Особо трезвый водитель
3 сентября 2025 г., 20:10
***
- … И на этот раз, прошу, без шуток о золотой клетке, - Радциг взглянул в отражение зеркала заднего вида, чтобы оправить воротник рубашки. - Как договорились, отец, - Индржих кивнул, выкручивая руль. Вычищенный до противного блеска Mercedes въехал на парковку. Индро окинул взглядом заполненный автомобилями подземный этаж. - Третий ряд, - махнул рукой Радциг. – Место исключительно для нас. Индржих кивнул, проезжая между рядов ровных бизнес-авто. Указанное отцом место, действительно, пустовало. Однако, рядом, ярким пятном, притягивал внимание красный Ferrari Roma с включенными фарами. Заглушив мотор, Индро вышел из салона, приглаживая пиджак. - Кузнечик! – позвал его до боли знакомый голос. - Господин Птачек, - Радциг среагировал быстрее, приветствуя молодого человека, сидевшего в салоне красного кабриолета. Холёный, с идеально уложенными волосами и в рубашке мягкого жёлтого цвета Ян приветственно махнул рукой, заглушая двигатель. Почти прыгающей походкой он подошёл к новоприбывшим. - Радциг, Индро, - пожал он им руки. – Как всегда раньше всех! - Не стал бы я заставлять старого друга ждать, - улыбнулся старший Кобыла. – Гануш у себя? - Уже выбирает, каким ромом мы будем отмечать подписание сделки, - беззаботно кивнул Птачек. - Отлично! Такой настрой мне нравится! – воодушевился Радциг и, кивнув сыну, направился в сторону лифта. Индржих обошёл авто, проверил включенность сигнализации, и неосторожно поднял взгляд на юношу в жёлтой рубашке. Ян смотрел выжидающе своими потемневшими зрачками. Индро сглотнул. Аккуратно поравнялся с Птачек и, словно невзначай, провёл пальцами по бедру. Лёгкого, ненавязчивого касания до плотной ткани отглаженных брюк хватило, чтобы приятной дрожью накатили скрытые ото всех прочих воспоминания. Как пуговицы на рубашке Яна рассыпаются по отполированную паркету; как юноша стонет во влажном поцелуе, сминая задницей важные бумаги, что так не вовремя оказались на столе; с какими помешательством Индржих до синяков сжимал бёдра юноши и оставлял яркие укусы на шее, не думая о последствиях. - Слишком ты тихий, кузнечик, - шепнул Ян, чуть наклонившись. Мурашки пробежали по телу младшего Кобылы. - Просто рад тебя видеть, - сказал Индро. Поворачивать голову на юношу не стоило, ведь тот наклонился слишком низко, был слишком близко, а губы приоткрыл слишком пошло. Вернуться мыслями на подземную парковку оказалось сложнее, чем думалось. Обуздав порыв прижать манящее тело к капоту Mercedes'а, Индржих стушевался и последовал за отцом к лифту. Верхние этажи бизнес-центра были куда светлее и приятнее. Птачек шёл по коридору впереди, кивая на приветствия персонала. В кабинете совещаний уже собралось немало людей, что хотели присутствовать на подписание договора, о котором большие корпорации Чехии грезили уже не первый год. - Старый ты чёрт, Радциг Кобыла! – взревел Гануш Липа, поднимаясь со своего места. Вопреки грозности слов, на лице генерального директора расцвела искренняя улыбка. - Друг мой! – Радциг ответил на дружеское рукопожатие. – Господа, прошу приветствовать моего сына, нового совладельца компании «Металл-Скалица» - Индржих Кобыла. Наследник неловко улыбнулся, кивнув. Если Гануша и Яна младший Кобыла уже знал, то остальные члены присутствовавшего совета казались незнакомыми. За исключение сурового вида мужчины с темными, зализанными волосами. - Индржих, рад встрече, - кивнул Иштван Тот, теребя в руках массивный грифельный карандаш с металлическим набалдашником. Показывать своё презрение к председателю адвокатской коалиции было бы невежливо по отношению к отцу, поэтому Индро лишь сжал губы, кивнув. Массивный дубовый стол вместил для переговоров двенадцать человек. Индржих сидел рядом с отцом, по правому краю от возглавлявшего заседание Гануша. Несмотря на то, что кожаные кресла были необычайно удобными, спокойно слушать было сложно. Главный мешающий фактор – Ян, сидевший аккурат напротив. Отец не так часто брал Индро на важные встречи, аргументируя это тем, что совещания и заседания скучные и не интересные, а важнее – читать бумаги до официальных сборов, чем сын и занимался. Сейчас же старший Кобыла решил, что вливать своего наследника в курс дела развития бизнеса самое время. Занудные обсуждения цифр прервали вибрации на коленях. Птичка: Не пей после подписания договора. Вы: С чего бы? Птичка: Я могу доверить свою Вишенку только трезвому водителю. Вы: Закажешь такси. Птичка: А трахаться со мной тоже таксист будет? Индржих чуть не задохнулся, судорожно блокируя экран телефона. Нельзя было сказать, покраснело ли его лицо, но подняв взгляд на юношу, что отправлял насколько постыдные сообщения, Индро был уверен, что уши его загорелись. Птачек сидел вполоборота, мельком поглядывая на младшего Кобылу. Верхние пуговицы рубашки цвета яичного желтка уже были расстёгнуты, словно тому было жарко в зале с двумя кондиционерами. Вы: Ты свободен в выборе того, кто оставит на тебе укусы сегодня. Глаза Яна упали на собственные колени. Пара секунд – и юноша тихо ударил локтями по столу, закрывая лицо. Индржих сдержанно усмехнулся. - Я рад, что мы так быстро пришли к соглашению! – Радциг хлопнул в ладони. – Господа, если у вас есть замечания к договору, которые лежит перед вами, прошу озвучить до того, как он будет подписан. - Господин Кобыла, - подал голос Иштван Тот с другого конца стола. – Наша коалиция проверила договор. Прошу вас обратить внимание на пункт семь-точка-двенадцать. Здесь указано, что материальные убытки в следствии непредвиденных бедственных условий возмещает компания «Ратае Интернешнл», но в пункте не указаны примеры бедствий. - Странно, - выдохнул Радциг, перелистывая копию договора. – Я точно помню, что отправлял данные примечания