Две души

"Две души" Где-то по крышам блуждало создание, Где-то питалось, где-то спало, Пока однажды оно не поранилось От руки злой одной. Лапы его не боялись людей, Он с желанием к ним шёл, он хотел, Всегда доверял, давался к рукам, Доброту ему мир даровал. Животное очень любило это детей, Они были искренне,любили затеи, Но он и думать не мог, Что средь них бывают злодеи... Повстречал однажды он юношу. Тот был хмур, вниманьем даже животного нашего не смог удосужить, И тогда котенок подошёл к нему сам... За что поплатился. Стал котенок хромать. Намерено парень поранил животное, Сделать больно специально хотел, И котенок тот, невинный, не злой наш совсем, Вдруг с холма полетел. Котенок вертелся, крутился, мяукал, На лапу ступить уж не мог. Шли дни, длились часом минуты, Пока однажды не набрёл он на дом. Он ходил вокруг здания, Не мог решиться даже лечь на газон. Некогда весёлое вечно создание Стало бояться всего... Шел дождь и капал на шерсть, Кота брала дрожь, хотел очень он есть, И было ему до смерти холодно, Вместе с желудком, пожираемым голодом. Вдруг дверь порога, куда кот случайно забрел, Распахнулась на весь мокрый двор, Оттуда вышел злой человек. Невысок был он, и ещё немного полон, И во взгляде у того читался сплошь гнев. Он кричал что-то в сторону прихожей, Резко после дверь так захлопнув, Что-то пнул и сразу ушёл. А животное гибло всё от погоды. Человек встал прямо рядом, Лапы и хвост вдруг прижались, И зажмурились в миг тот глаза. А человек... лишь молча за ухом кота почесал. Непроизвольно кот вдруг замурлыкал, И решился приоткрыть он глаза. Человек не выглядел уже столь сердитым, По его щеке лишь только потекла большая слеза. Он открыл портфель,достал обед свой мясной, И отдал всё это сразу, Предварительно взяв на руки беднягу мокрого и грязного, И занёс под козырёк. Человек погладил ещё разок за ушком, Улыбнулся, И ушёл куда-то весь промокший,потому что, Видимо, перед уходом тот запнулся. И забыл свой зонт. Спустя минут пятнадцать, Дверь открылась вновь. Оттуда выглянула женщина,глаза которой были жутко красные, И котенок мигом сжался,ожидая новую боль. Женщина взглянула вниз, Почувствовав легонько чье-то трепыхание. Убежала сразу. Принесла сосиску. Протянула руку,чтоб понюхал, И заметила, что на одну из четырех малыш совсем не наступает. И боится. Немного подумав, Внесла его сразу домой, И тут показался маленький мальчик худой, И от вида его котенку сразу же стало ужасно и дурно. Парень,пришедший туда, Был тем самым, что поранил кота, Той самой причиной страха и боли. Но он был чем-то... обеспокоен? Он выглядел сильно иначе, Был напуган, точно друг наш кошачий, И с трудом произнес такие слова: "Мам... вы с папой снова?... Да?" И по щекам по его стали падать ручьи. Руками пытался стереть. Полны были глаза его горечи, Он будто бы пойман был в сеть. Женщина глянула парню в лицо, И сразу пустилась громко кричать. Назвала того наглецом, А мальчик перестал сразу плакать, Он будто б смотрел сквозь неё, При этом, сжимая все пальцы, Скрестив все их за своею спиной, С едва видным послеслезным румянцем. Как только мать перестала, Взглянула она на кота. Теперь уж она, что есть сил зарыдала, И молча вышла на улицу, где была темнота. Юноша повернулся со страхом, Взглянул на созданье, что обидел так с маху, И сразу, дрожа, убежал, Споткнувшись на лестнице, кажется, ногу поранил. Но сразу же встал. И скрылся за дверью от комнаты. Доев чудесный свой ужин, Четвероногий немного взбодрился, Кинул взгляд на улицу с лужами, Увидел женщину, что чего-то боится, Увидел ту, что совсем недавно кричала, Всю полно в слезах, в каких кота повстречала, Даже, наверное, теперь было их больше... Теперь её снова что-то сильное гложет. Отведя свой взгляд от окна, Котенок поднялся на свои лапы, И на троих своих вперёд зашагал. Смелым и гордым,но маленьким шагом. Взобравшись, не без труда, по лестнице вверх, Он увидел приоткрытую дверь. Слышен был не то плач,не то смех, И котенок понял, что нужно проверить. Зайдя в комнату, было темно, Лишь ночник горел в темноте. Мальчик сидел и внимал то,куда смотрит окно, Держался он за ногу и громко ревел. Но кот знал, что плачет тот не от боли, Плачет он от многого рядом другого, Всего, что сердце мальчику бедному колит. И всего, что есть вокруг злого. Котенок, не думая, прыгнул к нему, И парень резко затих. Кот мурлыкнул так, на что позволила воля, И парень вдруг тихо шепнул в темноту: "Пожалуйста... прости..." И руки вдруг задрожали, И тихо спустились на шерсть, Он боялся, что навредит,боялся пуще любого в жизни кошмара, Но кот лишь продолжал его греть. Слезы стали отступать, И страх обоих стал сходить на нет, Боль в ноге стала постепенно стихать, А боль в лапе уж почти исчезла, И будто б даже не болят уж у мальчика порезы, И спокойствие всё душу заливает, И будто бы никто из них уже почти не ранен. И оба начинают засыпать, Один сопит,другой мурлычет. Завтра будет новый день. Как знать, Может теперь этот кот цвета светлого, коричневого Будет тем самым, ради кого будет парень просыпаться по утрам. И ночь пустилась вся на темный двор, И слезы матери ушли все на потом, И кричащий, громче пущего, отец Не пугает наконец. Лишь тепло и ночь. И наконец-то нету ночью страха. И не хочется бежать им далеко и ото всюду прочь, Ожидая вокруг краха. Заснули вместе две души. Друг друга две души нашли, Пусть и было это больно и безумно сложно, Зато теперь всё тихо. Бережно. И очень-очень осторожно.