Дачная Паста

В предисловии хочу посвятить данную рукопись моему близкому другу Вовану, который как пиздоблядский Иуда предал меня и пошёл пить пиво с девочкой, похожей на нашего бывшего одноклассника, который сторчался от герыча в 14 лет. Я помню этот день, как будто это было вчера, хотя это было позавчера или даже год назад. Хуй его сука знает. Так вот. Я как обычно сосал писюнчик в клэш рояле и материл Магу 666, как вдруг в запрещённом на территории Кыргызстана Вконтакте мне пришло зловещее сообщение от Вованчика, которое не сулило нихуя хорошего ни мне, ни ему. Оно было кратким, как жизнь хомячка в заднем проходе и острым как язык дешёвой шлюхи, которая порвала гандон и заразила меня сифаком, но об этом в другой раз. В сообщении было написано: «Поехали на дачу». Естественно, мои потные яйца хотели свободы и свежего ветерка, чтобы грива моего обреза почувствовала каждое колебание, поэтому я согласился. Дача этого тогда ещё не пидораса и не предателя находилась в тысячах световых лет от цивилизации, поэтому, придя на вокзал, мы решили закусить нашу печальную жизню шавухой страны плотно восходящего Солнышка от моего давнего знакомого Гендулы Икарика. Это был традиционный японский самурай таджикско-узбекского происхождения. Ростом Гендула был 69 сантиметров, но его грациозные прыжки поражали воображение даже самого лютого изварщенца, который дрочит на порнуху с карликами. Он подобно бородатой балерине разрезал всё, что было на прилавке: от традиционных японских русских тараканов, то свиных голов. Глядя на представление, мы не заметили, как прошли заветные 10 минут. Шава была готова. От неё веяло просроченными продуктами, высокими горами, коноплёй и скорой депортацией моего любимого шеф-повара. Плотно закусив, мы осознали наш долбоебизм, ибо электричка, ушла, а следующую надо было ждать ещё 3 часа. Вован, как истинный полупокер и моржовый хуй, придумал лучший способ скоротать время, а именно поиграть в города. Эти три часа своей жизни я не забуду никогда. Вован называл рандомную хуйню, пытаясь победить меня, но постоянно проёбывал, ибо этот хуй уже перешёл на страны, но все мы знаем, что уркаины не существует, поэтому я засчитывал ему автолуз. Итак, электричка приехала. Орда обезумевших старух ринулась вперёд, дабы занять свои кожаные троны. Они подобно бешенным кроликам садились друг на друга, пихались и прилично матерились, чтобы дышать было свободнее и не научить и без того гнилую молодёжь известным гнилым словам. Была ебучая толкучка. В воздухе плавал дух пенсии, нафталина и смерти мозга. Вован в типичной для него манере пытался подкатить к старым кошёлкам, чтобы войти в историю. Ну, хуле. В мою историю он явно вошёл. Извините. Спустя один световой год пути я осознал, что мой организм стал слабее то ли в силу возраста, то ли в силу негативной ауры, которая шла от старух и их полумёртвой рассады. Я начал чувствовать гнев моего шеф-повара. Днище рвало не по-детски. Врубив орлиное зрение на максималку, я осознал, что есть шансы на выживание и сохранение каловой девственности. В электричке был один толкан. Слава советским рабочим и проектировщикам. Подобно «Циркону» я полетел по головам бабок и по их блядской рассаде прямо в храм говнодемонов. Как же жёстко я срал, проклиная традиционную японскую шавуху. Вымыв руки чистой, как моя совесть, водичкой, я вышел и увидел зеленеющее лицо моего бывшего друга-полупокера. Его организм был избалован чебупелями и прочей хуйнёй, которую можно жрать, когда нечем закусить водку или ты просто сдыхаешь с голоду. Подобные деликатесы он хавал постоянно, поэтому его пищеварительная система уже была под угрозой полного некроза. И тут случилось то, чего нельзя было избежать. Он, подобно малолетней цыганской проститутке, сорвал с себя штаны с труханами и устроил полный пиздец. Словно немецкий огнемётчик он своим говномётом накрыл истинных патриоток советской государственности, удобрил их зелень. Говно шло под ебейшим напором, казалось, что оно уже перешло в турбулентный режим. Число Рейнольдса превышало все возможные значения, но кал продолжал покрывать вагон. Я уже подумал, что скоро полетят его сгнившие нахуй кишки, но тут обстрел закончился. Блокада вагона тоже. Бабки ебанутыми и обосранными леммингами неслись в ближайшую речку, которая находилась прямо