секретарю. - Да чёрт с ними, с этими бедствиями, - хохотнул Гануш. – Господин Тот, по вашему, наводнение, торнадо и землетрясение – это бедствие. - Господин Липа, моё мнение не важно. Важно то, что закреплено в документах. - Интернет в помощь, - Гануш хлопнул по договору рукой. – Мы все тут взрослые люди, и мы сможем отличить временные проблемы от катаклизма в случае чего. Ваше замечание необъективно. - Прошу меня простить, - сглотнул Иштван. – Но у компании «Металл-Скалица» уже был похожий инцидент, из которого они с трудом вышли, не разорившись. Напряжение, которое испытал Радциг передалось по воздуху Индро, словно простуда. Наследник взглянул на адвоката, метая молнии. - Господин Тот, - вмешался младший Кобыла. – Спешу напомнить, что в том деле верховный суд подтвердил факт фальсификации улик, предоставленных стороной обвинения. Вам ли не знать, что наши шахты в Скалице были разрушены в результате диверсионной атаки со стороны «Бергов Индастрис». Вашего, между прочим, клиента в том деле. - Индро, спокойнее, - Радциг положил руку перед сыном на стол, привлекая к себе внимание. - Сейчас мы говорим совершенно о другом, уважаемый Индржих, - Тот легко улыбнулся, почти с иронией. - Разумеется, - младший Кобыла усмехнулся. – Мы говорил о том, как сейчас, перед уважаемыми членами заседания, ваша коалиция пытается посеять зерно недоверия к нашей компании. - Я следил за тем судебным процессом, - вмешался Гануш. – И с удовольствием поддержу бравую защиту со стороны Индржиха. Иштван, я всё ещё считаю, что ваше замечание к договору несущественно. Смею предположить, что вы предвзято относитесь к нашим будущим партнёрам. - Прошу прощения, господин Липа, - Тот поджал губы, откидываясь в кресле. – Возможно, вы правы. Секретарю было велено распечатать оригинал договора на официальных бланках. Женщина вышла из зала, оставив за спиной лёгкие пересуды за столом. Индржих опустил взгляд на колени, где лежал его телефон. На экране высветилось новое сообщение. Птичка: Я готов отдаться тебе прямо на этом столе. Прямо сейчас. Вы: Впечатлён? Птичка: Твоя злость меня возбуждает, чертов кузнечик. Индржих сжал собственное колени, когда поднял взгляд на откинувшегося в кресле юношу. Ворот рубашки открывал непозволительно много, а темнеющие глаза неотрывно следили за ним. В тот момент, когда Птачек, не выдержав, закусил нижнюю губу, в зал вошла секретарь с кипой бумаг. Пришлось отвлечься от созерцания соблазнительного юноши, чтобы поставить свои подписи. Ян также был вынужден сесть ровнее, хмуро пялясь в свой экземпляр. Когда в руки Индржиха попал документ, подписанный всеми участниками сделки, он отметил, как размашисто расписывался Ян. Его высокие витиеватые буквы совсем не умещались в отведённое пространство, и на каждом листе норовили зацепиться за подпись Индржиха. В голове младшего Кобылы промелькнула до одурения глупая мысль, что даже тут Птачек пытается указать свои притязания на него. Ром в невысоком пузатом бокале манил дубовым ароматом, но Индржих лишь для вида припал губами к кромке вместе со всеми. Птачек следил за ним неотрывно и, убедившись, что его планы на вечер в силе, победно опустошил свой стакан. - Это важный день, Индро! – Радциг потрепал сына по плечу. – Я тобой горжусь! - Спасибо, пап, - Индржих улыбнулся. – Но эта сделка – полностью твоя заслуга. - Я горжусь тобой за то, что поставил на место выскочку из адвокатской конторки и, при этом, не ударил в грязь лицом. – шепнул тот тише. – Я рад, что ты со мной! Произнеся это, Радциг столкнул их бокалы, отмечая фразу, как тост. Отказаться от глотка не позволило глубокое уважение к отцу. Индржих сделал робкий глоток, чувствуя, как доверие и признание Радцига проникает в кровь вместе с терпким алкоголем. - Какого чёрта? – вырос из неоткуда перед ним Птачек. Он говорил шипящим шёпотом, а лицо его выражало крайнее недовольство. - Успокойся, Ян, - Индро использовал свою самую обезоруживающую улыбку. – Всё под контролем! - Я не пущу тебя за руль, - процедил Птачек. – Спасибо, что сдержал своё слово. - Боже, ну что за истерика! – младший Кобыла закатил глаза. – Я вполне сносно смогу вести после одного глотка рома. - Твоя самоуверенность меня бесит, - Птачек скривил рот. - Я думал, она тебя возбуждает, - съехидничал Индро. - Плохо думал, идиот! – Ян скрипнул зубами, уходя прочь, а точнее, к открытым бутылкам алкоголя и накрытым закускам. В какой-то момент Индржих решил, что секундной самозабвенной гордостью он перечеркнул волнующие продолжение вечера, но, спустя десять минут, в кармане булькнул телефон. Птичка: Ещё раз сделаешь глоток, и я поеду в ночной клуб к стриптизёршам. Вы: Это должно было меня напугать? Птичка: Придурок! - Манипулятор чёртов! – шикнул Индржих. - Никак про моего племянника думаешь? – хохотнул Гануш, проходящий мимо. Индро остолбенел, не зная, в каком ключе генеральный директор «Ратае Интернешнл» бросил подобное замечание. - В шутку, разумеется, -собрался с мыслями он. - Не тушуйся, - засмеялся Гануш. Алкоголь прилил к его щекам ярким румянцем. – Ян та ещё истеричка! Уж не знаю, как ты умудряешься с ним общаться за пределами официальных встреч. - Ваш племянник довольно интересный собеседник, - если уткнуть его лицом в подушку, продолжил мысль Индро, к счастью, не вслух. - Ох да! Он вечность готов рассказывать о том, как потрясающе проходят соревнования по спортивной стрельбе из лука, которые он спонсирует. Из моих денег, кстати! - Господин Липа, разве не здорово, что имя Яна появляется в новостях с пометкой «меценат» или «сторонник развития спортивной культуры мира»? – вступился Индро. - А кто спорит? – Гануш поднял руки в смиренном жесте. – Надеюсь, он продолжит славить фамилию моего брата только в благостном ключе. Земля ему пухом! Индржих