Симулятор

      —Макс, почему твои перчатки розовые?       Ферстаппен морщится, смотрит на свои перчатки и снова кладёт руки на руль.       —Ребята, они красные! Вы что, чёртовы дальтоники? — смеётся он, нажимая на газ. Сейчас Макс виртуально сидит за рулём на трассе Ле‑Мана и проходит квалификацию в кибер‑чемпионате. В отличие от многих других гонщиков, он предпочитает и даже настаивает, что киберспорт и симуляторы призваны помогать пилоту, поэтому сейчас в эфире на Twitch он вместе со своей командой проходит квалификацию.       Где‑то сзади мельтешит парень в красном, что‑то ищет в комнате.       —Ну это точно красный! Поздоровайтесь с Шарлито! — кричит в эфир его напарник. Макс отодвигает один из буферов и, не отворачиваясь, спрашивает у Шарля, что тот потерял.       —Макс Эмильян Ферстаппен, где моя чёртова белая футболка? — очень сердито спрашивает Леклер, который уже обошёл всю квартиру в поисках единственной вещи, заходя в кабинет Макса в лёгком отчаянии и сильном гневе. Но Макс, не замечая тона монегаска, отвечает:       —Чарли, я не знаю, где твоя футболка.       Шарль злится, оглядывает Ферстаппена и замечает свою футболку под его столом — видимо, она сползла с кресла. Он грозно подходит сзади, обходя камеру, и ныряет под стол Макса. Хватает свою футболку и собирается вылезти, но озаряется идеей, как можно отомстить Максу.       Он медленно садится на колени напротив Макса и аккуратно кладёт руку на внутреннюю сторону его бедра.       Макс ахает от неожиданности, резко хватая запястья Шарля и чуть не загоняя машину в гравий.       —Макс, держи обе руки на руле!       —Извините, ребята, мои кошки царапают мои ноги! — оправдывается он.       Шарль словно по просьбе провёл ногтями по бедру гонщика , затем аккуратно поправил его шорты. Макс тихо выругался сквозь зубы; напарники в динамиках одобрительно захихикали. Леклер наклонился между его ног и провёл языком по грубой ткани — жест, скорее игривый, чем серьёзный. Ферстаппен в замешательстве бросал взгляды под стол и старался не выдать своего напряжения. Макс лёгким движением расстёгивает пуговицу, а Леклер зубами опускает ползунок молнии. Ферстаппен бросает взгляды под стол, стараясь выглядеть как можно спокойнее, пока Леклер запускает руку под бельё и медленно проводит по всей длине. Макс заезжает в пит‑стоп, и в момент, когда ему меняют резину, он быстрым движением стягивает с себя шорты и бельё, поглядывая в камеру, чтобы было не видно, и крича при этом, что кошки сейчас съедят его ноги. Напарники в эфире смеялись и шутливо спрашивали, как давно тот кормил своих «маленьких хищников», пока Макс прикусывая губя, снова выруливал на трассу.       Он знал эту трассу наизусть: каждую дугу, каждую ямку. В виртуальной гонке всё было ещё более предсказуемо — большинство данных выводилось прямо перед ним. Если бы не одно но — Шарль между его ног. Тот медленно растягивал момент, наслаждаясь своей игрой.       Макс сдерживал крик и ярость — ему хотелось сорваться и дать волю импульсу, но квалификационный заезд был в самом разгаре, и нужна была лучшая позиция. Он собрал волю в кулак, глубоко вдохнул и вернул руки на руль, стараясь сосредоточиться на трассе и скорости. В наушниках гулко смеялись напарники, но их голоса уже становились фоном.       Финишный флаг показал удовлетворяющий результат: позиция улучшилась, команда получила нужный зачет, а оба гонщика молча обменялись взглядом. В этом взгляде было и напряжение, и признание — случившееся осталось между ними, но главное для обоих оказалось выполнено: Макс приехал не потерял место, а Леклер напомнил, почему не стоит разбрасываться чужими вещами.