у станции. К оврагу, где воды чернели от кала, подходили адепты железных дорог, чтобы заснять ебанутый контент. Фортуна же улыбалась нам. Никто не решил проверить, что произошло в вагоне. Состав двинулся дальше. И тут я ахуел. В полностью обосранном вагоне, кроме нас, сидела одна спокойная бабка. Нет, она была живой, только протирала лицо платочком. Я пнул этого пизданутого ебантяя, чтобы он хотя бы извинился за своё блядское поведение. - Извините, пожалуйста, я больше никогда не буду кушать шавуху на вокзале. - Ничего, внучок, мне не впервой. - В смысле? - Да я блядь, когда в лагеря ездила по 58 статье такая же хуйня была. Только ты, ебало молоденькое, берегись калового вендиго. - Чего нахуй? - Эх, сука, молодёжь нешарящая. Ща я тебе поведаю давнее сказание о каловом вендиго, которая приключилась со мной в те суровые времена. Короче, думаю, ты понимаешь, что советские лагерные харчи рвали днище пиздаче, чем ваша галимая шава. Мы так же ехали, так же один мужик обосрался. Тогда я знатно ахуела, да только конкретно ахуели мы потом. Этот мужик сагрил на себя дух калового вендиго, ибо он конкретно обосрался, а эта злая сила ищет, в кого бы вселиться. Проще всего ей найти жертву по запаху говна и грязной жопы. Каловый вендиго вселяется в самую душу, ибо душа человека находится в очке, согласно исследованиям одного современного гения, которого, если не ошибаюсь, держат в дурке совсем недалеко от посёлка Нижнеклиторово. - Блять, у меня там дача. - Короче, пиздец. Лучше жопу ща зашей и молись всем антикаловым богам славяно-индийского пантеона, ибо, если каловый вендиго тебя учует, то нихуя тебе не поможет. - А что может случиться? - А бля, старая я стала, не закончила мою кулстори. Короче, мужик тот срал и срал. Он обосрал всё: конвой, шконки, блатных, политических. Ему сначала пытались жопу зажить, но не помогло. Потом дубовые полена в очко пихали, но оно, как чёрная блять дыра, только всасывала всё и превращала в говно и давало такую копро выдачу, какую ни одна элитная шлюха Дубайска не выдаст. Срал он так семь дней и ночей. Вызвали попа из соседнего лагеря, так он сказал, что лучше сразу ёбнуть, чтобы не мучался. Так и поступили. Расстреляли нахуй, так он сука ещё месяц после смерти срал. - Пизда, бабуль. - Конкретная. О бля, вот и моя станция. Ну, держись, внучок, да не порвёт тебе очко. Пока они пиздели, я пытался не заржать в голос, ибо это была такая ёбнутая хуйня, но сомнения захватывали мою голову. Бабка вышла. Я сказал Вовану: - Ты реально в эту хуйню поверил? - Блять, бабка сто лет живёт, ясен хуй у неё опыт большой. Пойду жопу зашивать. - Ебанутый. Он ушёл в толкан, порвал свои труханы и с помощью зубочистки зашил своё пустое очко. Наконец мы приехали на нужную нам станцию. Солнце ебашило, пытаясь расплавить наши головы, но раз душа находится в жопе, то бояться было нечего. Мы шли ещё полчаса и наконец добрались до его разъебанного участка. Запах говна почти улетучился, хотя ещё слегка попахивало. Тут мы осознали критическую ошибку, жрать было нечего, поэтому, скинув припасы, направились в местный магаз. За прилавком сидела профессиональная колхозная торгашка тётя Люда, хотя, судя по её весу, там было блядь тёть пять или шесть. Хуй знает почему, но я испытываю страшную ненависть к жирным бабам. Цены, как и тётя Люда, превосходили все разумные размеры, но делать было нечего. Отдав честно спизженный у Вована косарь, я купил пару пачек дошика, свежие сосиски. Он на сдачу взял три бутылки очень плохого пива, ибо всё пиво плохое. Только не подумайте. Я не вор, ибо воровать у вора это святое. Вован, блять, если ты это слушаешь, отдай вебку, сучара. Я тогда спросил у него, будет ли он что-то жрать, на что получил краткий, но логичный ответ: «Я больше жрать не буду». Пока мы возвращались, он был каким-то грустным. Обычно он нёс лютую гойскую хуйню и наслаждался каждым мгновением его поморской жизни. Видимо бабка реально напугала доверчивого долбоёбика. Придя, мы зажарили сосиски, хотя жрал их только я. До ночи нихуя интересного не было. Но ночью начался контент. Осушив три бутылки копчёного жигуля, он отрубился. Мне не спалось, я ебашил в любимый клеш рояль, разъёбывая адептов Маги новой колодой даже с ебейшим пингом. Внезапно электричество упало нахуй. Свет перестал светить. Я слегка