опустил глаза, кивнув. Скорбеть по почившей чете Птачеков было бы не к месту. Обменявшись банальными фразами, они с мужчиной разминулись. Младший Кобыла стоял у панорамного окна, отслеживая, как закатное солнце рыжей зарницей отливает в стеклянных стенах высоток. Птичка: Я внизу. Внизу живота Индро засвербело. Выловив отца, он кратко рассказал, что уходит, пообещав забрать их машину завтра. Радциг лишь по-отечески успокоил его, пожелав приятного вечера. С теплым чувством в груди, Индржих вышел в коридор и вызвал лифт. Никогда бы не подумал, что в двадцать один год будет стоять в сердце престижного бизнес-центра в дорогом костюме, а не форме разносчика почты. То, что его мать открыла правду об отце лишь на его пятнадцатилетие, конечно, вызывало в юноше острое чувство несправедливости. Ведь в то время, пока настоящие наследники таких же крупных компаний, как «Металл-Скалица», с детства были окружены роскошью и уважением, Индро же сталкивался с притеснениями и самым настоящим голодом. Не сказать, что его приёмный отец – Мартин – был тому виной. Мужчина делал всё для них с матерью: работал, не покладая рук в шахте Скалицы. И, к сожалению, в день, когда была совершена диверсия, оказался внутри. Индро совсем не интересовался тем, какими путями до него дошёл Радциг. Только помнил, как в шестнадцать оказался в кабинете генерального директора «Металл-Скалица». А дальше – а дальше вот он – едет в обшитом зеркалами лифте и видит на парковке расслабленную фигуру в жёлтой рубашке, которая вальяжно облокотилась на красную Ferrari. - Ждёшь кого-то? – Индржих подошёл к Яну вплотную, вдыхая терпкий одеколон. - Возможно, - Птачек улыбнулся, убирая телефон. Он подался вперёд, сокращая расстояние между лицам. Губ Индро коснулось дыхание с примесью алкоголя и шоколада. – Едем? - Ты сейчас надышишь на меня, пьянчуга, и никуда мы не поедем, - усмехнулся Кобыла, но опустил голову ниже. Однако, Ян тут же выставил руки, упершись ладонями в грудь напротив. - Тогда никаких поцелуев до прибытия на место! Индржих раздосадовано отпрянул. Их разлука была значительной, и не только тело юноши скучало по Яну, но и – что было странно – душа его тосковала по этому нагловатому парню. - Куда мы едем? – попытался совладать с собой он. - Узнаешь, - Ян хмыкнул, доставая из кармана ключи с увесистым брелоком в виде логотипа авто. – Точно сможешь везти? - Не сомневайся, птенчик, - усмехнулся Индро, бодро забирая протянутую связку. Он долго пытался усесться в автомобиль, в кресло, которое было отрегулировано под вальяжное вождение. - Ох, ты пока копошишься, мы всюду опоздаем! – закатил глаза Ян, буквально улегшись на пассажирском сидении. - Мы куда-то торопимся? – Индро завёл двигатель. - Газуй, кузнечик! – Птачек несильно ударил по приборной панели. Индржих мягко вдавил педаль газа. Машина прорезала ярками фарами темную парковку. Они выехали к дороге. Ян потянулся к дисплею, запуская музыку. - Ты слушаешь классику в машине? – удивился Индржих, когда вклинился в крайний ряд на трассе. - Дорогой мой, - хмыкнул Птачек. – В такой красавице, как моя, слушать можно только Вивальди и Моцарта! - Смотри, не женись на машине! - Ты ревнуешь меня к моей Вишенке? – Ян рассмеялся. – Господи, Индро, это чертовски мило! - Что? – Индржих перестроился, плавно обгоняя несколько минивенов. – Глупости! - Не отнекивайся! - Штурман, вас, кажется, уже унесло алкоголем! Куда ехать-то? – Индро обернулся на пассажирское сидение, когда они встали на светофоре. Ян, казалось, расстегнул уже все дозволенные приличием пуговицы рубашки, заставляя и без того взвинченного Кобылу пожирать взглядом оголившиеся ключицы. - Сначала я думал сразу рвануть в мой любимый отель, - Птачек скользнул влажным взглядом по Индржиху. – Но ты такой напряжённый. Так что мы едем в Раскольники. - Раскольники? И что значит, что я напряжённый? – переключая передачу, возмутился Индро. - Не спорь, я лучше знаю, когда ты на взводе, - парировал тот. - Может, это из-за того, что ты с каждым часом расстегиваешь свою рубашку всё сильнее? – Кобыла скосил взгляд, замечая, как пальцы юноши теребят уже четвёртую сверху пуговицу. - Следи за дорогой, кузнечик, - лукаво улыбнулся Ян. – Вишенка, проложи маршрут до Раскольников. - Маршрут до клуба «Раскольники» создан. Поездка займёт девятнадцать минут. – ответили из динамиков. - Голосовое управление? – опешил Индржих. - Мне бывает одиноко в машине, - Птачек пожал плечами. Ferrari Roma ехала на удивление плавно. Индржих наслаждался дорогой, обгоняя городские авто. Они миновали несколько кварталов, прежде чем роботизированный голос оповестил, что до пункта назначения осталось сто метров. Они остановились у изящного здания, фасад которого пестрел смесью античной архитектуры и ярких неоновых вывесок. Этот контраст вышибал дух, заставляя рассматривать стены с неподдельным восторгом. - Как ты мог не знать про этот клуб? – возмутился Ян. - Не будем об этом, - Индржих отмахнулся. – Птенчики вперёд! Юноша, будто, хотел уже обидеться, но когда Индро открыл перед ним массивную дверь, пропуская вперёд, передумал. Бесконечное пространство с уходящими ввысь колоннами захватывало дух. Индржих рассматривал полутёмное помещение, освещали которое лишь неоновые змейки гирлянд, обвивающие мраморные стены. Тёмные бархатные диваны утопали в раскидистой зелени. Ян уверенно свернул за массивную пальму, оказавшись у длинной барной стойки, концы которой упирались в изящные статуи греческого божества. - Господин Птачек, господин Кобыла, добро пожаловать в «Раскольники» – приветствовал их бармен. - Вы меня знаете? – Индро привалился на стойку. - Не пугайся, тут сотрудники обязаны знать в лицо всех важных персон страны, - засмеялся Ян. – Добрый вечер, Михайло! - На самом деле, господин Птачек