чем ближе они подходили, тем более настороженным Минхо становился. «Нет, такого же не может быть… Или может? Кто это такой?» — Джисон! Вот мой Минхо, — гордость за внука так и распирала старика, и он помог бесу подняться, чтобы они смогли поздороваться и познакомиться как следует. — Привет, — Минхо первым протянул руку, и Хан протянул свою в ответ. — Привет, приятно позна – Ай!! Резко отдернув руку, бес ошарашенно уставился на свою ладонь: на ней красовался свежий ожог. «Какого…?» — У обоих пронеслась в голове одна и та же мысль. — Дедушка, вот ключи, я все подготовил. Мой дом находится вверх вон по той улице, — быстро сделав вид, что ничего не произошло, Минхо перескочил на другую тему, — Дом номер 78. Вы легко заметите, там полосатый забор, зеленый с розовым. Я буду часам к шести. Можете чувствовать себя как дома, — он бросил странный взгляд на Джисона. — А, хорошо, — Гынхо немного опешил, но спорить не стал. Подхватив свои сумки, двое приезжих направились в указанном им направлении. «М-да, вот и познакомились». Священник смотрел вслед удаляющимся гостям и не мог поверить тому, что увидел. У Джисона не было искорки. Вообще. «Кто же он такой? Явно не человек. Искра есть у всех без исключения. Да, горит у всех по-разному, у кого-то вообще только угольки остались, но она есть у всех людей. У него же — ничего. Пустота. Что за чертовщина тут творится?»