пересрал, но забил хуй и решил уснуть. Со стороны леса послышался дикий вой, будто какой-то человек пересмотрел сумерек, наклеил на своё бренное тело лобковые волосы и стал настоящим вервольфом. Вот тут я реально испугался. Конечно, нормальный человек закутался бы в одеялко и забил бы хуй, но какой ебантяй сказал, что я нормальный. Логично, что я вышел, чтобы глянуть, что за хуйня там происходит. Ночь. Тишина. Кажись, показалось. Я вернулся в дом. Всё было заебись. Всё, кроме сука одного. Этот ебаный полупокер исчез. «Вышел поссать», - подумал Штирлиц, «Хуй там», - ответил Мюллер. Глянув в окно и посветив фонариком, я увидел этого баклажана. Он мчался в лес на четвереньках абсолютно голый. Швы на его очке рвались, как мои последние нервы. Ебаная скотина, что ты нахуй задумал. Взяв в кулах свои мохнатые яички, я пошёл за этим ебалаем, ибо, если он там сдохнет, из этих ебеней в соло дороги домой мне не найти. Тёмная ночь, умирающий аккумулятор хуёво светящего телефона и голый четвероногий балбес в глуши. Такая блять романтика. Тут я почувствовал дуновения лесного ветерка, который нёс адовый каловый запах. На меня мчался ахуевающий зверь. Вован, в которого вселился каловый демон. А не бля. Каловый вендиго. Забыв, что я имею солидный стаж курения, я помчался негром, в которого шмаляют белые хозяева. Нет, я не падал, как обычно падают аниме девочки, сбегая от злого маньяка-педофила, чтобы быть спасёнными рыцарем в сияющих доспехах. Нихуя. Я был одновременно и жертвой, и охотником, и педофилом. Буйная скотина наступала, но я был быстрее сука. Забежав в дом, я осознал, что оружия нет. Вован бился в дверь. Тут пришло то самое озарение, какое пришло к Исильдуру, когда он взял сломанный меч своего отца. Я схватил пакетик дошика и фонарик. Ну, хуле, охота началась. Надев соломенную шляпу бати Вована, я стал истинным охотником. Бойтесь древнего кала, но больше бойтесь буйных шизов. Закричав: «Гойда, нахуй», я открыл дверь и выскочил на свой последний бой. С лица Вована стекала странная белая жидкость, из жопы текла каловая струя. Отлично. Значит, заражение ещё можно предотвратить. Так началась битва. Четвероногий полупокер прыгнул на меня, но я тактически отпрыгнул на грядку. Он замахнулся, а я посветил ему в ебало фонариком. Вован ахуел и завис на секунду, но я не завис. Наконец-то 60 фпс стабильно. Я провёл критический удар, который впоследствии назовут творчески. «Удар воблы», да, именно так. Я повалил эту больную скотину наземь. Пакетик был порван. Оружие сломалось, но враг был сломлен. Я светил ему в ебало, бил по щекам и случилось чудо. Из жопы его вылез мой истинный враг. Бесплотный, но каловый дух. Ёбаный вендиго. Он сказал мне: «У тебя нет оружия, а на свет мне похуй». «Ты забыл про моё главное оружие», - улыбнувшись, сказал я. Сняв штаны с труханами я начал плотно ссать на каловое ебало калового вендиго. Моя тауриновая моча разъедала бесплотно-каловую оболочку говнодуха. Он плавился, как терминатор, а я словно ебейшая ведьмачка в тысячах тысяч пируэтов и финтов уничтожал своей могущественной мочухой всё, от чего пасло калом. Битва была выиграна, дух отступил, Вовчик пришёл в себя. Отпиваясь моей мочухой, смешанной с цветущей водичкой, он поведал мне свою кулстори: - Я блять проснулся, вижу тебя нет, а какая-то сука в лесу воет. Тут я почувствовал, что конкретно хочу срать. Решил пустить душка, но не сдержал и вышла одна капля. Тут я почувствовал голос, с которым было невозможно спорить, не мог себя контролировать. Я снял шмотки, встал на четвереньки и побежал в лес, откуда был слышен дикий вой. Там я встретил его. Калового шамана и учёного в рваной смирительной рубашке. Он не сказал нихуя. Просто разработал мне очко своим членом и засунул туда какую-то какашку, ну, на лицо накончал, а дальше ты знаешь. - Пиздец. Начало светать. Мы пошли на речку и качественно в ней помылись. Судя по постам в паблике города, какой-то шиз сбежал из дурки, но потом его нашли в лесу, связали и снова закинули в палату с мягкими стенами. С Вованом мы уехали обратно в город и старались больше не вспоминать об этой истории, но недавно, когда я вышел покурить у падика, со стороны дома ебаного полупокера снова был слышен вой. На небе светилась полная луна. Луна, полная кала и мочи. Охота никогда не кончается.