сказал не совсем верно, - бармен перевёл взгляд на Индро. – Не хочу врать, но господин, при бронировании места, упомянул ваше имя. - Тихо ты! – шикнул Птачек. - Как мило, - не удержался Индржих. - Бар сегодня останется без чаевых, - процедил Ян. - Я чаевые оставлю, Михайло, - подмигнул Индро бармену. – Ну, господин Не-совсем-верно, что посоветуете взять? - Алкоголь! – тут же приободрился он. – Ты же не против переночевать в местном отеле? - Если интерьер номера будет такой же роскошный, - кивнул Индржих. - Вы останетесь довольны, господин Кобыла. Могу ли я порекомендовать вам наши лучшие коктейли? – бармен лучезарно улыбнулся. Их проводили за частично изолированный стол, который был перекрыт от основного зала небольшими колоннами и высокой живой изгородью. Ян тут же опустился на бархатный диван. - Это был долгий день! – выдохнул он. – Почему ты всё ещё в пиджаке? - Вашему Величеству не нравится мой пиджак? – усмехнулся Индржих, садясь рядом. - О, Боги, от тебя так и веет сарказмом! Ты злой! - Ни капельки, - Индро улыбнулся, но, подавшись страдальческому выражению лица Птачека, снял пиджак, вешая его на спинку второго дивана. – Посвяти меня в планы на вечер. Птачек повернул на него крайне удивлённый взгляд. - Я думал, что ты уже знаешь о наших планах. - Я догадываюсь, но… - Никаких «но», кузнечик! – Ян чуть нагнулся, а рука его мягко легла на бедро Индро, в опасной близости к паху. - Очень доходчиво, - Индржих сдавлено глотнул, ощущая приливающуюся кровь к низу живота. Напитки и легкие закуски принесли удивительно быстро. По совету бармена, Индро получил терпкий коктейль со смешенными виски и малиновым ликёром. Алкоголь, скрываемый цитрусовым нектаром и мятой, обжигал пищевод, но оставлял до скрежета на зубах сладкое послевкусие. - Чуть на забыл! – подорвался Ян. – За успешное сотрудничество наших компаний! Птачек поднял бокал над столом. Индржих улыбнулся, чокаясь. Второй глоток оказался не таким обжигающим. - Получается, мы будем видеться чаще, - завязал разговор Индржих. - Точно! – Ян просиял. – Предлагаю начать с совместной командировки, скажем, в Италию. - Что мы там будем делать? – усмехнулся Кобыла. - Пить вино, кататься на кабриолете и заниматься любовью на пляже под луной, - спокойно ответил тот. - Так и напишем в отчёте, да? – засмеялся Индржих. - Чёрт возьми, умеешь ты сломать романтику! – возмутился Ян, уткнувшись в свой бокал. - Прости, птенчик, - на лице Индро всё ещё осталась мягкая улыбка, когда он аккуратно коснулся щеки Яна. – Не обязательно ехать в другую страну, что бы здорово провести время вдвоём. Лицо Птачека изменилось. Брови его расслабились, а уголки рта медленно поползли вверх. Юноша прикрыл глаза, прильнув к несмелым пальцам. - Мне приятно это слышать от тебя, - тихо произнёс он. Индро провёл подушечками пальцев по мягкому бархату кожи и наклонился ниже, не устояв перед призывно открытыми губами, но остановился. - Господа, - из-за живой ограды вышел Михайло. – Прошу прощения, что отвлекаю. Индржих тут же отстранился, схватившись за свой бокал. Ян встрепенулся, его колено подскочило, звонко ударившись о столешницу. - Благодарю, - остановил бармена голос. – Представлять нужды нет. Нарочито уверено держа Михайло за плечо, из-за его спины вышел невысокий мужчина, одетый в бордовый костюм поверх чёрной рубашки. - Тот? – почти брезгливо выкрикнул Ян, позабыв об ушибленном колене. - Господин Птачек, - протянул Иштван руку, но юноша не спешил ответить на приветствие. Мужчина отнял руку, скрыв досаду. – Прошу прощения, что прерываю ваш отдых. - У нас действительно отдых, - вмешался Индржих. – Поэтому ваши извинения не приняты. - Господин Кобыла, - чуть более раздражённо ответил Тот. – Я тут не просто так. Если бы не нужда, нас бы тут не было. - Нас? – спохватился Птачек. - Нас, - из-за живой ограды, сменяя бармена, вышел молодой человек в белоснежном костюме, ткань которого почти сливалась с коротким ежиком волос, а алая рубашка, проглядывающая сквозь лацканы, выглядела до омерзения опасно. - Позвольте представиться: меня зовут Эрик, заседатель палаты адвокатов республики Чехия. Индржих переглянулся с Яном. Спокойствие и раскаливающая истома от алкоголя мигом отступили. Они подобрались, чуть сдвигаясь друг к другу. - Не сочтите за дерзость, но мы тут не дела по бизнесу обсуждаем, - отметил Птачек. – Я буду рад, если вы выберите другой стол и проведёте вечер в более благодарной компании. - Благодарю за беспокойство, но, - Иштван еле заметно кивнул Эрику, и они синхронно сели по разные стороны стола, оттесняя юношей от выхода. – Мы сюда не только бизнес пришли обсудить. - Слушай сюда, крендель венгерский, - Индржих поднялся, нависая над темноволосым мужчиной, но за локоть его тут же схватил Ян: - Индро! – шикнул тот, кивая на Эрика. Блондин-адвокат опрокинул одну руку на стол, а вторую спрятал за запахом пиджака. Индржих заметил, как по алой рубахе переплетаются темные ремни кобуры. Эрик был вооружён, а рука его сейчас покоилась на припрятанном под одеждой пистолетом. - Вам нечего бояться, господа, - самодовольно произнёс Иштван. – Это всего лишь мера предосторожности. - Ты пришёл сюда с вооружённым человеком и пытаешься меня успокоить, гад? – процедил Индржих, чуть отступая. - Вам всего лишь следует меня выслушать, - повёл Тот плечами. – Всего одна минута! - Минута пошла! – произнёс Птачек, не отрывая взгляда от Эрика. - В ваших интересах разорвать договор компаний «Металл-Скалица» и «Ратае Интернешнл». - Нет! – вскрикнул Ян. - Да, - шикнул Эрик, рука его опасно дёрнулась под пиджаком. - На кой чёрт тебе это? – спросил Индржих. Его рука крепко сжимала пальцы Птачека под столом, удерживая и утешая. – Твои выходки похожи на месть. За что ты мстишь моему отцу? - Не твоего ума дела, - бросил Эрик. – Если хочешь и дальше ходить в дорогих костюмах, а не просить милостыню у церкви, делай, что мы говорим. - Эрик немного груб, - взглянул на него Тот. – Но мысль он донёс верно. Радциг Кобыла строит свои бизнес на костях простых рабочих. Таких, как твой отец, например… - Курва, если ты ещё раз попробуешь упомянуть мою семью, я тебя заживо в металл закатаю! – Индржих подскочил, но тут же осел. Совсем рядом прозвучал звук снятия предохранителя с пистолета. Индро обернулся на Эрика, который держал оружие, направив его прямо в обескураженные глаза Птачека. - Сядь. – ровно произнёс блондин. И Индро повиновался. - Так о чём я? – с улыбкой спросил Иштван. – Ах, да! Договор, подписанный сегодня, имеет ужасно много дыр, которые вам, молодые люди, придётся изучить и использовать, чтобы Эрику не пришлось использовать пистолет по назначению. - Ты же знаешь, что я могу засадить тебя в тюрьму, за такие угрозы? – Ян нашёл в себе храбрость отвести взгляд пистолета, который мог выстрелить ему прямо в лицо в любой момент. - Конечно, - Иштван усмехнулся, но не как человек, которого загнали в угол. – Если вам хочется обнародовать вашу богомерзкую связь для всего народа. И не нужно так на меня смотреть, придурки! Мы знаем, какими гнусными вещами вы занимаетесь, стоит вас оставить вдвоём. - Кем ты себя возомнил, мразь? – кулаки Индржиха чесались, но он держался, всё крепче сжимая пальцы Яна в своих. – Угрозы и шантаж? Этому вас, адвокатов, учат в университетах? - Да, - усмехнулся Эрик. – Если есть вопросы, обращайся в верховный суд. - Я вам рассказал о своём предложении, если есть встречное, с радостью выслушаю! – почти победно Иштван ударил себя же по рукам. – Нет? Не удивительно! Если вам понадобится помощь по поиске слабых мест договора, вот моя визитка. Звоните в любое время, Эрик направит вам инструкцию. На этом желаю вам приятного вечера с чудесным окончанием. Иштван поднялся, оправляя пиджак. Эрик в последний раз взглянул на юношей, пряча оружие в кобуру под одеждой. Без лишних слов они скрылись за живой изгородью. - Кузнечик? – сглотнул Ян. - Тише, - Индро приставил палец к его губам. – Они могут подслушать. Когда Птачек кивнул, Индржих забрался коленями на диван, выглядывая из-за изгороди. Иштван и Эрик размеренно шли к барной стойке. Гости перебросились парой фраз с барменом, приняли от него две бутылки шампанского и, бегло оглядевшись, вышли через парадный вход. - Что нам делать? – запричитал Ян, как только палец с его губ исчез. - Ничего, - буркнул Индржих, опускаясь рядом. – У него ничего на нас нет. А если и есть, не мудрено сказать, что всё сфабриковано. - Не будь у него уверенных улик, он бы не пошёл на нас! – продолжил тот. - Нет у него на нас ничего, - Кобыла позволил себе усмешку. – Поверь мне. - Ты так уверен в этом! Тогда поделись со мной, почему? - Мне это Эрик рассказал. - Кто? - Ян отпрянул. – Этот тип, что тыкал мне в нос пистолет? - Угу, - Индро следил, как лицо Яна меняется, и делал смачный глоток коктейля. – Ты удивишься, но будучи в армии, я завёл довольно интересных друзей. - Погоди, - Птачек потерял дар речи. – В армии? Эрик? Твою мать, кузнечик! - Пей коктейль, Ян! Индржих любил рассказывать истории, связанные с его службой. Разумеется, когда он три ночи подряд не спал, будучи пойманным за сон во время дежурства, думал, что про армию не захочет рассказывать никогда. Но сейчас, глядя, как Ян с неподдельным интересом слушает его, казалось бы, бредовые истории боевых лет, потягивая уже второй напиток, слова лились сами собой. - Так вот, - вещал Индро, сам собой посмеиваясь. – Эрик был одним из тех, кого обвинили в воровстве колбасы. Мы мало общались до этого, но стоя ночью на охране склада в глухом лесу, выбора у нас не было. С того дня и сдружились. - И теперь вы по разные стороны, - грустно кивнул Ян. - И да, и нет. Мы не хотим враждовать и знаем, что в случае чего, предпочтём драться бок-о-бок. К слову, Эрик отправил мне сообщение, что Иштван едет сюда, но прочитал я его только после того, как они ушли. - Чем же таким ты был занят? – спросил Ян. - Тобой, - просто ответил Индро. - Так в лоб? – Птачек плохо прятал свою улыбку, но, для важности, нахмурил брови. - Да, - Индржих придвинулся чуть ближе, а рука его вольготно упала на бедро юноши. – К счастью, думать о чём-то другом, когда ты рядом, сложно. - Это должно меня обрадовать? – ехидно заметил Ян, но наклонился. Губы их встретились мягко. Индржих аккуратно потянулся к щеке Птачека, притягивая ближе, Ян не сопротивлялся, ухватился пальцами за его шею, подтягиваясь выше. Поцелуй углублялся. Птачек перенял инициативу, приотворив губы и впустив пытливый язык. Индржих изучал Яна, его вкус. Он ощущал нотки экзотических фруктов и терпкой текилы. И это сочетание сводило с ума. Когда ладони Индро, поднимаясь вверх по бедру, коснулись напряжённого бугорка в брюках, и надавив на него, губы его поймали сладкий, будоражащий стон, в сознании переключился тумблер. - Номер, - прошептал он. – Где он? - Одиннадцатый этаж, - с придыханием ответил Ян, нехотя разрывая поцелуй. – Но я не выдержу… - Выдержишь, - Индржих размашисто провёл ладонью по возбуждённому паху Птачека, заставляя того прикрыть собственный рот рукой. – Идём! Уговаривать долго не пришлось. Стоило Индро подняться, следом за ним засеменил Ян, держа у пояса на ходу сорванный с вешалки пиджак Кобылы. Лифт ехал ужасно долгую минуту, которую они держались на почтенном расстоянии, но всё равно ощущали исходящий друг от друга жар. Сама узкая кабина стала ещё одним испытанием. Ян прильнул к Индржиху, стоило дверям закрыться. Индро прижал юношу к окрашенной под мрамор стали, сминая руками упругие ягодицы. Птачек плавился под ним, постанывая во влажном поцелуе. Рука младшего Кобылы медленно, собирая собой изгибы юноши, поднялась выше, к шее. Пальцы впились в изящно уложенные светлые волосы, ломая их стройный ряд. Ян вновь застонал, когда колено нагло уперлось в его промежность, разводя ноги в стороны. Еле слышимый сигнал прозвенел по кабине. Индржих, приложив всю свою волю, отпрянул, оставив у стены взъерошенного, покрасневшего Яна с напрочь сбитой рубашкой и ужасной одышкой. - Невозможный, - шепнул Индржих, глядя на потерянного юношу, что цеплялся на стены лифта, лишь бы удержаться на дрожащих ногах. Лифт остановился на девятом этаже. В кабину вошла женщина почтенных лет. Она окинула их надменным взглядом, задержав свой взор на максимально вызывающем виде Яна. Поджав губы, женщина вошла в кабину, нажав на пятнадцатый этаж. Двери закрылись, лифт поехал вверх. Всё что мог Индржих, это пытаться восстановить дыхание и не смотреть на Птачека, что безуспешно пытался пригладить волосы. Два этажа казались вечностью. Когда кабина отзвенела, открывая дверь, Индро вылетел тут же в коридор. Ян вышел следом, уходя по проходу вправо. Номер располагался с края этажа. Дверь на магнитом ключе разблокировалась с первого раза, несмотря на дёрганные движения юноши. Прихожая номера заискрилась люминесцентными лампами, но Ян тут же ударил по выключателю, погружая комнаты во мрак. - Мой Ян - любитель темноты? – усмехнулся Индржих, опустив руки на бёдра юноши со спины. - Твой? – удивился тот, подставляя шею под мягкий поцелуй. – А ты, оказывается, собственник! Вместо ответа, Индржих разжал губы, опуская на гладкую кожу зубы. Ян вскрикнул, когда ощутил укус в районе шеи. Младший Кобыла не отпускал, его челюсть слегка сжалась, а язык коснулся того места, откуда так невообразимо пахло мятным одеколоном. Птачек выдохнул, откидывая голову назад. - Дикий, - с придыханием произнёс он, когда зубы нехотя отпустили его кожу. - Если мы задержимся тут еще минуту, я раздену тебя прямо в коридоре, - шепнул Индро ему на ухо, мягко подталкивая вглубь номера. Ян не сопротивлялся, но вырвался из объятий, стоило им войти в спальню с высокими потолками и панорамными окнами. Индржих бросил беглый взгляд на тёмный город с его контрастной архитектурой. Сбоку что-то вспыхнуло. Птачек зажёг электрический камин, освещая мрачную комнату приятным тёплым светом. - Так, - начал Ян, медленно приближаясь к Индро. – Что ты, всё таки, думаешь о поездке в Италию? Индржих неотрывно следил за плавными, немного не твёрдыми действиями Яна. Юноша подошёл вплотную, его ладонь трепетно легла на высоко вздымающуюся грудь младшего Кобылы. - Я уже дал тебе понять, что мне хорошо с тобой. И не важно, где мы, - Индро чуть подался вперёд, ожидая поцелуй, но Ян чуть наклонил голову, игриво посматривая. - Это признание? - В чём? - У нас всё, - Птачек стыдливо отвёл взгляд. – То есть, то, что между нами, это… Индро не дал ему закончить мысль. Он поддел подбородок юноши, поворачивая на себя пунцовое от смущение лицо. Ян громко сглотнул, нехотя поднимая взгляд. - Да, - тихо ответил Индржих. – Это серьёзно. Ян улыбнулся так же неожиданно, как и прильнул к Индро, жадно впиваясь губами. Поцелуй, начинающийся скомкано, медленно перетёк в глубокий, влажный. Индржих сделал пару шагов назад, утягивая за собой юношу. Спина его опустилась на плед с мягким ворсом. Тяжесть тела сверху приятно согревала. Птачек оседлал бёдра Индржиха, мерно ими покачивая, в такт поцелуя. Кобыла провёл нетерпеливыми руками по спине юноши ниже, к упругим ягодицам, обтянутым в грубую ткань брюк. Когда пальцы прошли чуть глубже, к внутренней стороне бедра, насильно раздвигая ноги Яна и опуская его ниже, на выпирающий бугор Идро, Птачек не сдержал тихого стона. - Как всегда, - тихо усмехнулся Индржих, смазывая поцелуй. - Как всегда – что? – шипяще спросил Ян. - Как всегда чертовски соблазнительный. Индро рывком сел, держа Птачека за поясницу. Юношу почти вскрикнул, когда его прижали ближе. Пальцы Индржиха ухватились за пояс брюк Яна, а язык оставил влажный след на ключицах. Птачек смешал стон и выдох, всё отчётливее ёрзая на коленях партнёра. Они были вынуждены разорвать распаляющие объятья, чтобы избавиться от сковывающих элементов костюма. Когда пальцы Яна потянулись к рубашке, расстёгивая пуговицы, Индржих схватился её край. - Оставь, - шепнул он, притягивая юношу обратно к себе за натягивающуюся ткань. - Что за необычные желания? – удивился Птачек. Но больше вопрос его не мучал, отдавая бразды правления сознанием обжигающей похоти. Стоило Яну вновь оказаться на коленях Индржиха, их синхронно затрясло. Возбуждённые до предела члены соприкоснулись, отдаваясь разрядами по всему телу. Индро выдохнул, сжав челюсть. Его пальцы проникли под вульгарно съехавшую рубашку юноши, до синяков впиваясь в поясницу. - Я скучал, - шепнул Ян, обвивая шею его руками. Упершись коленями по обе стороны от Индржиха, Птачек приподнялся, но лишь для того, чтобы вновь опуститься ниже. Член юноши двигался вслед за ним, задевая исходящий смазкой орган Идржиха. Пальцы на его пояснице сжались сильнее, а сам Кобыла замер, прикрыв глаза. Индро просто не мог позволить себе смотреть на почти скачущего на нём Яна. Одна мысль об этой вульгарно возбуждающей картине плавила и без того оголившийся рассудок. Птачек наслаждался своей мнимой властью над партнёром. Слегка увеличивая скорость, он надавил на обнажённую грудь Индржиха рукой, заставляя его откинуться на спину. Только тогда Индро открыл глаза и не сдержал восторженного стона. Ян двигался до невозможности грациозно и похабно одновременно. Его сильное тело плавно поднималось, и также мягко, почти дразнящее опускалось ниже, задевая член Индро. Блестящие от влаги губы оставались приоткрытыми, а глаза, чуть опущенные, скрывались за дрожащими ресницами. Он нагнулся, прижимаясь своим возбуждением к Индржиху, и потянулся за поцелуем, но замер в считанных миллиметрах. - Чей? – шепнул он. - Что? – сдавлено выдохнул Индржих. - Телефон, - Ян резко отвернулся. – Чёрт! Тяжесть тела Птачека исчезла. Юноша соскочил с кровати, роясь в сброшенных вещах. Выудив телефон из брюк, он, роняя проклятья, ответил на звонок. - Дядя, ты чего не спишь? - сказал он в трубку, оборачиваясь на Индро, что успел сесть на край кровати, и с интересом наблюдал за стоящим посреди комнаты наполовину обнажённым Яном. – Откуда ты узнал, что Тот к нам заявился? – Птачек продолжал внимать словам дяди, но уже приближаясь к сидящему Индржиху. Под удивлённый и смущённый взгляд Кобылы, Ян закусил губу и грациозно сел на колени между его ног. – Не о чем беспокоится дядя, я бы сказал, будь на то повод. – Свободная рука юноши мягко обхватила член Индро, а горячее дыхание коснулось головки. Индржих уже тянулся отодвинуть обезумевшего Яна, но тот влажно коснулся дрожащей головки языком, слизывая собравшиеся белесые капли. Индржих зажал рот ладонью, заглушая обескураженный стон. – Он? Ничего не хотел. Да, чего-то там болтал, но мне особо нет дел до серьёзных вещей, ты же сам говорил. – Телефон упёрся микрофоном в колено Индро, когда Ян обхватил губами член, слегка насадившись. Индржих закусил собственный палец, ощущая прилив невообразимого жара внизу живота. Его член мягко погружали в горячий влажный рот, лаская языком. С отчётливым пошлым звуком, Птачек отстранился, возвращая телефон к уху. – Что? Нет, с чего ты взял? Кобыла? Мы выпили пару коктейлей и он уехал куда-то. – Обхватывая член снова, Ян даже не убрал телефон. Его губы спускались всё ниже, а щёки втягивались глубже, что Индржих держался из последних сил, лишь бы не окропить семенем донельзя извращённый рот. – Гм-хм! - Ян резко раскрыл губы, выпуская член. - Гануш, я говорю, что понял! Индро выпустил скопившиеся стоны, когда телефон Яна ударился о смятые на полу вещи. Пальцы мгновенно зацепились за светлые волосы, оттягивая лицо юноши с невероятно потемневшими зрачками назад. Птачек повиновался, запрокидывая голову. На его губах блестела слюна, смешанная со спермой. Он выглядел, как олицетворение слова грех – такой же опасный и чертовски возбуждающий. - Извращенец озабоченный, - наклонился к нему Индржих. - Называй меня, как угодно, - шепнул Ян самым похабным шёпотом, слизывая с губ солоноватые капли. Индро зарычал, сжимая пшеничные волосы в крепкий кулак. Голова Яна тут же оказалась в опасной близости к члену Индро, который яро пульсировал. Птачек сам обхватил головку губами, но Индро надавил на затылок, опуская его ниже. Его плоть коснулась горячий щеки, а сам Ян задрожал, обдавая вибрациями член. - Чёрт! – это оказалось слишком. Тот жар и самоотдача Птачека творили с ним ужасные вещи. Собрав волю, Индржих снова потянул юношу за волосы назад. Ян обескуражено осел на пол, переводя сбившиеся дыхание. Его лицо опустилось, а пальцы цеплялись за колени Индро, пока тот не утянул его за плечи обратно на кровать. Птачек упал головой на подушку, раздвигая ноги, позволяя Индржиху лечь на него сверху. Их тела обжигающе соприкасались, скрипя от выступающего пота. Ян обвил руками шею Индро, когда тот мягко коснулся члена Птачека, зажатого между ними. Движения Индржиха могли показаться рваными и грубыми, но Ян сладко стонал, откинув голову на подушку. Сквозь прикрытые глаза, он неотрывно следил за партнёром, задерживая взгляд на перекатывающихся мышцах под кожей. Индро наклонился, оставляя смазанный поцелуй в уголок закушенных губ. - Попробуем? – шепнул ему Ян, выгнувшись от проскользившего по головке пальца. - Хочешь? – игриво просил Индржих, а у самого возбуждение взвинтилось с новой силой. Птачек кивнул и разочарованно выдохнул, когда тёплая ладонь его покинула. На подрагивающих коленях, Индро поднялся с кровати. Тяжело было отвести взгляд от расслабленного, распластавшегося на постели Яна, что похабно разводил ноги и напряжённо дышал. Конечно, Индржих был уверен, что смазка и презервативы у юноши всегда есть в бардачке машины, но спускаться вниз в таком виде – было бы ошибкой. На удачу он вышел в небольшой коридор у двери и увидел небольшой флакон у зеркала. Подарком от отеля шло массажное масло и пометкой о водной основе на пластиковой крышке. Открыв первый же ящик, он заметил одноразовые зубные щётки и прочие расходный инвентарь. Индро несильно удивился, когда нашёл прижатую к дальней стенке коробочку без опознавательных знаков. -…без подписания, Иштван! – донёсся до него голос со стороны входной двери. – Твоя выходка сегодня чуть не сорвала заседание. Если бы не мой сын, тебя бы сбросили с окна, понимаешь это? - Отец? – вслух удивился Индржих, делая аккуратный шаг к двери. - Не смей утверждать, что ты на моей стороне, Тот, - звуки сопровождались щелчком, с которым открывается номер. – И не смей больше приближаться к нему! Не хватало мне, чтобы он ещё узнал… Фраза не закончилась, её обрубил удар двери. Индржих отпрянул, сжимая в руке серую коробку. - Кузнечик! – позвал его Ян. Отогнав гнетущие мысли, Индро вернулся в комнату. Полностью вынырнуть из пучины раздумий ему помог образ Птачека. Юноша сел на край постели, раздвинув колени и прикрыв откровенные места руками, что служили ему опорой. Донельзя беспокойный и невинный взгляд, в сочетании со сбитой на один бок рубашкой и растрёпанными волосами, превращали его в беззащитного оленёнка, что тянулся к мягкому свету искусственного камина. - Что-то случилось? – тихо спросил он, когда Индржих подошёл ближе. Младший Кобыла лишь аккуратно мотнул головой и приподнял лицо юноши за подбородок. - Ты такой красивый, - выдохнул он, мягко касаясь большим пальцем до скулы. Ян выдохнул, закусив губу, и вывернулся, отползая вглубь постели. Он ухватился пальцами за бок Индро, утягивая с собой. Индржих вновь ощутил под собой горячее, возбуждённое тело. Член упирался в бедро Птачека, набирая недавно схлынувшую кровь. Ян чуть сильнее развёл ноги. - У тебя ещё есть время передумать, - горячим шёпотом отметил Индро, одной рукой доставая из коробочки шуршащую упаковку. - Умоляю тебя, - простонал Ян. – Ты заставляешь меня думать, что один я тут с ума схожу. Или… Тираду Птачек закончить не смог, прерывая себя же ужасно громким вскриком. Палец Индро, смазанный вязким маслом, сделал быстрый круг у колечка мышц и вошёл внутрь, застынув. Ян затрясся, судорожно хватая ртом воздух. Его ладони впились в плечи Индржиха, оставляя неглубокие отметины от ногтей. Индро двинулся внутри, чуть углубляясь. Птачек выгнулся, его пробила дрожь, а рот раскрылся в немом крике. Младший Кобыла изводил Яна довольно долго. Казалось, Птачек испытывал невообразимые эмоции, даже выразить которые был не в состоянии. Когда он начал подмахивать бёдрами, насаживаясь на разведённые внутри него пальцы, Индржих положил свободную руку на его живот, прижимая к постели. Ян раскрыл глаза, хватая ртом воздух, словно впервые научился дышать. Как заворожённый, он следил за уверенными, но рваными движениями Индржиха, раскатывающего латекс по сочащемуся смазкой члену. Капли масла щедро окропили ствол, головка которого медленно приблизилась к пульсирующему колечку мышц. Птачек задержал дыхание, стоило ему ощутить разрывающий напор. С синхронным стоном обоих, член плавно, но с сопротивлением, вошёл в тело. - Чёрт, Боже! – Индро покачнулся, нависнув над Яном. Юноша сжал пальцы на его плечах и до крови закусил собственную губу. Индржих замер, готовясь остановиться в любой момент, но Птачек выдохнул, мышцы его расслабились, а бёдра спустились ниже, рассаживаясь глубже. - Ян! – почти прорычал Индро, ощущая нестерпимый жар внизу живота и паху. Отдавать контроль Птачеку в этой ситуации казалось неразумным. Ян был переполнен похотью и желанием, не думая о том, как быстро Индржих может выдохнуться, лишь только глядя на его плывущий вульгарный вид. Руки Индро опустились на бёдра Яна, фиксируя. Первые толчки казались мучительной пыткой: Птачек сжимался, создавая внутри себя головокружительную тесноту. Двигаться было невозможного больно, но, когда юноша выгнулся, его ноги расслабились, и Индржих ощутил какую-никакую свободу. Толчки стали чаще и глубже. Ян не скрывал своего наслаждения: запрокидывал голову, стонал без стеснения и постоянно выдыхал имя Индро, оставляя болезненный борозды ногтями на его плече. Младший Кобыла сжимал бёдра юноши до синяков. - Ещё! – взмолился Ян, опуская одну руку на собственный пульсирующий член. – Быстрее! Индржих клацнул зубами, стягивая веки. Он был на пределе, теснота и жар, что обволакивали его, сводили с ума. Но сильнее его доводил до исступления просящий влажный голос Яна. - Напросился! – процедил Индржих сквозь зубы. Индро резко остановился. Не выходя из разгорячённого тела, он опустил ноги на пол, вставая в полный рост, подхватил бёдра Яна, те взмыли в воздух. Птачек вскрикнул, теряя опору и, закинув руки за голову, ухватился за ворс покрывала. Юноша смотрел снизу вверх обезумевшим взглядом. Ян напряг ноги, но лишь для того, чтобы закинуть их на плечи Индржиха. Индро дёрнул бёдрами, входя в податливое тело до упора. Птачек выгнулся, выкрикнув проклятья, а следом разразился утробным стоном. Толчки набирали силу, Ян метался по постели и вертел головой из стороны в сторону. Индржих нагнулся, входя под особенным углом. Его рука схватила подбородок Яна, насильно поворачивая на себя. - Смотри на меня, птенчик, - шепнул он, делая очередной глубокий толчок. Взгляд Яна был туманный и расфокусированный, но он повиновался, не смея отвести лица. Рука Индро чуть отпустила его челюсть и спустилась к длинной белой шее. Пальцы сжались сами собой, нащупывая бешенный пульс. Птачек ощутил нехватку воздуха и вскрикнул, опустошая лёгкие разом. - Сил.. – зашипел он. - ..нее. Рука сжалась крепче. Глаза Птачека закатились, а рот раскрылся, что, если бы не бешенное сердцебиение и влажные звуки соприкосновения их тел, можно было бы услышать хруст челюсти. Индро держал руку до тех пор, пока сил сдерживаться не осталось. Шея Яна опустела, заставляя юношу вздохнуть с режущим хрипом. Пальцы Кобылы тут же подхватили ягодицы Птачека и рванули на себя. Он был внутри обжигающей пульсирующей тесноты и дал волю накопившемуся напряжению извергнуться. Содрогаясь в оргазме, Индржих услышал тихий высокий стон, с которым Ян окропил собственный живот и сбитую рубашку горячим семенем.***
Индржих стоял, даже не пытаясь спрятать глупую улыбку. Напротив него, в зеркальном лифте, стоял Ян. Его пальцы нервно барабанили по скрещенным рукам. Взгляд то и дело цеплялся за необычный, для Птачека, предмет гардероба – свитер с умопомрачительно высоким воротом. - Тебе идёт красный цвет, - усмехнулся Индро. - Ты про какой? – Ян скосил взгляд. - Про свитер, или про это? - юноша отогнул ворот, демонстрируя багровые кровоподтёки по форме массивной руки, вокруг которых уже набирались лиловые синяки. - Извини меня, - Индржих выдохнул, сделав осторожный шаг к юноше. Его пальцы аккуратно коснулись выглядывающего из-под свитера синяка. – Я клянусь, что больше не буду так. - Будешь, - Ян сглотнул, отводя взгляд. – Только, пусть эти сначала заживут. Индржиха пробило током, когда перед глазами всплыли свежие воспоминания горячего возбуждённого Птачека с его рукой на трепетной шее… - Если попросишь, моя Птичка, - на выдохе произнёс Индржих и чуть наклонился, вовлекая Яна в мягкий поцелуй.***
Примечания:
Паночки и паны, буду признательна за отзывы и комментарии! Обняла, приподняла, покружила, на место поставила!
